Невеста Малфоя

Драко успел подхватить её за секунду до того, как она ударилась бы о пол. Его сердце пропустило удар, а затем бешено забилось в панике. Время словно застыло, превратившись в дешевую драму с замедленной съёмкой. Он не слышал ничего вокруг, кроме своего собственного хриплого голоса. - Гермиона! Милая, посмотри на меня, пожалуйста! - в отчаянье воскликнул он. Она потеряла сознание, и сейчас её лицо было смертельно бледным. Губы, которые утром были опухшими и розовыми от поцелуев, сейчас приобрели пугающий синеватый оттенок. Тело неестественно обмякло в его руках. Юбка, которую они с такой любовью выбирали в маленькой лавке, волочилась по холодному полу пока он пытался привести её в чувства. Альфа сошел с ума, от того контраста между солнечными воспоминаниями сегодняшним утром и мертвенной тишиной, которая опустилась на них сейчас. Его повело, так резко, как если бы кто-то выбил из него опору. Он разом посыпался и не мог состедоточится, что бы сделать хоть что-то. - Отец! Мама! Что с ней?! - он закричал, вскидывая голову на Люциуса и Нарциссу, сидя на коленях с её безжизненным телом на руках. Люциус стоял с непроницаемым лицом, но пальцы на трости побелели от напряжения. Кажется отец в это мгновения просчитывал все варианты событий. Нарцисса же, мгновенно оценив бледность Гермионы и тени под её глазами, стремительно подошла к ним и приложила ладонь к её холодному лбу. - Драко, немедленно неси её в спальню. - она сказала это сурово, не терпя возражений. Несмотря на всю свою спесь, на недавнюю победу в кабинете Министра и на древнюю магию, пульсирующую в его венах, сейчас он был просто напуганным мальчишкой. Альфа завывал от бессилия, сорвавшийся звук был низким и рваным, похожий на рык, чем на человеческий голос. Он не понимал, почему его пара, его сильная и несокрушимая Гермиона, лежит мертвым грузом у него на руках, словно сломанная кукла. Он растерял способность мыслить хладнокровно и пользоваться своей связью с ней. Драко нес её по коридорам, не разбирая дороги. Стены поместья, казалось, сжимались, отвечая на его внутренний хаос, но вели его в нужном направлении. Магия дома стонала под гнетом его безысходности. Он ворвался в спальню, которая сейчас пахла чистотой после их отсутствия. Бережно, он уложил её на огромную кровать, прямо на тяжелое изумрудное покрывало. - Тинки! Живо! - рычал он. Аура Альфы, лишенная контроля начала бесконтрольно выбиваться из него, заполняя пространство. Воздух казалось дрожал, а вместе с ним и предметы на столиках начали мелко дрожать. Флаконы с его парфюмом звякали друг о друга, готовые взорваться от избытка этого давления. Эльфийка стояла рядом дрожа и зажимая уши, боясь даже запищать. Только лила огромные слезы смотря на свою хозяйку. - Немедленно открой камин в клинику Блэквуда! Срочно! - Драко не узнавал собственный голос, он сорвался на хриплый лай. - Передай ему что если он не явится через секунду, я сожгу его клинику до основания! Клянусь магией, я вырежу весь его род, если она не откроет глаза! Он не знал, за что хвататься, логика больше не работала. Только паника, тупая и оглушающая. Единственное что пришло ему в голову это опуститься на колени у кровати и начать судорожно расстегивать воротник её блузки. Пуговицы, эти ничтожные маленькие серебрянные кусочки, не поддавались его дрожащим пальцам. Альфа требовал разорвать ткань, добраться до её кожи, почувствовать биение пульса. Он уже был на грани и почти срывал с неё ткань, когда заставил себя остановиться. Он еле сдерживал себя, боясь причинить ей вред. Мысли не складывались воедино. Они путались, обрывались и мозг отказывался работать быстрее, чем билось его сердце - Давай же, Гермиона... дыши, любовь моя... - шептал он, прижимая дрожащую ладонь к её щеке. Кожа была ледяной и влажной от пота. - Где этот чёртов целитель?! Я собственноручно вырву ему сердце, если он заставит её страдать еще минуту! Нарцисса, вошедшая почти следом за ним, схватила сына за плечо и с силой развернула к себе. - Драко, замолчи! Угрозы сейчас не помогут, успокойся и отойди от кровати! - Мама, она не дышит! - Он заговорил, но этот голос... будто говорил не он, а что-то темное внутри него. Драко обернулся посмотрел на мать, и она увидела в его глазах то, чего боялась больше всего. Слепое отчаяние хищника, теряющего пару. Бездна тьмы первобытного инстинкта. - Она дышит, но твоя аура сейчас просто подавит её. Ты душишь её собственной магией, идиот! - Нарцисса легонько шлепнула сына по рукам, когда он снова попытался коснуться Гермионы. - Сверни свою силу. Немедленно! Драко слегка отодвинулся от Гермионы, глубоко глотая воздух. Он попытался обуздать стихию внутри себя, заталкивая ярость и страх в самый дальний угол. Кажется это слегка облегчило ситуацию. - Она белая, - выдохнул он, глядя на неподвижную грудь Омеги. - Мы только что...Она смеялась, и у неё ничего не болело... Мама, если с ней что-то случилось из-за портключа... или из-за меня...что если я был слишком… - он стыдливо прятал глаза. - Успокойся, - Люциус вошел в комнату. - Блэквуд уже здесь, Тинки провела его через камин. В дверях появился пожилой мужчина в целительской мантии. Он не стал тратить время на формальности и приветствия, видя состояние наследника. Привыкший к капризам и ярости аристократов, целитель сразу же пошел к лежащей девушке. Но вынужден был остановиться, едва не сталкиваясь с Драко, который преграждал путь к своей Омеге. - Мистер Малфой, - сухо начал целитель, - отойдите от кровати. Ваша аура сейчас мешает. Я даже не вижу магических потоков пациентки. Вы буквально фоните на всю комнату! - Я никуда не уйду! - Альфа вздыбился, оголяя клыки. Как он может отойти, когда она так беззащитна? Пальцы впились в одеяло. - Делайте свою работу, а не указывайте мне! Я должен видеть каждое ваше движение! - Мистер Малфой, - Блэквуд остановился и посмотрел на него поверх очков. - Либо вы сейчас же сядете вон в то кресло и успокоите свою магию, либо я попрошу вашу мать выставить вас за дверь. Ваша тревога сейчас бьет по ней. Магия Омеги сейчас крайне чувствительна. Вы хотите ей помочь или окончательно доконать своим избыточным выбросом? Драко задохнулся от возмущения. Ему хотелось вцепиться в горло этого старика за одну только мысль о том, что он и его присутствие может ей вредить. - Выставить меня в моем же доме?! Да я сотру вас в порошок... - Драко, - голос Люциуса от двери был ледяным, он говорил как Альфа, а не как отец. - Немедленно сядь и не теряй времени. Дай ему работать. Скрипя зубами так, что челюсть свело судорогой, Альфа отступил. Он чувствовал себя униженным и лишенным права защищать то, что принадлежало ему по праву крови и магии. Рухнул в глубокое кресло, вцепившись в бархатные подлокотники. Гневный выброс боли внутри, требовал выхода. Блэквуд начал диагностику и палочка выписывала сложные руны над телом Гермионы, оставляя за собой шлейф мягкого синего света. - Почему синий? - тут же взволнованно спросил Драко, снова подаваясь вперед. Инстинкты вопили, что любой цвет, кроме спокойного белого или золотого это опасно. - Почему палочка светится синим, Блэквуд? Это из-за портключа? Кто виноват? Отвечайте! - Мистер Малфой! - Целитель даже не обернулся. - Еще одно слово и я применю на вас Силенцио. Драко снова рухнул в кресло. Его взгляд был прикован к лицу Гермионы. Он отмечал каждую деталь - как прядь её волос запуталась под воротником блузы, как неподвижны её длинные ресницы. Весь его мир сейчас был сосредоточен только на ней, такой бледной на этой кровати. В голове крутились обрывки совместных завтраков, запах моря, её смех... - Она такая хрупкая... - едва слышно прошептал он, закрывая лицо руками. Перед глазами стояла картина того, чтобы было не успей он её подхватить. - Мама, если это я её сломал... своей силой... своим напором... - Тише, Драко. Просто подыши спокойно, вместе с ней. - Нарцисса подошла к нему и положила руку на голову сына, поглаживая и прижимая к себе, успокаивая его материнской заботой, совсем как в детстве. Она чувствовала как мелко дрожит сын. - Тошнота была? - не оборачиваясь, спросил Блэквуд. - Мы только что переместились через портключ! - снова раздраженно рявкунул Драко. - Разумеется, её тошнило, этот чертов артефакт вытряхивает всю душу! Вы врач или кто? Как можно задавать такие идиотские вопросы?! Блэквуд проигнорировал его выпад. Он сменил заклинание, и над телом Гермионы разлилось мягкое золотистое сияние. Когда палочка скользнула ниже, к животу, золотой свет вдруг начал менять оттенок. Прямо сквозь ткань юбки начало медленно разрастаться нежное, пульсирующее розово-серебристое сияние. Оно было очень отчётливым и невероятно красивым. - Так-так... - пробормотал Блэквуд. - Весьма характерно. Драко снова вскочил, наплевав на то что ему запретили это делать. Кто бы посмел сейчас удерживать бешеного Альфу. - Что там характерного?! Почему розовое? Это яд? Это какая-то магическая инфекция? Блэквуд, клянусь Мерлином, если вы сейчас же не скажете... - Лорд Малфой, сделайте же что-то с сыном - целитель резко обернулся к Драко. - Если вы не замолчите, я действительно применю сонные чары не к пациентке, а к вам! Нарцисса, дорогая, подержите сына, иначе я не смогу закончить. Нарцисса снова приблизилась к неугомонную сыну и схватила его под локоть. Её взгляд был прикован к розовому туману над Гермионой и в ней медленно просыпалось понимание, смешанное с счастливым трепетом. Блэквуд закончил выводить последние круги и убрал палочку. Он посмотрел на Драко с легкой сочувственной улыбкой. - Ваша Омега абсолютно здорова, лорд Малфой. Насколько это вообще возможно для девушки в её положении. - В каком положении?! - Драко уставился на него от непонимания что несет этот дурень. - Блэквуд, говорите по-человечески! Вы меня с ума сведете! Целитель повернулся к Люциусу, но его слова предназначались Драко. - Полагаю, ваш гнев на портключ был излишним. Причина обморока мисс вовсе не в перемещении. Оно скорее всего, лишь спровоцировало реакцию организма, который сейчас на пределе своих магических и физических сил. - О чем вы говорите? - Драко сделал шаг вперед, его голос дрожал. - Какие силы? Она истощена? Я... я слишком часто... - он осекся, чувствуя, как по лицу и шее кажется разливалось тепло смущения. Мысль о том, что их недавние ночи в Провансе могли довести её до такого состояния, заставляла его сгорать со стыда. - Я переусердствовал? - Нет, мистер Малфой, это тут не причем. - Блэквуд понимающе улыбнулся. - Магия Рода Малфоев вошла в полный отклик с её собственной магией. И это создало новую жизнь. В комнате стало тихо. Трое Малфоев смотрели на Гермиону, а потом оба родителя посмотрели на Драко. Тот же, стоял и все еще не понимал что происходит. Жизнь? - Жизнь? - переспросила Нарцисса прижимая ладонь к губам. Глаза леди Малфой наполнились слезами. - Именно, - кивнул Блэквуд. - Мисс беременна, но как упомянул мне ранее Лорд Малфой, из-за того, что она Первородная, а отец Альфа такого уровня силы, плод уже начал формировать собственное защитное ядро. Обморок - результат магического скачка. Драко почувствовал, как у него подкашиваются ноги. Он осел в кресло, не сводя глаз с живота Гермионы. Беременна? Внутри неё его ребенок. Маленький Альфа... или Омега. Искра его жизни, находящаяся в ней. - О, значит у нее магический токсикоз, - тихо произнесла Нарцисса. Драко моргал, пытаясь осознать услышанное. Его мозг, обычно такой быстрый, сейчас словно не соображал, варясь в какой то тягучей субстанции, которая мешала мыслить. Он сидел уставившись на неё так, будто реальность запаздывала за происходящим на несколько секунд. - Беременна?.. - Его голос прозвучал тонко и совсем непривычно. - Но… Блэквуд, вы старый дурак! Мы были вместе всего неделю или около того! Как это беременна?! Магия не работает со скоростью молнии! - Мистер Малфой, - целитель вздохнул, ему уже надоел этот юноша. - магия тут ни при чем, это чистая биология. Не мне вам обьяснять как обычно происходит этот процесс. Однако точный срок беременности уточнить не смогу. Магия не поддаётся, но примерно около пяти недель. - Сколько? - Драко разинул рот, а потом переспросил шепотом. - Но... тогда мы были в Лондоне. Мы... мы же тогда еще… - его взгляд заметался по комнате, лихорадочно высчитывая сроки. Та сумасшедшая череда дней, когда они не могли оторваться друг от друга, когда он брал её снова и снова, запечатывая свою принадлежность... пока не случился тот дурацкий разговор… - Мама, как это… мы же потом почти не... - он снова отвел глаза, вспоминая их холод. - Но почему мы не знали? Как Альфа не почувствовал... - Возможно, мисс была взволнована чем-то или находилась в состоянии стресса, - Блэквуд поправил очки, внимательно смотря на него. - Её магия первородной могла просто замаскировать плод, чтобы защитить его. Организм Омег в первый раз часто ведет себя непредсказуемо. Или - он нервно отвел глаза... - возможно Мисс просто хотела сделать вам сюрприз. - Она не могла... она бы сказала, - Драко присел на край кровати. - На самом деле, мистер Малфой, - Блэквуд стал серьезным, - я вижу явные следы истощения. Ей нужен абсолютный покой и никакого давления. Если вы хотите, чтобы она проснулась в добром здравии, вы должны стать для неё тем кто приносит ей спокойствие, а не стресс. - Я идиот, - глухо произнес он и опустил голову на руки. Всё то время, пока он злился, пока выбивал подписи, она уже носила его ребенка - маленького Малфоя. Люциус подошел к окну, глядя на сады Мэнора. Его плечи расправились, а взгляд был холодным, что, казалось, мог заморозить всю Темзу в Лондоне. - Блэквуд, - не оборачиваясь, произнес Патриарх. - Вы понимаете, что эта информация не должна покинуть пределы этой комнаты. Ни одно слово, ни один намек. Мы хотим сохранить приватность нашей жизни и не беспокоить нашу невестку сплетнями из газет. - Разумеется, милорд. Врачебная тайна и преданность роду Малфоев превыше всего. Люциус протянул ему толстый мешок с золотом и подошел к кровати. Он смотрел на спящую Гермиону, а затем перевел взгляд на сидящего сына, чьи ноги просто отказались его держать. - Похоже, Драко, - голос старшего Малфоя был тихим, но в нем звучала непривычная теплота, - Гермиона только что стала бесценной. Блэквуд начал собирать свои инструменты в саквояж, давая последнии наставления. - Придите в себя, мистер Малфой, иначе мне придется откачивать еще и вас. Я зайду завтра утром. А пока никакой магии и никаких стрессов, ни для вас, ни для мисс. В этот момент Гермиона слабо зашевелилась. Её ресницы дрогнули, и она медленно открыла глаза, щурясь словно в глаза бил солнечный свет. - Драко?.. - её голос был едва слышным. Она огляделась, замечая Люциуса, Нарциссу и стоящего у двери мужчину в белом. - Что случилось? Почему я... почему здесь целитель? - еле прохрипела она. - Все нормально? Со мной что-то не так? Драко не смог ответить сразу, будучи слишком обескураженным, лишь вздохнул облегченно. Он осторожно, едва касаясь, накрыл ладонью её живот там, где билось второе сердце. И прочистил горло, пытаясь собрать слова воедино. - Все хорошо, милая, - прошептал он, глядя ей в глаза с нежностью. - Просто ты... ты очень устала. Тебе нужно отдыхать. - Драко, скажи мне... - она попыталась приподняться, её взгляд был тревожным, но рука и поглаживания на её животе действовали успокаивающе. - Почему у тебя... у тебя слезы на глазах? - Милая, оказывается, ты всё это время... была моей больше, чем я мог мечтать. - сорвалось с его губ, он едва сдерживал рыдания. Гермиона открыла было рот что бы задать вопрос, расширив глаза только выдала единственное “о”. Она посмотрела на его руку, потом на сияющие глаза Нарциссы, стоявшей за спиной сына. Понимание начало медленно проникать в её сознание, но силы снова покидали её. Она хотела спать, бороться оказалось невозможным. Организм, изнуренный перемещением и магическим всплеском, снова требовал отдыха. - Драко-оо… - выдохнула она, и её веки начали тяжелеть и закрываться. Она хотела спросить еще тысячу вещей, хотела осознать что за чудо случилось, но сон навалился сверху и утянул за собой. Прямо у него на глазах она снова провалилась в царство Морфея. Её голова лежала на мягких подушках, а дыхание выровнялось. Драко поправил ей локоны волос, и вернул свою руку на её живот. Он мечтал почувствовать ту самую магию новой жизни. Нарцисса коснулась плеча Люциуса, и они молча направились к выходу, уводя за собой целителя. Дверь спальни тихо закрылась, оставляя Драко в полумраке наедине со своей Омегой и их общей тайной. Теперь у него была не одна причина уничтожить любого, кто встанет на их пути. Теперь их было двое - его пара и его кровь в ней. Люциус у окна в коридоре бросил последний взгляд на дверь. - Отлично, - прошептал он сам себе, - любой, кто посмотрит в её сторону с дурным умыслом, узнает, что такое гнев всего нашего Рода. Гермиона выплывала из длительного и спасительного сна медленно, словно продиралась сквозь дреби густого леса. Первым, что вернулось к ней, были запахи. Прованс пах свободой, солнцем и бесконечной лавандой, но здесь... здесь воздух был другим. А её окутал запах, который принадлежал только одному человеку . “Я в Мэноре, в спальне”, - пронеслось в голове. Она почувствовала как юбка неудобно перекрутилась на бёдрах, а блузка скрутилась сковывая движения. Она была всё в той же одежде, что надевала перед перемещением. Сделав глубокий вздох, её тут же накрыла волна тошноты, но чья-то теплая рука сразу же легла на её лоб, передавая успокаивающее чувство. - Драко?.. - её голос был едва слышен и она не понимала произнесла ли это вслух или мысленно. Она открыла глаза, но не сразу увидела всё четко. Когда глаза привыкли, первое, что она увидела - лицо Драко. Он лежал рядом на кровати, его платиновые волосы были в полном беспорядке, а на лице выражение, которого она никогда раньше за ним не замечала. Какое-то сакральное счастье и испуг в глазах. Он поцеловал её в висок трепетно и нежно. Его рука продолжала лежать на её животе, словно он уже сейчас ощущал связь со своим ребенком. - Я здесь, милая. Я здесь, - его голос звучал необычно спокойно. Он сжал её руку, словно это было единственной нитью, удерживающей его в реальности. - Как ты себя чувствуешь, любовь моя? - прошептал он. - Я так испугался, когда ты обмякла в моих руках… я думал о худшем. Я думал, что потеряю тебя навсегда. Альфа просто обезумел от ужаса. Я никогда в жизни не чувствовал ничего подобного... этот страх свёл меня с ума, настаивая на том, что ты больше не откроешь глаза. - Драко, то что ты сказал... что ты имел в виду? - она попыталась приподняться, но голова закружилась и сдавило виски. Тихо охнув, она оставила эту попытку скривив лицо от неприятного чувства. Драко заметив это, помог ей устроиться удобнее на подушках. Гермиона пальцами нащупала тепло его ладони на своем животе. Она медленно положила свою руку поверх его руки. Драко осторожно убрал свою, давая ей возможность самой понять... и стал ждать её реакции. Понимание накатило на неё и тишина комнаты наполнилась новым смыслом. Драко зарылся лицом в её шею, вдыхая её запах, который теперь из-за того что её магия ослабила защиту ребенка, начал меняться. Ему показалось что он стал каким то молочным и еще сильнее манящим. Инстинкты Альфы просто кричали от восторга. - Гермиона, - его голос вибрировал у её кожи. - Ты носила наше продолжение всё это время. Мерлин, Грейнджер, какая же ты… - он замолчал, не в силах подобрать слова, и просто прижался губами к её щеке. - Ты такая хорошая, Гермиона... - прохрипел он, и этот звук заставил её магическое ядро отозваться сладкой пульсацией. - Самая лучшая, моя идеальная и сильная Омега. Ты сделала то, о чем я даже боялся мечтать. Ты приняла моё семя, ты сохранила его... и теперь ты носишь моего наследника. Он снова положил свою руку поверх её ладони на животе. Бледная рука Драко, с четкими суставами и её маленькая и хрупкая, беспокойно лежащая на животе от переизбытка чувств. - Посмотри, - прошептал Драко. - Наши руки выглядят так... - Правильно - закончила Гермиона. Она смотрела на их переплетенные пальцы, и слезы, которые остались не пролитыми, застилали ей глаза. Она чувствовала, как Альфа рядом с ней нежен. Вдруг она всхлипнула и уткнулась лицом в его плечо. Её тело содрогнулось от запоздалого осознания. - Драко… О Мерлин, Драко. - её глаза расширились и она охнула от внезапно нахлынувшего ужаса. - В самом начале... когда я... я просила тебя о зелье. Помнишь? Я хотела... я хотела всё прекратить. Я так виновата перед ним и перед тобой. - она вздохнула, прижимая ладони к лицу, а её плечи затряслись в новом приступе плача. - Это значит... это значит, когда я просила тебя об этом, он уже был там? О боже, Драко, что если бы я начала пить их? Я могла навредить ему... я могла убить собственного ребенка, даже не зная об этом! И ты… ты использовал чары из-за меня! Боже, что мы натворили! Она плакала и эти слезы были от страха перед тем, что могло произойти. Драко перевернулся, нависая над ней, заставляя посмотреть на него. Его пальцы бережно вытирали влагу с её щек. Он выглядел ужасно подавленным. Когда нибудь у них будет хоть одно счастливое событие без горечи и слез. Черт возьми что творится, ему нужно срочно это исправить. - Тише, тише, моя маленькая ведьма, - он прижался губами к её лбу. - Не смей, не смей даже думать об этом. Ты была напугана, ты была одна против целого мира, и я тебе никак в этом не помогал. Если кого-то и хочешь винить, вини меня. - Но я хотела убить то, что дороже жизни, - её голос был глухим. - Мне так стыдно... я не заслуживаю этого чуда. - Перестань, - в его глазах вспыхнула властная, но любящая нота Альфы. Он уже даже было подумал перейти на Альфа-тон, что бы успокоить её, но во время спохватился что, просто подавит её эмоции и от этого будет хуже. Он не применял его к ней и не хотел даже начинать. - Послушай меня, ты заслуживаешь всего самого лучшего. Такая глупая, маленькая, смелая и милая девочка... Тебе не должно быть стыдно за свой страх. Главное то, что есть сейчас, и я никогда, слышишь, никогда не позволю тебе винить себя. - он поцеловал её в кончик носа, затем в закрытые веки, желая забрать её печаль. - Ты самая лучшая мама для этого ребенка. Моя отзывчивая, нежная Омега. Ты так сладко приняла меня тогда... Ты дала мне шанс стать кем-то большим и ты спасла нас, Гермиона. - Тинки! - он замолчал на секунду о чем-то думая, а затем позвал эльфа. Домовик появилась с тихим хлопком, неся поднос. Она счастливо смотрела на своих хозяев, желая угодить беременной Гермионе. - Тинки принесла мятный чай и теплый бульон, как велела хозяйка Нарцисса, - пропищала она, осторожно ставя поднос на столик. - Тинки так рада за мисс Гермиону. Хозяин вы позволите мне собрать для мисс Гермионы свежие цветы? Я уберу с них запах, что бы мисс Гермиону не тошнило. - Конечно Тинки, - ответил он, и эльф исчезла. Потом обратился к Гермионе. - Выпей, милая, - Драко помог ей сделать первый глоток чая. - Тебе нужно восстанавливать силы. Утром снова придет Блэквуд. Гермиона послушно кивнула, чувствуя, как тепло разливается по телу. Ей всё еще не верилось что это все происходит с ними. - Драко, у меня столько вопросов... но я чувствую себя такой уставшей... Ты веришь мне? Я очень хочу этого ребенка, Драко, - прошептала она, запуская руки в его платиновые волосы. - Твоего ребенка. Я хочу видеть, как он будет похож на тебя. Твои глаза... твои манеры... твою силу. Драко растворился в этих словах, чувствуя наслаждение и облегчение. Он приник к её шее, оставляя там влажные, горячие поцелуи. - А я хочу, чтобы у него была твоя душа. Твоя храбрость и твоя ослепляющая чистота. Я буду обхаживать тебя каждый день, буду носить тебя на руках и следить за каждым твоим вздохом. Я так хочу чтобы ты больше не знала, что такое боль или тревога. - Он спустился ниже, и его губы коснулись ткани там, где скрывалось их сокровище. - Слышишь? - прошептал он в её живот. - Твой папа здесь, и я не отпущу вас. Никогда, чего бы мне это не стоило. - Свадьба... - Гермиона приподняла голову. - Родители были правы, нам нужно сделать это как можно скорее. - К черту всех, мы сделаем это для нас. - Драко снова притянул её к себе, укладывая её на свою грудь и мягко гладя по волосам. - Мы сыграем такую свадьбу, что о ней будут слагать легенды столетиями. Если захочешь я надену на тебя корону, уверен, в хранилище Малфоев такая найдётся. А захочешь сбежим и сделаем свадьбу, на которой будем вдвоем. Если весь мир пойдет против нас - пусть идет. У меня есть ты, есть он. Салазар, да я блядский счастливчик! У меня есть всё. Гермиона слушала его слова и улыбалась от того как искренен он был. Конечно, она понимала что тихой свадьбы им не видать. Хотя только то, что он готов был предложить ей это, уже было большим делом. - Мы же справимся, Драко? - Мы уже справились, - он крепче сжал её в объятиях. - Мы нашли друг друга в хаосе. Мы создали жизнь, а всё остальное не важно. Не стоит отвлекаться на шум. Ты моя хорошая... самая храбрая и самая верная. Моя Омега. Моя жизнь. Они долго лежали в тишине, обсуждая, какой будет детская если за неё возьмется Нарцисса или та же Паркинсон. Смеялись над тем, что ребенок наверняка будет таким же упрямым, как они оба. В этой комнате сейчас создавалась настоящая семья. Драко заснул позже, охраняя её сон. Он смотрел на спящую Гермиону и понимал, что настоящий рай здесь. В её дыхании и в её доверии. Уже следующим утром Гермиона проснулась снова ощущая как приятно тяжелая ладонь покоилась на её животе, а сам Драко спал рядом, прижавшись к ней телом. Его магия окутывала её, даря чувство безопасности. Когда через час в комнату вошел целитель Блэквуд, Драко уже не рычал и спокойно пересел в кресло рядом с кроватью. Не изменилось только одно, он все так же, продолжал не сводить глаз с Гермионы. Он был в каком то сосредоточенном ожидание, словно готов отразить любую угрозу, даже невидимую глазу. - Доброе утро, леди - Блэквуд мягко улыбнулся Гермионе, доставая палочку. - Как вы себя чувствуете? - Намного лучше, спасибо, - Гермиона чуть покраснела и Альфу это улыбнуло. - Голова больше не кружится. Блэквуд провел палочкой, и сияние снова наполнило комнату. Целитель удовлетворенно кивнул и серьезно посмотрел на Драко. - Мистер Малфой, чтобы вы понимали природу того, что произошло вчера, я должен напомнить вам о древней сути нашего существа. - Драко слушал затаив дыхание. Блэквуд перевел взгляд на живот Гермионы. - Ваш ребенок это точка пересечения ваших двух сил. Вчера произошел первый истинный выброс. Я поискал в древних книгах и подтвердил свои догадки. Когда Омега испытывает стресс, её магия "запирает" плод, защищая его. Как я предположил ранее, портключ и перемещении вероятно сорвали этот щит. Когда ваша магия объединилась, возникла Связь Крови. Плод уже начал формировать собственное ядро, и теперь он маленькое зеркало вашей силы, Драко. - Зеркало моей силы... - эхом отозвался Драко. - Именно. Положите руку, - скомандовал целитель. - Не ищите пульс или удары ребенка еще слишком рано, постарайтесь ощутить магию. Почувствуйте, как ваша активная энергия находит ответ в её накопительной. Драко протянул руку и закрыл глаза, через несколько секунд что показались вечностью, по его лицу разлилось ошеломленное удивление. Он почувствовал тонкую, но отчетливую энергию магии. Маленькая искра внутри тянулась к его ауре, узнавая свое, заземляясь через её спокойствие. Блэквуд тактично кашлянул, прерывая этот интимный момент, который казалось длился для него несколько секунд, а на деле прошло уже более пяти минут. - И еще одно... весьма деликатное уточнение. Спустя пару дней, когда мисс Грейнджер окончательно окрепнет, вы можете, и я бы даже сказал желательно, вернуться к своим супружеским обязательствам. Соединение магией через физическую близость станет для ядра лучшим топливом. Ваша магия и сила, очищенная её, создаст идеальный баланс для наследника. Только будьте...кхм... - целитель выразительно посмотрел на Драко, - первое время предельно тактичны. Не стоит забывать о её недавнем состоянии. Гермиона почувствовала, как смущение заливает её лицо и шею. Она готова была смотреть куда угодно, только не на целителя что говорил такие откровенные вещи. Драко тоже замялся, рука лежавшая на одеяле, невольно разглаживала ткань. Он громко прочистил горло и резко поправил манжет рубашки, пытаясь вернуть себе самообладание. Заметив, как сильно смутилась Гермиона, выглядевшая так будто хочет раствориться в подушках, Драко выпрямился, неосознанно закрывая её собой от любопытного взгляда Блэквуда. Он решительно взял удар на себя. - Я всё понял, - отрезал Драко, так что бы закончить неудобный разговор. Он планировал спросить целителя об этом, но в более приватной обстановке и точно не смущая Омегу. - Можете не продолжать. Я позабочусь о том, чтобы ей было комфортно и... безопасно во всех смыслах. Блэквуд, удовлетворительно кивнул и начал выписывать для неё зелья. Когда он ушел, в спальню вошла Нарцисса. За ней Тинки несла поднос с завтраком, от которого исходил аромат мятного чая и выпечки. - Дорогой, дай Гермионе поесть, - ласково сказала она, присаживаясь на край кровати. - Гермиона, мы зашли чтобы проверить, как ты себя чувствуешь после вчерашнего, а еще я подготовила для тебя список рекомендаций, которым пользовалась сама. Старинные рецепты для здоровья Омеги. Не волнуйся, если захочешь, я буду рядом на каждом этапе. - Спасибо, Нарцисса, это... это очень приятно, - Гермиона почувствовала, как тепло разливается по сердцу от этой заботы. - Я... я бы хотела сообщить родителям. Я долго не виделась с ними, мама бы хотела знать. Нарцисса радушно кивнула, переглянувшись с Люциусом, который стоял в дверях. - Разумеется, возможно стоит пригласить их в гости. Они могли бы поближе познакомиться с нашим миром, посмотреть наш дом и увидеть, что ты в безопасности. Это будет жестом нашего уважения к твоей семье. Гермиона удивленно уставилась на них. Маглы в Мэноре? Это казалось невозможным еще вчера, да и вообще никогда. - Вы серьезно? Моих родителей... в Мэнор? - Для Малфоев нет ничего важнее благополучия наследника и его матери, - веско произнес Люциус, хотя это его вовсе не радовало. Однако он уже практически смирился, старые устои и взгляды приходится подавливать в себе слишком быстро. - Твои родители часть тебя. Значит, теперь они под нашей защитой. - И свадьба, - добавила Нарцисса, её глаза загорелись энтузиазмом. - Мы не можем больше ждать, если вы конечно не хотите что бы невеста шла к алтарю вперед животом. У нас уже почти все готово, милая, осталось перепроверить и все подтвердить. Две недели, три? Нужно рассылать приглашения по всему магическому миру. - Две недели, - отрезал Драко, переплетая свои пальцы с пальцами Гермионы. - Не хочу ждать ни дня дольше. Она должна стать Малфой теперь и на бумажках. Гермиона почувствовала, как волнение охватывает её. Столько всего нужно сделать! Они готовились с Нарциссой, обсуждали, но она никак не ожидала что это случится так скоро и второпях. - Нарцисса... я была бы рада, если бы мне помогли. Можно мне пригласить еще Джинни? И... - она замялась, - возможно Пэнси и Дафна захотят? - Гриффиндорская принцесса и змеи Слизерина в Мэноре? - Драко усмехнулся, прижимая её руку к своим губам. - Это будет грандиозно, Грейнджер. - Прекрасная идея, - одобрила Нарцисса. - Пэнси обладает безупречным вкусом, а мисс Уизли добавит в это событие жизни, подозреваю будет очень весело. А Дафна очень ответственная и сможет сбалансировать их порывы. Тинки! Подготовь три гостевых комнаты. У нас скоро намечается девичник. - она посмотрела на Гермиону и улыбнулась. - Если захочешь можешь позвать еще кого-то, я совсем не против. Гермиона рассмеялась представляя себе эту компанию, и взглянула на Драко. Тот притянул её к себе и нежно поцеловал в лоб. - Готовься, милая. Через две недели будешь моей окончательно, это оказалось последним незавершенным шагом, и я не позволю тебе сомневаться ни секунды. - Я и не собиралась, Драко, - прошептала она, прижимаясь к его плечу. Вечер настиг Люциуса и Драко в стенах "Арагуса" - закрытого мужского клуба для элиты магического мира. Здесь было всё без ограничений. Алкоголь лился рекой, а девушек можно было найти на любой вкус. От Кингсли по-прежнему не было вестей. Это молчание бесило Драко, больше чем если бы он обьявил им войну. - Он выжидает, - негромко произнес Люциус, помешивая лед в стакане - Он надеется, что мы сделаем первый шаг. Ошибочная стратегия, будто он не знает насколько я терпелив. Драко сидел напротив отца, его пальцы нервно постукивали по подлокотнику. Альфа, взволнованный новостью о наследнике, требовал немедленно что-то предпринять, хотелось пролить либо крови, либо получить признания. Сидеть в этом клубе, наблюдать за голыми девицами и сальными взглядами похотливых Альф, когда его Омега осталась дома, было какой то извращенной пыткой. - Он не сможет игнорировать статус первородной, отец. - голос Драко был хриплым. - Он может попытаться сделать вид, что проведя списки, они получили желаемое. - Люциус взглянул на сына поверх бокала и отмахнулся от девицы что собиралась кажется ублажить сразу два поколения. - Поэтому сегодня мы здесь. Держи себя в руках, Драко. Твоё брезгливое лицо выдаёт тебя с потрохами. Мы пришли прощупать почву, а не собрать на себе все усмешки врагов. Они встали и переместились в центральный зал, где у камина собралась группа влиятельных Альф, наблюдающих за полуголыми танцующими омегами на сцене. Среди них были отбитые уроды общества Яксли и Трэверс, люди, чья ненависть к переменам граничила с безумием. Которые давно должны были сгнить в Азкабане, однако задрав головы находились в этом обществе. Разговор шел о последних указах, политика обсуждалась вскользь, намеками. Когда они присоединились Траверс сразу же поравнялся с ними. - Слышал, Драко, ты только что из Прованса? - он окинул младшего Малфоя насмешливым взглядом. - Говорят, ты проводишь там один медовый месяц за другим. Сколько Омег уже успел туда свозить? Кажется не все они... соответствуют стандартам нашего круга. Драко сел в ближайщее кресло, откидываясь на спинку и широко расставляя ноги, на его губах заиграла опасная улыбка. - О, в этот раз Прованс был божественен, Трэверс. Видишь ли, когда твоя Омега - он наклонился и шепотом произнёс только для него - первородная, - а потом выпрямился и снова сел как нахал, который купил у мира всё. - каждый день превращается в особое откровение. Я склонен сочувствовать тебе. С твоим вкусом к посредственности и насильственному подчинению, тебе никогда не понять, каково это обладать женщиной, чья магия отзывается на каждый твой вдох. О, да. - делая вид что задумался, продолжал он. - Омеги которые отдаются по доброй воле… великолепны в своей силе. Трэверс скривился, его желчные глаза сузились. Грязный ублюдок желал получить такую власть в свои руки. У Драко же, этот грёбанный садист вызывал жесткое чувство отвращения. - Признаться, я удивлен, что вы вообще впустили её в свой Род. Думал, Драко, ты выберешь кого-то из нашего круга. Ты ведь разрушил свой союз с уважаемым Гринграссом. Не затаил ли он обиду за такой плевок в сторону чистокровных традиций? - Обиду, кажется, таишь только ты, Трэверс, - парировал Драко, небрежно рассматривая свои ногти. На самом же деле его челюсть свело и он сжал подлокотник пытаясь удержать себя на месте. - Хотя тебе бы в любом случае ничего не светило. Гринграссы люди мудрые, они понимают ценность Истинной Пары. Ты же всё пытаешься мерить мир категориями, истинные смыслы тебе недоступны. - Судьба или просто оплошность? - Трэверс хмыкнул, в его голове будто возник котлован воспоминаний. - Знаешь, я тут вспоминал старые времена. Еще двадцать лет назад устои были другими, намного... правильнее, а Люциус? Жаль, что мы все забыли об этом. Помните, как мы развлекались с подобными особями? Никакая магия не исправит грязную кровь. В те времена таких использовали исключительно для разрядки, как шлюх, припоминаешь Люциус? Держали в кандалах и не пускали за общий стол. И неважно, Омега она или нет, без родословной просто мясо, способное только разве на то, что бы удовлетворить. Драко вскочил и глаза вспыхнули ослепительным серебром, а воздух в радиусе пяти метров мгновенно стал тяжелым. В камине взметнулось пламя, отвечая на его ярость. Ублюдку удалось вывести его из себя. Он не мог позволить ему говорить все эти гнусности о ней! Он блядь, заплатит за каждое сказанное слово. - Кандалы, Трэверс? - Драко вибрировал от едва сдерживаемого гнева. Альфа готов был вгрызться в эту глотку, разорвать его на части, не оставить живого места. - Ты заговорил о цепях, потому что это единственный способ, которым такой жалкий, иссохший кусок дерьма, коим ты и являешься, может удержать женщину в своей постели. Ты завидуешь мне, завидуешь тому, что та, чья мощь заставила бы твоих предков встать на колени - моя. Ты ничтожество, который оправдывает свою импотенцию старыми догмами. Люциус медленно поднялся, окинув сидящего перед ним взглядом полным омерзения. Драко стоя уже у самых дверей, обернулся смотря тому прямо в рожу. - И вот еще что, Трэверс, - уже спокойно сказал он. - Давно ты стал прихвостнем Кингсли? Послушным псом что транслирует его указы? Видимо, Министр хорошо тебя выдрессировал. Я вышлю тебе в подарок кусок хорошего мяса, в знак твоей верной службы государству. Оскорбленный такими словами Трэверс вскочил, едва не опрокинув стол. Лицо его пошло злобой и багровыми пятнами, в нем читалась не просто ярость, а торжествующая злоба. Будто он понимал того, что не знают они. - Еще вопрос, кто чей прихвостень! - выплюнул он, его голос сорвался на ор. - Не говори того, чего не знаешь, щенок! Драко лишь пренебрежительно хмыкнул и вышел вслед за отцом. Когда они оказались на ночной лондонской улице Драко поставил вокруг них заглушку заговорил. Он выглядел задумчиво и предельно серьезным. - Отец, ты слышал его? Мне показалось он не просто огрызался. Я вывел его на эмоции, и Трэверс показал нам главное. Он кажется уверенным в том, что держит Министра на поводке. Люциус внимательно посмотрел на сына с уважением и пониманием. Ему тоже показалось это утверждение странным. Либо старый ублюдок играл ими, либо тут что-то действительно нечисто. Ему нужно будет это проверить. Что такого есть у него на Кингсли? Он помнил их старые времена, когда они служили безжалостному монстру, те времена в прошлом… Однако некоторые люди привычек не меняют. И если так, то их враг куда серьезнее чем Министр. Люциус знал Кингсли, тот хоть и был хитер, но никогда не был предельно жесток. Ранее он не стоял на стороне зла, и то что происходило сейчас наводило на то, что либо он где-то свернул не туда, либо Министр играет не один. Одно радовало Люциуса, его сын показывал сейчас превосходные навыки улавливать суть и выстраивать стратегию. - Да, сын. Трэверс слишком тщеславен, он ослеплён желанием доказать своё превосходство. Его реакция была чрезмерной для того кто просто выполняет приказы. Похоже, твоя догадка верна, Трэверс и есть зачинщик. Возможно он шантажирует Кингсли и если это так, то Министр молчит не потому, что готовит удар по нам, а потому загнан в угол и не знает что делать. Скорее всего Трэверс сжимает петлю на его горле, и он не может отказаться быть втянутым в его игры. - Это поменяет всё, - Драко поправил рукава пиджака, его взгляд стал жестким и непроницаемым. - Если это так, то нам нужно бороться не с Министерством. Нам нужно выбить из рук Трэверса рычаг давления и тогда Министр станет уже нашим должником. Я поговорю с Поттером на днях, возможно ему удасться что-то выяснить и понаблюдать. - Рад, что ты начал разбираться в таких тонкостях. - Люциус кивнул, довольный ходом мыслей наследника. - Трэверс опасный паразит, но паразитов тоже можно раздавить, если лишить их питания. Нам нужно выяснить, чем именно он шантажирует Кингсли. Возможно, стоит самим наведаться в Министерство. Прощупать обстановку у него в кабинете. Лучше делать вид что мы ничего не подозреваем. Пусть Трэверс упивается своей мнимой властью и думает что мы в неведении. - Я хочу домой, - коротко ответил Драко, ему до безумия хотелось к ней. - Нам нужно подготовиться к встрече с её родителями, а после к визиту в Министерство. Мы должны поскорее выяснить все и тогда сможем использовать это против ублюдка. Люциус кивнул. Вечер принес не только спор, но возможно приблизил их к разгадке и дал им в руки важный ключ к политическому перевороту. Через пару дней состоялся приезд четы Грейнджеров в Малфой-мэнор. Драко, который уже имел удовольствие общаться с родителями Гермионы, стоял чуть впереди, выполняя роль переговорного между своей семьей и миром маглов. Гермиона, заметно нервничала и переодически сама того не замечая, сжимала его руку. Она выглядела как всегда утончённо и нежно. Розовый твидовый топ с золотыми пуговицами, цвет подчеркивал нежный румянец и сияние кожи, которые вернулись к ней после того как она несколько дней отдыхала и восстанавливалась. А на ногах…Мерлин, лишающая его разума, белая короткая юбка, которая полностью открывала вид на её стройные ноги в туфлях на высоких каблуках. Её длинные локоны были аккуратно собраны в низкий хвост, открывая изящную шею, украшенную фамильными драгоценностями. Она еще не решилась сказать родителям о беременности, и эта новость должна была стать сегодня либо главным секретом, либо сюрпризом для них. Драко был готов принять любой её выбор. - Мистер Грейнджер, миссис Грейнджер, - Люциус спустился по лестнице, да так, словно приветствует иностранных послов. - Мой дом... открыт для вас. Позвольте предложить вам небольшую экскурсию, прежде чем мы перейдем к ужину и чаю. Люциус повел гостей через многочисленные залы. Когда они вошли в зал искусств, Грейнджеры остановились, искренне восхищенные масштабами. Потолки, расписанные мастерами эпохи Возрождения, и гобелены, мерцающие вплетенной магической нитью, производили впечатление даже на человека, далекого от волшебства. - Поразительно, - произнес отец Гермионы, изучая гобелен перед собой. - Все выглядит будто это музей, а не дом. Ваша семья и правда уходит корнями в глубокую древность, Люциус. Люциус горделиво вскинул подбородок, словно это и так было очевидно. Далее они вышли в длинный коридор, стены которого были завешаны портретами. Десятки Малфоев в мехах и шелках провожали маглов пристальными взглядами. - Живые изображения? - с любопытством спросил мистер Грейнджер, заметив, как одна дама в пышном платье поправила веер. - Потрясающе. Вы... болтаете с ними? Люциус гневно сверкнув глазами на одного из своих прапрадедов, который уже было открыл рот, явно собираясь выдать какую-то гадость завидев в своём фамильном доме еще и магглов, они и так презрительно отворачивались от Гермионы, а она хотя бы была волшебницей. Увидев взгляд, старик на холсте мгновенно захлопнул рот и начал усиленно делать вид что спит. - Иногда, - процедил Люциус сквозь зубы, надеясь только на то что бы новоявленные родственички не попросили продемонстрировать им диалог. Драко, идя позади с Гермионой, наклонился к её уху и прошептал тихо, что бы услышала только она: - Ты бы знала милая, чего ему стоило их всех заткнуть. Отец сегодня всё утро обходил коридоры и грозил каждому портрету адским пламенем, если они посмеют вякнуть хоть слово о чистоте крови или осквернении, в присутствии твоих родителей. Кажется, портрет моей прабабки до сих пор изображает припадок от ужасного предательства крови. Гермиона прыснула, прикрыв рот ладонью. Представить Люциуса, угрожающего холстам темной магией ради спокойствия её папы, было одновременно нелепо и невероятно трогательно. Они остановились у массивного портрета мужчины с таким же холодным и пронзительным взглядом, как у Люциуса и Драко, но с еще более жесткой складкой у губ. Это был Абраксас Малфой. - Мой отец, - коротко представил Люциус. - Он был... довольно строгого уклада жизни аристократии. Делил мир на черное и белое. - Уклад жизни аристократов всегда интересен, - заметил доктор Грейнджер, разглядывая Абраксаса. - В нем есть своя эстетика и изюминка, но как и в любой закрытой системе, в нем легко потерять себя. Возьмем к примеру нашу королевскую семью. Почти все несчастны в своём счастье. Это печально. Люциус промолчал, но что-то в нем отдаленно показывало на понимание сказанных слов и даже своего рода нечто похожее на согласие. Тем временем Миссис Грейнджер и Нарцисса Малфой обнаружили единодушие. Две женщины, обладающие безупречным вкусом, спелись обсуждая скорую свадьбу и декорацию к ней. - Миссис Грейнджер, не могу не отметить ваш вкус в отношении флористики... - Нарцисса склонила голову. - Эти английские розы “Остин”... в них есть некая дикая элегантность. - Я всегда считала, Нарцисса, что классика не обязательно должна быть скучной, - мягко ответила Джин. - Что касается музыки... ария Царицы ночи, возможно, слишком агрессивна? - Вы читаете мои мысли, дорогая, - Нарцисса едва заметно улыбнулась. За её улыбкой и умением вести беседы сложно было понять, что по настоящему думает Нарцисса. Однако даже такой вежливости уже было достаточно. У мужчин разговор шел более деловой. Люциус возмущался что мир маглов сложнейший лабиринт из цифр и они бедные вынуждены работать без магии и составлять отчеты перепроверяя все своим умом. - Значит, мистер Грейнджер, мои новые инвестиции в лондонскую недвижимость могут вызвать вопросы у... Налоговой инспекции? - Люциус приподнял бровь, разглядывая стакан с огневиски. - Именно так, Люциус. - отец Гермионы, осмелев после коньяка, поправил галстук. - Ваш Статус Секретности оправдывает это, но для финансовой отчетности это выглядит как отмывание денег. Я бы посоветовал вам рассмотреть варианты через оффшоры. Я не приветствую махинации, но ваш статус обязывает к гибкости. Иначе, боюсь, вы не выдержите в нашей тюрьме. - В тюрьме? - Люциус чуть было не поперхнулся. - Вы полагаете, они осмелятся тронуть Малфоя? И что же там такого, в ваших казематах? - О, вам бы не понравилось, - усмехнулся доктор Грейнджер оценивая великолепное одеяния сидящего напротив мужчины. - Хотя в Британии тюремная форма хотя бы нормального цвета. Вот в США, например, заключенные носят ярко-оранжевые робы. Люциус побледнел представляя себя в этом ужасном цвете апельсина. Его лицо исказила гримаса искреннего ужаса, какой даже не вызывали воспоминания о худших и темнейших временах. - Оранжевый? - прошептал он, едва не выронив бокал. - Рыжий? От воротника до щиколоток? Какая вопиющая, плебейская безвкусица... Ненавижу всё рыжее. Драко слушая их разговор расхохотался. Это у них было это семейное. - О, тут я тебя поддержу, отец! - выдавил он сквозь смех. - Представить тебя в оранжевом... Это было бы самым суровым наказанием в истории нашей семьи. Твой эстетический шок убил бы тебя быстрее, чем вынесенный приговор. Люциус бросил на сына уничтожающий взгляд, воображение играло с ним в злую шутку, но потом сам криво усмехнулся, глядя на мистера Грейнджера. - Хотя знаете, возможно, она и подошла бы к моим волосам и глазам из-за контраста, - пробормотал он с лицом будто его тошнит. Всё ради того что бы вернуть себе достоинство. - Однако я скорее добровольно закроюсь в Азкабане с дементорами, чем позволю облачить себя в нечто столь... отвратительное. Это оскорбление самой идеи лордства. Гермиона наблюдала за этой сценой, чувствуя, как напряжение последних дней сменяется теплом. Ей казалось происходящее каким-то чудом. Она щипнула себя, что бы проверить не сон ли это. - Мы справимся, Драко? - спросила она у него, когда они на мгновение остались одни у окна. Её рука легка на живот, будто она всё равно еще не осознавала происходящее. - С налогами? Не знаю, твой отец чертовски убедителен в вопросах оффшоров, - Драко засмеялся и притянул её к своей груди, положив подбородок на её плечо, а руку поверх её руки. Он делал это так, будто это было чем-то обычным, словно он всю жизнь так делал. - Милая, знаешь, наши родители смогли обсудить тюремную моду и не проклясть друг друга. Хотя должен признать, у твоего отца бы всё равно это не вышло бы. - он засмеялся, а она шлёпнула его по руке. Хотя губы растянулись в улыбке. Она знала, сказанное не имело ничего общего со всеми теми гадостями что он говорил ей в школе. - Гермиона, - все еще смеясь и целуя ее в щеку сказал он. - наш наследник родится в очень интересном мире. - Что же ты, Драко? - прервал их его будущий свекор с легкой улыбкой. - Иди к нам, дай дамам побеседовать, - Он сидел в кресле, глядя на Драко с проницательным прищуром, который Гермиона явно унаследовала от него. Разговор зашел о будущем. Люциус, внимательно слушал ответ сына, переодически довольно кивая или хмуря брови если ему что-то не нравилось. - Я уже занимаюсь политикой и нашими активами, - спокойно произнес Драко, принимая бокал. Он звучал уверенно и по-взрослому, когда отвечал на вопрос Мистера Грейнджер. - Кстати говоря, дела с маглами теперь полностью под моим контролем, так что не бойся, отец, твои руки останутся "чистыми" от их налоговых деклараций и оффшорных лабиринтов. Люциус удовлетворенно кивнул, а мистер Грейнджер хмыкнул, оценив деловую хватку парня. - Знаешь, Драко, - начал отец Гермионы, - с нашей последней встречи ты заметно изменился. Да и твое отношение к моей дочери стало другим, чересчур охраняешь и опекаешь её. Драко обменялся коротким, значимым взглядом с Люциусом. Он не планировал раскрывать их тайну, Гермиона должна сама сказать своим родителям. - О да, - тихо ответил он, и в его глазах вспыхнуло пламя Альфы. - Вы даже не представляете, насколько вы правы. Все действительно поменялось и у меня гораздо больше причин защищать её и наше общее будущее. - А сама Гермиона? - мистер Грейнджер внимательно посмотрел на Драко. - Как ты относишься к тому что она захочет работать? Ты ведь знаешь её, она мечтала о многом учась в школе. По правде говоря я удивлен, что она всё еще не устроилась куда-то в ваше Министерство. Она не из тех, кто будет сидеть взаперти, вышивая узоры на салфетках. - Я не планировал ей ничего запрещать. Вы же знаете свою дочь лучше всех, попробуйте запретить что-то Гермионе Грейнджер, и вы узнаете, на что способна эта рассерженная ведьма. - Драко усмехнулся своим словам. Он сделал небольшую паузу, глядя в сторону Гермионы, которая смеялась над чем-то, что сказала Нарцисса. - Но я подозреваю, что в ближайшее время она сама может захотеть сбавить обороты. Всё таки скоро свадьба и семейное положение все равно слегка обязывает. В этот момент Тинки объявила что ужин подан и избавила его от дальнейших неудобных расспросов. Большая столовая была залита мягким светом, а на столе были зажжены свечей. Стол ломился от изысканных блюд, а атмосфера оказалась довольно семейной. Драко и Гермиона сидели рядом. Их магия переплеталась, создавая вокруг них почти видимое сияние любви. Драко постоянно касался её, будто проверяя здесь ли она, реальна ли. - Как ты? Не устала? - чуть слышно прошептал он ей на ухо, когда общее внимание переключилось на Люциуса, объясняющего устройство некоторых магических приборов. Его ладонь накрыла её руку, и Гермиона почувствовала, как он мягко и настойчиво прощупывает её состояние. - Драко, я не больна, - так же тихо ответила она, бросив на него ироничный взгляд. - Перестань на меня так смотреть и опекать каждую секунду, родители заметят. - Да, но целитель сказал, что тебе нужен абсолютный покой, - не отступал он, и его пальцы сжались на её ладони. - А ты отдыхала всего пару дней. И то сегодня всё утро нервничала из-за их приезда. Тебе нужно больше отдыхать и лежать. - Я в порядке, честно, - Гермиона чуть заметно улыбнулась, тронутая этой заботой, хотя она от неё уже порядком устала. - Просто будь рядом, твое присутствие успокаивает. Казалось Гермиона светилась изнутри особым светом, который бывает только у женщин, носящих под сердцем новую жизнь. И это делало её еще более привлекательней и желанной. Стоило им окончательно устроиться за столом, как короткая юбка Гермионы задралась еще выше, обнажая её ноги и достигая почти самых бёдер. Драко, сидевший рядом увидев это растерял все свои навыки контроля. Всё, о чем он мог сейчас думать было то, как он желал намотать себе на кулак её волосы в хвосте, притянуть её за него к себе, осыпать губы и шею поцелуями, а потом… Потом задрать эту блядски короткую юбку до самого пояса и просунуть руки в её кружевные трусики. В голове пронеслась мысль можно ли это осуществить так, чтобы никто не заметил... Он положил ладонь ей на колено под столом и мучительно неспешно повел рукой вверх по внутренней стороне бедра. Гермиона затаилась, её дыхание сбилось, и от страха быть замеченными сжала ноги, пытаясь остановить его движение. - Расслабься, милая, - едва слышно, наклонившись к ней и одними губами приказал он, сжав её кожу чуть сильнее. Гермиона потянулась к стакану с водой, делая нервный глоток. Драко уже слышал её сладкий аромат возбуждения, который начал заполнять всё его сознание. Омега так сладко текла от его действий и он желал погрузиться в неё хотя бы пальцами, раз нельзя членом. Грёбанный целитель Блэквуд... Он не обозначил никаких конкретных сроков, как долго еще ему мучаться… Салазар! Она была такой мягкой на ощупь, её кожа - сплошное блаженство. Контроль трещал по швам. Это уже не было обычным желанием. Потребность, вот что он ощущал. Держать её ближе, играть с ней, пока она не перестанет сопротивляться даже мысленно. В этот момент Люциус, словно нарочно, позвал его. - Драко, мы как раз обсуждали с мистером Грейнджером разницу в браках. Ты ведь уже начал подготовку документов? - Старший Малфой смотрел прямо на них, и Драко на мгновение показалось, что отец снова слишком не вовремя. Но Люциус уже отвлекся на Мистера Грейнджер и Драко выдохнул. Отвечая на вопросы семьи, они сидели изнывая от желания. Хотелось оказаться где угодно, только не здесь, вдали от всех этих разговоров. Любить друг друга без устали, не отвлекаясь ни на что. Гермиона слегка краснела, но выдавала это за естественное смущение от внимания родителей. Она поерзала на стуле, и её ноги раздвинулись чуть шире, открывая ему больше пространства, давая молчаливое разрешение идти дальше. Когда в очередной раз эльфы подносили еду, Тинки, возникшая у плеча Гермионы, безмолвно замерла не донеся тарелку до стола. Её огромные глаза расширились, она прижала уши к голове и уставилась на них, словно ожидала немедленного скандала. Увидев эльфийку, Гермиона залилась краской стыда и резко сжала ноги, наконец-то вспоминая о нормах приличия. Было слишком поздно, потому как Драко уже давно добрался до её кружева, и его пальцы чувственно погружались в её влажность. Он продолжал вести светскую беседу, даже не удостоив Тинки взглядом. Он вырос под её присмотром, и в каких только ситуациях она его не заставала за эти годы. Чего она застыла? Это не первый раз, когда она видит его с женщиной, не к чему разводить эту панику. Он обязательно выскажет ей позже за неуместное поведение. Видя, что его Омега вот-вот окончательно потеряет контроль над собой и может выдать их стонами, Драко медленно вытащил свои пальцы и убрал руку. Гермиона, наблюдавшая за его движением, увидела, как он демонстративно и небрежно обтер два влажных пальца о свои темные брюки. Её дыхание стало еще чаще, грудь высоко вздымалась и щеки налились румянцем пуще прежнего. Её мать, сидевшая напротив, заметила состояние дочери и обеспокоено нахмурилась. - Гермиона, дорогая, с тобой всё в порядке? Ты так раскраснелась. - Да, мама... - Гермиона с трудом выдавила слова, прижимая ладони к пылающим щекам. - Просто здесь... здесь немного душно. Драко усмехнулся про себя, пригубив вино. Душно это было слабо сказано. Огонь, который он только что разжег в ней, не смог бы потушить ни один тропический ливень, даже если бы лил пять дней подряд. Пришло время десерта, и Драко как истинный сладкоежка быстро доев свой шоколадный фондан, уже воровал из её тарелки. Гермиона смотрела на него и тихо смеялась каждый раз, когда его ложка тянулась к её десерту. В ответ, в его взгляде была такая смесь гордости и обожания, что это было заметно каждому за этим столом. Она накрыла ладонь Драко своей, и он, будто почувствовав её безмолвную просьбу, крепко сжал её пальцы под столом. Гермиона подняла взгляд на родителей, и снова лицо и шея окрасились нежным румянцем, а глаза сияли и в них стояли слезинки. - Мама, папа... - начала она, и её голос, хоть и был тихим, дрожал от сдерживаемого счастья и ожидания реакции родителей. - На самом деле, мы пригласили вас сегодня не только ради знакомства. В нашей жизни случилось что-то невероятное и я бы хотела рассказать вам лично. - Она сделала паузу, чувствуя, как рука Драко, скользнула на её талию и придвинула к себе, стала еще крепче держать её. Он пытался передать ей свою поддержку и разделить с ней это мгновение. Малфой смотрел на неё и улыбался открыто и слишком счастливо, для того кем он был. - Понимаете, мы ждем ребенка, - выдохнула Гермиона, и её рука непроизвольно легла на живот. - Ну вот я и сказала. Да, у нас будет малыш! - словно для себя подтвердила свои же слова и она прижала свободную ладонь к щеке, стараясь охладить этот жар. В столовой на мгновение повисла тишина. Доктор Грейнджер, подносивший к губам чашку с кофе, застыл глядя на них в упор. Он медленно поставил её на блюдце, переводя ошарашенный взгляд с сияющей Гермионы на Драко. - Так быстро? - слегка опешил отец. В его голосе смешались шок, растерянность присущая мужчинам в такие моменты и внезапное осознание того, что его маленькая девочка стала совсем взрослой. - Я... я думал, у нас есть еще пара лет... Зато Мисс Грейнджер отреагировала мгновенно. Она радостно вскрикнула и на её лице отразился восторг. Казалось, она помолодела лет на десять, а не узнала о том что станет бабушкой. Конечно для мира маглов это было слегка рановато, но кого это волнует если они так счастливы. - О, Гермиона! Родная моя! - Джин вскочила с места, уронив салфетку на пол, но даже не обратив на это никакого внимания. Оказавшись рядом с дочерью, сразу же заключила её в крепкие объятия. - Какое счастье! Какое невероятное счастье! Слезы радости мгновенно заблестели кажется на глазах у всех трёх женщин. Даже у Нарциссы. Драко с удивлением отметил что глаза матери блестели и подозрительно повлажнели. Она поднялась со своего места и подошла к ним, кладя руку на плечо Джин. Две будущие бабушки - аристократка с многовековой родословной и современная женщина из Лондона обнялись над головой Гермионы, объединенные одним общим чудом. - Ох, я так рада что Гермиона решила рассказать вам! Теперь у нас точно есть тема поважнее оперных премьер и роз. - произнесла Нарцисса, и кажется она звучала весьма искренне. Правда Драко особо не верил что Нарцисса допустит кого либо выбирать гардероб или оформлять спальню её внука или внучки. - Нужно столько всего подготовить. Первый внук... Это благословение для нашего дома. Люциус, до этого хранивший молчание, поднялся и поднял свой бокал, глядя на ошеломленного мистера Грейнджера. - Похоже, - в голосе Патриарха прозвучало непривычное тепло, - нам придется привыкать к мысли, что теперь мы связаны кровью навеки. За наследника! Мистер Грейнджер наконец окончательно пришел в себя. Он всё еще был задумчив, но встав, подошел к Драко, крепко пожимая ему руку. - Поздравляю, сынок. Теперь появился ответ, почему ты сегодня весь вечер не сводил с неё глаз. Кажется, я начинаю понимать, что такое этот ваш магический резонанс. Весь оставшийся вечер прошел в обсуждениях. Они смеялись, представляя, чей характер унаследует малыш, а Нарцисса с Джин уже начали планировать визит в лучшие детские лавки Косого переулка и Лондона. Нарцисса была взбудоражена тем что посетит магловские магазины, но ожидала только лучшего и самого дорогого для своего внука. К концу вечера Гермиона почувствовала, как усталость накатывает на неё волнами вместе с остаточным жаром желания. Веки стали закрываться, а голоса родителей начали доноситься словно издалека. Ей всё сильнее хотелось спать, но еще больше провести хотя бы немного времени наедине с Драко в тишине их покоев. Она мягко взяла его за локоть и, когда он наклонился к ней, прошептала почти в самые губы: - Драко... ты поможешь мне расслабиться? Его зрачки мгновенно расширились, темнота затапливала радужку. В глубине его взгляда вспыхнул тот самый голод по ней, который он сдерживал последнии дни с нечеловеческим трудом. Обморок, приезд целителя, новости о ребенке… Всё это заставило его задвинуть собственные желания в дальний угол, но сейчас, от её близости и этого шепота на губах, Альфа вздыбился с какой-то дикой силой. - Милая... - его голос стал низким от подавленного желания. Он бросил на родителей быстрый взгляд, борясь с искушением немедленно схватить её на руки и унести подальше от посторонних глаз. - Я помню наставления Блэквуда. Про деликатность и всё такое. Я не уверен, что смогу быть... достаточно тактичным рядом с тобой в таком состоянии. Гермиона тихо рассмеялась, видя, как тяжело ему дается этот контроль, и как жадно он наблюдает за каждым её движением. - Драко, - она шутливо ткнула пальцем его по носу, хотя сама почти что дрожала от ответного желания, - я имела в виду ванну. Ты примешь со мной теплую ванну? Мне нужно просто снять напряжение этого дня. Драко выдохнул, и хотя его тело чуть расслабилось, огонь в глазах никуда не делся. Он накрыл её руку своей, и она почувствовала, как горяча его кожа. - Конечно, я всё устрою. Пойдем наверх, милая. Они поднялись, прервав бурное обсуждение бабушек о колыбели, которая принадлежала еще Драко, а до него Люциусу. И хотя это ужасно веселило Гермиону, она больше не могла тут находиться. Драко обернулся к сидящим, возвращая себе вид безупречного хозяина дома, но его рука на талии Гермионы сжималась всё крепче. - Доктор Грейнджер, Джин... мама, отец, - произнес он. - Простите нас, но сегодняшний день был слишком эмоциональным. Гермиона немного утомилась и хотела бы прилечь. В ответ на них устремились четыре понимающих взгляда. Мистер Грейнджер одобрительно кивнул, а Нарцисса с Джин одновременно улыбнулись своим мыслям. Попрощавшись с родителями и пообещав продолжить разговор за завтраком, Драко и Гермиона наконец покинули столовую, направляясь в свои покои. Едва тяжелые двери спальни закрылись, и она сразу же оказалась прижатой к стене. Драко накрыл её губы глубоким поцелуем. Это не было деликатно, точно не так как просил целитель. Какой-то дикий выпад, срыв за дни воздержания и страха за неё. Гермиона ответила ему со всей страстью, на которую только была сейчас способна. Пальцы вплелись в светлые волосы, притягивая его еще ближе. Он снова дернул её на себя без предупреждения, она сбилась с дыхания и снова оказалась в плену его губ. - Ванна, - прохрипел он ей в губы, с трудом отрываясь. - Сначала ванна. Он сам наполнил огромную ванную, добавив туда масла. Они пахли лавандой и чем-то пряным. Они сели в воду вместе. Гермиона лежала спиной на его широкой груди, а его руки бережно обнимали её, ладони покоились на животе. В тишине, нарушаемой только плеском воды и их ровным дыханием, они просто наслаждались близостью. Драко задумчиво целовал её в плечо, Альфа наконец обрел покой, чувствуя безопасность своей пары. Когда вода начала остывать, он встал первым. Высокий, обнаженный, с четким рельефом мышц и явно выраженным желанием, которое он даже не пытался скрыть. Напряженный член изнывал от долгого ожидания, но Драко всё еще удерживал контроль. Он вытащил Гермиону из воды, словно она ничего не весила, и бережно обмотал её пушистым полотенцем. - Я сам, - шепнул он, когда она собиралась пойти за одеждой. Он снова подхватил её на руки и перенес на кровать. Гермиона наблюдала за ним, не в силах отвести взгляд. Драко прошел в смежную дверь, ведущую в её спальню, а оттуда прошел в гардеробную. Он долго перебирал её ночную одежду, пока его рука не замерла на коротенькой ночнушке серебристого цвета. Тонкий атлас с глубоким вырезом и черным кружевом по подолу. Это будет одновременно нежно и вызывающе сексуально. Он вернулся и заботливо помог ей одеться. Ткань скользила по её коже, подчеркивая каждый изгиб. Гермиона первая потянулась к нему, обвивая руками его шею и притягивая к себе для поцелуя. - Я люблю тебя, Гермиона. Ты вся моя, и это безумное чувство. Он смотрел на неё еще секунду, завороженный блеском её глаз. Медленно опустился на колени у края кровати, и его пальцы нежно прошлись по её ногам доходя до её бедер, заставляя её дрожать от желания. - Салазар, Гермиона... - его голос сорвался. - Ты даже не представляешь, как я грезил об этом. Я мечтаю о том, чтобы ты оказалась на моем лице... чтобы я мог чувствовать тебя каждой клеточкой, вдыхать твой запах, пока ты плавишься в моём плену. Гермиона, только сильнее возбуждаясь от этого признания и желания открывать новое рядом с ним, потянула его за руки, предлагая подняться на кровать. - Я бы тоже хотела это, Драко... - прошептала она, и её взгляд, затуманенный страстью, заставил его сердце забиться быстрее. - Хочу чувствовать тебя всего. Он послушно перебрался на кровать и откинулся на спину, ложась на подушки. Она не разрывая зрительного контакта, перекинула ногу через него, поднимаясь прямо по нему и устраиваясь над его лицом. Стеснение куда-то испарилось, она полностью отдавалась этим чувствам и наслаждению от того с каким обожанием и желанием он смотрел на неё. Это подстегивало её быть смелее. Его безумная реакция давала ей уверенности и раскрепощала. Ночная сорочка задралась еще выше, открывая ему полный вид, не скрывая самого сокровенного. Драко затаил дыхание смотря на неё под новым углом, безумно хотелось впиться в её тело губами. Его член изнывал от желания, он невольно двинул бедрами вверх, пытаясь хоть немного сбросить накопившееся напряжение. - Черт, ты затапливаешь меня, Гермиона... такая сладкая... - выдохнул он, когда она медленно опустилась ниже, прижимаясь к нему и даря его языку и губам полный доступ. Драко осторожно пальцами, раздвинул её складки и его язык описал легкий дразнящий круг вокруг её пульсирующего клитора. Гермиона всхлипнула, опираясь руками о изголовье. Она непроизвольно начала двигаться. Сначала это было робко, а затем её виляния стали все более уверенными. Она наслаждалась тем, как он контролирует каждое её вздрагивание и запоминает как именно ей было приятнее всего. Она была на пределе, её возбуждала эта поза, эта близость и то, что она могла сама задавать темп, чувствуя его горячее дыхание на своем лоне. Напряжение в теле Драко достигло предела, его мышцы были напряженны и вздувались, дыхание стало рваным. Не в силах больше терпеть эту сладкую пытку, он не прерывая ласк языком, опустил одну руку вниз, сжимая свой изнывающий член и делая несколько резких, неосознанных движений, пытаясь сбросить это невыносимое давление. Гермиона, заметив это, тут же перехватила его руку, не давая ему закончить самому. - Хочу чувствовать тебя, прошу... Мне так хорошо... - прошептала она, её голос был полон желания. - Драко, прошу... просто давай попробуем... - простонала она, выгибаясь и прижимаясь сильнее к его губам и языку. Эта медлительность, то как он смаковал каждое мгновение, сводило её с ума. Драко выругался сквозь зубы, что-то вроде “Мерлинова кровь, Грейнджер... я сейчас сойду с ума и Чёрт бы побрал этого целителя…”. Его самообладание трещало по швам. Он снова вернулся к ней, вылизывая её яростней, со всей страстью. Втягивал её в рот, дразня клитор языком, кружа вокруг него, а затем проникал глубоко внутрь неё, имитируя толчки, которых она так желала. Гермиона активно двигала бедрами, насаживаясь на его лицо, пытаясь сильнее почувствовать его язык. Когда она наконец кончила, выстанывая его имя и заливая его своей тягучей смазкой, он всё равно не отрывался от неё ни на секунду, удлиняя её ощущения. Он, вообще, был готов лизать её часами, просто чтобы чувствовать вкус её наслаждения. Гермиона, едва дыша от пережитого оргазма, приподнялась и отползая чуть ниже попыталась опуститься, сесть прямо на его член, который пульсировал от прилива крови. - Милая, нет... - он мягко перехватил её за талию, останавливая. - Давай не так, еще рано для такого ритма. Он осторожно переложил её на бок, пристраиваясь сзади. Её спина была плотно прижата к его груди, чувствуя себя защищенной им. Драко раздвинул её ноги, закинув её верхнюю ногу себе на руку, под колено. Гермиона нетерпеливо подалась назад, всё еще пытаясь поскорее почувствовать его член внутри себя, её движения были дерзкими. Не осталось никакой скромности, она была дикой и ему это нравилось. - Милая, ну какая же ты нетерпеливая... - прорычал он, сдерживая собственный рывок. Хотелось просто засадить ей и забыть обо всех наставлениях. - Драко... так хочу тебя. Альфа, прошу... - она выгибалась в его руках, умоляя о близости. Он вошел в неё плавным, казалось бесконечным толчком. Кайф был настолько сильным, что оба на мгновение замерли, не желая шевелиться, только лишь ощутить это чувство, сохранить мгновение. Драко положил ладонь на её живот, беременная омега. От этого голова шла кругом сильнее чем от любых ласк. Его движения были медленными, мучительно плавными. Он словно решил вымотать их обоих этой нежностью. Ему было пиздецки тяжело терпеть и продолжать так же. Тело требовало сорваться на бешеный темп, взять её так как он привык. Ощутить свою власть, чувствовать как она содрогается под ним. Слушать, как она умоляет его снова и снова, просит о большем. Но он держался и не отпускал контроль. Слишком важно было осознание того, что она носит его ребенка. Совсем скоро эта нереальная девушка станет его женой, эта последняя бумажка сделает её полностью его по всем пунктам. Магия уже признала их союз, они скреплены ритуалом и древней связью. Это осознание возбуждало его всё сильнее. Драко чувствовал, как внутри него собирается огромная волна, готовая нахлынуть в любой момент. Он зарылся лицом в её волосы, вдыхая её уникальный аромат. Когда предел был достигнут, он почти полностью вышел из неё, не давая узлу закрепиться. Слишком напряжённо и интенсивно для её нынешнего состояния, он оберегал её. Он кончил, оставив лишь самую головку внутри, чувствуя, как его семя заполняет её и стекает по их ногам. Поцеловав в плечо, он лишь крепче обнял её, наслаждаясь этой близостью. Они лежали в тишине, сплетенные телами, и Драко не убирал руку с её живота, словно охранял их общее сокровище.