Тот самый эфир

Ким Соль медленно вошла в дом, погружённая в свои мысли. С тех пор как Тэхён привёл в сервис того мрачноватого паренька в чёрном, их общение едва ли насчитывало сотню слов — и вот сегодня он выдал целых девяносто из них. Конечно, это было образно, но факт оставался фактом: обычно Чонгук лишь сдержанно кланялся и проходил мимо. В отличие от своего друга — бесшабашного Ким Тэхёна, который при каждой встрече норовил завести разговор, Чонгук предпочитал хранить молчание. Как вообще эти двое, такие непохожие, сумели стать друзьями? Один — настоящий заводила, душа компании, второй — молчаливый, замкнутый мастер. Словно инь и ян, они дополняли друг друга: там, где Тэхён фонтанировал идеями и энергией, Чонгук хранил спокойствие и рассудительность. Соль покачала головой, размышляя над этой странной, но, похоже, крепкой дружбой. Может, именно противоположности и притягиваются? С другой стороны, Соль не могла не удивляться резкой перемене в Чонгуке. Приглашение на ужин, вопрос о номере телефона — всё это выглядело настолько неожиданным, будто перед ней предстал совсем другой человек. Сегодня, наблюдая со стороны, как он заходит в бокс с машиной, она невольно подмечала непривычные детали в его поведении. Нет, она вовсе не следила за ним — просто её природная наблюдательность фиксировала малейшие нюансы. То, как он целых полчаса изучал стикер с описанием проблемы, как нервно теребил рубашку дрожащими руками, — всё это разительно отличалось от привычного облика Чонгука. Обычно, получив задание, он сразу погружался в работу — неважно, нужно было починить мультимедийную систему или восстановить полностью вышедший из строя двигатель. Его сосредоточенность и профессионализм всегда впечатляли, но сегодня всё складывалось иначе. Словно что‑то изнутри подтачивало привычную невозмутимость, заставляя вести себя непривычно и даже растерянно. Соль задумчиво прикусила губу. Что же могло произойти с этим замкнутым мастером, превратив его в человека, явно испытывающего неловкость и неуверенность? Идя по коридору, Соль вдруг услышала возбуждённый голос комментатора из гостиной: — Прорыв по флангу, передача в центр! Опасный момент у ворот… Ким Мин‑Хо выходит на ударную позицию… Он бьёт! Удар! ГООООЛ!!! Да, да, да! Наш нападающий не промахивается — мяч в сетке! 1:0 в пользу Кореи в конце первого тайма! Комментаторы, болельщики, весь стадион — все ликуют! Но ликовали не только болельщики на стадионе. Соль услышала два родных и очень громких «Дааааааа!». С тёплой улыбкой на губах она вошла в гостиную. На диване расположились её старшие братья — Ким Сокджин и Ким Намджун. Заметив сестру, они тут же бросились делиться с ней восторгом: — Соль! Ты бы видела этот гол! Какая передача — на последних минутах первого тайма! — ликовал Сокджин, вскакивая с дивана и размахивая пультом от телевизора, словно кубком победителя. Намджун, более сдержанный, лишь тепло улыбнулся и кивнул: — Присоединяйся, сестрёнка. Матч только начинается, будет ещё интереснее. Оглядев комнату, Соль заметила четыре открытые банки пива на столе, россыпь чипсов на журнальном столике и повторяющиеся кадры голевого момента на экране. Братья были в своей стихии — настоящие футбольные фанаты. — И за кого же вы болеете? — спросила она, устраиваясь в кресле. — Конечно, за Корею! — хором ответили братья, обменявшись улыбками. Сокджин, не в силах сдержать эмоции, снова плюхнулся на диван: — Представляешь, этот Ким Мин‑Хо просто великолепен! Такой пас, такой удар — вратарь даже не успел отреагировать! Намджун, всегда склонный к анализу, добавил: — А ты заметила, как команда действовала в обороне? Они практически не подпускали соперника к своим воротам. В первом тайме у противника не было ни одного по‑настоящему опасного момента — сплошные навесы без угрозы. И всё благодаря грамотной расстановке: полузащитники вовремя перекрывали зоны, защитники чётко играли на опережение. Соль невольно улыбнулась, слушая брата: его увлечённый разбор тактики напомнил ей университетские семинары по статистике, где каждое явление нужно было разложить по полочкам. Сокджин между тем снова вскочил на ноги — на экране начался очередной острый момент у ворот. — Смотри, смотри! Сейчас опять атакуют! — возбуждённо воскликнул он, вцепившись в подлокотники. — Я только вошла… Боже, ну и беспорядок вы тут устроили! — с притворным возмущением произнесла Соль. — Мы всё уберём, — улыбнулся Намджун. — Не ворчи, малышка! Соль тепло улыбнулась братьям. После трагической гибели родителей в автокатастрофе Сокджин и Намджун взяли на себя заботу о младшей сестре, умело балансируя между строгостью и нежностью. — Ты припозднилась, — заметил Джун, указывая на коробку с жареной курицей. — Кушать хочешь? Бери курочку. — Я уже поела с друзьями, — ответила Соль. — Наша сестрёнка ужинала с ребятами из сервиса, — с намёком протянул Джин. — С кем же? — Намджун вопросительно поднял бровь, не подозревая о деталях вечера сестры. — Тэхён и Чонгук пригласили… Точнее, Чонгук позвал, и мне показалось невежливым отказываться, — призналась Соль, чувствуя лёгкое смущение. — Этот проказник Ким Тэхён, — проворчал Намджун, качая головой. — Он не такой уж и проказник, — возразила Соль. — У него даже девушка есть. Шатенка хорошо знала Хесу: они были одногруппницами и, можно сказать, подругами. И, конечно, Соль первой узнала об их ссоре с Тэхёном. Тот разозлился, узнав, что его девушке предложили фотосессию в рекламе нижнего белья. С одной стороны, Соль понимала Хесу. Несмотря на грант на учёбу и стипендию, девушке нужно было на что‑то жить. С другой — она сочувствовала и Тэхёну, который не хотел, чтобы на его девушку смотрели в таком виде. Она улыбнулась своим мыслям: интересно, а как отреагировал бы Чонгук? В воображении тут же всплыл его взгляд — внимательный, чуть растерянный, но искренний. Соль невольно поправила прядь волос, стараясь отогнать эти мысли, и перевела взгляд на экран телевизора, где команда снова пошла в атаку. — Кстати, — вдруг спохватилась она, — а что там с матчем? Вы уже решили, кто победит? Сокджин тут же оживился, снова вскакивая с дивана: — Конечно, Корея! У нас лучшая тактика, лучший состав… Намджун мягко перебил брата: — Если только не допустят ошибок в защите. Видишь, как соперник начал давить на фланги? Соль слушала их разговор, чувствуя, как напряжение, возникшее из‑за воспоминаний о вечере, постепенно тает. Рядом с братьями всегда становилось легче — их голоса, споры о футболе, даже этот уютный бардак в гостиной создавали ощущение надёжности и тепла. Соль откинулась на спинку кресла, наблюдая за горящими глазами братьев. В такие моменты она особенно остро чувствовала семейную близость — шумную, эмоциональную поддержку Сокджина и спокойную мудрость Намджуна. И пусть она не слишком разбиралась в футболе, сейчас ей было по‑настоящему уютно в этом маленьком мире, где главное — быть вместе и радоваться простым вещам. Братья, конечно, не были против личной жизни младшей сестры, но после инцидента с преследователем, напавшим на неё, относились с особой настороженностью к любому молодому человеку, проявлявшему интерес к Соль. При этом сама девушка никогда не давала повода усомниться в своей порядочности. Обладая привлекательной внешностью, она оставалась невероятно скромной — без тени кокетства и стремления привлечь к себе лишнее внимание. Сокджин и Намджун давно догадывались о тайной привязанности Соль к загадочному Чонгуку, который пару лет назад впервые переступил порог их мастерской. Но молодой человек, казалось, оставался равнодушным к юной девушке. Соль хранила свои чувства в глубине сердца, не выдавая их ни взглядом, ни жестом. И вот наконец Чонгук проявил инициативу — пригласил её на ужин. Пусть в компании Тэхёна, но разве это имело значение? — О, второй тайм начинается! — радостно воскликнул Сокджин. — Сестрёнка, ты с нами? Или уже стала такой взрослой, что компания братьев тебя не забавляет? — поддразнил он сестру, лукаво прищурившись. — Я живу под одной крышей с двумя великовозрастными мужчинами, которые с восторгом наблюдают, как два десятка миллионеров гоняют мяч по полю, — с лукавой улыбкой ответила Соль, стрельнув глазами в сторону Джина. — И эти же почтенные господа разбрасывают носки по всему дому. Конечно, с вами. — Это не я, это всё Джун! — поспешил оправдаться Сокджин, вскинув руки в притворном возмущении. — Кстати, сегодня я получил твой табель успеваемости, — сменил тему Намджун. — Малышка, я так горжусь тобой! Сессия на отлично. Даже у меня в студенческие годы такого не было, не говоря уж о нашем старшем брате. Об учёбе Соль никогда не беспокоилась. Она твёрдо знала: отличные оценки — это билет в престижный университет, а оттуда прямая дорога к достойной жизни. Для неё учёба была не просто обязанностью, а надёжным фундаментом будущего. — Хочу собаку, — неожиданно произнесла Ким Соль, капризно надув губки и слегка топнув ногой. Братья переглянулись с улыбками. С десяти лет она без устали твердила о своём желании завести четвероногого друга. И дело было не в том, что они сомневались в её способности заботиться о питомце — просто в школьные годы у Соль не хватало времени. Учебная нагрузка, репетиторы и домашние задания не оставили бы места для должного ухода за щенком, а значит, ответственность легла бы на плечи старших братьев. Теперь же, когда ей исполнилось двадцать два, ситуация изменилась. Соль стала более самостоятельной, и мысль о собаке уже не казалась такой необдуманной. Вот только её выбор пал на добермана — собаку, которая, повзрослев, могла бы весить столько же, сколько и она сама. Намджун, размышляя об этом, понимал: правильно обученная собака могла бы стать надёжной защитой для сестры. Тот неприятный инцидент с преследователем, благодаря вмешательству Чон Чонгука, остался в прошлом, но преступник скоро должен был выйти на свободу. А опыт работы в адвокатуре подсказывал Намджуну, что люди редко меняются после пребывания за решёткой — зачастую они лишь учатся лучше скрывать свои намерения. — Будет тебе собака, — потрепал Сокджин сестру по голове, тепло улыбнувшись. В отличие от рассудительного Намджуна, Сокджин всегда был готов баловать младшую сестрёнку, исполняя любые её желания — от детского велосипеда до водительских прав. Правда, с машиной вышло иначе: опасаясь за безопасность Соль из‑за неопытного вождения и большого количества неосторожных водителей на дорогах, братья разрешили ей лишь иногда пользоваться автомобилем Сокджина. Сам же Намджун, получив права, отложил их в сторону, решив, что вождение — не его призвание. Не досмотрев финал матча, Соль отправилась спать. Завтра — воскресенье, долгожданный день, когда можно поспать подольше и посвятить время самой себе. Хотя учебный семестр подходил к концу, впереди ещё ждала последняя учебная неделя. Но Соль не беспокоилась: сессия осталась позади, и впереди маячили долгожданные каникулы. . В воздухе витало ощущение приближающейся весны, свободы и новых возможностей. Первые робкие почки на деревьях, лёгкий тёплый ветерок, длинные светлые вечера — всё напоминало, что жизнь движется вперёд. Соль знала: впереди её ждёт время, когда можно будет перевести дух, набраться сил и, возможно, осуществить давнюю мечту о собаке. А пока она с улыбкой думала о завтрашнем дне и о том, что может принести будущее… Утро встретило Чонгука неопределённостью. Он не знал, какая реальность станет его пристанищем в этот день — дом, приобретённый во время военной службы, карьера всеми любимого айдола или его скромная квартира, где ему предстояло делить пространство с Тэхёном ещё неделю, а может, и больше. В голове крутились обрывки воспоминаний, словно фрагменты сна: сцены выступлений, запах машинного масла в боксе мастерской, смех Соль и Тэхёна… Где же настоящая жизнь — там или здесь? Вчера Тэхён, погружённый в свои переживания, всю дорогу домой пытался наладить отношения с Хесу. Но девушка оставалась непреклонной, лишь коротко отвечала, что партнёр не слышит её. Чонгук невольно стал свидетелем их ссоры, хотя в тот момент в разговоре участвовал совсем другой человек. Ситуация оказалась неловкой: пришлось притвориться, что он забыл подробности конфликта из‑за выпитого алкоголя. В голове крутились мысли о том, как долго продлится это странное существование. Стоит ли вникать в детали чужой жизни, если любое его действие может изменить судьбу того Чонгука, чьё место он занимает? А тот Чонгук? Интересно, как он там? Сегодня должна была состояться репетиция перед съёмкой клипа, да и агентство, скорее всего, отреагировало жёстко на эфир. Достанется же ему… Но были мысли и другого рода. Соль… Она не выходила у него из головы. Несмотря на то что настоящий Чонгук старался держаться от неё подальше, девушка глубоко запала в душу. Тот случай у мастерской, о котором невзначай упомянул Тэхён, — когда он, Чонгук, спас её от преследователя, — оставил неизгладимый след. После этого инцидента Соль была подавлена, а он, как и прежде, оставался холоден к ней. Почему он её отталкивал? Накануне вечером Чонгук то и дело брал в руки телефон, надеясь на её сообщение. Но реальность была сурова: он так и не дал ей свой номер. Написать первым? Фраза «Как дела?» казалась слишком банальной после их недавней встречи. Он чувствовал себя растерянным, будто впервые испытывал подобные чувства. Молодой человек открыл глаза в уже знакомой квартире. Бам, его верный пёс, уже ждал у кровати, чутко наблюдая за пробуждением хозяина. «Ну что же, — подумал Чонгук, — значит, это моя новая жизнь, новая реальность. Нужно приспособиться к ней, взять от неё всё и жить на полную катушку, не оглядываясь на вездесущих фанатов, камеры, репортёров и осуждения со стороны». Нет, он не собирался бросаться в омут с головой и пускаться во все тяжкие. Но определённую свободу для себя он заслужил. Во время прогулки в парке с Бамом Чонгук наконец решился написать Соль. — Привет! Не спишь? — отправил он сообщение и тут же добавил: — Это Чонгук. Он понимал: его номера у неё не было, а первое сообщение могло её насторожить. «Доброе утро, Чонгук. Только встала», — пришёл почти мгновенный ответ. Парень улыбнулся и быстро набрал следующее сообщение: «Чем планируешь заниматься сегодня? Погода отличная. Хочешь, погуляем вместе?» «Да, давай», — ответила Соль. «Ты не против, если я возьму с собой Бама?» — быстро напечатал Чонгук. «А кто это?» — ответила девушка. «Мой пёс. Он тебе понравится», — отправил Чонгук. Парень замер в ожидании ответа. А что, если Соль не любит собак? Вдруг она откажется? Бам был для него почти как сын, и Чонгук ни за что не променял бы его на кого‑то другого. Мысли крутились в голове, пока телефон не завибрировал от нового сообщения. «Люблю собак! Что вкусненького я могу ему купить?» — пришло от Соль. Чонгук расплылся в улыбке. Не зря же вчера его сердце забилось чаще, когда он увидел её! И колокольчики зазвенели в тот момент, словно подавая знак «Ему нравится всё.», — ответил Чонгук, чувствуя, как внутри разливается тепло. «Отлично!» «Я заеду через час?» — напечатал парень. В это время Соль, красная как спелый помидор, стояла посреди своей комнаты. На голове у неё было настоящее воронье гнездо вместо укладки, а на ней самой — розовая пижама в горошек. Она метнулась к зеркалу, окинула себя критическим взглядом и сконфуженно ответила: «Лучше через два с половиной!» Глубоко вздохнув, Соль бросилась к шкафу. Нужно было срочно привести себя в порядок: выбрать что‑то лёгкое и непринуждённое, но в то же время такое, чтобы Чонгук заметил — она постаралась ради этой прогулки. В голове уже крутились мысли о причёске, макияже и том, как ненавязчиво расспросить его о Баме — вдруг у пса есть какие‑то особые привычки или забавные повадки? «Договорились», — тут же пришёл ответ от Чонгука. — «Буду ждать». Соль улыбнулась, сжимая телефон в руке. Впервые за долгое время она ощутила лёгкое предвкушение — не просто прогулку, а что‑то большее, едва уловимое, но оттого ещё более волнующее. Чонгук не мог сдержать улыбки. Кажется, этот день будет лучше, чем он ожидал. А может, даже лучше, чем он мог себе представить… Мысли крутились в голове Ким Соль, словно вихрь. «Что же надеть, что же надеть!» — повторяла она, бегая по комнате. После душа и наспех сделанного макияжа девушка наконец привела в порядок свои волосы — первый шаг сделан. Но главный вопрос оставался нерешённым: что, же надеть на встречу с Чонгуком и его собакой? Соль ловила себя на мысли, что даже не может решить, кого ждёт с большим нетерпением — самого Чонгука или его четвероногого друга. В душе расцветала лёгкая радость: впервые за долгое время она предвкушала простую прогулку без груза обязанностей и тревог. Перебрав половину гардероба, она наконец остановилась на практичном, но стильном комплекте: синие джинсы, лёгкая розовая футболка и уютная худи с капюшоном того же цвета. Этот наряд казался идеальным компромиссом — достаточно удобным для прогулки с собакой и достаточно симпатичным для встречи с парнем. Взглянув на себя в зеркало, Соль удовлетворённо улыбнулась. То, что нужно! И не вырядилась, и выглядит вполне прилично. Чонгук, честно говоря, не собирался переодеваться. Он и так был нормально одет по его стандартам: спортивные штаны, чёрная футболка в тон и худи. Но стоило ему обмолвиться о прогулке с Соль перед Тэхёном, как тот заявил, что Чонгук «не самый умный». Впрочем, Чонгук и сам понял, что не слишком умно было делиться новостями с другом, который бесцеремонно залез в его шкаф и теперь раскидывал вещи. — Чёрное, чёрное, чёрное… — бурчал Тэхён, перебирая вешалки. — Почему у тебя всё чёрное? Я нашёл буквально три белые футболки и какой‑то коричневый свитер, и всё! — Я иду с Бамом, — попытался возразить Чонгук. — А ещё ты идёшь с Соль! И выглядеть надо нормально. Кажется, нашёл! Надевай! — Тэхён кинул в Гука джинсы — не то чтобы скинни, но вполне облегающие мускулистые ноги Чонгука. Футболку друг достал из своего рюкзака — светло‑бежевую, которая очень выгодно облегала торс и руки парня. — Хён, я в твоей футболке как колбаса в оболочке! Мне тесно! Хочу свою, — пожаловался младший. — Не спорь, мелкий, со старшими! Я бы тебе свои джинсы дал, но мы тебя в них даже намылив не запихнём. Так, а это у нас что? Отлично! — Ви кинул в Чонгука ещё что‑то и скомандовал: — Надевай! — Нет, — твёрдо возразил младший. — Джинсы — ладно, футболку — с натяжкой. И то будет феерично, если она на мне лопнет. Но кожанку — нет. Где мой худи? — Ты неисправим, мелкий, — вздохнул Тэхён, но в голосе звучала улыбка. После недолгих препирательств Чонгук всё же согласился на джинсы и футболку, отказавшись от кожанки. Он критически оглядел себя в зеркале: непривычно, но, пожалуй, не так уж плохо. Бам, наблюдавший за этой суетой, лишь склонил голову набок, будто недоумевая, зачем столько хлопот ради обычной прогулки. Через некоторое время Чонгук с Бамом подъехали к дому Ким Соль. Получив сообщение от Чонгука о том, что он уже приехал, девушка стремительно спустилась со второго этажа. Чуть не споткнувшись о собственную штанину, она вбежала на кухню, где сидели братья. — Соль, ты, куда с утра пораньше? — поинтересовался Сокджин. — Сокджин‑оппа, Намджун‑оппа, я гулять! — радостно сообщила она. — А позавтракать? — спросил Намджун. — С Чонгуком позавтракаю! Люблю вас! — Она послала братьям воздушный поцелуй, быстро надела конверсы и вылетела за дверь. — Чонгук, говоришь? — уточнил Намджун, переглянувшись с Сокджином. В его взгляде читалось одновременно беспокойство и лёгкая усмешка. Сокджин лишь покачал головой, но улыбнулся: — Пусть идёт. Видно же, что сестренка светится от счастья. Смотри‑ка, у него доберман! Радуйся, глупец — она завела себе парня с собакой, — усмехнулся Сокджин. Чонгук стоял, облокотившись на машину, приняв эффектную позу. Всё‑таки он айдол и должен произвести хорошее впечатление на девушку. Когда из дома вышла Соль, его сердце забилось чаще. Она выглядела очаровательно — такая милая, мечтательная и красивая. Утреннее солнце мягко подсвечивало её волосы, а лёгкая улыбка делала взгляд особенно тёплым. Девушка приветливо улыбнулась Чонгуку, но её взгляд тут же переместился на Бама. В её глазах зажегся неподдельный интерес, а на лице появилась тёплая улыбка, предназначенная уже не ему, а его четвероногому другу. Чонгук не мог не улыбнуться, наблюдая за этой реакцией, — он был уверен, что Соль и Бам обязательно поладят. — Здравствуй, Чонгук, — с улыбкой поприветствовала девушка. — А ты, наверное, Бам? — обратилась она к собаке, протягивая руки. Коричнево‑подпалый доберман с интересом принюхался к новой знакомой, осторожно лизнул её ладонь, а затем сам протиснулся под руку, намекая на ласку. — Похоже, ты ему понравилась, — с тёплой улыбкой заметил Чонгук. — Прости, Бам, я не успела купить тебе угощение, но мы обязательно заедем в зоомагазин за игрушкой и вкусняшкой! — с энтузиазмом пообещала Соль, осторожно поглаживая пса между ушами. Чонгук проявил себя истинным джентльменом: галантно открыл пассажирскую дверь, дождался, пока девушка удобно устроится и пристегнётся, только после этого закрыл дверь. Обошёл машину и занял место за рулём. За этой сценой из окна внимательно наблюдали старшие братья Ким Соль. Оба пришли к единому мнению: парень оказался не только физически крепким, но и воспитанным. К тому же их прошлый опыт общения с Чонгуком показал, что он способен защитить их сестру — Выглядит достойно, — тихо произнёс Намджун. — И пёс внушительный, — добавил Сокджин. — Если что, и отпугнуть сможет. Старенькая «Элантра» медленно отъехала от дома семейства Ким. В салоне повисла неловкая тишина — ни Чонгук, ни Соль не знали, с чего начать разговор. Лишь Бам, высунув морду в приоткрытое окно, с упоением ловил ветер и радостно вилял хвостом, периодически задевая то девушку, то своего хозяина. Чонгук чувствовал себя особенно неловко — он всегда робел в обществе девушек, а тут ещё и сам пригласил её на прогулку, и теперь ехать в молчании казалось особенно глупым. Он бросил короткий взгляд на Соль: она смотрела вперёд, слегка покусывая губу, — видимо, тоже подбирала слова. — Может, заедем в магазин? — неожиданно нарушила тишину Соль. — Хочу купить подарок Баму, если ты не против. Чонгук смутился. Девушка хочет потратиться на его собаку? Какая странная и милая одновременно мысль. — Давай заедем, только не надо много тратить, мне будет неудобно, — пробормотал он, стараясь не выдать своего волнения. Соль лишь загадочно улыбнулась. «Пусть Бам сам выберет», — решила она про себя, бросая взгляд на довольного пса. Тот, будто услышав её мысли, громко фыркнул и снова высунулся в окно, ловя потоки ветра. В просторном зоомагазине троица — парень, девушка и доберман — принялись за выбор подарков. — Бам, выбирай! — весело произнесла Соль, её глаза заблестели от предвкушения. Чонгук едва не сгорел от стыда, когда его «практически сын» принялся обнюхивать все игрушки подряд. Но, к его удивлению, Бам вёл себя как настоящий знаток — неторопливо прохаживался между полками, придирчиво осматривая товар: то принюхается к резиновому мячу, то задумчиво посмотрит на плюшевого медведя. На одном из крючков красовалась внушительных размеров плюшевая утка — с большими оранжевыми лапами и забавным хохолком на голове. Бам, проявив недюжинную ловкость, встал на задние лапы и потянул игрушку за крыло, словно говоря: «Вот она, моя судьба!» — Берём! — радостно воскликнула Соль, подхватывая утку. — Смотри, Чонгук, какая красавица! Будет охранять твой сон по ночам. Далее пёс увлёк их к секции с кольцами. Несмотря на то, что дома у него уже имелась коллекция подобных игрушек, Бам уверенно остановился возле зелёного резинового кольца размером с голову Чонгука. Он внимательно осмотрел его, обошёл кругом и одобрительно тявкнул. — А мячик, Бам? Хочешь мячик? — не унималась девушка, перебирая разноцветные шары на полке. — Может, вот этот, синий? Или красный? И вот уже двое — человек и собака — увлечённо выбирали игрушку, словно забыв о смущённом Чонгуке, который послушно тащился на другом конце поводка, сжимая в руке пакет с предыдущими покупками. Все попытки Чонгука остановить этот поток щедрости от Соль оказались бесполезными. В результате у кассы они набрали внушительный пакет собачьих лакомств — вяленое мясо, хрустящие косточки и ароматные подушечки, — а Бам обзавёлся целым арсеналом новых игрушек. Компания направилась в парк, где, как надеялся Чонгук, напряжение первого свидания наконец рассеется. Но тщетно. Чонгук стеснялся — айдол, привыкший к вниманию тысяч поклонников, теперь робел перед девушкой. В то время как Соль беззаботно играла с Бамом, который, в отличие от своего хозяина, совершенно не испытывал неловкости: весело гонял мячик, гордо таскал за собой плюшевую утку и периодически подбегал к Соль, чтобы лизнуть её в руку. Вот у кого стоило поучиться непринуждённости! Чонгук сидел на траве, улыбаясь играм Соль и Бама. Солнечный свет играл в её волосах, а смех звенел, как колокольчик. Внезапно девушка оступилась и едва не упала. Не раздумывая, Чонгук подскочил и успел подхватить её за талию. Его сердце забилось чаще от этого случайного прикосновения, а в голове промелькнула мысль: «Вот оно — первое настоящее свидание». Время будто остановилось. Их взгляды встретились — тёплый, искренний взгляд Соль и смущённо‑растерянный взгляд Чонгука. В этот момент весь мир словно перестал существовать, остались только они двое и трепетное мгновение между ними. Пальцы Чонгука слегка дрожали, пока он удерживал талию Соль. Её дыхание было таким близким, что он чувствовал тепло её губ. В его голове проносились тысячи мыслей: «Как долго это продлится? Что мне сказать? Как не испортить этот момент?» Бам, словно чувствуя романтическую атмосферу, притих и лёг рядом, положив голову на лапы, будто давая людям возможность побыть наедине. Соль, почувствовав неловкость ситуации, мягко улыбнулась: — Спасибо, ты спас меня от падения. Её голос прозвучал так нежно, что у Чонгука перехватило дыхание. Он медленно отпустил её, но не спешил отступать. Их руки на мгновение соприкоснулись, и по телу пробежала лёгкая дрожь. — Давай прогуляемся? — неожиданно для себя предложил Чонгук, и его голос прозвучал увереннее, чем он ожидал. Соль кивнула, и в её глазах заплясали весёлые искорки: — С удовольствием. Только не забудь про Бама — он тоже хочет участвовать в нашем приключении! Они двинулись вперёд, держась на почтительном расстоянии, но каждый чувствовал тепло присутствия другого. Бам радостно бежал впереди, время от времени оборачиваясь, чтобы проверить, идут ли за ним его люди. Этот момент стал началом чего‑то нового, чего‑то прекрасного, о чём Чонгук даже не смел мечтать. Будучи айдолом, он никогда не испытывал такого простого, искреннего счастья — без камер, без сценариев, без масок. Только он, Соль, Бам и бесконечное летнее небо над головой. — Ты не разговорчив, — заметила Соль, внимательно глядя на Чонгука. Он потупил взгляд, чувствуя, как тепло разливается по щекам, и выдавил из себя робкую улыбку. В этот момент он решил, что лучше сказать правду, чем пытаться неуклюже шутить или увиливать. — Ну… Это для меня впервые, — признался он, нервно перебирая пальцами. — Гулять с девушкой, которая… которая мне нравится. Знаешь, я даже список вопросов составил, пока ехал за тобой. Но как только увидел тебя — всё вылетело из головы. Тебя напрягает, что я молчу? Соль улыбнулась, и в её глазах заплясали весёлые искорки. От неё не укрылись его слова о том, что она ему нравится. — Нет, ни капли, — ответила она мягко. — В этом есть свой особенный шарм, и мне очень комфортно. Когда человек не старается казаться кем‑то другим, это вызывает доверие. Бам, словно чувствуя напряжённость момента, подошёл к ним и ткнулся мордой в ногу Соль, требуя внимания. Это немного разрядило атмосферу, и Чонгук, глядя на собаку, наконец смог сделать глубокий вдох. — Видишь, даже Бам знает, как разрядить обстановку, — пошутил он, и его голос прозвучал чуть увереннее. Соль рассмеялась, и её смех прозвучал словно самая прекрасная мелодия. — Да, он настоящий профессионал по части неловких моментов, — согласилась она, наклоняясь, чтобы погладить пса. Чонгуку вдруг вспомнился эпизод со съёмок In the Soop 2, когда Бам устроил небольшой кавардак — сделал кучу прямо в общей гостиной. Все тогда хохотали до слёз, а он краснел за своего проказника. Но это было будто в другой жизни… В этот момент Чонгук почувствовал, как сердце наполняется теплом. Возможно, свидание не будет идеальным, но оно определённо становилось особенным — искренним, настоящим, без масок и наигранности. Они шли по тропинке парка, усыпанной опавшими листьями. Иногда их ладони случайно соприкасались, но Чонгук всё ещё не решался взять Соль за руку. Лёгкий ветерок шевелил ветви деревьев, а солнечные лучи пробивались сквозь крону, рисуя на земле причудливые узоры. Соль тем временем размышляла о том, как такой привлекательный парень может так сильно стесняться девушек. Ей казалось, что стоит ему лишь поманить пальцем — и любая бросится в его объятия. Но она видела, как Чонгук смущается и чувствует себя неловко, и именно это делало его ещё более притягательным. В нём не было самовлюблённой самоуверенности, которая часто отталкивает. Вместо этого — искренность и трогательная робость. «Может, именно поэтому он мне так нравится?» — мелькнула у неё мысль. — Ты не голодная? — спросил Чонгук. — Может, где‑нибудь пообедаем? — На самом деле я не успела позавтракать, так что да, я голодна, — призналась Соль с лёгкой улыбкой. — Тогда завезём Бама домой и поедим? — К тебе домой? — переспросила Соль. Вопрос был глупым — не могли же они привезти добермана к ней, братья бы очень удивились. Она мысленно вздохнула: «Ну вот, опять сказала не подумав». — Если не хочешь, не заходи, — покачал головой Чонгук. — Не подумай ничего плохого, я не пытаюсь тебя заманить. Да и дома у меня бардак — Тэхён уже два дня живёт у меня на диване, который даже не заправляет, — сконфуженно добавил парень. — Так что можешь посидеть в машине, если не доверяешь. И я хочу наконец переодеться. Парню было некомфортно: на сцене ему приходилось надевать обтягивающие вещи, чтобы выгодно подчёркивать спортивное тело, но в обычной жизни он предпочитал оверсайз‑одежду — она служила своего рода щитом между ним и внешним миром. А сейчас Чонгук был просто парнем на прогулке, и вся эта сценическая атрибутика теряла смысл. Соль внимательно посмотрела на Чонгука. Он выглядел шикарно: обтягивающая футболка подчёркивала рельеф мышц, слегка растрёпанные волосы придавали образу непринуждённый, но притягательный вид. Зачем ему переодеваться? — Да ладно тебе, — мягко сказала она, стараясь скрыть смущение за лёгкой улыбкой. — Я живу с двумя старшими братьями, у которых носки буквально сыплются по всему дому. Если ты решил напугать меня беспорядком, то у тебя не получится. Чонгук замер на мгновение, явно не ожидая такого ответа. «Братьями? Значит, не только Сокджин‑хён? Кто ещё?» — пронеслось у него в голове. — Ну, если ты так уверена… — протянул он, всё ещё улыбаясь. — Тогда вперёд. Бам, домой! Пёс радостно гавкнул, будто понял команду, и энергично замахал хвостом, предвкушая возвращение домой. Соль невольно рассмеялась, глядя на его энтузиазм, а Чонгук, заметив её смех, почувствовал, как стеснение понемногу отступает, уступая место лёгкости и предвкушению чего‑то приятного. Автомобиль плавно тронулся с места, увозя Соль и Чонгука к дому последнего. Дорога пролегала в молчании, нарушаемом лишь мерным гулом мотора и редкими звуками города за окном. В салоне царила уютная атмосфера: солнечные лучи пробивались сквозь стёкла, рисуя на сиденьях тёплые пятна, а лёгкий ветерок из приоткрытого окна приносил ароматы цветущих деревьев. Соль украдкой поглядывала на Чонгука — тот сосредоточенно следил за дорогой, но уголки его губ то и дело подрагивали в едва заметной улыбке. Квартира встретила их совсем не так, как ожидала Соль. Вместо уютной тишины здесь царило оживление: из динамиков лилась ритмичная музыка, в воздухе витал манящий аромат свежесваренного кофе, а повсюду были разбросаны вещи — явные следы недавнего беспорядка. Сняв обувь, они прошли в гостиную, где их взору предстал Тэхён. Он сидел в одних трусах, с влажными после душа волосами, а полотенце небрежно висело на плече. Расслабленно попивая кофе, он даже не подумал одеться при посторонних. Краска мгновенно прилила к щекам Соль. Инстинктивно она прикрыла лицо рукой, давая понять, что не желает разглядывать полуодетого Тэхена. Чонгук, заметив смущение девушки, тут же встал перед ней, заботливо закрывая от неловкого зрелища. — О, привет, Ким Соль! — помахал рукой ничуть не стесняющийся Тэхён. — Уже нагулялись? — Оденься, — буркнул Чонгук. — А, точно! — Тэхён будто только сейчас вспомнил, что сидит в таком виде, хотя минутой ранее этот факт его совершенно не смущал. — Я… это… сейчас ухожу, — сказал он, подхватывая рюкзак и торопливо направляясь в сторону ванной. — Прости за это, — смущённо пробормотал Чонгук, осторожно поворачиваясь к Соль. — Можешь открывать глаза, он ушёл. — Это было… неловко, — произнесла девушка, всё ещё чувствуя, как пылают её щёки. Её голос звучал немного тише обычного. — Я и сам не ожидал, что Тэхён встретит нас в таком виде, — Чонгук неловко пожал плечами, стараясь скрыть собственное смущение за показной бравадой. — Проходи. Кофе будешь? Он двинулся в сторону кухни‑гостиной, держа в руках пакет с игрушками. Взгляд невольно остановился на Баме: пёс вольготно разлёгся на неубранном диване, словно король на своём троне. Чонгук вздохнул, мысленно отмечая, что пора бы уже помочь другу навести порядок в жизни. Нужно было как‑то помирить Тэхёна с его девушкой — а там, глядишь, и свои сердечные дела получится привести в порядок. Пока хозяин хлопотал, Соль устроилась на барном стуле у кухонного островка. С лёгкой улыбкой она наблюдала за растерянным Чонгуком: тот, разливая кофе, то и дело бросал беспокойные взгляды по сторонам. В его глазах читалась лёгкая паника при виде царившего вокруг творческого беспорядка — явного свидетельства холостяцкого быта. Вскоре из ванной появился Тэхён — уже полностью одетый, свежий и заметно приободрённый. — Извини за мой внешний вид, — обратился он к Соль с искренней улыбкой. — Совсем не ожидал тебя здесь увидеть. Кстати, я пойду. Хесу согласилась встретиться. Чонгук не мог не заметить, как воодушевлённо звучит голос друга: в глазах Тэхёна зажглась надежда, а плечи расправились. Соль же, знавшая правду о ситуации, лишь молча кивнула. Она‑то была в курсе, что её подруга уже не сердится на Тэхёна и отказалась от той фотосессии. Но для Хесу было принципиально важно показать Тэхёну: она — не его собственность, он не имеет права так бесцеремонно распоряжаться её жизнью и решениями. Ей нужно было доказать свою независимость, и сейчас она как раз давала ему этот важный урок. Когда дверь за Тэхёном закрылась, звонко щёлкнул замок. В квартире остались только двое: Чонгук и Ким Соль. Воздух будто стал легче, а тишина — более уютной. Чонгук неловко кашлянул, пытаясь подобрать слова, а Соль, поймав его взгляд, ободряюще улыбнулась. — Ну, уже хорошо, — заметил Чонгук, отставляя чашку с кофе. — Может, они помирятся, и Тэхён наконец съедет от меня. Несмотря на сильную привязанность к другу, Чонгук всё же испытывал определённое неудобство от совместного проживания: привычный уклад жизни нарушился, а личное пространство ощутимо сократилось. — И не надейся, — покачала головой Соль. — Хесу его так просто не простит. Тебе придётся терпеть его присутствие ещё как минимум неделю, а может, и месяц. — Ты явно знаешь что‑то, чего не знаю я, — приподнял бровь Чонгук. — Определённо, оппа, — с лёгкой улыбкой подтвердила Соль, загадочно глядя на собеседника. В её глазах плясали озорные искорки. Чонгук методично вымыл кружки, после чего тихо удалился в спальню, оставив Соль одну на кухне. Через несколько минут он вернулся, преображённый. На нём были любимые свободные джинсы, футболка оверсайз и уютная худи — образ, который удивительно шёл парню, придавая ему особый, непринуждённый шарм. — Ну что? Поехали? Куда бы ты хотела зайти перекусить? — спросил он, окинув девушку внимательным взглядом. — Мне, честно говоря, всё равно, — пожала плечами Соль. — Я всеядная, так что выбор за тобой. Они осторожно покинули квартиру, стараясь не потревожить спящего Бама. Пёс, словно маленький король, вольготно раскинулся на диване, вытянув лапы и слегка похрапывая во сне. Чонгук, недолго размышляя, решил отправиться с Соль в уютный ресторанчик, славящийся своим самгепсалем. «Почему бы и нет? — мелькнула мысль. — Нет ничего романтичнее: мужчина жарит мясо, а девушка наслаждается — настоящая классика!» Дорога к ресторану протекала в лёгкой беседе, наполненной шутками и улыбками. Они обсуждали забавные случаи из жизни, делились впечатлениями о любимых фильмах и музыке. Атмосфера между ними становилась всё более непринуждённой, а напряжение, царившее в начале дня, постепенно рассеивалось, уступая место приятному предвкушению. Вечер в ресторане пролетел незаметно. Чонгук с лёгкостью управлялся с мясом на гриле, время от времени поддразнивая Соль: «Смотри внимательно — вот так надо переворачивать, чтобы не подгорело!» Она с интересом наблюдала за его уверенными движениями, рассказывая, что сама в готовке не сильна: «У меня всё либо сыровато, либо превращается в угольки. Видимо, кулинария — это не моё призвание». Когда пришло время расплачиваться, Чонгук настоял на том, чтобы оплатить счёт. Выходя из ресторана, он галантно открыл перед Соль дверь автомобиля и помог ей устроиться на переднем сиденье. Дорога к дому Соль прошла в непринуждённой беседе. В их разговорах появилась особая теплота, которой раньше не было: они делились детскими воспоминаниями, рассказывали о своих мечтах и планах на будущее. Когда автомобиль остановился у дома Кимов, Чонгук галантно помог девушке выйти. — Спасибо тебе за этот чудесный день, — искренне улыбнулась Соль. — Было невероятно приятно. — Мне тоже, — признался Чонгук, не отводя взгляда. — Может, повторим? И без полуголого Тэхёна в моей квартире. Соль кивнула, и между ними повисла тёплая пауза. Вечернее солнце окрасило всё вокруг в золотистые тона, а воздух наполнился ароматом цветущих кустов. — Можно тебя обнять на прощание? — тихо спросил он. Вместо ответа Соль сделала шаг навстречу. Их объятия были недолгими, но полными невысказанных слов — обещаний, надежд, зарождающихся чувств. Когда они отстранились друг от друга, Чонгук заметил, как красиво светится её лицо в лучах заходящего солнца: мягкие блики подчёркивали черты, а в глазах отражались последние лучи дня. — До встречи, — прошептал он, не сводя с неё глаз. — До встречи, — эхом отозвалась Соль, исчезая за дверью дома. Ещё несколько мгновений Чонгук стоял у подъездной дорожки дома Кимов. В его душе царило приятное волнение, а на губах играла лёгкая улыбка. Этот вечер оставил в его сердце тёплый след, и он знал, что будет вспоминать его ещё долго .