Глаза ворона

– Всё будет хорошо. Не переживай, – нервно заверил пограничник. Это выглядело почти комично. Осберт волновался сейчас в несколько раз меньше. Но всё же робко кивнул. Надо было срочно придумать, как раздобыть еды. Сказать сейчас, что он голоден, было бы неуместно. Однако сама удача улыбнулась ему. – Ты, должно быть, проголодался. Сейчас я дам что-нибудь пожевать. Ты главное не паникуй. – Хорошо, – высоким голосом проронил юноша. – Расскажи, откуда ты. Страж порядка вынул пару фруктов из шкафа и поставил перед Осбертом. Кажется, парень уже начал понемногу привыкать к местному говору. Понимать простые фразы теперь было не так уж и трудно. – Не знаю, – его сейчас мало заботил разговор. Он мог лишь опозориться, выставив себя умственно отсталым, раз не знает даже примерно, где жил раньше и как вообще сюда попал. Следовало как можно быстрее собрать все съестные сокровища и бежать, сверкая пятками. – М-да уж. Может, попробуешь описать хотя бы примерно? – В доме, – максимально размыто ответил Осберт. «Не мог же я жить в палатке». За простеньким незастеклённым оконцем бродили, на первый взгляд, обычные люди. Напротив стоял двухэтажный деревянный дом с вывеской. Похоже, на первом этаже расположился магазинчик портного. Хотелось сгрести все яблоки в охапку и выпрыгнуть с ними прямо сейчас. Пограничник тем временем безуспешно пытался хоть что-нибудь выведать о юноше. Но на большинство вопросов Осберт отвечал лишь «не знаю» или «не помню». Он назвал только своё имя и возраст. Молодой человек напротив понемногу начинал закипать. – Да ты о себе знаешь ли хоть что-нибудь? – уже почти рявкнул тот. Парень вздрогнул. Честно говоря, он этого не ожидал. Осберт вовсе не рассчитывал, что разговор может настолько вывести пограничника из себя. Он тихонько всхлипнул, надеясь надавить на чувство вины. – Ох, прости, – моментально стушевался молодой человек. – Тебе сейчас тоже непросто, я понимаю. Юноша вновь закрыл лицо руками, притворяясь несчастным страдальцем. Ему уже порядком надоели эти расспросы. Не терпелось наконец сдвинуться с мёртвой точки. Позориться — так до конца. Он уже почти не верил, что когда-нибудь сможет восстановить свою репутацию в глазах человека напротив. – Только не вздумай опять плакать, – измученно взмолился тот. – Сейчас принесу тебе водички. Это поможет успокоиться. Пограничник быстрым шагом удалился из комнаты. «Ага! Вот он, мой шанс! Вряд ли он думает, что я собираюсь сбежать». Действовать нужно было быстро. Тот мог вернуться в любую минуту. Торопливо распихав дары со стола по широким рукавам, Осберт сиганул в окно. Найти дорогу назад оказалось делом проблематичным. Он предпочитал жаться к стенам и прятаться в тени. Его исчезновение наверняка неслабо озадачило того милого молодого человека. В какой-то момент юноша осознал, что окончательно заплутал в этих бесконечных лабиринтах и понятия не имеет, куда ему вообще идти. Только тогда он рискнул выбраться на открытое пространство в надежде, что осмотр с чистого места поможет определить верное направление. Мгновенно словив заинтересованные взгляды прохожих, Осберт ощутил, как по спине побежали неприятные мурашки. Едва заприметив примерный ориентир, он поспешил снова укрыться в узких улочках. Добрую часть дня парень провёл, бесцельно слоняясь по окрестностям городка. Даже найдя путь к острову, он не мог пойти туда напрямик. На посту всё ещё дежурил тот самый мужчина. Пришлось сделать внушительный крюк, а потом ещё и добираться до берега вплавь. Благо, на воде Осберт держался без проблем. Но это не отменяло того факта, что мокрый наряд стал казаться просто свинцовым. Не слишком элегантно вывалившись на берег, он мог думать лишь о том, сколько ещё ему придётся переносить этот ад ради пары кусков еды. «Наверняка сейчас я похож на недавно спасённого от смерти в мешке котёнка . Какой кошмар!». Юноша принялся старательно выжимать влажные волосы. «Хм, видимо, тому малявке до конца дней придётся забыть о хлебобулочных изделиях». Отчего-то эта мысль показалась ему забавной, и он невольно хихикнул. Осмотрев одежду, напоминавшую теперь поломойную тряпку, Осберт махнул рукой. Лучше уже не сделать. Пора было нести дары голодающим. Он неторопливо двинулся обходить остров, как вдруг со спины его громко окликнули: – Осберт! Эгмонт с разбегу заключил парня в крепкие объятия, едва не сбив с ног. – Ты вернулся!