Синяки под белой рубашкой

Телефон включался мучительно долго. Санни сидел на кровати, прислонившись спиной к стене, и без особого интереса наблюдал за загрузкой системы. Комната уже почти полностью погрузилась в темноту. Лишь экран телефона освещал его лицо холодным белым светом. Через несколько секунд устройство наконец ожило. И тут же начало вибрировать. Раз. Другой. Третий. Уведомления посыпались одно за другим. Санни нахмурился. — Да вы издеваетесь... На экране высветились десятки сообщений. Большая часть была от Кела. "Ты где вообще?" "Ты живой?" "Хиро говорит, что тебя уже неделю нет." "Если тебя похитили, моргни." "Санни." "Серьёзно." "Ответь." Следом шли сообщения от Хиро. Более спокойные. Но от этого не менее тревожные. "Санни, мы переживаем." "Ты давно не появлялся в школе." "Если что-то случилось, дай знать." "Хотя бы напиши одно сообщение." "Не обязательно объяснять всё." "Просто напиши, что ты жив." Санни медленно пролистнул дальше. И замер. Бейзил. Количество сообщений заставило его невольно выдохнуть. Их было намного больше. Первое сообщение было отправлено через несколько минут после того, как Санни ушёл из школы. "Санни, прости." Следующее через десять минут. "Я не знаю, зачем это сделал." Ещё одно. "Я не хотел делать тебе неприятно." Потом ещё. И ещё. И ещё. С каждым сообщением Бейзил будто становился всё более растерянным. "Прости." "Пожалуйста, ответь." "Я правда не хотел, чтобы всё так получилось." "Можешь злиться на меня сколько угодно." "Я понимаю." "Просто скажи что-нибудь." Санни сам не заметил, как начал читать внимательнее. Сообщения становились реже. Сначала каждый час. Потом раз в день. Потом ещё реже. Словно Бейзил постепенно понимал, что ответа не будет. Последнее сообщение было отправлено вчера вечером. Санни долго смотрел на него. "Если ты правда не хочешь меня видеть, я больше не буду к тебе лезть." "Просто напиши, что с тобой всё хорошо." "Пожалуйста." После этого сообщений не было. Совсем. Санни ещё несколько секунд смотрел на экран. Потом заблокировал телефон. И сразу разблокировал снова. Почему-то стало неприятно. Очень неприятно. Он ведь сам сказал ему не приближаться. Сам ушёл. Сам игнорировал его несколько дней. Так почему сейчас внутри было такое чувство, будто что-то пошло не так? Санни бросил телефон рядом с собой. Тот глухо ударился о матрас. В комнате снова стало тихо. Через несколько минут экран загорелся ещё раз. Звонил Кел. Санни несколько секунд смотрел на входящий вызов. Потом неожиданно для самого себя ответил. — АЛЛО?! От громкости голоса Санни едва не выронил телефон. — Твою мать, Кел. — САННИ?! — Не ори. — ХИРО! ХИРО ОН ЖИВОЙ! Где-то на заднем плане послышался шум. Потом знакомый голос Хиро: — Дай сюда телефон. Несколько секунд возни. — Санни? — Мм. — Ты в порядке? Санни посмотрел в окно. — Более-менее. — Это не звучит как "в порядке". — Ну и ладно. На другом конце повисла тишина. — Мы волновались, — наконец сказал Хиро. И почему-то именно эти слова ударили сильнее всего. Не обвинения. Не вопросы. Не злость. Просто "мы волновались". Санни отвёл взгляд. — Извините. Это прозвучало настолько тихо, что он сам едва услышал. На несколько секунд воцарилось молчание. — Завтра зайдём к тебе, — сказал Кел где-то рядом. — Нет. — Да. — Нет. — Да. — Кел. — Да. Санни впервые за последние дни слабо усмехнулся. Совсем чуть-чуть. Но усмехнулся. И впервые за долгое время почувствовал, что вокруг него всё ещё есть люди, которые не собираются исчезать.