Наследник убийцы

Клейн сознался, что именно он был подражателем. Он копировал «Мясника» потому, что восхищался им. Но утверждал, что работал один. — Почему я должен тебе верить? — спросил Эндрю на допросе. Комната для допросов была тесной — бетонные стены, стол, два стула, зеркало в полстены. Клейн сидел напротив Эндрю, прикованный наручниками к столешнице. Его глаза бегали по углам, но улыбка не сходила с лица. — Потому что я не умею врать, — ответил Клейн, облизывая губы. — А вот ваш эксперт Джостен — умеет. Вы знаете, кто он на самом деле? Эндрю замер. Он не ожидал такого поворота. В груди кольнуло, это был не страх, а предчувствие. — Он не просто свидетель, — продолжал Клейн, наклоняясь вперёд, насколько позволяли цепи. — Он… — Допрос окончен, — как гром раздался голос с порога. Нил вошёл в комнату для допроса, бесшумно и быстро. Он даже не взглянул на Клейна — только на Эндрю. — Адвокат прибудет через час. — Я не вызывал адвоката, — сказал Эндрю, не поднимаясь. — Я вызвал. — Нил подошёл к столу, положил руку на плечо Эндрю — легонько, едва касаясь. — Пошли, мы должны дождаться адвоката. Клейн громко рассмеялся, откинувшись на спинку стула. — Боишься, что он узнает правду, Натаниэль? Боишься, что детектив Миньярд поймёт, с кем работает? Нил наконец повернулся к нему. Взгляд был холодным, пустым — таким, каким смотрят на вещь, не заслуживающую внимания. — Тебя будут судить за три убийства, Клейн. Каждое слово, которое ты скажешь сейчас, будет использовано против тебя. Адвокат придёт — будешь говорить с ним. И только потом с нами. — Я уже сказал достаточно, — прошипел Клейн, но его голос дрогнул. — Вы оба узнаете. Рано или поздно. Нил вышел первым. Эндрю задержался на секунду, глядя на фотографа. — О чём ты говоришь? — спросил Эндрю. — Спросите у своего эксперта, — усмехнулся Клейн. — Если он вообще скажет правду. Эндрю вышел в коридор, закрыл за собой дверь. Нил ждал у стены, скрестив руки на груди. — Что это было, черт возьми? — рявкнул Эндрю. — Клейн пытается посеять сомнения,—Нил старался, чтобы его голос не дрогнул. — Отвлечь внимание. Типичное поведение для его типа: когда улики против, нападают на личность следователя или свидетеля. — Он назвал тебя Натаниэлем. — И что? У него был доступ к архивам. Он мог видеть моё настоящее имя в материалах дела. — Ты сказал, что «Мясник» не оставил живых свидетелей. Но ты выжил. Почему? — Эндрю прищурился. — Может, потому, что ты не просто свидетель? У Нила похолодело все внутри, но он все же посмотрел Эндрю прямо в глаза. — Я был в том подвале. Лола пытала меня. ФБР ворвалось в тот момент, когда она собиралась меня убить. Я выжил случайно. Это всё. Больше ничего. — Так значит твое настоящее имя Натаниэль, а не Нил? — Я сменил его после программы защиты. Моё имя Нил. — И ты не хочешь, чтобы команда знала это имя? — Я хочу, чтобы команда сосредоточилась на деле, а не на моём прошлом. — грозно ответил Нил, отлепляясь от стены. — Адвокат будет через час. Не говори с Клейном до его прихода. Это приказ Ваймака. Он развернулся и ушёл по коридору, не оборачиваясь. Эндрю смотрел ему вслед. Потом достал телефон и набрал номер Ваймака. — Ваймак. Что скрывает Джостен? — Ничего, что касается дела, — ответил начальник. — Это касается дела. Он что-то знает о «Мяснике» такое, что не говорит команде. — Доверяй ему, Эндрю. Он не предатель. — Я никому не доверяю и ты это знаешь. Ваймак вздохнул. — Тогда просто работай. И не копай. Эндрю убрал телефон. Не копай. Значит, есть что копать. Эндрю остался стоять у двери допросной. В голове крутились обрывки: Натаниэль. Не просто свидетель. Слишком много знает. Сын «Мясника». Живой, обученный ФБР, скрывающий свою личность. Работает над делом отца. Это не конфликт интересов. Это бомба замедленного действия. Эндрю взял телефон и набрал номер. — Аарон, — сказал он. — Мне нужно, чтобы ты пробил одно личное дело. Не по официальным каналам. — Чьё?, — отозвались на другом конце провода. — Нила Джостена. — Это незаконно. — Я знаю. Сделай это. — Эндрю помолчал. — И копай глубже. Джостен скрывает связь с Мясником. Клейн намекнул, что это нечто большее, чем свидетельство. Аарон ответил через минуту: — Если это правда — ты на минном поле. Эндрю убрал телефон. Минное поле — моя специализация, — подумал он. Он вернулся в кабинет, где Нил уже сидел за столом, разбирая бумаги. Деловой, сосредоточенный. Будто ничего не случилось. — Джостен, — сказал Эндрю, садясь напротив. — Мм. — Если ты врёшь — я узнаю. — Узнавай. — Нил поднял голову. — Только не мешай работать. Они снова замолчали. Каждый за своим столом, между ними — папки, кофе и невысказанные вопросы.