Чёрное Сердце.

❝ Когда люди уверены — «но» не существует. ❞ Клон

Прошли считанные минуты, Уваров возник перед ними, словно материализовавшись из серого тумана кладбища. На его лице не было ни тени беспокойства, ни малейшего признака одышки. Он излучал пугающее, абсолютное спокойствие, которое в данной ситуации казалось противоестественным. Мужчина полностью игнорировал Дашу, чьё лицо всё ещё было опухшим и красным после истерики. Холодным, жестом он проверил пульс Кузнецовой и чистоту её дыхания, после чего легко, словно она ничего не весила, поднял девушку на руки. - Идёшь за мной, отвечаешь на вопросы чётко. Поняла? – бросил он через плечо, направляясь к люку, даже не удостоив Старкову взглядом. - Поняла, – тихо ответила Даша, поспешно следуя за ним. - Когда потеряла сознание? - Я вам сразу позвонила... девять часов, плюс-минус пару минут, – ответила Даша, стараясь не отставать. - Когда пропало зрение? – снова спросил Вадим, его голос звучал ровно, как метроном. - Примерно за тридцать минут до этого. Внезапно, без всякого предупреждения, Уваров задал вопрос, который заставил Дашу вздрогнуть от неожиданности: - Какого хуя ты знаешь, кто я такой? Вопрос был настолько стремительным, что Даша не успела придумать ложь или осознать опасность. Страх и честность смешались в её голове. - Когда сжигала доказательства... а вы стояли возле люка. Морозов вместе с Вайтевичем убирали труп Олега, – Даша резко замолчала, осознав, что только что выдала секрет, который мог стоить ей жизни. Вадим лишь коротко усмехнулся, в этом звуке не было ни капли веселья. - Партизаны недоделанные. Одной собакой больше, другой меньше, роли не играет. Они спустились в подземелья, но вместо того, чтобы вернуться к знакомому лифту, Уваров повел её в самый дальний, тёмный ход. Сыщики никогда не заходили так далеко. Здесь начинался лабиринт из бесконечных коридоров, из которого невозможно было выбраться без проводника. Вадим приложил ладонь к сенсору, массивная дверь с тихим шипением отъехала в сторону. Внутри царила стерильная, почти хирургическая чистота. Кабинет выглядел как декорация к фильму о далеком будущем: обилие сложной техники, холодный белый свет и ряд автоматических дверей, разделяющих пространство. - Не отвлекайся, – отрезал Вадим, входя в последнюю секцию. Он аккуратно положил Вику на металлический операционный стол. Резким движением он включил мощную бестеневую лампу, которая залила комнату мертвенно-белым светом, прищурившись, начал проверять реакцию зрачков девушки на свет. Вадим Юрьевич пристально всмотрелся в глаза девушки, но зрачки оставались неподвижными, не реагируя на резкий свет лампы. Лицо Уварова помрачнело. Он стремительно распахнул нижние шкафы, но обнаружил, что запасы подходящей крови отсутствуют. В гневе он с силой захлопнул металлическую дверцу, грохот эхом разнесся по стерильному помещению. Не теряя времени, Вадим достал катетер и точным, уверенным движением ввёл его в вену ученицы, запуская систему для слива отработанной крови, которая уже стала токсичной для организма. - Что она ела в последние два дня? – строго спросил он, одновременно вводя какую-то жидкость в свою собственную руку, готовясь к процедуре. - Две булочки с маслом и сегодня утром манную кашу, – ответила Даша, с ужасом и любопытством наблюдая за этими странными манипуляциями. - Из воды? – уточнил Вадим, вводя препарат в руку Кузнецовой. - Воду и чай, всё без сахара, – Даша замялась, глядя на переплетающиеся трубки. - А это... это не опасно? Вадим соединил трубку с катетером и опустился на хирургический стул. Прямое переливание крови в таких условиях было экстренным и рискованным решением. Антидот просто не успел бы сработать, а вакцина могла вызвать мгновенный шок и убить девушку. Антитела в моей крови должны подействовать лучше любого маркера, – думал он, наблюдая, как его кровь начинает течь в жилы Вики, перештамповывая структуру вируса и буквально выжигая его из её ДНК. - Опасно. В любом другом случае она бы уже умерла, – холодно отрезал он. - А ты языком меньше двигай. Он указал взглядом на одну из секций. - В столе лежат ярко-фиолетовые ампулы. Дверь под римской цифрой четыре, найдёшь? Даша молча кивнула и поспешила в указанную комнату. Страх за жизнь подруги полностью подавил её собственный ужас перед этим местом и человеком. Сейчас она была готова на всё, лишь бы Вика снова открыла глаза и вернулась из этого кошмара. Даша вернулась мгновенно, сжимая в руках фиолетовые ампулы. Передавая их Уварову, она поймала его скептический, оценивающий взгляд, который заставил её почувствовать себя беспомощной. - Я буду говорить, что тебе делать, и ты слушаешь. Поняла? – холодно произнес Вадим. - Хорошо, – тихо ответила Даша. Она была настолько напугана, что даже не заметила, что мужчина сидит неподвижно, буквально прикованный к стулу системой трубок. - Из шкафа номер один достаёшь шприц. Игла в нижнем ящике, на пакете будет написано «26G», – инструктировал он. Даша действовала как автомат, в точности выполняя каждое указание: нашла шприц, достала иглу, аккуратно положила их на стол рядом с бледным лицом Вики. - Теперь надевай перчатки, набирай жидкость, закрывай колпаком и выпускай воздух, – голос Вадима стал спокойнее, но в нём всё ещё чувствовалась сталь. Он понимал, что за эту неделю он потерял слишком много крови, и время работало против них. Руки Даши дрожали. Она быстро набрала препарат, медленно выпустила пузырек воздуха, чувствуя, как по комнате разливается могильный холод. Дыхание стало прерывистым. - Теперь вводишь иглу в шею, в место прошлого прокола. Медленно, не спеша. Поняла? - Я не смогу... – всхлипнула Даша, отступая на шаг. - Я никогда этого не делала! - Тогда она умрёт. Выбирай, – отрезал Вадим, фраза подействовала как удар. Даша замерла, пальцы судорожно коснулись кожи подруги. Нащупав нужную точку, медленно, с замиранием сердца, ввела иглу. Вадим внимательно контролировал глубину, подавая короткие жесты рукой, указывая, когда пора остановиться. Старкова вводила жидкость максимально медленно, боясь, что одно лишнее движение станет фатальным. Когда всё было закончено, она отложила шприц, с облегчением стянула перчатки. - Видишь, ничего страшного, – бесстрастно заметил Уваров. Он достал телефон и набрал номер. - К корпусу 2М1, подойди. Даша испуганно отпрянула, когда в кабинет вошел мужчина в черной форме. Один взгляд на него, и девушка поняла: это один из чоповцев. - Проводишь её до камина, без лишних остановок, - приказал Вадим. Охранник грубо взял Дашу за руку, увлекая её к выходу. - А Вика? – отчаянно спросила она, оборачиваясь. - Проснётся в школе. Я пришлю тебе смс, – Вадим коротко подмигнул ей. - Будем обговаривать плату. Он кивнул охране, и Дашу буквально вывели из комнаты, оставив её наедине с осознанием того, что теперь она новая игрушка в руках физрука. Под утро, когда сумерки только начали разбавлять темноту, Уваров перенёс обмякшую Кузнецову в свою комнату. Он действовал быстро: поставил рядом с кроватью тазик на случай приступов рвоты и подключил девушку к капельнице. Эритроцитарная взвесь была жизненной необходимостью, только так можно было восстановить критически низкий уровень гемоглобина и вернуть её к жизни. Выпив свои таблетки, смыв с себя запах стерильности и крови в душе, Вадим наконец решил отдохнуть. Однако едва он приготовился к сну, в дверь постучали. Он открыл мгновенно, обнаружив на пороге Совейлеву, которая с невинным видом протягивала ему белый ящик с надписью INGRID. - Доброе утро, Вадим Юрьевич, – проговорила Женя, заглядывая ему в глаза. - Сколько свободных дней у меня есть? - До воскресенья гуляй, – коротко бросил он, захлопнул дверь. Как только голова коснулась подушки, Вадим провалился в тяжёлый, рваный сон. Его организм, истощённый потерей крови и нервным напряжением, отзывался резкими приступами тошноты. Он несколько раз просыпался, чтобы сдержать рвоту, прежде чем снова погрузиться в беспамятство. К завтраку он успел ввести необходимые препараты и себе, и спящей Вике. За обедом Вадим кожей чувствовал, как его прожигают взглядом. Даже не оборачиваясь, он знал, что это Старкова. Её отчаяние и благодарность смешались в один удушливый коктейль. На последнем уроке, закончив строить класс, раздав задания, Вадим холодным тоном произнёс: - Старкова, ко мне. Даша молча пошла следом. Когда они оказались в кабинете, мужчина отодвинул стул, тяжело опустившись на него, достал из стола папки. - Я вас слушаю, Вадим Юрьевич, – тихо произнесла девушка. - Значит так, – его голос стал жёстким. - Докладываешь мне о Полякове всё. До мельчайших подробностей. Он заметил, как Даша напряглась, её плечи застыли. - Зачем вам это? Что я вообще должна докладывать? - Ты дуру из себя не строй, – осадил её Вадим, впиваясь в неё взглядом. - Ты в его комнате проводишь больше времени, чем когда-то Елена Сергеевна. И я думаю, тебе прекрасно известно, что наш Виктор – далеко не Виктор. Даша заключила с Уваровым сделку, которая на первый взгляд казалась безобидной. Она лишь надеялась, что эта игра в шпионаж не обернётся для неё или её друзей катастрофой. Пятничное утро выдалось на редкость приятным. Когда ребята собрались в столовой, они заметили, что Морозов снова украшает своё лицо свежим, багровым синяком. Если в первый раз они с друзьями ещё гадали, кто мог так ловко заехать директору, то теперь у Старковой был однозначный ответ. Короткий, искренний смешок вырвался из груди девушки, привлекая внимание окружающих. - Даш, ты чего? – удивлённо спросил Андрей, переводя взгляд на подругу. - А вы на нашего директора посмотрите, – улыбнулась она, кивнув в сторону учительского стола. - Я бы этому человеку руку пожал, – добавил Максим, оценив состояние Морозова. После уроков каждый вернулся в свою комнату. Виктория лежала на кровати, погружённая в глубокий сон. Создавалось ощущение, что она всё это время была здесь. Даша присела на корточки, осторожно приложила голову к груди подруги, прислушиваясь к мерному, спокойному сердцебиению. В комнату вошла Лиза, застав их в такой позе. - Давно Вика вернулась? - Наверное, во время обеда, – тихо ответила Даша. - Пойдём в душ, не будем ей мешать. Вика проснулась от резкого щелчка закрывающейся двери. Она внезапно села в кровати, растерянно глядя на девушек. - Эмм... доброе утро? – пробормотала она. - Вик! – Даша с радостью обняла подругу, прижимая её к себе. - Почему я жива? – тихо спросила Кузнецова, глядя на Старкову. - Я тебя до Ларисы дотащила, она что-то уколола, типа стабилизировала твоё состояние. Похоже, подумала, что у тебя припадки эпилепсии, – спокойно соврала Даша, стараясь не выдать себя. - И ты хочешь сказать, что это помогло? - Если ты жива, значит, помогло. Какой сегодня день? – снова спросила Вика. - Пятница, – ответила Лиза. - Уроки закончились, сейчас начало четвёртого. - Вообще прекрасно, – Вика начала медленно собираться в душ, морщась от тупой боли в голове. - Почему прекрасно? – не поняла Лиза. - Сегодня занятие у Уварова. Возможно, он как-то сможет определить этот наш вирус, – Кузнецова направилась к выходу. - Стой! Ты хочешь сказать, что вы занимаетесь вирусологией? – воскликнула Старкова. - Именно, Даш. И если какой-то укол помог продлить мне жизнь, возможно, мы сможем подобрать вакцину. Даша молча поджала губу. Она могла бы сейчас всё рассказать, выложить всю правду о переливании крови и сделке, но перед глазами всплыл холодный взгляд Уварова и его предупреждение о цене. Она не решилась. Перед ужином ребята собрались в комнате парней, чтобы обсудить накопившиеся подозрения. Атмосфера была напряжённой, все были в сборе, кроме Вики, её забрала Тамара на дополнительные процедуры. - Ребят, вам не кажется, что всё это слишком странным? – тихо спросил Андрей, обводя взглядом друзей. - Что именно? – непонимающе переспросил Рома. - Да то, что Вика... она просто осталась жива! – не выдержал Максим, размахнул руками. - И что это нам даёт? – уточнила Лиза. - То, что Тамара, работает на них, я уверен, – заявил Андрей. - Слишком всё гладко получилось. - И как это проверить? – вступила в разговор Даша, чувствуя, как внутри всё сжимается от предательства. - Всё просто, – подал идею Максим. - Когда вы пойдёте на дополнительные, я позову её к нам в комнату, скажу, что Ромыч траванулся. А Андрей в это время проверит кабинет. Скорее всего, там что-то будет. - Да, я тоже уверен, что на лекарствах должна быть маркировка, – поддержал его Андрей. На этом они и сошлись, решив начать собственное расследование. Тем временем Уваров, предвидя осложнения, успел предупредить медсестру. Он лично принёс пакет крови и плазму, понимая, что Кузнецовой жизненно необходимо повторное переливание для закрепления результата. Женщина-медсестра лишь поджимала губы. Она знала, что Поляков был заражён другим штаммом, но эти дети могли погибнуть в любой момент. Безумие Колчина требовало жертв, страдали невинные. - Послушай меня, только внимательно, – тихо сказала медсестра, крепко сжимая руки девушки. - Переливание может как-то сказаться на тебе. Повадки, привычки, изменения в характере... Как только заметишь что-то подобное, ты должна мне сообщить. Хорошо? - Хорошо... Но, как вы сказали, эти повадки ведь останутся не навсегда, правильно? – Вика нахмурилась, чувствуя тревогу. - Ты права, – ответила медсестра, вставая, чтобы подготовить плазму. - Около двух-трёх месяцев, потом твоё состояние стабилизируется. - А они ведь могут и не появиться? – с надеждой спросила девушка, медленно ложась на кушетку. - Мы на это и будем надеяться. Попробуй поспать. Если почувствуешь тошноту, сразу скажешь мне, договорились? Вика молча кивнула, закрыла глаза, поморщившись, когда холодная игла с резким уколом вошла в её кожу. Тамара Алексеевна осторожно разбудила девушку спустя два часа, когда препарат полностью перетек в вену. Вика чувствовала легкое недомогание и странную, вязкую тяжесть в конечностях, но в целом состояние было стабильным. Взглянув на часы,поняла, что время поджимает, пора идти к Уварову. Коротко поблагодарив медсестру, она поспешила к себе в комнату. Даша, которая должна была отправиться к Виктору Николаевичу сразу после ужина, решила подождать подругу. Тревога за Вику была сильнее расписания, ей жизненно необходимо было убедиться, что девушка в порядке. - Вик, ты как? – сразу спросила она, едва та переступила порог. - Всё хорошо. Ты чего не у Виктора Николаевича? – Кузнецова начала собирать вещи, доставая тетради и толстую книгу, в которой были аккуратно вклеены заметки. - Решила тебя дождаться... вдруг плохо станет, – честно ответила Даша, машинально беря папку в руки. - Пойдём вместе тогда? – предложила Виктория. Подруга с облегчением согласилась. До учительского крыла они дошли быстро. Даша, согласно договоренности с бывшем директором, постучала и вошла внутрь, а Вика осталась ждать в коридоре, пока ей откроют, таковы были правила. Вадим пропустил её в комнату, на ходу открывая окно, чтобы выпустить едкий дым сигареты. Девушка молча села за стол, разложила принадлежности и открыла книгу на нужной странице. Вике очень хотелось прервать тишину, но она не решалась. Ей было неловко, странное чувство, сковывало движения. - Чай, кофе? – первым нарушил молчание Вадим, голос звучал спокойно. - Кофе. И четыре ложки сахара, – ответила девушка, чувствуя, как напряжение в плечах спадает. Учитель приготовил напитки, поставил чашки на стол. Он внимательно посмотрел на раскрытую книгу. - Вижу, времени зря не теряла, – заметил он, садясь с противоположной стороны стола, фиксируя её взгляд. - Главный вопрос? - Могут ли противоэпилептические средства повлиять на некоторые вирусы? – спросила Вика, сосредоточенно беря ручку и открывая блокнот, чтобы зафиксировать каждое слово. Вадим медленно потянулся, разминая затекшие плечи, затем взял свою чашку кофе и сделал пару глотков, обдумывая ответ. Его взгляд оставался проницательным, изучающим. - Могут. У ПЭП есть три поколения, а также разные блокаторы и ингибиторы, – ответил он ровным, лекционным тоном. - И как именно они помогают? – с любопытством уточнила Кузнецова. - Большинство ПЭП имеют несколько путей воздействия на очаг патологической электрической активности в головном мозге, – Вадим сделал многозначительную паузу, глядя на девушку. - Но некоторые из них могут серьезно навредить, если использовать их не по назначению или в неправильной дозировке. Они продолжали беседу около часа, погружаясь в сложные медицинские термины, пока тишину кабинета не нарушил резкий сигнал уведомления на телефоне Вадима. Он взглянул на экран, и его лицо мгновенно стало жестким. - Так, на сегодня закончим пораньше. Либо отдыхай, либо занимайся своими делами, у меня появились срочные вопросы, – отрезал он. Вика согласно кивнула и начала собирать вещи, аккуратно занося пустую чашку в ванную комнату, чтобы помыть её. Когда она уже выходила, Вадим, открывая дверь, внезапно остановил её вопросом: - Ты себя нормально чувствуешь? - Да... а что не так? – Вика нахмурилась, чувствуя, как в его голосе проскользнула странная, почти незаметная нотка беспокойства. - Просто спросил. Пошли, – холодно ответил он, возвращая себе привычную маску безразличия. Девушка вернулась в свою комнату, но Лизы там не оказалось. Пройдя к комнате парней, она обнаружила, что там тоже пусто, ребята уже спустились вниз. Вика вздохнула, надеясь лишь на одно: чтобы их очередной спуск в тайны школы прошел без проблем и никто не пострадал. Даша слушала Виктора, стараясь уловить в его словах хоть какой-то скрытый смысл. Она была искренне рада, что их занятия продолжаются, но результат её расследований пока не приносил плодов. Поляков относился к учебе строго, перед Старковой неизменно лежали два листа с заданиями, которые казались бесконечными. Этот вечер не стал исключением. - Виктор Николаевич, я больше не могу... – выдохнула Даша, в изнеможении отодвигая от себя канцелярию. - Хорошо, продолжим в понедельник, – мужчина спокойно положил книгу на стол. - Как-то сложно тебе даётся литература.Даша потянулась, чувствуя, как затекли мышцы. - Может, стихи поучишь? Так материал быстрее усвоится, – предложил он. Девушка замахала ладонями в отрицательном жесте. - Не хватало ещё и стихи учить! – фыркнула она. В глубине души Даша надеялась на что-то большее, чем просто разбор текстов. Ей хотелось близости, тепла, но этот мужчина оставался настоящим кремнем. - Мне и так нагрузки хватает, куда больше. Даша встала и подошла к окну. Виктор смотрел вдаль, его профиль казался высеченным из камня. Интересно, о чем он думает? – пронеслось в её голове. Собрав всю свою смелость, она тихо спросила: - Можно вас обнять? Виктор Николаевич лишь коротко кивнул. Он понимал, что любой отказ сейчас может вызвать эмоциональный всплеск, который только осложнит ситуацию. Даша подошла и обняла его со спины, крепко прижимаясь головой к его плечам. - Даш, это пора прекращать, – тихо произнес Виктор, медленно развернулся. Девушка тут же обхватила его руками и с этой стороны. - Прекращать что? Занятия? – она понимала, что он говорит совсем о другом, но решила притвориться наивной. - Ты прекрасно понимаешь, о чём мы говорим. Я так больше не могу, – его голос звучал глухо. Даша сделала два шага назад, перехватив инициативу, грациозно села на край стола. - Знаете, вы оставляете меня в своей комнате, всегда приходите в нужный момент и позволяете немного больше, чем положено, – она смотрела ему прямо в глаза, пытаясь разглядеть в них хоть каплю той же страсти. - Я уважаю ваши чувства и не наглею. - Ты права, но мне сложно, понимаешь? – лицо Виктора стало предельно серьезным. - О-о... это из-за вашего вчерашнего поцелуя с Еленой Сергеевной? – Даша усмехнулась, с наслаждением наблюдая, как он замер. - Понимаю, любовь зла, полюбишь и... Виктор резко перебил её, сделав два стремительных шага вперед, с силой упираясь руками в стол по обе стороны от неё, фактически запирая её в ловушке своего тела. - Не продолжай. Это не имеет никакого отношения к тому, почему я хочу прекратить близкий контакт с тобой. Даша ухмыльнулась. Она знала, как провоцировать мужчин, и сейчас чувствовала, что готова добиться своего, несмотря на все его запреты. Даша действовала стремительно и дерзко. Она скрестила ноги на его бедрах, притягивая мужчину к себе, одновременно с этим вцепилась в его галстук, с силой натягивая ткань на себя, заставляя Виктора согнуться и оказаться лицом к лицу с ней. - Виктор Николаевич... – прошептала она, обжигая его дыханием. - Вы хотите прервать контакт только потому, что понимаете, как сильно вас ко мне тянет? Поляков попытался отстраниться, он даже дернулся, Даша лишь плотнее затянула узел галстука в кулаке, практически стирая расстояние между ними. Их носы соприкасались. - Даша, прекрати... – выдохнул мужчина, в его голосе послышалась опасная дрожь. - Пора бы уже сделать выбор, Виктор Николаевич, – тихо произнесла она, медленно переводя взгляд с его губ на глаза. - Старкова, это не игры,– просипел он, теряя остатки самообладания. - А я и не играю... Виктор не выдержал. Он подался вперед и припал к её губам. Поцелуй получился рваным, жадным, почти болезненным. Даша прижимала его к себе всё сильнее, чувствуя, как сердце мужчины колотится о её грудную клетку. Но, несмотря на накал страсти, она не позволяла зайти слишком далеко. Она ждала, чтобы он сделал первый решающий шаг, превращая этот момент в настоящее безумие. Ей хотелось, чтобы он осознал: она может контролировать себя, может говорить нет, собственным желаниям, не переходить грань, даже когда всё тело молит о продолжении. Как только поцелуй разорвался, Даша стремительно спрыгнула со стола. Она совершенно спокойно поправила юбку, пригладила волосы, собрала свои принадлежности, словно ничего не произошло. - До следующего занятия, Виктор Николаевич, – с легкой улыбкой произнесла девушка, быстро чмокнула его в скулу. Она вышла из комнаты, оставив ошарашенного мужчину в полном одиночестве. Ступая по коридору, Даша кожей чувствовала его возбуждение, оно ощущалось почти физически, как ослепительный, оглушительный фейерверк. Сыщики ввалились в комнату почти в полночь. Запыхавшиеся, перепачканные в грязи и с разорванной одеждой, они бесцеремонно разбудили Старкову и Кузнецову, нарушив ночную тишину. - Что случилось? - сонно спросила Вика, протирая глаза, пытаясь сфокусировать взгляд на хаосе, который ворвался в комнату. - Короче, Тамара работает на них! – первым, срываясь на крик, заговорил Андрей. - Помимо маркировки, мы нашли у неё карту от лифта и спустились, – продолжил Максим, тяжело дыша. - Как только нажали на этаж, сработала сирена, нам пришлось уходить, – подхватил Рома. - Там была и охрана с собаками, и ещё кто-то... мы бегали и пёрлись по подземельям и лесу. Лиза, чья речь прерывалась из-за сильной одышки, добавила: - В нас стреляли... мы еле живыми ушли, – Максим с шумом рухнул на кровать Вики, заставляя её вздрогнуть. - Так, мы и так им дорогу перешли, вы можете делать это как-то потише? Я не хочу остаться без антидота, – сонно пробормотала Даша, прикрывая глаза. - Понимаете, это странно, что сирена сработала настолько быстро. Там что-то не так, — продолжал Андрей, игнорируя просьбу о тишине. - В чём проблема узнать у Анны Михайловны? – Вика нахмурилась, потирая лоб. - Да сколько можно! Она не с ними, прекратите вы! – вспыхнул Андрей. Внезапно Вика резко встала с кровати, сократив дистанцию, с силой вцепилась парню в грудь, буквально прижимая его к стене. - Послушай ты меня, сколько тебя, блядь, говорить, что она с ними? – её голос звучал непривычно жёстко. - Я собственными глазами видела, как она сегодня в коридоре кому-то звонила и говорила, что вы внизу! В комнате мгновенно воцарилась гробовая тишина. Ребята замерли: во-первых, никто не ожидал от Виктории такой агрессии, а во-вторых, они были в шоке от того, что она скрыла эту информацию. - И ты всё это время молчала? Серьёзно?! – Андрей с силой отдёрнул её руку. - Я вам звонила! Каждому! Где ваши телефоны?! Или мне нужно было бежать за вами вниз и искать хрен пойми где? - Вик, успокойся! Андрей, ты тоже, прекратите! –.вмешалась Даша. ‐ Я понимаю, нервишки у всех шалят. - Да мне вообще спать хочется! И если ещё раз повысите на меня голос. Я тебе что-нибудь сломаю, понял? А теперь, нахер из комнаты! – рявкнула Вика. Она была в ярости. Сама не понимая, откуда в ней столько грубых слов и эта холодная, режущая агрессия, Вика чувствовала, как внутри кипит чужая энергия. Это не моё... – пронеслось в голове. Она была уверена, что эти эмоции ей не принадлежат. Когда парни, ошарашенные, наконец покинули комнату, Вика с силой рухнула в кровать. - Не нужно было так грубо, – тихо шепнула Лиза, глядя на подругу с опаской.

☆☆☆

Суббота началась с настоящей драмы. Андрей, не в силах сдерживать гнев после ночных событий, закатил грандиозный скандал прямо в коридоре. Однако его выступление было быстро пресечено: всё учительское крыло с холодным любопытством наблюдало за этой сценой. Теперь главный вопрос заключался в отстранении Ольшанской от работы с детьми, связь между учеником и учителем была категорически недопустима в стенах «Логоса». Вика и Даша, стоя чуть поодаль, тихо посмеивались, наблюдая за происходящим. Когда Виктор бросил на них испепеляющий, полный предупреждения взгляд, Даша лукаво приложила палец к губам, призывая к тишине, и подмигнула ему. Понимая, что сейчас идеальный момент, она взяла Вику под руку и уверенно повела её в сторону своего крыла. Теперь Даша точно осознала, чего так боялся Виктор Николаевич, публичности их странной связи. Весь день Вика пыталась попасть в медпункт, но Тамары Алексеевны нигде не было. Женщина появилась лишь к вечеру, выглядя измотанной. - Ты уже здесь? Прости, мне нужно было уехать, чтобы добыть для тебя плазму, – тихо произнесла медсестра. Вика молча села на кушетку, снимая обманку и оставаясь в одном лифчике, чтобы подготовиться к новой капельнице. Она смотрела на женщину долгим, изучающим взглядом. - Давно работаете на Ingrid? – негромко спросила девушка. - Очень, – коротко ответила Тамара Алексеевна, закрепляя медпакеты и аккуратно вводя иглу в катетер. - А как много тебе известно? Ложись пока. - Известно мне достаточно... о компании, о людях, которые здесь находятся, и о вирусе, – произнесла Вика, внимательно наблюдая за реакцией. Она заметила, как женщина резко дёрнулась. Тамара сжала руки, явно собираясь что-то высказать, но в последний момент сдержалась, лишь тяжело вздохнув. - Понимаешь, это место опасно. Как и люди здесь, – голос медсестры звучал предостерегающе. - Не знаю, сколько вам известно, но воровать карту было плохой идеей. Как только вы окажетесь на нижнем уровне, вы умрёте. Вика слушала её, и в этот раз в её сознании не возникло желания спорить. Она понимала, что слова этой женщины, не просто угроза, а суровая реальность, которую им всем придётся осознать. - У меня были побочные действия, – тихо подала голос Вика, глядя в потолок. В этот момент дверь скрипнула, и в медпункт вошёл учитель физкультуры. Его вид был сосредоточенным, а походка слегка прихрамала. - Тамара, мне помощь нужна. Ногу проколол во время бега, – заговорил Вадим, переводя взгляд на лежащую девушку. - Привет. - Здравствуйте, Вадим Юрьевич, – ответила Вика, чувствуя, как от его присутствия в комнате снова становится тесно. - Так, Вадим, садись пока на край кушетки, Вика, подвинь ноги, – распорядилась медсестра, собирая всё необходимое для перевязки вместе с ампулами. ‐ Неизвестно, на что он наступил, нужна прививка от столбняка. Пока женщина готовила инструменты, она вернулась к разговору с девушкой: - В чём заключался побочный эффект? - Агрессия... спонтанная. И, возможно, раздражение на постоянной основе? Не могу точно описать, – замялась Вика. Уваров внезапно ухмыльнулся, но тут же спрятал смешок за притворным кашлем, с интересом разглядывая Кузнецову. - Понятно. Не напрягайся и не вступай в конфликты, – посоветовал он. — Никого не ударила? - Нет, но попыталась... точнее, схватила за грудь. Мне кажется, если бы прошло ещё немного времени, я бы не сдержалась, – Вика в смущении закрыла лицо рукой. - И что помогло тебе остановиться? – вмешался Уваров, в его голосе послышался холодный научный интерес. -Просто поняла, что это не мои эмоции. Как щелчок в голове, – ответила она. Мужчина нахмурился. Его взгляд стал жёстким, он считал, что такая быстрая адаптация и контроль над чужими импульсами, это слишком легко даже для неё. - Понятно, - сказал Вадим. Он коротко поблагодарил медсестру, пожелал Вике спокойной ночи, стремительно вышел из кабинета. - Если хочешь, можешь поспать здесь, – мягко сказала Тамара Алексеевна. - Нужно прокапать второй пакет, он будет последним. Девушка согласно кивнула. Остаться в стерильной тишине медпункта казалось сейчас лучшим вариантом, чем возвращаться в комнату к своим встревоженным друзьям.