Аромат неизбежности

      Вэй Ин проснулся около десяти утра, сам тому удивляясь. Обычно после таких веселых ночей он чувствовал себя уставшим, но сейчас, вопреки ожиданиям, ощущал невероятную бодрость. Он потянулся в кровати, и на губах сама собой появилась улыбка. В памяти всплывали обрывки вчерашнего вечера.              — Мда, Вэй Усянь, ну ты и актер, — пробормотал он в пустоту комнаты, запуская пальцы в спутанные за ночь волосы.              Несмотря на утреннюю бодрость, глубоко внутри ворочалось странное, тянущее чувство. Его омежья сущность, обычно тихая и независимая, сейчас громко скулила, свернувшись клубком где-то в районе солнечного сплетения. Стоило Вэй Ину проснуться в одиночестве, как пришло ощущение потери. Будто у него отобрали что-то жизненно важное, едва успев показать, как это может быть на самом деле.              — Да что со мной такое... — выдохнул он, прижимая ладонь к груди.              Вэй Ин решительно направился в ванную, надеясь, что горячий душ смоет это наваждение. Быстро позавтракав, он натянул черные спортивные штаны и толстовку на молнии. Костюм был простым, но красивым — из дорогой ткани, подарок бабушки. Завязав волосы в высокий небрежный хвост, он уже направился к выходу, но вовремя вспомнил про своего любимца.              — Чуть не забыл про тебя, прожорливый ты зверь, — усмехнулся Вэй Ин, подходя к клетке.              Он достал сочное яблоко, отрезал дольку и протянул белому кролику. Кролик по имени Яблочко, оправдывая свою кличку, тут же принялся уничтожать лакомство. Вэй Ин ласково погладил его по мягкой шерстке.       Он подхватил ключи от своей машины и вышел за дверь. Чувство потери, которое скулило внутри, немного притупилось. Вэй Ин подошел к своей любимице, и на губах невольно появилась нежная улыбка. Это была не просто машина — эта серебристая красавица досталась ему от мамы. Спортивная, хищная, с низкой посадкой и всего двумя дверьми, она выглядела по-настоящему секси.       Подъехав к назначенному месту, он припарковался прямо рядом с каким-то диким суперкаром — низким, угольно-черным и выглядящим так, будто он стоит целое состояние.       Стоило ему выйти из машины, как стекло соседнего суперкара плавно опустилось. Из салона высунулся сонный Мэн Яо в темных очках. Он приветственно поднял большой стакан с кофе, салютуя Вэй Ину.              — Вэй Ин, милый! Шикарно выглядишь, несмотря на такую бурную ночь, — пропел Мэн Яо, одарив его своей фирменной улыбкой.              — И вам доброе утро, — улыбнулся в ответ Вэй Ин, поправляя длинный хвост.              В этот момент с пассажирского сиденья вывалился Лань Сычжуй. Он был бледным, волосы чуть растрепаны, а в глазах читалась вселенская скорбь человека, который вчера явно перебрал с синими коктейлями.              — А-Ин... умоляю... — простонал Сычжуй, едва удерживаясь на ногах и опираясь на дверцу машины. — Пошли поедим. И выпьем кофе. Литров пять. Иначе я прямо здесь и останусь.              Мэн Яо только весело хохотнул, наблюдая за его мучениями:              — Вот видишь, Ванцзи был прав, когда говорил, что тебе сегодня будет тяжко. Ладно, молодежь, я поеду к Сичэню, он обещал реанимировать меня домашним завтраком.              Омега внутри Вэй Ина снова предательски вильнула хвостом, услышав желанное имя. Она жалобно заскреблась от желания быть ближе.       Они помахали Мэн Яо, который стартанул с парковки с оглушительным ревом. Сычжуй, не теряя времени, вцепился в руку друга и потащил его внутрь заведения.              — Вэй Ин, быстрее, я чувствую, что распадаюсь на атомы, — пробормотал он, толкая стеклянную дверь.              Они заняли свой привычный столик в самом углу, подальше от яркого света и шума.              — Так, — выдохнул Сычжуй, едва опустившись на мягкий стул. — Сначала заказываем еду, много еды, а потом ты начнешь мне все рассказывать. Как ты вообще добрался? Я переживал… я сам смутно помню как уходил.              — На груди Лань Чжаня! — хохотнул Вэй Ин и тут же уткнулся в меню.              — Лань… Чжаня?.. — переспросил он, — Ого, А-Ин… Сильно… Так стоп, что значит «на груди»??              — Ты сам сказал: сначала еда, а потом остальное! — отрезал Вэй Ин, давясь смехом и поплотнее закрываясь меню.              Сычжуй замер с открытым ртом, переводя взгляд с меню на Вэй Ина. Его похмелье будто рукой сняло от такой информации.              — Ну нет, Вэй Усянь! — Сычжуй возмущенно застучал пальцами по столу. — Ты не можешь просто бросить фразу «на груди моего дяди» и уйти от ответа. Я теперь не засну, пока не узнаю, как вы дошли от «Здравствуйте, господин Лань» до этого!              Вэй Ин только хитро блеснул глазами. Официант принял заказ и отошел, оставив их в тишине.       Вэй Ин отложил меню и поднял на Сычжуя испытующий взгляд. Тот мгновенно собрался, отложив шутки в сторону.              — А-Юань, — тихо начал Вэй Ин, вертя в руках салфетку. — У меня после общения с твоим дядей странные... ощущения.              В глазах Сычжуя промелькнула тень беспокойства:              — Что такое, А-Ин? Он тебя чем-то обидел? Или напугал?              Вэй Ин покачал головой и начал описывать всё, что с ним происходило: то дикое, почти первобытное притяжение, запах, который окутал его как кокон, и это давящее чувство утром — будто у него силой отобрали что-то очень важное, оставив внутри дыру.       Сычжуй слушал, не перебивая, и с каждым словом его лицо становилось всё более ошарашенным. Когда Вэй Ин замолчал, Сычжуй медленно выдохнул, глядя на друга так, будто видел его впервые.              — Вэй Ин... — выдохнул он. — Ты вообще изучал влияние альф на омег? Ну, теорию?              — Нуу, да, — протянул Вэй Ин, нахмурившись. — Про запахи, про совместимость... обычные лекции в школе.              — Кажется, недостаточно, — Сычжуй серьезно посмотрел ему в глаза и понизил голос. — То, что ты описываешь — это не просто про «понравился запах». Такое притяжение случается, когда омега встречает своего альфу. Настоящего. Ты понимаешь, к чему я клоню?              Вэй Ин смотрел на него, хлопая глазами, и мысленно ругал себя за то, что пропускал мимо ушей лекции.              — А-Ин! — Сычжуй подался вперед, почти шепча. — Дикое притяжение возникает только у истинных пар. И оно будет становиться только хуже у обоих, пока пара не будет вместе. Таким парам безумно трудно находиться вдали друг от друга.              — То есть... — он запнулся, — то, что меня тянуло зарыться носом в его шею, это не вино в голову ударило? И не просто запах понравился?              — Нет, — Сычжуй серьезно покачал головой, придвигая свой кофе ближе. — Когда просто запах нравится, нет этого дикого притяжения. Тебе просто нравится человек, тебе с ним комфортно, приятно... ну, как было у меня с Вэнь Нином. Мы расстались, и мне не было хреново физически, понимаешь? Моя омега не выла от того, что его больше нет рядом.              Сычжуй сделал паузу, внимательно глядя на побледневшего друга.              — А то, что описываешь ты — это зов. Твоя природа узнала его природу. И то, что тебе утром было так паршиво, — это типичный откат. Твое тело требует дозу его феромонов обратно.              Вэй Ин закрыл лицо руками, чувствуя, как скулы снова начинают пылать.              — О боги... Значит, то, что я всю дорогу до дома в него внюхивался и прижимался, — это не я пьяный придурок, это мои инстинкты сошли с ума?              — Именно, — Сычжуй не удержался от улыбки. — И поверь, если дядя Ванцзи — твой истинный, то его сейчас штормит ничуть не меньше. Альфы в этом плане еще более собственники. Теперь ты понимаешь, почему он не спускал с тебя глаз весь вечер?              — А-Юань, и что же мне делать? — Вэй Ин растерянно взлохматил свой хвост.              — Хм... — Сычжуй широко разулыбался, глядя на панику друга. — Ответ прост: плыть по течению!              — Плыть по течению?! — Вэй Ин возмущенно всплеснул руками. — Мы же почти не знакомы! Как так-то?              — Слушай, А-Ин... Вообще говорят, хотя это и звучит как бредовая сказка, что истинные пары не могут не влюбиться друг в друга. И дело вовсе не в феромонах и физиологии. Говорят, у них души притягиваются.              Вэй Ин замер, переваривая эти слова. «Души притягиваются» — это звучало куда масштабнее и опаснее, чем просто удачное сочетание запахов.              — То есть... — прошептал Вэй Ин, — я обречен?              — Ты не обречен, ты счастливчик, — Сычжуй подмигнул ему. — Многие всю жизнь ищут такое притяжение и не находят. А у тебя оно буквально под носом.              Сычжуй, видя полную растерянность своего друга, накрыл его ладонь своей и крепко сжал.              — А-Ин, ну тебе он вообще нравится? Скажи честно. И давай только без твоих независимых речей про альф идиотов. Ты же человек, ты тоже можешь влюбиться.              Вэй Ин закусил губу, глядя в окно на свою серебристую машину.              — Нравится, — наконец тихо выдохнул он, опуская взгляд в чашку. — Он... не такой, как все остальные. Он не давит. То есть, от него исходит сила, но она... правильная? С ним я чувствую себя защищенным. Понимаешь, я и раньше не чувствовал себя слабым — Цзян Чэн и дядя Цзян всегда за меня горой, я и сам могу за себя постоять, но тут всё иначе. Будто это именно то, в чём я нуждался всю жизнь, сам того не осознавая.              Он замолчал на секунду, а потом добавил:              — А еще он вчера спас меня от Вэнь Чао. Этот ублюдок прижал меня в коридоре, начал своей гнилой аурой душить... я уже кулаки сжал, но Лань Чжань просто появился, и даже руки не поднял. Он просто на него посмотрел и что-то тихо сказал, а тот едва не обмочился от страха.              Сычжуя аж передернуло, когда Вэй Ин упомянул имя, и с силой сжал кулак на столе.              — Вэнь Чао... Господи, какая же он мерзость! — в сердцах сказал он. — Этот больной псих просто не понимает нормальных слов.              Сычжуй замолчал на секунду, а потом подался вперед, понизив голос до доверительного шепота:              — А-Ин, я тебе вот что скажу. Конечно, мой дядя — привлекательный и очень сильный альфа, и к нему омеги сами в очередь выстраиваются. Но для него все эти знакомства всегда были просто приятным времяпрепровождением без всяких романтических продолжений. Вежливо и без обязательств. Но знаешь... я никогда не видел, чтобы он на кого-то так смотрел, как вчера на тебя. Обычно он холодный, как лед, вежливый и абсолютно непроницаемый.              Сычжуй придвинулся еще ближе, серьезно глядя в глаза другу:              — На самом деле он — принципиальный человек, в чем-то даже старомодный. Он всегда считал, что встречаться и строить жизнь нужно только с тем, кого выбрало сердце. И вчера, когда он увидел тебя... мы с Мэн Яо это уже обсудили: он выглядел так, будто ты — его сокровище.              Вэй Ин нервно усмехнулся, пытаясь сбросить это странное оцепенение.              — Сокровище? Скажешь тоже... Я вчера скорее напоминал мешок с картошкой, который он тащил на себе.              — Ну, тогда это был самый сексуальный мешок с картошкой, который я когда-либо видел! — сквозь смех выдавил он. — Серьезно, ты вчера отлично выглядел. Даже когда едва на ногах стоял.              — Спасибо, — промямлил Вэй Ин. Воспоминание о том, как он чмокнул Лань Ванцзи в щеку вспыхнуло в голове ярким кадром. — Ладно, всё, хватит обо мне! Давай сменим тему.              Вэй Ин хитро прищурился. Он подался вперед, подпирая подбородок ладонями.              — Слушай, я всё время забывал спросить... — Вэй Ин заговорщически понизил голос. — Скажи мне, а вы спали с Вэнь Нином? — тихо прошептал он. — Просто вы расстались несколько дней назад, а мы с тобой толком не виделись с того момента. Говори! — добавил он, с восторгом наблюдая, как лицо Сычжуя стремительно заливается краской.              — Мы переспали. — Сычжуй гордо выпрямил спину. — И знаешь что? Секс мне очень понравился! Но я не хочу строить с ним отношения… Вэнь Нин милый, он совсем не такой, как его пришибленный братец, ты же знаешь. Он тихий, добрый... но он совершенно несамостоятельный. Вся эта их семейка давит на него, а он не может сказать нет. Но тело у него... черт, Вэй Ин, я до сих пор вспоминаю. Это было горячо. Так что я ни о чем не жалею.              Вэй Ин присвистнул, глядя на друга.              — Ну ты даешь, А-Юань. А я-то думал, ты у нас нежный цветочек.              — Цветочки тоже хотят внимания, — хохотнул Сычжуй, а потом выдал, попивая кофе: — ...внимания и больших членов, ахаха!              — Ох, Лань Сычжуй, ну ты даешь! — Вэй Ин выпучил глаза и расхохотался, едва не смахнув чашку со стола. — Я так понимаю, альфам теперь тебя надо бояться! Ты их просто на завтрак съешь.              — Да ладно тебе! — Сычжуй отмахнулся, довольно улыбаясь. — Кстати... он удивился, что у меня там всё абсолютно гладко. Реально завис на пару секунд. У нас же парни до сих пор этим не особо заморачиваются.              Вэй Ин понимающе закивал, помешивая кофе.              — Мне тоже так больше нравится, — хихикнул он. — Да и чувствительность лучше, особенно когда течка накрывает — всё буквально искрит от любого касания.              — Да, я тоже это заметил, — закивал Сычжуй. — Кстати, Не Хуайсан тоже спрашивал, в какой салон мы ходим. Видимо, наши стандарты потихоньку захватывают его.              — О, А-Ин, смотри! — Сычжуй вдруг оживился, указывая пальцем в сторону панорамного окна. — Во внутреннем дворе освободились те большие шезлонги. Пошли туда поваляемся и поболтаем на свежем воздухе?              Вэй Ин проследил за его взглядом. Двор кофейни был скрыт от шумной улицы высокой живой изгородью, и там действительно стояли мягкие, широкие шезлонги, утопающие в зелени.              — Пошли! — легко согласился Вэй Ин, подхватывая свой кофе и внушительный сэндвич. — Как раз допьем и обсудим, как Хуайсан планирует покорять сердце моего грозного братца.              Они вышли на залитую солнцем террасу. Вэй Ин с наслаждением растянулся на мягких подушках. Он откусил кусок сэндвича и зажмурился, едва не мурлыча от удовольствия.              — Знаешь, — протянул Вэй Ин, надевая солнцезащитные очки и продолжая жевать, — иногда мне кажется, что я рожден для такой жизни: лежать, есть вкусную еду и ни о чем не думать.              — Ты просто трудоголик в обличье бездельника, А-Ин. — Протянул Сычжуй, устраиваясь на соседнем шезлонге. — Слушай, а Цзян Чэну хоть немного нравится Не Хуайсан? Тот вчера весь вечер перед ним веером махал и крутился вокруг, как заведенный.              Вэй Ин доел, вытер губы салфеткой и хихикнул, вспоминая лицо брата.              — Ты же знаешь этого буку... Вроде и нравится, а вроде и убить готов. Цзян Чэн мастерски делает вид, что ему всё равно, но я видел, как он вчера пару раз «случайно» придержал Хуайсана за локоть, когда тот чуть не споткнулся. Так что шансы есть, просто Хуайсану придется запастись терпением... и новыми веерами.              Сычжуй понимающе рассмеялся, подставляя лицо солнцу.              — Да уж, этой парочке точно не будет скучно.              — Кстати, у Мэн Яо такая мощная машина... — Вэй Ин закинул голову на подушку шезлонга, глядя на проплывающие облака через темные линзы.              — Мэн Яо? — он хмыкнул. — Это не его машина. Мы вчера втроем на ней в клуб приехали из особняка. Это машина дяди. Мэн Яо поехал на ней обратно к моему папе, потому что обычно она там в гараже стоит.              Вэй Ин от неожиданности резко сел на шезлонге, и очки съехали ему на кончик носа.              — Лань Чжаня?! — он уставился на Сычжуя. — О небеса... У него еще и машина такая?              — Слушай, А-Юань... а чем он вообще занимается? — спросил Вэй Ин, стараясь, чтобы голос не дрогнул от любопытства.              Сычжуй медленно повернул голову, приспустил солнцезащитные очки на переносицу и нахмурился, глядя на друга.              — Вэй Ин... ты что, вообще не знаешь, чем моя семья занимается? — он вздохнул, качая головой. — Мы же уже два года дружим! Я тебе миллион раз рассказывал.              — Прости! — Вэй Ин виновато вскинул руки, едва не уронив телефон. — Ну ты же знаешь мою память... Я помню, ты говорил, что вы владеете какой-то компанией. Что-то там про компьютеры или типа того?              Сычжуй закатил глаза, поправляя очки обратно.              — «Что-то про компьютеры»? Вэй Ин, это всё равно что сказать про «Юньмэн Авиа», что вы делаете «какие-то штуки для самолетов». Моя семья создала «Gusu Systems». Это крупнейший технологический гигант в стране. Они держат в узде цифровую безопасность абсолютно везде — от банков до государственных серверов. Весь софт, на котором ты работаешь в своем бюро, скорее всего, написан именно в его офисах. И управляет всей этой империей дядя Ванцзи. Он, если хочешь знать, стальной хребет всей этой системы.              Вэй Ин почувствовал, как у него медленно отвисает челюсть. Он, конечно, понимал, что Лани — люди не бедные, но одно дело — какой-то бизнес, и совсем другое — корпорация, чей логотип он видит каждый раз, когда включает свой рабочий терминал в мастерской.              — Погоди... — Вэй Ин сглотнул, чувствуя, как внутри всё замирает. — Ты хочешь сказать, что тот человек, который вчера нес меня у себя на груди, и шею которого я чуть ли не облизывал всю дорогу... это Тот Самый Лань Ванцзи? Глава «Gusu Systems»?              Он вспомнил, как буквально вжимался лицом в его шею, впитывая запах сандала, пока сильные руки альфы прижимали его к себе.              — О небеса, А-Юань... — Вэй Ин в отчаянии уронил голову на руки. — Я не просто на нем вис, я его реально обнюхивал! И в щеку чмокнул на прощание... я чмокнул в щеку самого влиятельного айтишника страны, пока он пытался затащить мою пьяную тушу в квартиру.              Сычжуй не выдержал и повалился на шезлонг, задыхаясь от громкого смеха.              — Ну, судя по тому, как он себя вёл, он был совершенно не против! — выдавил Сычжуй, задыхаясь от смеха и едва не скатываясь с шезлонга. — Поверь, если бы дяде Ванцзи что-то не понравилось, ты бы узнал об этом сразу.              Вэй Ин застонал, чувствуя, как лицо под солнечными очками становится пунцовым.              — А сколько ему лет? — тихо спросил Вэй Ин.              Сычжуй перестал смеяться, вытер выступившие слезы и снова надел очки.              — Тридцать два, — ответил он, — А-Ин, я серьезно, я думал, ты хоть что-то знаешь про мою семью.              Вэй Ин лишь покачал головой. Взрослый, состоявшийся, пугающе могущественный альфа — и он, который вчера весь вечер дегустировал запах его шеи.              — Тридцать два? — Вэй Ин на мгновение завис, быстро прикидывая в уме. — Слушай, он же совсем молодой для такого поста. А почему твоему папе не передали бразды правления? Он же старше.              Сычжуй лениво отпил кофе, вглядываясь в небо.              — Оо, ну, после смерти их родителей в завещании всё было прописано очень жёстко: компания переходит только детям. Дядя папы, Лань Цижэнь, конечно, работает в компании, но на должности пониже, и он подчиняется Лань Ванцзи. Их родители специально так сделали — они не хотели, чтобы дядя стоял у руля. В этом вся фишка, — Сычжуй довольно хмыкнул. — А мой папа... Он сам говорит, что слишком мягкий для такого жесткого менеджмента, и сразу отказался от своей доли власти в пользу брата. Его никогда не тянуло в цифровую безопасность, он человек души.              Вэй Ин присвистнул.              — То есть... Лань Ванцзи в тридцать два года командует не только целой империей, но и собственным дядей? Жестко. Представляю, какой у него стальной характер, раз он держит в узде даже старших родственников.              — С Лань Цижэнем вообще всё сложно, — Сычжуй закатил глаза так сильно, что очки чуть не съехали на лоб. — Он до сих пор пытается воспитывать своих племянников. Представляешь? Даже моему папе, которому тридцать восемь, прилетает! Дядя Цижэнь был просто в ярости, когда узнал про Мэн Яо. А уж что касается Лань Ванцзи... Он постоянно пытается подсовывать ему всяких «подходящих» омег из хороших семей, с безупречными манерами и родословной. Но, естественно, дядя Ванцзи на это только глаза закатывает. Чтобы он кем-то заинтересовался — это должно быть что-то из ряда вон выходящее. Он абсолютно непробиваем.              — Ну, если ты так говоришь... — грустно пробормотал Вэй Ин, — то откуда такая уверенность, что он всерьез заинтересовался мной?              Сычжуй резко повернул голову и нахмурился, глядя на друга почти строго.              — А-Ин, во-первых, ты мой лучший друг, — отрезал он. — А к моим друзьям дядя просто так присматриваться не стал бы. А во-вторых, я тебе уже говорил: вчера между вами аж воздух искрился! Я достаточно хорошо знаю своего дядю, чтобы сделать конкретные выводы. Он не из тех, кто тратит время на случайных людей.              Сычжуй довольно хмыкнул и вальяжно откинулся назад на подушки шезлонга, победно глядя на Вэй Ина.              — Тем более, номер твой он у меня уже взял, — добавил А-Юань с ехидцей. — Так что отпираться поздно. Процесс пошел. Вэй Ин... Я действительно считаю, что тебе с твоим темпераментом дядя подойдет идеально. Ты же у нас ходячий хаос и искры во все стороны. Тебе нужен кто-то, кто станет для тебя фундаментом. Кто-то настолько стабильный и мощный, чтобы ты мог на него опереться и не бояться, что он сломается под твоим напором.              Вэй Ин загадочно прищурился и принялся медленно накручивать прядь волос на палец, о чем-то напряженно размышляя.              — Кстати, А-Юань, во сколько у тебя лекции в понедельник?              Сычжуй лениво приоткрыл один глаз:              — Днем, вроде. Ах, кстати! Дядю же пригласили в университет провести лекцию, так что он будет там в понедельник. Представляю этот ажиотаж... Все будут на него слюной пускать.              — И на каком факультете будет лекция? — Вэй Ин нервно сглотнул от одной мысли о том, как сидит на лекции с другими студентами, а Ванцзи, такой же безупречный и холодный, как вчера, стоит и смотрит на него. От этой картинки по спине пробежали мурашки, а ладони мгновенно стали влажными.              Сычжуй, заметив эту внезапную перемену в друге, мягко улыбнулся:              — Да не переживай ты! Лекция будет на моем факультете, для цифровиков и управленцев. Что-то про кибербезопасность и архитектуру систем. У инженеров в это время обычные лекции по расписанию. Так что ты в безопасности, — он хитро подмигнул.              — Фух... Слава богам, — пробормотал Вэй Ин, снова поправляя очки. — А то я уже представил, как пытаюсь сосредоточиться, когда передо мной стоит он.              — Ахах, серьезно, А-Ин, расслабься! — Сычжуй весело покачал головой, не отрываясь от экрана смартфона. — Я тебе уже сказал: тебе стоит просто наслаждаться моментом и плыть по течению.              Он быстро что-то допечатал, заблокировал телефон и поднялся с шезлонга, потягиваясь.              — Ох, у меня кофе кончился. Пойду еще возьму. Тебе взять? Там, правда, очередь собралась, — он кивнул в сторону барной стойки за спинкой шезлонгов внутри кофейни.              — Неа, — выдохнул Вэй Ин, чувствуя, как расслабляется каждая мышца. — У меня еще есть. Иди, я тут посторожу наши кроватки.              Вэй Ин лениво откинулся на подушки и закрыл глаза под темными стеклами очков. Сычжуй ушел, оставив его наедине со своими мыслями. В голове крутился образ Лань Чжаня: его руки, запах сандала и этот пронзительный взгляд.              «Плыть по течению...может действительно так и сделать…мне же он действительно нравится» — эхом отозвалось в его голове.              «Ай, к чёрту все, действительно так и сделаю! Покажу ему всего себя», — решительно подумал Вэй Ин, окончательно расслабляясь под теплыми лучами солнца.              В суматохе мыслей он не заметил, как дрема окутала его плотным коконом. Вэй Ин поудобнее устроился на широких подушках, ложась полубоком и подгибая ноги. Тихий шум кофейни на заднем плане превратился в мерный гул, и он даже не почувствовал, как кто-то мягко, почти бесшумно подошел к нему со спины.       Этот «кто-то» молниеносным, но бережным движением лег рядом с Вэй Ином. Сильная рука уверенно скользнула под спину омеги, и собственнически притянула его к себе в объятия.       Вэй Ин вздрогнул, его сознание еще металось где-то между сном и реальностью, когда в нос ударил одурманивающий запах сандала. Он чувствовал жар чужого тела и то, как сильная рука надежно фиксирует его на месте.       Вэй Ин открыл глаза, медленно, почти лениво, поднес руку к лицу и снял очки, глядя на Ванцзи снизу вверх.              — Ты... как ты здесь оказался? Ты нарушаешь мои личные границы, знаешь об этом? Причём так нагло! — Вэй Ин пытался звучать серьезно и даже немного возмущенно, но улыбка так и рвалась на лицо, выдавая его с потрохами.              Ему чертовски нравилось это нарушение границ. Сердце бешено колотилось, а тело само собой расслаблялось в руках Лань Ванцзи.              Лань Чжань чуть улыбнулся — и эта улыбка, едва заметная, почти хищная, заставила Вэй Ина на секунду забыть, как дышать. Ванцзи склонился ниже и медленно, с наслаждением провел носом по его волосам, глубоко вдыхая аромат.              — Нашел... по запаху, — его голос, низкий и вибрирующий, опалил ухо Вэй Ина.              Вэй Ин изо всех сил старался не выдать охватившего его трепета, но омега внутри заскулила от восторга.              — Нашел он... — Вэй Ин всё-таки не выдержал и рассмеялся. Улыбка теперь сияла на его лице во всю ширь. — И зачем нашел? Просто чтобы пообниматься посреди дня?              Лань Чжань чуть переместил ладонь, лежащую на талии Вэй Ина, выше, прижимая его к себе еще плотнее, и в его глазах полыхнуло что-то такое, от чего у Вэй Ина по коже побежали искры.              — Пообниматься... и вернуть кое-что, — тихо ответил Ванцзи.              — А что вернуть? — в полном недоумении переспросил Вэй Ин.              Лань Чжань медленно убрал руку с его талии. На секунду Вэй Ину стало холодно без этого прикосновения, но уже в следующий миг пальцы альфы коснулись его щеки. Он мягко, но настойчиво повернул лицо Вэй Ина к себе, заставляя смотреть прямо в золотистые глаза.       Лань Ванцзи подался вперед и прижался к щеке Вэй Ина нежным, до невозможности долгим поцелуем. Это был жест такой запредельной нежности, что по венам Вэй Ина словно пустили ток. Запах сандала стал невыносимо близким, окутывая сознание. Он застыл, чувствуя, как мир вокруг окончательно рассыпается. Вэй Ин абсолютно точно ощутил, как омега внутри довольно замурлыкала.       Когда Ванцзи отстранился, Вэй Ин понял, что трезво соображать он больше не в состоянии.              — Это ты так долги возвращаешь? — прошептал он, и в его голосе не осталось и тени прежней насмешливости — только мягкость.              Вэй Ин подался вперед. Он невесомо коснулся губами края челюсти Ванцзи, а затем, сходя с ума от собственных ощущений, медленно провел носом по его шее, прямо там, где пульсировала вена. В этом жесте было зашкаливающее доверие, которого он не испытывал ни к одному человеку в жизни.       Внутри Лань Чжаня поднялся настоящий шторм. Его альфа утробно зарычал, сходя с ума от свежести лотоса с легким цитрусом. Он переместил ладонь с щеки обратно на талию Вэй Ина, но на этот раз его хватка была куда более властной. Запах сандала и нежного лотоса смешивались, создавая вокруг них кокон, в котором время просто остановилось. Он притянул Вэй Ина к себе вплотную, вжимая в себя и заглядывая в эти невероятные серые глаза цвета стали.              — Вэй Ин... — выдохнул Ванцзи.              Он подался вперед и прижался крепким, требовательным поцелуем к его шее. Вэй Ин рвано ахнул, чувствуя, как по телу прошла волна жара, и, поддавшись, зарылся рукой в волосы альфы, притягивая его ближе к себе. Ему до дрожи в коленях нравилось то, что сейчас происходило. «Ох... кажется, я готов раствориться в этом. Лишь бы он меня не отпускал», — подумал Вэй Ин, невольно улыбаясь. Плыть по течению действительно было лучшим решением. Забыв о всяком стеснении, он обнял Ванцзи двумя руками за шею, наваливаясь на него и закидывая на него свою ногу, окончательно переплетаясь с ним в один неразделимый узел. Он прижался вплотную к самому уху альфы и прошептал:              — Ты что же... соблазняешь меня в общественном месте? — Вэй Ин почувствовал, как Ванцзи напрягся. — Ох, Лань Чжань, как бесстыдно...              Он чуть отстранился, чтобы увидеть реакцию, и его серые глаза лукаво блеснули. Лань Ванцзи посмотрел на него — тяжело и глубоко. Вэй Ин подался вперед и с нескрываемой нежностью потерся своей щекой о щеку Лань Чжаня.              — Вэй Ин, не дразни меня... — голос Ванцзи сорвался на низкий, почти предупреждающий рык. — Я еле сдерживаюсь.              — Не хочу не дразнить, — упрямо прошептал Вэй Ин, чуть нахмурившись. Он продолжал мягко тереться о его щеку, жадно вдыхая запах. — Мне хорошо…              Наконец, он чуть отстранился — настолько, чтобы их губы почти соприкасались, а дыхание стало общим. Вэй Ин заглянул в потемневшие от желания золотистые глаза и, едва касаясь губ Ванцзи своими, прошептал:              — Мне нравится.              Лань Чжань зарылся пальцами в его волосы, и в его взгляде промелькнуло нечто настолько первобытное, что у Вэй Ина сладко потянуло внизу живота. Он чувственно улыбнулся, глядя прямо в потемневшие светлые глаза, подался вперед и медленно, дразняще прикусил нижнюю губу Ванцзи. Это было абсолютно бесстыдно, но Вэй Ину было плевать на всё остальное. Ему хотелось этого, здесь и сейчас.       Ванцзи на мгновение опешил. С глухим, утробным рыком, от которого Вэй Ин пришел в полный восторг, он прижался к его губам в требовательном поцелуе. Ванцзи целовал его так, словно хотел съесть и забрать себе каждый вздох. Вэй Ин со стоном ответил, сильнее вплетая пальцы в волосы на затылке альфы, и обнимая за шею.       Лань Чжань одной рукой держал его за затылок, не давая прервать поцелуй, а второй медленно поглаживал стройную длинную ногу Вэй Ина, которая была на него закинута. Его ладонь скользила, сминая ткань штанов, и от этого жеста по телу Вэй Ина пронеслась сладкая дрожь.       Он судорожно выдохнул в губы Ванцзи и прошептал, обдавая его горячим дыханием:              — Какой ты бессовестный, Лань Чжань... Буквально съел меня.              Глядя на альфу поплывшим взглядом, добавил с легкой, обезоруживающей обидой:              — И украл мой первый поцелуй.              Ванцзи ощутимо замер. Его зрачки расширились, а взгляд стал еще более тяжелым и внимательным. Он чуть прищурился, переспрашивая вибрирующим голосом:              — Первый?              — Ну да... — Вэй Ин снова нежно потерся щекой о его щеку.              Ванцзи удовлетворенно хмыкнул. В голове вспыхнула яростная и торжествующая мысль: «Похоже, он не дал этому ублюдку Вэнь Чао даже поцеловать себя. Вэй Ин только мой». Не говоря ни слова, он переместил губы ниже, к чувствительной коже шеи. Он начал медленно выцеловывать ее, отчего у Вэй Ина перехватило дыхание. Его голова бессильно откинулась назад, открывая полный доступ, а пальцы судорожно вцепились в плечи Ванцзи.              — Ох... — сорвалось с губ Вэй Ина, наслаждаясь прикосновениями.              Чувство обладания, исходившее от Ванцзи, было почти осязаемым, тяжелым и невероятно приятным. Омега внутри буквально скулила и плавилась.              — Кхе-кхе! — раздался громкий кашель.              Они неохотно отстранились друг от друга. Вэй Ин, тяжело дыша, увидел перед собой совершенно красного Сычжуя. Тот застыл в паре шагов, глядя на них во все глаза с открытым ртом.              — Нет, я, конечно, всё понимаю, — выдавил наконец Сычжуй, чей голос сорвался от шока. — Но мне кажется, вам нужно остановиться. Мы всё-таки в кафе, хоть и во дворе.              Вэй Ин моргнул, заливаясь румянцем и осознавая, в какой позе они застыли: он всё еще полулежал на Ванцзи, закинув на него ногу и обвивая руками за шею.       Он медленно убрал ногу с бедра альфы и нехотя отстранился.              — Сычжуй, да мы просто болтали! — выдал Вэй Ин, плавным движением надевая темные очки и стараясь придать голосу будничный тон, что звучало крайне неубедительно, учитывая его сбившееся дыхание и распухшие губы.              — Ага, да-да, я вижу... — пробормотал Сычжуй, смутившись настолько, что физически не мог заставить себя смотреть на них.              Вэй Ин, не выдержав, откинул голову назад и разразился звонким смехом.              — Сычжуй! Ты сейчас выглядишь так, будто это не ты мне тридцать минут назад рассказывал…              — Вэй Усянь, замолчи! — в панике вскрикнул Сычжуй, понимая, что именно сейчас вылетит из этого неугомонного рта.              — ...вещал о «цветочках»! — Вэй Ин продолжил хохотать, едва не скатываясь с шезлонга.              Лань Сычжуй, несмотря на пылающие щеки, не выдержал и тоже подхватил этот хохот.       Ванцзи приподнял бровь, не понимая, о каких цветочках идет речь, но то, как Вэй Ин искренне смеялся, вызывало у него непреодолимое желание защитить эту радость любой ценой. Он не спеша поднялся с шезлонга, возвращая себе привычную статную осанку, но не сводя глаз с Вэй Ина.              — Сычжуй, ты поедешь со мной к Сичэню? — голос Ванцзи снова обрел спокойствие, будто это не он пару минут назад рычал, впиваясь в шею Вэй Ина.              Сычжуй встрепенулся, быстро переводя взгляд с дяди на друга.              — Да, поеду! — ответил он, — Вэй Ин ты не против? Или ты всё-таки хотел еще погулять?              Вэй Ин, всё еще улыбающийся и развалившийся на шезлонге, лениво махнул рукой.              — Неа, я не хочу. Поеду к Цзян Чэну, проверю, жив ли он вообще, — он хитро улыбнулся, глядя на Ванцзи снизу вверх.              — Тогда идем на выход, — сказал Сычжуй, подхватывая свой кофе.              Вэй Ин шел чуть впереди, всё еще чувствуя на своей пояснице фантомное тепло руки Ванцзи. Предвкушая дорогу, потянулся было к ручке двери своей серебристой малышки. Но не успел он сделать и шага, как его мягко дернули назад. Вэй Ин едва успел охнуть, как оказался в кольце сильных рук. Лань Ванцзи склонился и на глазах у онемевшего Сычжуя нежно поцеловал его в губы — мягко, но так обещающе, что у того перехватило дыхание. Когда они закончили, Вэй Ин ослепительно улыбнулся, а на щеках горел румянец. Послав Лань Чжаню на прощание дерзкий воздушный поцелуй, он прыгнул за руль.              — Хороших выходных! Сычжуй, увидимся в понедельник! — крикнул он уже из открытого окна.              Двигатель отозвался мощным рыком, и машина пулей влетела в городской поток.       Вэй Ин включил музыку погромче, не в силах сдержать торжествующий возглас.              — Черт, Лань Чжань...!              Тем временем Сычжуй, оставшись на тротуаре, перевел взгляд на застывшего дядю и звонко рассмеялся, не в силах больше сдерживаться.              — Мдааа, — протянул он, качая головой. — Ты, конечно, поплыл. Никогда не видел тебя таким...              Ванцзи медленно повернул голову к племяннику. Он вскинул бровь и едва заметно улыбнулся кончиками губ — так, как улыбается хищник, который не просто нашел свою добычу, а обрел то, что искал всю жизнь.              — Поехали, — коротко бросил он, восстанавливая самообладание.              Вэй Ин тем временем долетел до дома двоюродного брата за считанные минуты. Это был строгий комплекс в паре кварталов от его собственного — Цзян Чэн любил этот район за близость к университету и деловой центр под боком.       Вэй Ин, не долго думая, зажал кнопку звонка и начал настойчиво, в такт какой-то мелодии, выстукивать по двери кулаком.              — Цзян Чээээн! Любимый брат! Открывай!              За дверью послышался приглушенный рык, грохот чего-то упавшего и тяжелые, шаркающие шаги. Спустя минуту замки щелкнули, и дверь распахнулась.              На пороге стоял Цзян Чэн. Вид у него был помятый: волосы взлохмачены, на лице — вселенские страдания, а в руках он сжимал пакет со льдом, который тут же приложил к виску.              — Вэй Усянь, — прохрипел он, болезненно щурясь, — кто дал тебе право так названивать и колотить в мою дверь? У меня сейчас голова взорвется.              — Да ладно тебе, Чэн-Чэн! — Вэй Ин, не дожидаясь приглашения, зашел в квартиру, скидывая обувь. — Как ты себя чувствуешь?              — Паршиво, — отрезал Цзян Чэн, проходя в гостиную и заваливаясь на диван. — Я заказал суп. Если курьер позвонит так же громко, как ты, я его прикончу.              Вэй Ин завалился рядом с ним и блаженно растянулся.              — Погоди... — Цзян Чэн подполз к Вэй Ину, подозрительно прищуриваясь. — Чем это от тебя несет?              — Вэй Усянь, — голос Цзян Чэна стал тихим, а в глазах, несмотря на похмелье, вспыхнул интерес. — Почему от тебя так разит альфой?              Вэй Ин замер, чувствуя, как лицо снова начинает теплеть. Он попытался отстраниться, делая максимально независимый вид.              — О чем ты? У тебе в голове помутнение, вот и мерещится всякое, — фыркнул он.              — Помутнение? — Цзян Чэн подался еще ближе, буквально внюхиваясь в толстовку брата. — Этот запах тяжелый и доминирующий настолько, что у меня инстинкты дыбом встают. И он на тебе везде. На волосах, на одежде, на коже.              — Что ты натворил? — Цзян Чэн едва не задохнулся от возмущения, глядя на это сияющее лицо. — И почему выглядишь крайне довольным? Не вздумай мне врать, я кожей чувствую — что-то произошло вчера, пока я был в отключке. Ты пахнешь так, будто тебя присвоили, Вэй Усянь!              Вэй Ин закинул руки за голову и с размаху откинулся на спинку дивана, довольно жмурясь.              — Ой, да ладно тебе, Чэн-Чэн! Ничего криминального, — он хитро взглянул на брата. — Просто оказалось, что не все альфы — придурки.              — И где ты успел найти этого «не придурка»? И сблизиться так, что от тебя буквально веет его мощью? Мы вчера были в клубе вместе. Ты что, за это время успел найти себе альфу высшего порядка и... и что вы вообще делали?!              Вэй Ин закинул ногу на ногу, продолжая сиять. Его абсолютно не пугал гнев брата, наоборот, распирало от желания поделиться.              — Ну, скажем так, он сам меня нашел, — Вэй Ин озорно подмигнул. — Пока ты спал на диване, Лань Ванцзи очень любезно предложил мне свою помощь. И знаешь, Чэн-Чэн, у него оказались на редкость удобные руки. И очень... очень правильный запах.              Цзян Чэн замер, переваривая услышанное. Его лицо медленно бледнело.              — Лань Ванцзи?! — наконец выдавил он. — Ты хочешь сказать, что этот запах, который сейчас душит всю мою квартиру, принадлежит Лань Ванцзи? Главе «Gusu Systems»?              — Ну да, ему, — Вэй Ин беспечно пожал плечами, наблюдая, как челюсть брата медленно стремится к полу.              Цзян Чэн резко сел, забыв о похмелье, и уставился на брата безумными глазами.              — Вэй Усянь, да ты с ума сошел! — рявкнул он, хватаясь за голову. — О нём говорят как о самом холодном и беспощадном ублюдке в бизнесе! Он людей в порошок стирает одним звонком! Ты не боишься, что он тебя просто использует, а ты как ребенок повелся на красивую обертку и запах?              Он ткнул пальцем в сторону Вэй Ина, его голос дрожал от злости и беспокойства:              — Тебя нельзя оставлять без присмотра даже на час! Стоило мне вырубиться, как ты влез в историю с человеком, который тебе не по зубам. Ты хоть понимаешь, что он — акула, а ты для него — просто развлечение на пару вечеров? Он тебя раздавит и не заметит!              — А-Чэн, — мягко перебил его Вэй Ин. — Я же тебе говорил: обычно меня тошнит от запахов альф, я их на дух не переношу. Но тут всё было наоборот. Всё было так, как должно быть, и…              — Вэй Усянь, ты не понимаешь! — Цзян Чэн вскочил с дивана, наплевав на боль в висках. — Хорошо, тебя привлек запах, инстинкты сработали, я понял. Но ты же его совсем не знаешь! Все думают, что они влиятельные только из-за количества бабла в их кошельках, но это верхушка айсберга.              Он подошел к окну и резко задернул штору.              — Они занимаются кибербезопасностью и глобальными сетями, Вэй Ин! Это значит, что он может узнать любую подноготную любого человека. Ему достаточно щелкнуть пальцами, чтобы залезть в твои данные: переписки, счета, история перемещений — и он будет знать о тебе всё, чего ты и сам не помнишь. Для него нет закрытых дверей. Ты для него — открытая книга, которую он может прочитать, а потом просто закрыть и выкинуть.              Он тяжело вздохнул, и вся его яростная энергия внезапно сменилась тревогой.               — Вэй Усянь, я просто не хочу, чтобы тебе вскружили голову, использовали, а потом бросили.              Цзян Чэн замолчал, и в комнате повисла тяжелая тишина. Тень Вэнь Чао, те два месяца лживых ухаживаний, которые закончились нападением и страхом — всё это до сих пор было открытой раной не только для Вэй Ина, но и для Цзян Чэна.              — А-Чэн, я ценю, что ты беспокоишься. Правда. — Тихо сказал он, глядя брату прямо в глаза. — Но Лань Чжань... он не такой. Если бы он хотел меня использовать или «прочитать как книгу», он бы не тащил меня на себе до дома, не остался бы под дверью квартиры и не приезжал бы лично, чтобы просто увидеться.              — И я еще тебе кое-что расскажу, — Вэй Ин замолчал, подбирая слова, а его взгляд стал непривычно серьезным и глубоким. — Ты слышал об истинных парах? О том, что есть кто-то, чей запах не просто приятен, а жизненно необходим?              Цзян Чэн замер с открытым ртом, а Вэй Ин продолжил, понизив голос до шепота:              — Так вот, А-Чэн, это не сказки. Когда он рядом, меня не просто «не тошнит». У меня внутри всё плывет. Это дикое, сумасшедшее притяжение. Вчера в клубе, когда я его увидел, мир будто в фокус пришел. А сегодня в кофейне... — он невольно коснулся своей шеи. — Моя омега признает его. Я каждой клеткой чувствую, что он — мой истинный. Это как два пазла, которые наконец-то совпали.              Цзян Чэн побледнел еще сильнее, если это было возможно.              — Истинный? — Цзян Чэн едва не поперхнулся воздухом, во все глаза глядя на брата. — Ты уверен в этом? Это же огромная редкость в наши дни! А он сам-то об этом догадывается?              Вэй Ин закусил губу, вспоминая тяжелый, собственнический взгляд золотистых глаз и то, как жадно Ванцзи вдыхал его запах.              — Я уверен, что да, — тихо, но твердо ответил он. — Честно говоря, мне про это притяжение сегодня Сычжуй рассказал. Я сам до конца не понимал, что со мной происходит... Почему меня так тянет к нему, почему ноги подкашиваются. Но то, как он вчера со мной вел себя... и сегодня... Я думаю, он знает. Причем знал с самой первой секунды, как увидел меня.              Цзян Чэн тяжело опустился обратно на подушки, чувствуя, как голова идет кругом от масштаба событий.              — Если такой человек, как Лань Ванцзи, нашел своего истинного, он его из-под земли достанет и за бетонными стенами спрячет, — пробурчал он, потирая виски. — Теперь понятно, почему от тебя за километр разит его запахом. Он тебя буквально застолбил.              — И что ты намерен делать дальше? — спросил Цзян Чэн, подозрительно прищурившись.              — Нуу... Плыть по течению? А что мне остается? — он повернул голову к брату. — Знаешь, я много думал об этом. И не могу отрицать, что помимо запахов, истинности и всей этой физиологии, он мне действительно нравится. Мне кажется, я влюбился, — хихикнул он, пряча лицо в ладонях.              Цзян Чэн посмотрел на него как на придурка. Он зажмурился на секунду, надеясь, что розовая дымка вокруг брата исчезнет.              — Мдааа... Влюбился он! — выдал Цзян Чэн, качая головой. — Вэй Усянь, вы знакомы ровно один день! Вчера ты его имени не знал, а сегодня уже готов сердце на блюдечке принести. Это не любовь, это у тебя гормоны в голову ударили.              — Один день или целая вечность — какая разница, если это он? — Вэй Ин подмигнул брату и наконец-то подскочил, чтобы забрать еду у курьера за дверью. — Всё, хватит ворчать! Суп сам себя не съест.              — Хорошо, плыви по течению, — Цзян Чэн тяжело вздохнул. Он смягчился, и посмотрел на Вэй Ина с заботой, которую всегда пытался скрыть за ворчанием. — Я действительно буду рад, если у вас всё сложится... Но, Вэй Ин, прошу тебя — будь осторожен.              — Обещаю, А-Чэн. Я не дам себя в обиду.              — Кстати, — Вэй Ин поднял взгляд, хитро прищурившись, — а ты-то сам как? Не Хуайсан вокруг тебя кругами вился! Я же помню, как он веерами тебе перед носом махал и что-то нашептывал.              — Этот придурок... — прошипел Цзян Чэн, со звоном роняя ложку в тарелку. — Он не вертелся, он действовал мне на нервы! Весь вечер ныл, как у него голова болит от музыки, и при этом всё время норовил уцепиться за мой локоть. Я его чуть этим же веером не придушил.              Вэй Ин расхохотался, вспоминая, как Хуайсан «боялся» громкой музыки, прижимаясь к самому грозному альфе.              — Ну, А-Чэн, он просто ищет защиты у сильного плеча!              — Мне сейчас вообще не до этого, ты же знаешь, — Цзян Чэн раздраженно отодвинул пустую тарелку и посерьезнел. — Я постоянно торчу в «Юньмэн Авиа», впахиваю там. Отец хочет отдать управление мне сразу после учебы, у него большие планы по расширению компании. Я должен показать себя семье с лучшей стороны, доказать, что справлюсь, а не тратить время на всяких... Не Хуайсанов с веерами.              Вэй Ин понимающе кивнул. Он знал, как сильно дядя Цзян давит на сына в плане карьеры, и как отчаянно Цзян Чэн хочет оправдать эти ожидания.              — Ну, одно другому не мешает, — мягко заметил Вэй Ин. — Но я тебя понял. Работа прежде всего. Кстати, раз уж мы о «Юньмэн Авиа»... Мне пора бежать в бюро. Нужно проверить кое-что перед понедельником.              — Вали уже, — проворчал Цзян Чэн.              Вэй Ин попрощался с братом и вышел на улицу. Предстояли выходные, за которые нужно было успеть доделать проект, но мысли постоянно возвращались к Лань Ванцзи.