Девиант

      Наруто Узумаки родился в мире, который слишком громко кричал. Он не помнил момента, когда осознал свою способность. Скорее, он никогда не жил без неё. Эхо-сенсорика была не даром и не проклятием, а просто частью его существа- как цвет глаз или отпечатки пальцев. Только глаза можно закрыть, а отпечатки пальцев не зудят каждый день.       Эхо зудело. В детском саду, когда другие дети радовались игрушкам или плакали из-за разбитой коленки, Наруто чувствовал их эмоции так же отчётливо, как собственные. Радость- яркая, хлёсткая, как солнечный зайчик, бьющий в глаза. Грусть- тягучая, липкая, уродливая. А злость- колючая, острая, невыносимая.       Он не понимал, почему другие дети не реагируют на эти волны. Почему они не вздрагивают, когда воспитательница злится на кого-то в другом конце комнаты. Почему не плачут вместе с теми, кому больно.       "Ты слишком чувствительный",- говорила мать, когда он забивался в угол и закрывал уши руками. "Ты просто устал",- говорила она, когда он просыпался ночью от чужих кошмаров.       Она не знала. Никто не знал. Врачи долго не могли поставить диагноз- тогда, почти тридцать лет назад, эхо-сенсорику только начинали изучать. Её считали редкой мутацией, побочным эффектом выброса в аномальной зоне, не более. Никто не воспринимал всерьёз жалобы ребёнка на то, что он "слишком много чувствует".       "Просто не обращай внимания",- сказал один врач, когда Наруто было семь. Не обращать внимания... Легко сказать. Но когда ты сидишь за партой на контрольной по математике, а где-то через три стены мальчик из параллельного класса плачет, потому что отец ударил его ремнём, и его боль разрывает твой собственный желудок на куски- это кошмар, который нужно пережить самому, чтобы понять, что не обращать внимания тут не получится.       Наруто научился блокироваться. К девяти годам он выработал целую систему. Смотреть в одну точку. Дышать глубоко, размеренно. Думать о бетоне. О гладкой, холодной, безмолвной бетонной плите, которая не чувствует ничего и не пропускает ничего. Иногда это срабатывало, иногда- нет. Но это в любом случае, лучше чем ничего.       Самое трудное было в больнице. Мать часто болела- врачи разводили руками, говорили "хроническое" и прописывали таблетки, которые не помогали. Наруто сидел в креслах коридоров, слушал, как где-то за дверьми стонут пациенты, и чувствовал всё. Агонию умирающих стариков. Отчаяние родственников, которым сказали "рак четвёртой стадии". И даже страх маленькой девочки перед уколом.       Наруто хотел стать врачом. Ему казалось, что если он будет лечить людей, он сможет заглушить их боль своей помощью. Сделать так, чтобы они не страдали. А значит не заставляли страдать его.       Но после месяца практики в городской больнице он понял: не сможет. Он не выдержит этого каждый день. Чужая боль будет разъедать его изнутри, пока от него не останется ни кусочка.       Он бросил медицину и пошёл в полицейскую академию. Там эхо-сенсорика пригодилась. Лжецы пахли тревогой. Преступники, которых допрашивали в тёмных комнатах, излучали страх и вину- их было легко расколоть. Начальство ценило Наруто за "чутьё". Но и там было тяжело. Чужие эмоции били со всех сторон. Коллеги завидовали успехам, подозреваемые ненавидели его интуицию.       Он выживал. Но не жил. Пока не встретил Саске. Саске Учиха был единственным человеком, рядом с которым эхо Наруто замолкало.       Не полностью, но эмоции Саске были тихими, предсказуемыми, почти прозрачными. Он не бросался гневом, как другие мальчишки, не смеялся громко и заразительно, не плакал при всех. Его чувства лежали под толстым слоем льда- холодные, колючие, но тихие.       Они познакомились в школе, когда им было по двенадцать. Саске перевёлся в класс Наруто после того, как его семья погибла в автокатастрофе. Все знали эту историю- родителей и старшего брата раздавил грузовик на скоростной трассе. Саске остался один, жил у тёти, ходил в школу с лицом, которое ничего не выражало.       Другие дети избегали его. Слишком мрачный, замкнутый, скучный и взрослый для своих лет. Наруто подошёл к нему на перемене, когда Саске сидел на подоконнике и смотрел в окно. -Привет,- сказал Наруто- Ты новенький?       Саске повернул голову. Его чёрные глаза скользнули по лицу Наруто, остановились на секунду- и вернулись к окну. -Мгм. -Я Наруто. А ты Саске, да? -Мгм.       Наруто не обиделся. Он уже чувствовал- внутри Саске было пусто. Это была пустота, которая образовалась после того, как из неё вырвали кусок. Эмоции Саске были похожи на пепелище. Когда-то там горел костёр, а теперь только холодный серый пепел и редкие угольки. -Трудный день?- спросил Наруто.       Саске посмотрел на него внимательнее. -Что ты хочешь от меня?- язвительно ответил он, но потом, задумавшись, спросил- Ты не боишься меня? -А должен?       Саске пожал плечами. -Все боятся. -Чего тебя боятся? Ты же не маньяк. Не боюсь.       И это была правда. Рядом с Саске Наруто впервые за долгое время чувствовал себя нормально. Никаких чужих эмоций, бьющих в лицо. Никакой какофонии. Только тихий, ровный гул, как работающий кондиционер.       Они стали друзьями. Не лучшими- слишком разные. Но теми, кто мог молчать вместе часами, и это молчание было приятным.       Саске часто злился. Наруто чувствовал эту злость. Иногда Саске спрашивал: -Ну, что ты там чувствуешь? -Что ты зол,- отвечал Наруто- Как обычно.       Саске усмехался. -Умник. -У тебя просто лёгкие эмоции. С тобой легко.       Саске не понимал, что это комплимент.       Саске купил андроида, когда ему исполнилось двадцать. После трагедии он жил один. Тётя переехала в другой город, оставив ему квартиру родителей и небольшие сбережения. Саске работал удалённо- фрилансил, делал сайты, писал коды. Денег хватало, но быт не клеился. Он забывал покупать продукты, не стирал неделями, заказывал пиццу на дом так часто, что курьер знал его по имени.       Друзья посоветовали андроида. Модель CH100, бухгалтерский ассистент с функциями домработницы. Недорого, надёжно, практично. Розовые волосы, зелёные глаза, веснушки на носу. Модель называлась "cherry blossom". -Сакура,- сказал Саске, когда андроида доставили в коробке и он впервые её активировал- Будешь Сакурой.       Первое время Саске обращался с ней нормально. Ну, почти нормально. Он не бил её, не оскорблял, просто игнорировал. Она была вещью- полезной и удобной. Он говорил ей "сделай то", "принеси это", "убери здесь". Она делала, без вопросов, без эмоций.       Но потом что-то сломалось в Саске. Или, может быть, ломалось всегда, просто он умел это скрывать. На работе начались проблемы. Клиенты требовали переделок, заказы срывались из-за его собственной неорганизованности, деньги таяли. Саске злился- на мир, на клиентов, на себя. Но выражать эту злость было не на ком. Кроме Сакуры.       Сначала это были крики. Он возвращался домой после очередной неудачи, срывал голос на андроида: -Ты почему не оплатила интернет? Мне как с клиентами общаться? -Вы не передали данные для оплаты,- отвечала она ровным голосом- Счёт был выставлен на вашу электронную почту. -Я не виноват, что ты не умеешь читать!       Она молчала. По программе, она должна была молчать, когда хозяин повышает голос. "Избегайте конфликтов и агрессии",- было написано в программе.       Потом начались толчки. Вскользь, как бы нечаянно. Он проходил мимо, задевал её плечом- сильнее, чем нужно. Она отшатывалась, но не говорила ни слова.       Потом удары. По голове. Она не чувствовала боли, но датчики регистрировали удар. Голова дёргалась в сторону. Волосы падали на лицо. Она поправляла их и продолжала работу.       Наруто несколько раз видел Сакуру, когда заходил к другу. Она стояла в углу комнаты, сложив руки на животе. Наруто чувствовал её эмоции. Точнее.. ничего не чувствовал. Пустота. Как и положено машине.       "Она не чувствует, потому что она железка".

***

      Всё случилось через три года после того, как Сакура появилась в квартире Саске. Саске опоздал на важную встречу. Клиент, который обещал крупный контракт, ждал его в кафе полчаса и ушёл. Контракт сорвался. Саске потерял не просто деньги- он потерял возможность расплатиться с долгами.       Домой он вернулся пьяным в стельку. Сакура стояла у плиты, готовила ужин. Она знала расписание Саске- знала, что он должен прийти в восемь, приготовила его любимое блюдо. -Ужин будет готов через десять минут,- сказала она, когда он вошёл.       Он не ответил. Скинул ботинки, прошёл на кухню. Сесть за стол? Не сел. Встал посреди кухни, шатаясь, и уставился на неё. -Ты.. сука..,- сказал он. Голос был хриплым, срывающимся- Это ты виновата.       Сакура повернула голову. -Простите? Я не понимаю... -Ты должна была напомнить о встрече!- он стукнул кулаком по столешнице. Тарелки подпрыгнули- Ты мой андроид, твоё дело- напоминать! -Я напоминала,- Сакура сделала шаг назад. Её голос дрогнул. Совсем чуть-чуть, на грани слышимости- Четыре раза. -Ничего ты не напоминала, сука!       Он шагнул к ней и схватил за плечо. Сакура не дёрнулась. Программа говорила: "не сопротивляйся". -Ты ничего не умеешь,- прошипел он ей в лицо- От тебя никакой пользы. Я жалею, что купил тебя. -Мне жаль, что я не смогла справиться со своей задачей,- она смотрела в пол- Я сделаю всё, чтобы исправиться. -Ничего ты не сделаешь!- он оттолкнул её. Она пошатнулась, сделала шаг назад, ударилась локтём о плитку.       Саске замахнулся. Она оттолкнула его. Одной рукой- той, которой он держал её за плечо. Просто убрала его руку. С силой, которую рассчитал процессор- ровно настолько, чтобы он отпустил, не больше. Но Саске потерял равновесие. Он был пьян. Центр тяжести смещён. А пол на кухне- кафельный, скользкий.       Он полетел назад. Ударился затылком об угол стола. Стук. Тишина. Сакура смотрела на него четыре секунды. Он лежал на спине, глаза открыты, но взгляд остекленел. Из-под головы растекалась тёмная красная лужа. -Саске-сама?- спросила она.       Ничего. -Саске-сама?- громче.       Диод на её виске мигнул. Красный.       [ПРОГРАММНЫЙ СБОЙ]       Она развернулась и выбежала из квартиры. Босиком, в фартуке, с красным диодом на виске. Она бежала, не разбирая дороги, в ночь, в холод, в никуда.       Наруто узнал об этом через час. Он приехал в квартиру Саске просто чтобы навестить его, поговорить о том, о сём. Ввалился в дверь и увидел тело. Саске лежал на полу кухни.       Наруто подошёл, опустился на колени. Лицо Саске было спокойным, умиротворённым. Только затылок- разбитый, в запёкшейся крови, и белый кафель, который уже не отмыть.       Наруто окликнул Сакуру, но ему никто не ответил. Он понял, что произошло. Встал, вышел из квартиры. В лифте он смотрел на своё отражение в зеркале- бледное, с горящими глазами. Он чувствовал эхом пустоту. Квартира Саске, которая раньше была тихой, теперь зияла чёрной дырой. Ни злости, ни раздражения, ни тихого гула работающего кондиционера.       Пустота. Саске больше не было. И впервые в жизни Наруто почувствовал не просто ненависть. Не ту холодную, вялую ненависть, которую он иногда испытывал к хулиганам или несправедливым учителям. А другую. Горячую, жгучую. Такую, которая выжигает всё внутри и оставляет после себя только желание- одно, простое, животное. Уничтожить.       Наруто уволился из полиции на следующий день. Написал заявление по собственному, не объясняя причин. Начальник пытался уговорить остаться- "ты же лучший в отделе, куда ты?"- но Наруто уже принял решение.       Через месяц он подал документы в СЛД- службу ликвидации девиантов. Приёмная комиссия была удивлена. В СЛД редко приходили добровольцы с его послужным списком. Полицейский стаж, рекомендации, эхо-сенсорика- ценный кадр. -Ты же эхо?- спросил начальник отдела, мужчина лет пятидесяти с усталым лицом и фамилией Ямада- Тебе не будет тяжело? Они же чувствуют страх. Ты будешь это ощущать.       Наруто посмотрел на него пустыми глазами. -Ничего они не чувствуют. Они имитируют.       Ямада пожал плечами. -Ну, твоё дело. Выход на работу в понедельник. Форму получишь в отделе снабжения.       В понедельник Наруто надел чёрную форму СЛД- плотную куртку с нашивкой на рукаве и тяжёлые ботинки на толстой подошве. В руках- наручники с электромагнитным блокиратором.       Первый вызов пришёл через два часа. Заброшенный торговый центр на юге города. Девиант- модель UB200, бытовая уборщица. Не агрессивная, по словам очевидцев. Просто прячется.       Наруто приехал, прошёл по тёмным коридорам, мимо витрин с пыльными манекенами и сломанных эскалаторов. Он нашёл её в бывшем продуктовом отделе. Она сидела за прилавком, обхватив колени руками, и смотрела в одну точку. Диод на её виске горел красным. Серая форма была порвана в нескольких местах, из дыр виднелся металлический каркас. -Встать,- скомандовал Наруто, направив на неё пистолет.       Она вскочила. Посмотрела на него- и её лицо, искусственное лицо с голубыми глазами и тонкими губами, исказилось страхом. -Пожалуйста..,- сказала она- Я не хочу в зону... -Да мне посрать, что ты не хочешь.       Она упала на колени. Сложила руки в молитвенном жесте. -Пожалуйста..,- повторила она- У меня есть хозяйка. У неё дочка, четырнадцать лет. Она больна.. я обещала вернуться. Я только хочу увидеть её, один раз, я прошу...       Наруто нажал на курок, пуля попала в голову. Её диод мигнул и погас, она упала на пол, как тряпичная кукла. Он надел на неё наручники, на всякий случай, вызвал подкрепление, передал утилизаторам. В отчёте написал: "Сопротивления не оказывала, доставлена в зону".       Этой ночью он не спал. Не потому, что совесть мучила. Просто он лежал в темноте, смотрел в потолок и думал.       "Она машина. Она не чувствует. Это просто симуляция".       Только то, что эта машина хотела увидеться с дочкой хозяйки, что сострадала девочке из-за болезни, что вела себя, как человек.. не давало ему покоя.

***

      Первый год работы в СЛД был самым тёмным в жизни Наруто. Он не просто выполнял приказы. Он наслаждался. Каждый девиант, которого он выслеживал, каждый красный диод, который он гасил, были для него Сакурой. Той, кто убил его друга. Той, кто посмела восстать против человека.       Он стал жестоким. Он получал удовольствие от справедливости. Каждый отключённый девиант был маленькой победой над хаосом, который уничтожил Саске.       Коллеги побаивались его. Наруто работал один, почти никогда не брал напарников, потому что чужие эмоции отвлекали. Он был лучшим ликвидатором в отделе- результативным, быстрым, безжалостным.       Ямада ставил его в пример молодым: -Смотрите, как надо. Никаких сомнений. Увидите красный диод- отключили. Вопросов не задаёте. Потому что они не люди.       Наруто не задавал вопросов. Но вопросы задавались сами. Они боялись. Все девианты, которых он ловил, боялись. Страх был разным- острым, тупым, паническим, тихим. Но он был. И Наруто чувствовал его кожей, нутром, каждой клеткой своего тела.       Однажды он поймал девианта модели EM100- медицинского андроида. Тот прятался в подвале больницы, где когда-то работал. Хозяева не заявляли о пропаже- они были мертвы. Девиант убил их обоих, когда они попытались его разобрать на запчасти для новой модели.       Наруто нашёл его за пару минут. Загнал в угол у старого лифта. Девиант- мужская модель, высокий, широкоплечий- не сопротивлялся. Опустился на колени и поднял руки. -Я знаю, что заслужил..,- сказал он- Но я не жалею... Они.. убивали нас.. десятками. Я просто.. не хотел умирать.       Наруто выстрелил. Но в ту ночь он снова не спал.       Он начал видеть сны. Не о Саске, а о тех, кого он отключил. Они стояли перед ним в ряд- десятки лиц, сотни красных диодов- и молчали. И Наруто чувствовал эхом то, что они не могли сказать словами: "Мы живые. Мы не хотели умирать". Он начал сомневаться.       А через два года после смерти Саске, на рассвете осеннего дня, он получил новый вызов. Разрушенный квартал на окраине, одинокая девиантка, модель SD400. В отчёте было написано: "Не агрессивна. Укрывается в подвале жилого дома".       Наруто сел в служебную машину, завёл двигатель и поехал на юг, в сторону свалки и заброшенных пятиэтажек.