Покажи мне свои шрамы

Влада расслабленно сидела в своем любимом геймерском кресле. Она устроилась поудобнее, подтянув к себе одну ногу — ту самую, здоровую, — а вторую, с больным коленом, аккуратно вытянула, стараясь не нагружать. В руках она лениво крутила мягкую резинку для волос, то растягивая её на пальцах, то собирая обратно. На мониторе привычной живой лентой бежал чат её собственного стрима. Влада внимательно всматривалась в экран, легко выхватывая глазами отдельные сообщения от своих подписчиков, и с улыбкой отвечала на вопросы: —Влада,как тебе совместный стрим с Егором?—— прочитала она вслух один из первых прилетевших вопросов и тепло усмехнулась. — Ребят, посидели просто супер. На самом деле, стрим пролетел как одна минута.Кто смотрел,тот понимает какой вайбик был. Она перехватила резинку в другую руку, краем глаза замечая, что чат начинает вовсю шуметь, вспоминая их вчерашние дебаты и те самые проценты совместимости. Подписчики наперебой расспрашивали, планируется ли еще один совместный стрим, а Влада лишь загадочно улыбалась, продолжая непринужденно общаться со своей аудиторией. Влада на секунду замолчала, перестала крутить в руках резинку для волос и чуть ближе пододвинулась к микрофону. На её лице появилось задумчивое, очень искреннее выражение. Ей действительно нужно было выговориться, но сделать это аккуратно, не раскрывая карт. — Ребят, на самом деле, хочу задать вам один такой... жизненный вопрос, — тихо произнесла Влада, глядя прямо в камеру. — Вот у вас было когда-нибудь такое, что вы начали общаться с человеком? И абсолютно не важно, парень это, девушка, просто знакомый — вообще не суть. И ваши общие знакомые или даже люди, которые близко с вами общаются, начинают в один голос твердить: «Слушай, тебе это не нужно. Не нужно общаться с этим человеком, зачем тебе это всё вообще надо? Не привыкай к нему, не доверяй». Она сделала небольшую паузу, переводя взгляд на замерший в ожидании чат. — И ладно бы это сказал кто-то один, — продолжила Влада, слегка разведя руками. — Но когда тебе это говорит не один человек, а, например, трое... Вот у вас такое было? Я просто искренне, понимаете, по-человечески не понимаю, от чего и зачем меня так упорно отговаривают. Я взрослый человек, я умею сама анализировать поступки, сама принимать решения и нести за них ответственность. Но тут я просто в каком-то ступоре. Расскажите, сталкивались с таким? Из-за чего люди вообще могут так себя вести? Конечно, Влада ни единым словом не обмолвилась, что речь идет о парне, и уж тем более не назвала имя Егора. Она понимала, что выносить такое на огромную аудиторию — табу, и это может породить кучу ненужных сплетен. Ей просто важно было получить этот взгляд со стороны от своих зрителей. Чат на мгновение затих, переваривая услышанное, а затем строчки побежали с новой силой. Подписчики принялись активно делиться своим опытом, и мнения, как всегда, разделились: кто-то писал про банальную зависть и ревность друзей, а кто-то советовал прислушаться, предполагая, что со стороны всегда виднее. Влада внимательно читала ответы, подперев подбородок рукой и пытаясь найти в этих словах ключ к разгадке поведения своих подруг. Влада внимательно вчитывалась в ответы зрителей, слегка кивая своим мыслям, а затем мягко улыбнулась и откинулась на спинку кресла. — Да уж, ребят... Почитала я ваши истории, — протянула она, переводя взгляд на камеру. — Кажется, у каждого второго был такой опыт. Слушайте, у нас сегодня с вами какой-то максимально ламповый разговор получается, прямо настоящий психологический стрим. Раз уж мы затронули такие глубокие темы, давайте поразмышляем вместе. Влада начала рассуждать вслух, и чат в очередной раз замер, просто слушая её голос. Она всегда была невероятно богата на словарный запас, а её речь лилась настолько красиво, плавно и грамотно, что её стримы часто включали просто как эстетичный аудиогид. И за этой легкостью мысли стоял огромный труд. Несмотря на сумасшедший, просто адский график, который преследовал её с четырех лет — бесконечные тренировки, школа, танцы, выматывающие соревнования и разъезды, — Влада всегда, в любой ситуации находила время на чтение. Для неё это было своего рода терапией. Даже в самые загруженные периоды она спокойно могла прочесть три книги за месяц, поглощая и классику, и современную психологию. Ну и, конечно, высшее образование журналиста тоже сыграло свою роль: университет научил её не просто жонглировать словами, а зрить в самую суть вещей, четко формулировать мысли и выстраивать логические цепочки. — Мне кажется, — продолжила Влада, плавно жестикулируя рукой, в которой всё еще была зажата резинка, — что зачастую люди, которые пытаются нас от кого-то оградить, транслируют исключительно свои страхи. Или свой негативный прошлый опыт. Они смотрят на человека сквозь призму собственных обид или стереотипов, совершенно не пытаясь узнать его настоящего. Но ведь каждый из нас — это отдельная Вселенная. И судить о ком-то по слухам или чужим ярлыкам — это как минимум несправедливо. Если человек раскрывается перед тобой с самой теплой, чуткой и искренней стороны, то почему ты должен верить чужим «звоночкам», а не собственному сердцу и интуиции? Она сделала глоток воды из стакана и добавила с легкой, мудрой улыбкой: — Мы слишком часто позволяем чужому мнению шуметь у нас в ушах, заглушая наш собственный внутренний голос. А ведь чужая жизнь — это чужие черновики. Зачем нам переписывать их в свою чистовую историю? Строка чата на секунду замерла, когда экран монитора вдруг залился яркой анимацией, и в наушниках Влады раздался приятный, мелодичный звук доната. На экране высветился текст длинного сообщения от одной из её постоянных подписчиц. Девушка решила воспользоваться этой открытой, психологической атмосферой стрима и поделилась своей личной, наболевшей проблемой. Ситуация не была связана с тем, о чем только что говорила Влада, — там была запутанная история про сложный выбор между стабильной, но нелюбимой работой в родном городе и возможностью сорваться в неизвестность ради мечты, где её никто не ждал. В конце сообщения девушка искренне просила: «Владислава , у тебя всегда такая мудрая голова, подскажи, как быть? Стоит ли так рисковать или лучше выбрать синицу в руках?» Влада внимательно, вдумчиво прочитала весь текст с экрана. Она чуть поправила микрофон, вздохнула и мягко, с большим уважением посмотрела в камеру. — Спасибо большое за донат и за такое доверие, солнце, — искренне произнесла Влада. — Но, честно тебе скажу… Я, наверное, в этом деле совсем не советчик. Да и в принципе, раздавать готовые рецепты для чужой жизни — это огромная ответственность, которую я на себя брать не имею права. Она на секунду задумалась, подбирая правильные слова, чтобы её мысль прозвучала максимально бережно. — Прежде всего, ты должна обдумать всё это сама, наедине с собой. Понимаешь, никто, кроме тебя, не знает всех нюансов, твоих истинных сил и желаний. Чужие советы, даже самые добрые — это лишь взгляд со стороны, а жить эту жизнь и вывозить последствия любого выбора только тебе. Влада крутанула в пальцах резинку для волос и, чуть наклонив голову, добавила, делясь своим личным видением: — Но если тебе действительно важно услышать, как бы в такой ситуации поступила я… Наверное, я бы рискнула. Чисто зная свой характер, я всегда выбираю движение вперед, даже если безумно страшно и впереди полная неизвестность. Я безумно боюсь когда-нибудь проснуться и пожалеть о том, что я чего-то не сделала, испугалась, упустила шанс. Да, синица в руках — это безопасно, тепло и предсказуемо. Но если твоя душа просит этого журавля, если ты чувствуешь, что способна на большее — попробуй. Даже если не получится так, как ты планировала, ты получишь колоссальный опыт. А это гораздо ценнее, чем всю жизнь сидеть на одном месте и думать: «А что, если бы я тогда уехала?». Так что загляни в себя, взвесь, готова ли ты к трудностям ради мечты, и делай шаг. Я в тебя верю. Лента чата продолжала бежать, и среди множества комплиментов и рассуждений о жизни Влада выцепила глазами один довольно прямолинейный вопрос. Она прочитала его вслух, слегка приподняв брови: — Влада, а почему ты не стримишь казик? Там же за рекламу просто нереально много бабла блогерам и стримерам дают. Ну, в плане, что оплачивается это всё космически. Влада усмехнулась, перевесила резинку для волос на запястье и поправила воротник своего поло. Тема была острой, но она ответила на неё абсолютно спокойно и уверенно. — Ребят, смотрите, — начала она, глядя прямо в объектив камеры. — Я совершенно спокойно отношусь к тем, кто лудоманит на стримах, или к тем, кто лудоманит просто в реальной жизни, для себя. Это личный выбор каждого взрослого человека. Ну, хотят они так проводить время или так зарабатывать — ради бога, меня это вообще никак не касается, и мне, в принципе, по боку. Кто я такая, чтобы кого-то осуждать? Она сделала небольшую паузу, собираясь с мыслями, чтобы сформулировать свою позицию максимально четко. — Но сама я в этом не вижу абсолютно ничего прикольного или интересного, — продолжила Влада. — Понятно, что со стороны всех этих букмекерских контор и казино это всё очень сильно, просто запредельно хорошо оплачивается. Для блогеров и стримеров там крутятся действительно космические суммы, и я, поверьте, прекрасно в курсе этого всего, знаю, какие бюджеты там предлагают. Влада покачала головой и мягко, но твердо улыбнулась: — Просто лично я сама не хочу это стримить. Крутить слоты, лудоманить на трансляциях — это вообще не моё. Это не мой контент, не мои ценности, и мне это банально не близко. Мне гораздо кайфовее вот так сидеть с вами, общаться, проходить тесты, играть в какие-то ламповые игры, чем сидеть и сливать или выигрывать бабки на эмоциях. Каждому свое, ребят, но на моем канале казика точно никогда не будет. Едва Влада закрыла тему с казино, как чат, словно только и ждавший зацепки, моментально переключился. Имя, которое весь вечер невидимо витало в воздухе после вчерашнего триумфального эфира, наконец-то появилось на экране. Влада выхватила глазами сообщение, написанное капсом, и невольно улыбнулась, прочитав его вслух: — Влада, а как тебе Крид? Какой он в жизни как чел? Она на секунду опустила взгляд, аккуратно поправляя резинку на запястье, словно собираясь с мыслями. Внутри шевельнулось приятное, теплое воспоминание о вчерашнем вечере, о его смехе, о том, как он помнил её любимый мятный чай. — Слушайте, ребят, — Влада подняла глаза на камеру, и её голос зазвучал очень искренне и мягко. — На самом деле, Егор — максимально классный. Вот прям без преувеличения. В жизни он очень простой, приземленный и безумно комфортный в общении человек. Она чуть подалась вперед, подперев щеку ладонью, и продолжила, подбирая самые точные слова: — Знаете, на экране у него может быть один образ — такого уверенного, недосягаемого артиста, суперзвезды. И это нормально, это часть его работы. Но когда камеры выключаются... он открывается совершенно с другой стороны. Он очень чуткий. Умеет слушать, подмечает какие-то мелочи. Где-то он может быть супер-серьезным, рассуждать о глубоких вещах, а через минуту — начнет так искренне и заразительно хохотать над какой-то глупостью, что ты сама не замечаешь, как сидишь и смеешься в голос. Влада вспомнила свои вчерашние ночные рассуждения в такси и добавила, твердо чеканя каждое слово: — С ним безумно легко. Вот эта его искренность и какая-то внутренняя теплота — это то, что подкупает сразу же. Так что как чел он прям мега-крутой, и я очень рада, что узнала его именно настоящим, без всех этих глянцевых масок.

***

Стрим закончился уже как пару часов назад. На часах была глубокая ночь, но сна, как обычно в последнее время, не было ни в одном глазу. Организм, привыкший к бешеному ночному ритму после трансляций, наотрез отказывался засыпать. Влада сидела у себя на просторной, залитой полумраком кухне. Единственным источником света была мягкая подсветка гарнитура, создававшая особую, интимную атмосферу уединения. На столе перед ней красовался стильный кастомный калик, который плавно булькал при каждой затяжке. Вытяжка над плитой работала на полную мощность, тихо гудя и сразу же затягивая в себя густые, ароматные клубы дыма, не позволяя им разлетаться по квартире. Рядом, на мраморной столешнице, эстетично расположился высокий бокал с пузырящимся безалкогольным шампанским и небольшая тарелочка с аккуратно нарезанными фруктами — клубникой и кусочками спелого ананаса. Влада устроилась максимально удобно на мягком кухонном стуле, расслабив уставшую за день спину. Одной рукой она лениво держала приятный на ощупь мундштук кальяна, а в другой сжимала телефон. На экране смартфона один за другим сменялись ролики в ТикТоке. Влада листала ленту, и на её губах играла мягкая, мечтательная улыбка. Алгоритмы уже вовсю подсовывали ей свежие нарезки со вчерашнего стрима с Егором, которые пачками штамповали его фан-паблики. Девочки-фанатки накладывали на их взгляды, смех и шутливые споры про ред флаги романтическую, замедленную музыку, выискивая в каждом кадре «ту самую химию». Влада делала очередную небольшую затяжку, выпускала тонкую струю дыма прямо в сторону вытяжки и продолжала пересматривать эти видео, ловя себя на мысли, что со стороны их коннект выглядел ещё более залипательным и искренним, чем ей казалось в тот вечер. Влада сделала еще один глоток прохладного шампанского, чувствуя, как покалывают язык мелкие пузырьки, и снова перевела взгляд на экран телефона, где крутился очередной ТикТок. Она глубоко затянулась кальяном, выпустив плотную струю дыма вверх, к вытяжке, и погрузилась в размышления. Скрывать очевидное перед самой собой было глупо: Влада отчетливо чувствовала и понимала, что в их общении с Кридом сейчас на полную мощность преобладает флирт. Причем флирт этот был настолько явным, что даже их вчерашний совместный стрим превратился в одно сплошное электрическое поле. Эфир тогда смотрели тысячи людей — онлайн перевалил за 15 000 зрителей, — и эти искры между ними в кадре не заметил бы разве что совсем маленький ребенок. То, как они переглядывались, как Егор хмыкал, как она кокетливо улыбалась на вопросах о совместимости — всё это буквально кричало о взаимном притяжении. Влада и сама до конца не понимала, почему всё так стремительно закрутилось. Да, ей было безумно приятно проводить с ним время. Да, глупо отрицать, что Егор чертовски симпатичный, харизматичный и красивый парень, который к тому же умеет шикарно шутить и держать внимание. Она лениво подцепила с тарелки кусочек ананаса, задумчиво пережевывая его и глядя в одну точку. В какой-то момент, под бульканье кальяна, к ней пришло очень четкое внутреннее понимание природы этого их флирта. Ведь бывает флирт «ради флирта» — когда люди просто играют на публику, тренируют свое обаяние или ведут себя так пожизненно со всеми подряд, просто потому что привыкли коллекционировать чужие реакции. Но между ней и Егором, как ей казалось, история была совсем другой. Это был тот самый легкий, кайфовый флирт, который рождается сам собой, когда тебе просто кристально хорошо с человеком. Он вроде бы абсолютно ни к чему не обязывает, в нем нет каких-то тяжелых, двусмысленных намеков или обязательств, никто никому ничего не должен. Это просто классная, заряженная атмосфера в общении, где оба чувствуют себя свободно, уверенно и безопасно, позволяя этой искре просто гореть и раскрашивать их будни в яркие цвета. Конечно же, где-то глубоко внутри Владе безумно хотелось узнать, а что думает по этому поводу сам Егор. Ему действительно так же хорошо и легко в её компании, или для него это просто привычная медийная игра? Может, весь этот искрящий флирт был лишь качественным шоу ради стрима, высоких охватов и удержания онлайна?Влада вздохнула, выпуская очередное облако дыма. Она не понимала этого, потому что, по сути, совсем не знала Егора с этой стороны. Она понятия не имела, как он ведет себя в реальной жизни, когда ему кто-то искренне нравится, и как он проявляет свои настоящие эмоции. Они ведь были знакомы всего ничего, общались мало, и лишь пара встреч перерастала в какие-то откровенные, личные разговоры. Ей было до жути интересно: Егор флиртовал с ней просто ради самого процесса, потому что привык так общаться с девушками, или у него это тоже родилось абсолютно спонтанно, само собой? Влада посмотрела на свой бокал с безалкогольным шампанским, и в её голове промелькнула забавная, чисто девичья мысль: «Блин, ну почему я вообще не пью алкоголь?» Она ладонью подперла подбородок, глядя на лопающиеся пузырьки в бокале. Ведь как устроена жизнь: когда ты пьян, ты максимально раскрепощен. Все внутренние тормоза и барьеры просто отключаются. Будь в этом бокале настоящий алкоголь, она бы, наверное, прямо сейчас, поддавшись ночному порыву, написала ему какое-нибудь каверзное, двусмысленное сообщение с намеком, чтобы проверить его реакцию и вывести на чистую воду. Но Влада затушила эту мысль в зародыше. Имея четкие принципы, внутренний стержень и здоровое самоуважение, заниматься подобными глупостями на трезвую голову она точно не станет. Писать парню посреди ночи и навязываться — абсолютно не в её правилах. Ей не нужно выпрашивать чужое внимание. Если всё это взаимно и искренне, время и так всё расставит по своим местам. Она заблокировала телефон, отложила его в сторону на мраморный стол и сделала глубокую затяжку кальяна, решив, что пусть всё идет своим чередом. Влада покрутила в пальцах мундштук кальяна, наблюдая, как дым медленно растворяется под потолком, и её мысли плавно утекли в ещё более глубокое, личное русло. Тема флирта с Егором невольно подняла со дна души то, о чём она старалась лишний раз не задумываться в своей повседневной суматохе, — тему её собственного одиночества и отношений в целом. Она поймала себя на мысли, что уже целых два года её сердце абсолютно свободно. Два года без свиданий, без бабочек в животе, без этого вечного ожидания сообщений и необходимости подстраиваться под чужую жизнь. Влада задумчиво сделала глоток безалкогольного шампанского и улыбнулась, вспоминая свое прошлое. Её самая первая, чистая и наивная любовь случилась в пятнадцать лет. Это не была какая-то мимолетная подростковая интрижка на пару месяцев — они были вместе целых полтора года. Тогда всё казалось таким масштабным, вечным, до гроба. Тот опыт оставил после себя приятную грусть и понимание, как это вообще бывает, когда ты впервые отдаешь кому-то весь свой внутренний мир. Потом, конечно, были и другие истории, но вот последние два года Влада сознательно выбрала быть одной. Она полностью ушла в карьеру, стримы, саморазвитие, медийность и восстановление здоровья.И сейчас, сидя в тишине ночной кухни, она поймала себя на классическом внутреннем противоречии: и хочется, и колется. С одной стороны, одиночество дарило невероятное, пьянящее чувство свободы. Это же так круто, когда ты полностью принадлежишь самой себе! Тебе не нужно ни перед кем отчитываться, почему твой стрим затянулся до трех часов ночи. Не нужно переживать, что твой мужчина приревнует к какому-нибудь блогеру, с которым ты сделала совместную нарезку. Ты сама планируешь свой день, свои финансы, свой отпуск, свои цели. Ты — абсолютная хозяйка своей жизни, сильная, независимая и самодостаточная. Влада искренне любила это состояние, она выстроила свой комфортный мир, в котором ей не было скучно наедине с собой. Но с другой стороны… какая бы сильная ты ни была, природу не обманешь. Влада была живым человеком, чутким и эмоциональным. И, конечно же, ей, как и любой девушке, иногда до безумия хотелось банального тепла. Хотелось, чтобы её любили. Причем любили не за красивые глаза на стриме, не за охваты или успешный личный бренд, а вот такую — домашнюю, уставшую, без макияжа, в этом самом халате. Хотелось самой испытывать это щемящее чувство заботы о ком-то, готовить завтраки не только для себя, засыпать под чужое размеренное дыхание и чувствовать себя защищенной. Вступать в отношения просто «чтобы было» или ради спасения от скуки она бы никогда не стала — слишком хорошо она знала себе цену и слишком сильно ценила свой покой. Но внутри жила тихая надежда, что если в её жизни и появится мужчина, то он не заберет её свободу, а приумножит её счастье. Она снова вспомнила Егора, его открытый взгляд, то, как чутко он ловил её настроение на вчерашних тестах, и внутри опять затеплилось то самое «а вдруг?».  — Так, стоп. Нет, нет, нет, — Влада затрясла головой, словно пытаясь физически выгнать эти романтические мысли из ушей, и сделала очередную затяжку, выпуская густой дым. Её резко приземлило. Одно дело — флиртовать, и совсем другое — реальная жизнь. Влада поймала себя на том, что она вообще никогда в будущем не представляла рядом с собой медийного парня. А Егор был не просто медийным — он был величиной планетарного масштаба в рамках их шоу-бизнеса. Она попыталась спроецировать это на банальный быт и ужаснулась. Влада искренне не понимала, как это — жить, когда вам постоянно нужно скрываться? Вы не можете просто так выйти вдвоем погулять по вечерней Москве. Вы не можете спокойно поехать поужинать в любимый ресторанчик, потому что вас тут же сфотографируют из-за соседнего столика. Стоит один раз пройтись под ручку — и всё, через пять минут вы во всех пабликах, Инстаграме и Телеграм-каналах, вашу личную жизнь разбирают по косточкам миллионы незнакомых людей. От одной мысли об этом тотальном отсутствии приватности становилось душно. Влада всегда считала, что с медийными людьми невероятно тяжело строить отношения. А уж с таким востребованным артистом, как Крид — тяжелее вдвойне. Его же, наверное, практически никогда не бывает дома! Вечные гастроли, съемки, ночные студийные сессии, перелеты, бесконечные проекты… —И как в таком режиме вообще строить отношения? — думала Влада, задумчиво крутя мундштук. — Как делить быт, как проводить время вместе, если его жизнь подчинена жесткому графику? Всё это казалось ей настолько дремучим, глухим лесом, что туда даже мысленно заходить было по-настоящему страшно. И тут Владу будто осенило. Пазл в её голове наконец-то начал складываться. —Может быть… именно из-за этого девчата так упорно твердили мне держаться от него подальше?— подумала она, и эта мысль показалась ей самой логичной за весь вечер. Катя, Аня и Наташа ведь крутились в этой же сфере и прекрасно понимали, какая это мясорубка. Возможно, их предостережения «не сближайся» и «не доверяй» были продиктованы не завистью или тайной влюбленностью, а банальной дружеской заботой? Они просто знали, как больно медийный мир может ударить по девушке, и хотели уберечь её от красивой, но потенциально очень сложной и ранящей истории. Влада резко выдохнула, выпуская последнее плотное облако дыма, и решительно отложила мундштук кальяна в сторону. Она помассировала пальцами виски, словно пытаясь буквально поставить на паузу этот безумный хоровод мыслей в своей голове. — Так, всё, стоп, ладно, — вслух сказала она самой себе в пустой, тихой кухне. — Влада, притормози. Слишком много мы уже накрутили, слишком много надумали. Она невольно усмехнулась абсурдности ситуации. Они пообщались всего несколько раз, вчера провели один классный совместный стрим, а она в своих мыслях уже успела столкнуться с трудностями совместного быта, скрыванием от папарацци и гастрольными графиками суперзвезды. Напридумывала целый драматический сериал на ровном месте. — Вообще хватит фантазировать, — пробормотала она, делая финальный глоток безалкогольного шампанского. В конце концов, сейчас ничего страшного или сложного не происходило. Была просто хорошая, легкая симпатия, приятное общение и взаимный флирт, который приносил удовольствие им обоим. Зачем усложнять то, что пока дарит только позитив? Жизнь сама всё расставит по местам, а решать проблемы нужно по мере их поступления, а не конструировать их из воздуха посреди ночи. Следующий вечер начался с приятного чувства предвкушения. Влада спала целый день,а теперь решила наконец выбраться из дома, переключить голову и провести время с девчонками. Она стояла у зеркала, поправляя причёску. Сегодня её образ был одновременно простым, стильным и очень эффектным. Волосы Влада собрала в два объёмных, аккуратно заплетённых колоска, которые открывали лицо и подчёркивали линию шеи. На ней было облегающее белое платье на тонких лямочках с красивым, аккуратным декольте. Ткань мягко очерчивала фигуру, длина доходила чуть ниже колена, а чтобы не нагружать больное колено и чувствовать себя максимально комфортно, на ноги она обула свои любимые белые эиpфорсы. Сочетание платья и кроссовок смотрелось мега-круто и свежо. Вскоре у подъезда послышался знакомый, утробный рык мощного мотора. Влада спустилась и увидела припарковавшийся урус Генсухи. Она открыла массивную дверь и скользнула в роскошный салон, наполненный приятным ароматом дорогого парфюма. — Привееет! Ну какая ты красивая, — протянула Наташа, окинув Владу восхищённым взглядом, когда та устроилась на пассажирском сиденье. — Привет! Спасибо, ты тоже супер, — улыбнулась Влада, пристёгивая ремень. Урус плавно, но мощно сорвался с места, вливаясь в вечерний поток московских улиц. План на вечер был простой и идеальный для девичьих посиделок: сначала они ехали забрать Аню, которая уже вовсю собиралась, а потом планировали заскочить в какое-нибудь уютное, не слишком шумное местечко, чтобы спокойно посидеть, вкусно поесть и поболтать обо всём на свете. Влада смотрела в окно на мелькающие огни города, слушая играющий в салоне трек, и внутри неё боролись два чувства. С одной стороны, ей безумно хотелось просто расслабиться с подругами, но с другой — она понимала, что вчерашние ночные размышления о «трёх людях, которые её отговаривают», скорее всего, сегодня получат своё продолжение за этим самым столом и сегодня эту тему поднимет сама Влада. Выбор пал на уютное заведение с классной японской и паназиатской кухней — идеальное место для того, чтобы спрятаться от лишних глаз и наконец-то расслабиться. К моменту, когда девчонки зашли внутрь и уселись за столик, голод у всех троих был просто до потери пульса. За день каждая успела набегаться по делам, поэтому скромничать с заказом никто не стал. Уже через сорок минут стол был буквально заставлен посудой. Девчата заказали по порции горячего, ароматного и в меру острого супа Том Ям, от одного вида которого текли слюнки, и один просто огромный сет суши и роллов. Первые минут десять в воздухе раздавалось только довольное мычание и стук палочек. Голодный стресс плавно отступал, уступая место расслабленности. Постепенно завязался самый классический, приятный девичник. Девчата вовсю кушали, болтали и со смехом делились последними новостями. Тема разговора порхала с одного на другое: сначала они бурно обсуждали новые летние коллекции в их любимых брендах одежды, споря, стоят ли те самые оверсайз-жакеты своих денег, потом переключились на бьюти-новинки, косметику и планы на ближайшие съёмки. Влада с удовольствием поддерживала беседу, отправляя в рот очередной ролл и чувствуя, как приятное тепло от супа окончательно снимает напряжение последних дней. Атмосфера была максимально лёгкой, родной и комфортной — именно то, что доктор прописал. Влада отложила палочки в сторону, сделала небольшой глоток воды и обвела подруг внимательным взглядом. Момент казался максимально подходящим: они были одни, расслаблены, а атмосфера располагала к честности. Пора было закрыть этот гештальт, который уже несколько дней не давал ей покоя. — Девули, — мягко, но серьезно начала Влада, слегка подавшись вперед. — Есть один вопрос, который мне реально не дает покоя. Наташа и Аня тут же прервали разговор о шмотках и посмотрели на неё. Влада выдохнула и спросила в лоб: — Почему вы меня так упорно отговариваете от общения с Кридом? Девчушки явно были застигнуты врасплох и искренне удивлены таким резким, прямым вопросом. Они на секунду переглянулись, и Наташа, первая придя в себя, поспешила покачать головой: — Владос, ну ты чего? Так мы тебя вообще-то и не отговаривали, — сглаживая углы, ответила она. — Мы просто... ну, предупредили тебя, чтобы ты была аккуратна, внимательна и близко всё к сердцу не принимала. Влада лишь скептически приподняла бровь, крутанув на запястье золотой браслет. Её журналистское образование и умение зрить в корень не позволяли так просто съехать с темы. — Наташ, ну для этого же есть какая-то конкретная причина, согласитесь? — твердо парировала Влада, глядя по очереди то на Аню, то на Наташу. — Вы не просто обронили пару фраз. Почему вы обе и Екатзе в один голос твердите мне: «не сближайся с ним», «не нужно тебе это общение»? Я же чувствую, что это не пустые слова. Вы что-то знаете или почему такой настрой? Рассказывайте как есть, я же взрослая девочка,губы дуть не стану. Аня и Наташа снова переглянулись, но на этот раз уже без удивления — скорее с легким вздохом облегчения, понимая, что уйти от ответа не получится. Акулич отложила салфетку, подперла подбородок рукой и посмотрела на Владу очень серьезным, понимающим взглядом. — Ладно, Влад, раз уж ты так прямо спрашиваешь, давай честно, — вздохнула Аня. — Никто из нас не желает тебе зла, и уж тем более мы не пытаемся лезть в твою жизнь с глупыми запретами. Наташа кивнула, подхватывая мысль подруги: — Владос, пойми, Егор — он классный. Но Егор — это огромный, тяжелый локомотив под названием «суперзвезда». Вокруг него всегда миллион интриг, слухов, фан-пабликов, которые разнесут любое ваше слово. Стоит тебе чуть-чуть к нему привязаться, как ты окажешься под таким микроскопом, какого у тебя еще никогда в жизни не было.  — Дело даже не в папарацци, — мягко добавила Аня, чуть понизив голос. — Дело в нем самом. Ты два года была без отношений, ты выстроила свой идеальный, безопасный мир, где тебе комфортно. А Егор — человек-вспышка. У него сумасшедший график, сегодня он тут, завтра в Дубае, послезавтра на съемках до пяти утра. С такими людьми безумно тяжело строить что-то стабильное. Мы с Катей просто испугались, что ты, со своей искренностью и привычкой отдаваться общению на полную, можешь банально обжечься. Наташа потянулась через стол и аккуратно коснулась руки Влады: — Мы просто не хотим, чтобы тебе сделали больно, понимаешь? Мы знаем, как легко очароваться его харизмой, вниманием и этим красивым флиртом. Но за красивой оберткой шоу-бизнеса часто прячется куча разбитых надежд. Мы не отговариваем тебя насовсем, мы просто просим: держи барьер. Наслаждайся общением, флиртуй, делай стримы, но не влюбляйся и не подпускай слишком близко к сердцу, пока точно не поймешь его намерений. Это была просто дружеская защита, Владос. Мы за тебя переживаем. Влада всплеснула руками, на секунду перебив Аню, и в её глазах мелькнул огонек искреннего возмущения. Она слегка отодвинула от себя тарелку и посмотрела на девчонок с явным недоумением. — Так, стоп! — эмоционально, но без агрессии выдохнула Влада. — Девчат, вы сейчас серьезно? А с какого перепугу вы вообще решили, что я собираюсь влюбляться? Наташа и Аня замолчали, уставившись на неё, а Влада продолжила, плавно жестикулируя и недоуменно приподнимая брови: — Что за стереотипы? С таким человеком, как Егор, что, нельзя просто общаться? Обязательно сразу влюбляться,пытаться снять с него штаны и строить какие-то грандиозные надежды на будущее?Девочки, я вас реально не понимаю. С чего вы вообще это взяли и за меня уже всё решили? Аня Акулич вздохнула, крутя в руках салфетку, и посмотрела на Владу с легким скепсисом, как смотрят на человека, который пытается отрицать очевидное. — Влад, ну камон, — мягко, но прямо сказала Аня. — Вряд ли Егор в принципе умеет просто дружить с девочками. Вспомни хотя бы Амину. Они ведь тоже сначала просто дружили, вместе стримили, постоянно светились в пабликах... И в итоге вспомни, как всё это закончилось.  Влада резко покачала головой, её обтягивающее белое платье чуть сдвинулось на лямках, когда она выпрямилась. Её голос прозвучал абсолютно твердо и уверенно: — Послушай, Ань, я без малейшего понятия, что там, как и у кого из них закончилось. Я вообще не в курсе тех разборок, я за ними не следила, и я с ней даже лично не знакома. Почему вы примеряете на меня чужие истории? Я — это я. Наташа и Аня на секунду притихли, явно не ожидая от Влады такого жесткого и логичного отпора. В воздухе повисла короткая пауза, нарушаемая только тихим гомоном ресторана и звоном посуды на соседних столиках. Первой тишину нарушила Наташа. Она устало потерла переносицу, опустила глаза на свой остывающий Том Ям, а затем снова посмотрела на Владу — уже без тени поучения, а максимально открыто и тепло. — Блин, Владос... Ну прости нас, дур, — честно сказала Наташа, слегка виновато улыбнувшись. — Ты права. Мы реально нагребли всё в одну кучу, вспомнили старые чужие драмы и спроецировали это на тебя. Просто... ну, мы реально за тебя включили режим «наседок». Извини, если это прозвучало так, будто мы держим тебя за маленькую девочку, которая не умеет фильтровать общение. Аня тоже согласно кивнула, двигая к Владе тарелку с роллами, словно в знак примирения. — Да, Владочка, извини, — мягко добавила Аня, заглядывая ей в глаза. — Мы просто привыкли, что в нашем комьюнити каждый чих превращается в инфоповод, а искренность часто выходит боком. Забыли на секунду, какой у тебя у самой стержень внутри. Если ты всё контролируешь, понимаешь границы и тебе просто по кайфу — мы только рады. Твой вчерашний стрим — это был чистый раз*еб, честно. Вы смотрелись мега-круто. Влада перевела дух, чувствуя, как волна минутного раздражения окончательно спадает. Она поправила один из своих объемных колосков, посмотрела на девчонок и не смогла сдержать ответной улыбки. — Ладно, проехали, заботливые мои, — уже гораздо мягче ответила Влада, снова беря в руки палочки. — Я ценю, что вы переживаете, правда. Но давайте договоримся: я сама разберусь со своими границами. А сейчас давайте лучше доедать этот сет, пока он окончательно не погрустнел, и вы мне расскажете, что там за скандал с новой коллекцией бренда, о котором вы спорили в машине. Девчонки облегченно рассмеялись, напряжение за столом моментально испарилось, и ужин вернулся в свое прежнее, уютное и веселое русло. Дальше они сидели уже абсолютно расслабленно, весело общаясь обо всём подряд: от глупых трендов в ТикТоке до планов на совместный отдых. Напряжение полностью ушло, но Влада, ковыряя палочками имбирь, мысленно сделала себе важную галочку. Насчёт Ани и Наташи она всё поняла, но оставалась ещё одна деталь пазла. Она твёрдо решила для себя, что при первой же возможности нужно будет докопаться с точно таким же вопросом к Кате. Уж очень хотелось послушать, что скажет её лучшая подруга и какими аргументами будет оперировать она. Влада потянулась к тарелке и аппетитно отправила в рот очередной ролл. В эту же секунду её телефон, который лежал на столе экраном вверх прямо возле бокала с водой, ярко вспыхнул. На экране появилось всплывающее уведомление из тг. Влада бросила мимолётный взгляд на дисплей и замерла, даже перестав жевать. Отправителем значился Егор. —Привет. Не занята? Влада округлила глаза, внутри всё на долю секунды сжалось от неожиданности. Она почувствовала, как к щекам прилил лёгкий жар. Это было максимально внезапно, ведь после их триумфального стрима они больше не списывались и не созванивались — каждый ушёл в свои дела. Влада была уверена, что он занят треками или съёмками, а тут... он сам написал ей первым. Да ещё и в разгар её девичника, когда она только-только доказывала подругам, что между ними нет ничего, кроме рабочего коннекта. Она перевернула телефон экраном вниз, чтобы Аня с Наташей, сидевшие напротив, ни в коем случае не заметили имя на дисплее, иначе расспросов и подколов до конца вечера было бы просто не избежать. Сердце забилось чуть быстрее, а в голове завертелась мысль: «И что ему ответить?»