Покажи мне свои шрамы

Она аккуратно проглотила ролл, сделала глоток воды и, как бы между прочим, снова взяла телефон в руку, опустив его под уровень стола, подальше от любопытных глаз подруг. Разблокировав экран, она быстро набрала ответ, стараясь звучать легко: —Привет) Не особо. Сидим с девчонками в рестике, кушаем.  Нажав «отправить», она заблокировала смартфон и положила его обратно на стол, на этот раз экраном вниз. — Владос, ты чего зависла? — подмигнула Наташа, заметив её секундную паузу. — Да-да, я тут, просто сообщение пришло, — перевела стрелки Влада, беззаботно улыбнувшись, и снова взяла в руки палочки, хотя всё её внимание теперь было приковано к лежащему на столе гаджету. Буквально через минуту телефон коротко завибрировал. Влада, выдержав паузу в несколько секунд, чтобы не выдавать своего нетерпения, снова перевернула экран. —Да так, подумал, может ты свободна. Хотел предложить пересечься,поболтать. Но раз ты с подругами, то не отвлекаю, хорошего вечера)) Влада перечитала сообщение дважды. Внутри шевельнулось приятное, щекочущее чувство. Значит, он думал о ней. Значит, весь этот флирт на стриме не был для него просто «отработкой на камеру», раз он сам проявляет инициативу в реальной жизни. Она бросила быстрый взгляд на Аню и Наташу, которые в этот момент бурно обсуждали чью-то сторис в Инстаграме, и пальцы сами потянулись к клавиатуре. С одной стороны, у неё был идеальный девичник, но с другой — упускать возможность узнать Егора получше наедине ей совершенно не хотелось. —Ты прямо сейчас хотел встретиться? Ответ от Егора прилетел буквально через пару секунд. Было ощущение, что он держал телефон в руке, стоя где-то в пробке или на светофоре. —Я сейчас как раз еду из зала домой, надо быстро душ принять и переодеться. Так что у тебя есть часика полтора в запасе. Если ты к этому времени освободишься, я могу за тобой приехать, например. Куда нужно будет? Влада невольно прикусила губу, глядя на экран. Сердце сделала предательский кувырок. Полтора часа — идеальное время. За этот срок они с девчонками как раз успеют спокойно доесть свой гигантский сет суши, посплетничать и попрощаться, и ей не придётся судорожно сбегать посреди ужина, вызывая у Ани с Наташей лишние вопросы. Влада быстро набрала ответ: —О, отличный тайминг. Мы как раз успеем досидеть. Давай тогда спишемся через часик, я скину геолокацию, где буду)   Влада заблокировала телефон и с легкой, едва заметной улыбкой отложила его в сторону. Внутри разлилось приятное волнение. Она посмотрела на подруг, которые всё еще увлеченно что-то рассматривали в телефоне Ани, и подумала, что этот вечер принимает очень интересный оборот. Оставшееся время за столом прошло для Влады словно в тумане. Она механически поддерживала беседу, вовремя кивала, улыбалась шуткам девчонок и даже что-то комментировала, но мысленно была уже далеко не в этом уютном ресторанчике. Все её мысли без остатка заняло предстоящее свидание — а называть эту встречу как-то иначе внутри себя уже не получалось. Она сидела, опустив взгляд на свою тарелку, и аккуратно накручивала на палочку имбирь, полностью погрузившись в свои размышления. Влада поймала себя на том, что у неё слегка покалывает кончики пальцев от волнения. Внутри снова поднялась волна тех самых ночных вопросов, которые она так усердно пыталась затушить: как себя вести? О чём они будут говорить наедине, без камер, без шума чата и без пятнадцати тысяч зрителей, которые служили им отличным щитом? Ведь на стриме всегда можно перевести всё в шутку или сослаться на шоу. А здесь, в замкнутом пространстве машины или в полумраке кофейни, маски придётся снять. Она невольно опустила взгляд на своё обтягивающее белое платье с красивым декольте и мысленно порадовалась, что сегодня решила так нарядиться. Образ с объёмными колосками и эирфорсами казался ей идеальным — женственным, но не чересчур вычурным, как раз для непринуждённой ночной встречи. —Главное — не накручивать себя снова, — уговаривала она свой внутренний голос. — Просто кофе. Просто поболтать. Он сам сказал — пересечься. Но сердце всё равно упрямо стучало чуть быстрее обычного. Влада то и дело бросала короткие взгляды на экран телефона, проверяя время и боясь пропустить то самое заветное сообщение от Егора, пока Аня и Наташа продолжали весело щебетать напротив, даже не подозревая, какая буря мыслей сейчас бушует в голове их подруги. Как раз к исходу полутора часов девчонки начали сыто вздыхать и поглядывать на время. Напряжение Влады окончательно спало, когда она поняла, что тайминг сошёлся просто идеально: ей безумно повезло, и теперь не придётся судорожно придумывать нелепые оправдания перед подругами, почему она сбегает посреди ужина. Наташа отодвинула пустую тарелку, потянулась за сумкой и посмотрела на девочек: — Ну что, красотки, наелись от пуза? По коням? Вас по домам развозить? — Ой, да, меня точно домой,— согласно закивала Аня, натягивая худи. Влада улыбнулась, стараясь, чтобы её голос звучал максимально естественно и непринуждённо: —А меня не нужно отвозить, я сама доберусь. Мне тут ещё кое-куда надо заскочить по делам недалеко. Аня удивлённо вскинула брови и внимательно посмотрела на неё: — Точно? Время-то уже позднее. Может, Наташа подбросит, с ветерком на урусе долетим? — Да не, точно, девчат, всё нормально, не переживайте, — отмахнулась Влада, застёгивая замок на своей маленькой сумочке. — Езжайте спокойно, отдыхайте. Попрощавшись и обнявшись на выходе из ресторана, Аня с Наташей сели в машину. Мощный Урус рыкнул мотором и плавно скрылся за поворотом, оставив Владу одну. Она осталась стоять на крыльце заведения. Прохладный ночной воздух приятно освежал кожу,заставляя тело покрыться мурашками. Влада сразу же достала телефон и уткнулась в экран. Теперь оставалось только стоять, втыкать в телефон и всматриваться в поток проезжающих мимо машин, ожидая, когда из темноты покажется его автомобиль. Назад дороги уже не было. Влада стояла у входа, периодически переступая с ноги на ногу в своих белых форсах. Ночная Москва жила своей жизнью: мимо проходили шумные компании, доносился далёкий гул проспекта, а она то и дело поправляла лямки платья и проверяла экран смартфона. Прошло буквально минут десять, которые показались ей целой вечностью, как вдруг экран снова ожил. —Подъезжаю,буду через пару минут. Влада подняла глаза от телефона и невольно затаила дыхание. Сердце сделало глухой, мощный ударище прямо в грудную клетку. И точно — из-за поворота, медленно и вальяжно, выкатил автомобиль. Машина плавно затормозила прямо напротив крыльца ресторана. Тонированное стекло со стороны пассажира медленно поползло вниз. Из полумрака роскошного кожаного салона на Владу открылся тот самый внимательный, с легкой хитрецой взгляд Егора. Он был в объемном уютном худи, с растрепанными после душа волосами, от него за версту веяло дорогим парфюмом и свежестью. — Привет, — улыбнулся он, окинув её быстрым, но очень красноречивым взглядом с ног до головы. На секунду в его глазах мелькнуло искреннее восхищение при виде её фигурки. — Привет, — Влада постаралась, чтобы её голос прозвучал как можно увереннее, хотя коленки предательски подкашивались. Она потянула за тяжелую ручку, открывая массивную дверь,и аккуратно забралась на высокое пассажирское сиденье. Дверь захлопнулась с глухим, изолирующим от всего остального мира звуком. Внутри салона тихо играл какой-то еще не выпущенный, качающий рэп-трек, а атмосфера мгновенно окутала её теплом. Егор плавно убрал правую руку с руля и потянулся к Владе. Он мягко приобнял её за плечи, притягивая к себе в знак приветствия. Влада ответила на объятие, чувствуя, как внутри окончательно тает остаток её первоначальной скованности. Отстранившись, Егор вернул руку на руль, переключил передачу и посмотрела на неё: — Ну что, куда мы поедем? Влада поправила лямку платья, бросила взгляд на проплывающие за окном огни и улыбнулась: — Слушай, даже не знаю... Я бы, может, посидела где-нибудь, калик покурила. Хочется просто расслабиться. Егор понимающе кивнул, и на его губах заиграла загадочная улыбка: — О, калик — это тема. Как раз знаю одно крутое закрытое местечко, поехали туда. Там нам точно никто не помешает, суеты ноль. Влада расслабилась, поудобнее откинулась на спинку дорогого кожаного сиденья, повернула голову в сторону Егора и с легким прищуром заговорила: —Я думала ты будешь с охраной. Егор тихо рассмеялся, крутанув руль одной рукой: — Не, решил сегодня без них. Подумал, что они сегодня точно не нужны. Он на секунду перевел на неё свой открытый, внимательный взгляд, и в салоне повисла ощутимая пауза, заряженная электричеством. — А что, мне нужна охрана? Чтобы, типа, защищать меня от тебя? — с явным вызовом и улыбкой спросил он. Влада ни капли не смутилась. В ней проснулся азарт, и она с легкой долей флирта, подперев подбородок ладонью, ответила: — Кто его знает... Возможно, и нужна. Никогда нельзя быть уверенным до конца. Егор лишь задорно усмехнулся, явно оценив её смелость, и прибавил газу, увозя их всё дальше в глубь ночной Москвы. Местечко оказалось действительно топовым — закрытый лаунж «для своих», где их провели в отдельную комфортную комнатку. Здесь был приглушённый, мягкий свет, огромный плазменный телек на стене и глубокий, нереально удобный кожаный диван, на который они и устроились рядом друг с другом. Атмосфера уединения окутывала с первых секунд. Вскоре в комнатку тихо постучал и вошёл официант, протянув меню. Влада, которая ещё пару часов назад до потери пульса наелась суши с девчонками, сразу отказалась от еды: — Мне, пожалуйста, только чай. Какой-нибудь лёгкий, можно зелёный с мятой, — улыбнулась она. Егор же, который только после спортзала, заметно проголодался. Он пробежался глазами по строчкам и сделал максимально правильный заказ: — А мне, пожалуйста, большой зелёный салат и форель на пару. Следом за официантом зашёл кальянный мастер. — Сделай нам, пожалуйста, два отдельных кальяна.Мне вот такой микс,— он протянул телефон кальянщику ,где был расписан любимый Егором микс табака. Пока Егор общался с мастером, Влада на секунду задумалась, перебирая в голове свои любимые миксы. Ей хотелось чего-то свежего, не приторного и расслабляющего. Когда кальянщик повернулся к ней, она уверенно произнесла: — А мне, если можно, сделайте микс манго,маракуя,пина колада и немного холодка. Парень все записал, кивнул и тихо удалился, закрыв за собой плотную дверь. В комнате снова воцарилась тишина. Влада поудобнее устроилась на диване: она села чуть вполоборота к Егору, закинула одну руку на мягкую спинку дивана и, подперев ладонью голову, открыто, с лёгкой загадочной улыбкой уставилась на него. Её белое платье красиво подчеркивало фигуру в полумраке, а объёмные колоски слегка растрепались, придавая образу уютный домашний вид. Егор не стал отставать. Он тоже развернулся к ней, закинул ногу на ногу и точно так же — в упор, не мигая — принялся рассматривать её лицо, губы, глаза. Они молча смотрели друг на друга секунд тридцать. В воздухе буквально искрило от напряжения. Взгляд на взгляд, глаза в глаза — чистый, неразбавленный визуальный контакт. И в какой-то момент эта немая сцена стала настолько концентрированной, что они оба одновременно не выдержали и искренне, громко рассмеялись. — Блин, ну и чего мы замерли? — сквозь смех спросил Егор, качая головой и закрывая лицо ладонью. — Я сама не знаю! — смеялась Влада, чувствуя, как этот милый, но такой очаровательно-неловкий моментик окончательно разрядил обстановку. — Просто сидим и так откровенно палимся друг на друга. Со стороны, наверное, выглядит очень забавно. Когда смех утих, в комнате снова повисла тишина, но теперь она была совершенно другой — густой, томительной и гипнотической. Егор перестал смеяться, его взгляд мгновенно изменился, став глубоким и невероятно сосредоточенным. Он снова начал медленно, с неподдельным интересом рассматривать Владу, будто сканируя каждый миллиметр. Сначала его взгляд задержался на её волосах — этих забавных и одновременно стильных объёмных колосках, а затем плавно спустился к глазам. Егор отчётливо вспомнил их самую первую встречу на кастинге танцоров в Лужниках. Ещё тогда он мгновенно выделил её глаза, а точнее — их потрясающий, уникальный разрез. —Лисица, никак иначе, — промелькнуло у него в голове, как и в тот первый день. Затем его внимание переключилось на её пухлые, чувственные губы, которые она в этот момент слегка прикусила, заметив его пристальный осмотр. Взгляд скользнул ниже — по тонкой, изящной шее к ярко выраженным, точёным ключицам. Именно на них сейчас покоились тонюсенькие лямочки белого платья, которые казались настолько хрупкими, что, казалось, могли порваться от одного прикосновения. И, конечно же, Егор уже далеко не в первый раз подметил одну очень пикантную деталь, которая неизменно присутствовала в образах Влады. Отсутствие белья. Походу, саму Владу вообще ни капли не смущало, что под тонкой тканью обтягивающего платья чётко выделялись контуры груди и соски. Это выглядело чертовски смело, горячо и притягательно, но без единого намёка на пошлость. Взгляд Егора спустился ещё ниже, оценивая тонкую, осиную талию и аккуратные, чуть более широкие бёдра, которые вместе создавали просто нереальный силуэт. Ткань платья сидела на ней как влитая, подчёркивая каждый изгиб. Глядя на неё, Егор поймал себя на мысли, что эта фигура — чистая гитара, честное слово, идеальные песочные часы, от которых невозможно оторвать глаз. Влада чувствовала этот обжигающий осмотр каждой клеточкой своего тела, но не отворачивалась, продолжая с лёгким вызовом смотреть ему прямо в глаза, пока градус напряжения в комнатке рос с каждой секундой. Егор медленно перевёл взгляд обратно на её лицо, слегка приподнял бровь и с лёгкой, полупризнательной улыбкой всё-таки решился задать вопрос, который вертелся у него на языке: — Слушай, Влад... Я давно хотел спросить. Это твоя принципиальная фишка — ходить без белья? Или просто привычка? Влада ни на секунду не смутилась. Она лишь мягко усмехнулась, абсолютно спокойно приняв этот интригующий вопрос. Подобные взгляды и шёпот за спиной она видела не раз, поэтому ответ у неё был готов давно. — Ой, знаешь, если люди думают, что я из-за этого какая-то легкомысленная, или что я таким образом пытаюсь парней цеплять, то пускай себе думают что хотят, — честно ответила Влада, слегка пожав плечами, отчего тонюсенькая лямка платья чуть сдвинулась на ключице. — Мне, если честно, вообще фиолетово на чужие домыслы. Она поправила колосок, посмотрела на Егора своим лисьим взглядом и продолжила: — А реальная причина на самом деле всего одна, и она максимально банальная. Я всей душой просто ненавижу, когда мне что-то давит, трёт, парит или сковывает движения. Я же танцор, я привыкла к абсолютной свободе. В тренировочных залах на мне всегда либо свободные кроп-топы, либо мягкие спортивные топы, которые вообще не ощущаются. И вот когда наступает момент, что нужно надевать обычный жёсткий лифчик под повседневную одежду — для меня это каждый раз просто какая-то каторга. Поэтому я забила на этот дискомфорт. Мне так удобно, я чувствую себя свободной, и это главное. Егор внимательно выслушал её, и в его глазах промелькнуло ещё большее уважение. Такой ответ — прямой, уверенный и без лишнего кокетства — зацепил его куда сильнее, чем если бы она начала смущаться или переводить тему. — На самом деле, это очень круто, — искренне сказал Егор, придвигаясь к ней чуть ближе. — Люблю людей, которые выбирают свой комфорт, а не то, что там подумает общество. Да и скрывать тебе, если честно, абсолютно нечего.Ты очень хорошо выглядишь. В этот момент в дверь лаунжа тихо постучали, прервав их откровенный разговор на самой интригующей ноте. Официант и кальянный мастер зашли одновременно, ловко и бесшумно расставляя заказ. На столе появился ароматный чай для Влады, аппетитная рыбка на пару с ярким зелёным салатом для Егора, и, конечно же, два стильных кальяна. Когда дверь за персоналом снова закрылась, Егор, заметно проголодавшийся после тренировки, с удовольствием принялся за ужин. Влада же пододвинула к себе трубку своего кальяна, сделала первую глубокую затяжку и выпустила густое, плотное облако дыма, которое тут же наполнило комнатку нереальным ароматом. Егор отрезал кусочек рыбы, посмотрел на неё сквозь полумрак и, прожевав, с интересом произнес: —Расскажи мне о себе что-нибудь? А то я поймал себя на мысли, что толком ничего о тебе не знаю. Влада сделала еще одну короткую затяжку, плавно выпустила дым в потолок и с улыбкой покачала головной: — Ой, Егор, я так не люблю, когда вот так говорят: «расскажи о себе». Сразу чувствуешь себя как на каком-то странном собеседовании.Ты спрашивай конкретно то, что тебя интересует, а я буду честно отвечать. Она перевела на него свой взгляд и добавила, тихо рассмеявшись: — А то вдруг я сейчас начну просто рассказывать обо всём подряд, и меня куда-нибудь занесёт вообще не в ту степь — в воспоминания из детского сада или тонкости хореографии, которые тебе будут совсем не интересны. Егор отложил вилку, внимательно посмотрел ей прямо в глаза, и в его голосе прозвучало столько искренней, мягкой теплоты, что у Влады внутри снова всё перевернулось: — Знаешь, мне сейчас интересно абсолютно всё, что связано с тобой. Любая мелочь. Он сделал небольшую паузу, наслаждаясь тем, как Влада на секунду смутилась от таких слов, а затем задорно усмехнулся: — Но ладно, правила игры принял. Раз так — значит, буду сам пытать тебя вопросами. Егор отодвинул пустую тарелку, взял трубку своего кальяна и сделал глубокую затяжку. В комнате установилась удивительно уютная, приватная атмосфера, где время словно замедлило свой ход. Начался их долгий, искренний разговор, который шаг за шагом стирал между ними любые барьеры. Егор, как и обещал, взял на себя роль интервьюера.Его вопросы не были банальными — он спрашивал то, что действительно помогает понять человека. Сначала они заговорили про танцы. Егору было искренне интересно, как Влада справлялась с колоссальными физическими нагрузками, из-за чего могла выгореть и что чувствовала, когда выходила на паркет. Влада отвечала увлечённо, у неё буквально горели глаза, когда она объясняла, как через движения можно передать эмоции, которые не опишешь словами. Постепенно инициативу перехватила Влада. Ей тоже не хотелось оставаться просто отвечающей стороной, и она начала засыпать Егора встречными вопросами. Оказалось, что за клеймом суперзвезды и уверенного в себе артиста скрывается очень глубокий, местами ранимый и безумно трудолюбивый человек. Они сидели друг напротив друга, окутанные ароматным дымом двух кальянов, и с каждым часом открывали друг друга с совершенно новых сторон. Они обсудили, кажется, всё на свете,даже кто где любит отдыхать. Выяснилось, что Егор обожает Дубай за его масштаб и бешеную энергетику, но иногда мечтает сбежать туда, где его вообще никто не знает. Влада же призналась, что для неё идеальный перезапуск — лежать на лежаке возле океана. Они посмеялись над своими привычками и утренними ритуалами. Егор рассказал, как тяжело ему даётся ранний подъём из-за ужасного графика сна, а Влада призналась, что может проснуться за пять минут до выхода, натянуть оверсайз и чувствовать себя прекрасно. Они спорили, соглашались, перебивали друг друга, смеялись до колик в животе и затихали, когда темы становились более личными. Влада поймала себя на мысли, что ей уже очень давно не было так легко и комфортно с мужчиной. Напряжение, о котором предупреждали Наташа и Аня, полностью растворилось в этой маленькой комнатке. В какой-то момент, когда оба кальяна уже мягко догорали, а Влада сделала глоток своего чая, Егор поудобнее перехватил мундштук, посмотрел на неё с лёгким прищуром и плавно перевёл тему: — Слушай, Влад, а ты вообще смотришь фильмы? Есть у тебя какой-то самый-самый любимый фильм, который ты готова пересматривать бесконечно? — Ооо, кино — это моя отдельная любовь, — протянула она, поправляя выбившуюся прядь из колоска. — И знаешь, возможно, я сейчас буду максимально банальна, как абсолютно каждая девочка на этой планете... Но я просто обожаю Титаник. Егор, который в этот момент как раз делал затяжку из своего кальяна, от удивления даже чуть замер. Он плавно выпустил дым, приподнял бровь и с явным, но добрым скепсисом переспросил: — Титаник?Серьёзно? — Да, именно он! И не надо так скептически улыбаться, — шутливо возмутилась Влада, легонько толкнув его плечом. Она устроилась на диване ещё удобнее, поджав под себя одну ногу, и её взгляд стал более глубоким и мечтательным. — Я готова пересматривать его снова и снова, и мне никогда не надоест. Хочешь скажу почему? — Просвети меня, — Егор с искренним интересом подпёр подбородок рукой, готовый внимательно слушать. — Во-первых, для меня этот фильм — визуальный шедевр, — увлечённо начала объяснять Влада, и по её жестикуляции было видно, насколько сильно она погружена в тему. — Кэмерон продумал каждую мелочь: эти костюмы, масштаб декораций…А во-вторых, сама история. Да, пускай все называют её попсовой, но для меня это эталон настоящей, искренней и чистой страсти. Люди из совершенно разных миров встретились на несколько дней, и эта короткая вспышка изменила их жизни навсегда. Роза ведь пронесла эту любовь через сто лет! Каждый раз, когда я смотрю сцену, где они стоят на носу корабля, или когда оркестр продолжает играть на палубе до самого конца... Блин, у меня до сих пор мурашки по коже бегут. Это кино про честность с самим собой и про то, что ради настоящего чувства не страшно потерять всё. Влада замолчала, переведя дух, и слегка смущённо улыбнулась, поймав себя на том, как эмоционально она всё это рассказывала. Егор всё это время не сводил с неё глаз, заворожённый тем, как искренне и красиво у неё горели глаза в этот момент. Егор продолжал смотреть на неё в упор, но теперь в его взгляде не было и следа прежней иронии. В полумраке комнаты его глаза казались ещё темнее, а вопрос прозвучал мягко, почти интимно, заставив Владу на секунду затаить дыхание. — А ты бы смогла так? — тихо спросил он, чуть подавшись вперёд. — Ну, допустим... когда с абсолютно малознакомым человеком вдруг вспыхнула страсть, химия, все дела? Смогла бы вот так довериться моменту, забить на всё и пойти до конца? В воздухе между ними мгновенно повисло такое осязаемое напряжение, что, казалось, его можно было потрогать руками. Влада почувствовала, как по спине пробежал лёгкий холодок, а сердце снова застучало где-то в районе горла. Вопрос попал слишком точно в цель, учитывая всё, что происходило между ними здесь и сейчас. Она медленно опустила взгляд на трубку кальяна, крутя её в пальцах, словно собираясь с мыслями, а затем снова подняла свои глаза на Егора. На её губах появилась едва заметная, загадочная улыбка. — Знаешь... — Влада сделала небольшую паузу, удерживая его взгляд. — Раньше я бы, наверное, не задумываясь сказала «нет». Я привыкла всё контролировать, анализировать, держать дистанцию. Но сейчас... Она чуть склонила голову набок, отчего волосы мягко упали ей на плечо, и в её голосе проскользнула абсолютная, подкупающая честность: —Но повзрослев я понимаю, что от такой химии никто не застрахован. Если человек действительно «твой» — ты это чувствуешь сразу, на каком-то подсознательном уровне. И если эта вспышка случается... наверное, глупо от неё бежать и строить из себя железную леди. Жизнь слишком короткая, чтобы отказывать себе в настоящих эмоциях. Так что да. Если бы торкнуло по-настоящему — я бы смогла. Влада чуть приподняла бровь и с лёгким, интригующим вызовом добавила: — А ты? Или суперзвёзды всегда просчитывают шаги наперёд? Егор тихо хмыкнул, но взгляд его стал ещё более пристальным и пронзительным. Он медленно откинулся на спинку дивана, не отрывая глаз от Влады, и на его губах заиграла едва заметная, очень тёплая улыбка. — Просчитывать шаги? — повторил он, будто пробуя эти слова на вкус. — Знаешь, в работе, в бизнесе, на сцене — да, там без этого никуда. Но в том, что касается чувств и вот этой самой химии... Тут просчёты не работают. Если ты начинаешь включать голову там, где должно работать сердце, всё моментально превращается в фальш. А я фальшь терпеть не могу. Он сделал небольшую паузу, перевёл взгляд на её пухлые губы, а затем снова посмотрел прямо в её глаза. Расстояние между ними на диване сейчас казалось чертовски маленьким. — Так что мой ответ — да, я бы тоже смог, — тише, но с абсолютной уверенностью в голосе произнёс Егор. — Более того, я считаю, что самые крутые, самые настоящие вещи в жизни как раз и случаются абсолютно спонтанно. Когда ты просто встречаешь человека, и тебя прошибает током. И тебе уже плевать, сколько дней вы знакомы — один день или пять минут. Ты просто хочешь быть рядом, здесь и сейчас. Егор плавно протянул руку и аккуратно, едва касаясь подушечками пальцев, поправил ту самую выбившуюся прядь из её колоска, которая упала ей на лицо. Его пальцы на секунду задержались возле её щеки, и Влада почувствовала, как по коже пробежала ошалелая волна мурашек. — И мне кажется, — тихо добавил он, пристально глядя на неё, — что бежать от этого действительно глупо. В комнатке лаунжа стало окончательно тихо. Музыка на фоне будто стихла, кальяны мирно пускали тонкие струйки дыма, а между ними повисло то самое красивое, интимное молчание, когда слова уже становятся просто не нужны. Влада замерла, боясь разрушить этот момент, и лишь глубже погрузилась в глубину его взгляда. Влада замерла, едва дыша. Напряжение между ними выросло до того предела, когда следующий шаг уже меняет всё. И именно в этот момент, когда искры готовы были превратиться в пожар, она решила нажать на тормоза. Ей стало слишком уязвимо, слишком горячо. Она резко, чуть преувеличенно улыбнулась, разбивая эту звенящую тишину вдребезги, и нарочито просто бросила: — У тебя очень красивые глаза. Атмосфера тут же треснула. Интимный полумрак сменился лёгкой, почти шутливой недосказанностью, а Влада внутренне выдохнула — ей удалось спастись от этой опасной близости. Пока что. Он тихо хмыкнул — едва заметно, уголком губ, но в этом коротком звуке читалось абсолютное понимание. Он раскусил её маневр в ту же секунду. Откинувшись обратно на мягкую спинку дивана, Егор вальяжно закинул руку на её край и сузил глаза, мысленно ставя галочку: «Засчитано. Шаг назад». Его это не разозлило, скорее, раззадорило. — За комплимент, конечно, спасибо, — лениво протянул он, пристально наблюдая за ней сквозь сизую дымку. Пауза снова затянулась, но теперь она была другой — более приземлённой, хотя напряжение никуда не делось. Влада перевела дух, крутя в руках айфон, и, чтобы окончательно увести разговор от опасной черты, спросила о том, что искренне её тревожило: — Егор... а у тебя было такое, что ты начинаешь общаться с каким-то человеком — парень, девушка, не важно... а тебе со стороны начинают говорить, что тебе этот человек не нужен? Что не стоит с ним общаться, ну и всё в таком духе? Она посмотрела на него уже без кокетства — серьёзно и ожидающе. Егор сразу подобрался, заметив, как резко изменился её тон. Игривая улыбка сошла с его лица, уступив место предельной серьезности. Он затянулся кальяном, медленно выпустил густой дым в сторону и внимательно посмотрел на Владу, будто пытаясь прочесть между строк, что именно подтолкнуло её к этому вопросу. — Бывало ли у меня такое? — тихо переспросил он, и в его голосе послышалась горькая усмешка. — Влад, вся моя жизнь, начиная с девятнадцати лет, состоит из этого. Когда ты постоянно на виду, у каждого встречного появляется «авторитетное» мнение о том, с кем тебе спать, с кем дружить, с кем записывать фиты, а кого близко к себе не подпускать. Он положил трубку кальяна на стол, подался вперед и облокотился локтями о колени, оказавшись к ней еще ближе. — Сначала это говорили продюсеры, потом — друзья, команда, а теперь еще и миллионы комментаторов в сети. «Она тебе не подходит», «он тебя использует», «это плохая компания». Знаешь, поначалу это реально давит на мозги. Ты начинаешь сомневаться, присматриваться к человеку сквозь призму чужого мнения, искать подвох там, где его нет. А потом понимаешь одну простую истину. Егор заглянул ей прямо в глаза, и его взгляд стал невероятно поддерживающим и твердым: — Никто, кроме тебя самого, не знает, что ты чувствуешь, когда остаешься с человеком наедине. Люди со стороны видят только картинку, свои собственные страхи или, что еще чаще, банальную зависть. Если бы я слушал всё, что мне советовали доброжелатели,я бы сейчас сидел один в пустой комнате, потому что все вокруг оказались бы не теми. Он сделал короткую паузу, внимательно всматриваясь в её посерьезневшее лицо, и мягко спросил: — А тебе... кто-то уже успел наговорить лишнего? Про меня? Влада крепко закусила нижнюю губу, чувствуя, как внутри всё предательски сжалось. Вопрос Егора попал в самый эпицентр её мыслей. Образы девочек, их предостерегающие голоса в ресторане, фразы в духе «он со всеми девчонками так играет» и «будь осторожнее» — всё это моментально всплыло в памяти. Она медленно подняла свои глазки, встречаясь с ним взглядом. Егор смотрел на неё в упор — открыто, ждуще и как-то слишком понимающе, будто заранее знал ответ. В комнате повисла оглушительная тишина. В голове Влады в этот момент происходила мощная внутренняя борьба. Мысли неслись с бешеной скоростью: «Сказать? Выложить всё как есть? Рассказать про девчонок,не упоминая их имён?Но не будет ли это выглядеть как глупый детсадовский донос? Или лучше технично перевести тему, отшутиться, вернуть ту легкую атмосферу флирта и сделать вид, что это был просто абстрактный вопрос?» Она продолжала смотреть ему прямо в глаза, и этот долгий, немигающий контакт, казалось, длился целую вечность, пока она судорожно выбирала, по какому пути пойти.