Привычка искать тебя

Айви проснулась за час до подъёма. В спальни было тихо, только с соседних кроватей доносились мерные посапывания соседок и прерывистый ветер за окном. Девушка лежала на спине, глядя в тёмный потолок; она чувствовала, как тело сковывает от холода и страха. Дементоры. Они всё ещё были там — за окном, где-то на границе между школой и Хогсмидом, скользили вдоль запретного леса, искали убийцу. И казалось, что они должны были вызывать доверие и защиту в первую очередь, но вызывали лишь ужас и тревогу. Айви поёжилась, хотя в комнате было довольно-таки жарко. Вчерашний обморок вспоминался смутными обрывками, как будто это был дурной сон или лихорадка после болезни. В ушах ещё звенели чужие голоса и мелькало обеспокоенное лицо сводного брата. Он был таким…напуганным, таким безоружным, что хотелось обнять его и никогда не отпускать. Данбар отогнала ненужные мысли и села на кровати. И в тот момент, все как раз начали просыпаться. Анджелина, как обычно, вскочила первая, и начала рыться в сундуке, чтобы найти школьную форму. Вчера они просидели до ночи, и никто из них не успел собраться заранее. Алисия до сих пор спала, бормоча себе что-то под нос, и никакой апокалипсис бы не смог разбудить её столь рано. Парвати крутилась у зеркала, а Лаванда подгоняла её, чтобы успеть завить локоны и накраситься. Айви смотрела на них и в который раз поймала себя на мысли, что она здесь лишняя. Нет, не в плохом смысле. Девчонки ладили с ней и даже пытались завязать разговор. Она знала их привычки, могла поддержать разговор о квиддиче или о новом красивом, но странном преподавателе; знала и то, кому Анджелина строит глазки, а кого Парвати тайно ненавидит. Но всё это было каким-то чужим. Во-первых, они никогда не спрашивали её мнения. Не потому, что не уважали, просто стоило ей открыть рот и её почти всегда перебивали. Анджелина вставляла пять кнатов со своим «а вот я думаю», у Алисии была болезнь с названием «квиддич» и кроме него она не могла говорить больше ни о чём, а Лаванда постоянно лепетала что-то про новую влюблённость, которая менялась каждый месяц. И Айви замолкала. Лишь слушала и изредка кивала. А потом шла завтракать одна. На полчаса позже, садясь подальше и делая вид, что она их не заметила. Данбар бы хотела иметь подругу. Настоящую, слушающую, сопереживающую. Но либо она ещё не родилась, либо она пока её не встретила. И даже сейчас, когда девочки рванулись все вместе на завтрак, она медленно поплелась следом, сверля взглядом носки своих ботинок. Коридоры замка были почти пустыми, видимо, все уже сидели в Большом зале. Утренний тёплый свет пробивался сквозь высоки окна и ложился на каменный пол золотистыми линиями. Айви шла неспеша, разглядывая сонные портреты, которые зевали и потягивались в своих рамах. Она свернула за угол, к боковой лестнице, которая вела в Большой зал и тут же услышала смех в дальнем коридоре. Смех был громкий, наглый, издевательский. Человека три, не меньше. Айви замедлила шаг и прислушалась, тихонько следуя на голос. — Да брось ты! Это же просто смешно! — донёсся девчачий писклявый голос. — Смотри, она сейчас заплачет, ставлю на это два галлеона! — ответил парень. Данбар выглянула из-за угла. В небольшом тупике, где висела картина с рыцарем в доспехах, стояли четверо. Два парня и девчонка с Гриффиндора загораживали путь худенькой девочке из Когтеврана. Её было почти не видно — только мелькала светлая макушка и чёрная факультетская мантия. — Отдайте, — тихо и безэмоционально сказала когтевранка. — Это не ваше. — А ты докажи! — Усмехнулся один из парней, высокий и с прыщавым лицом. В руках он держал пару старых поношенных туфель. — Или попроси вежливо, желательно на коленях. Второй парень заржал, как конь. Девушка рядом хихикнула в кулак, и толкнула когтевранку в плечо. Айви почувствовала, как внутри всё закипает. Она знала это чувство, помнила как вчерашний день. Сама была такой же загнанной и беспомощной, когда один из слизеринцев выкинул её учебник в лужу и сказал, что «полукровке здесь не место». Она вышла из-за угла. Шаги в тишине коридора прозвучали громче, чем хотелось. Все четверо обернулись на звук. — Какие люди, — громко сказала она, складывая руки на груди. — Гриффиндорцы обижают кого-то. А я-то думала, что наш факультет славится храбростью, а не насилием над беззащитными. Парень с туфлями нахмурился. — Тебе-то что? Иди куда шла. — Не могу, — Айви сделала шаг вперёд, доставая палочку из сумки, — МакГонагалл в прошлом году попросила меня получше потренироваться над превращением человека в домашнего упыря. Девчонка за спиной прыщавого перестала улыбаться, сделав пару шагов назад. — Д…да мы просто шутим, — испуганно пропищала она. — Остроумно, но меня не впечатлило, — Айви подняла палочку и направила на них, — ну что, кто первый? Палочка в её руке чуть подрагивала, скорее от злости, чем от страха. Айви не собиралась никого превращать в упырей, конечно. Но они то этого не знали и от этого становилось интереснее. Прыщавый парень побледнел, сделал шаг назад и чуть не наступил на ногу своей подружке. Та взвизгнула, отскочила, и туфли выпали из его рук, шлёпнулись на каменный пол. — Больная! — крикнул он, и развернувшись, кинулся прочь. Второй парень потрусил следом, а девчонка, ещё раз испуганно взглянула на Айви и тоже скрылась за углом. Когтевранка похлюпывала носом, вытирая мокрые дорожки слёз на бледном лице. Айви же слышала только то, как громко колотится её сердце. Она опустила палочку, сунула обратно в сумку и только тогда заметила, как бедняжку колотит от испуга. — Дурацкая ситуация, — пробормотала Данбар, — ты как? Девочка у стены не шевелилась. Она смотрела на Айви своими огроменными голубыми глазами с каким-то непонятным любопытством. На шее у неё красовалось ожерелье из пивных бутылок, а в ушах — серьги с разноцветными перьями, которые постоянно переливались. Айви раньше таких «изысканных» украшений не видела. — Твои туфли, — она кивнула на пол, где валялась обувь. — Спасибо, Айви. — Наконец ответила когтевранка, поднимая обувь. — Откуда ты знаешь моё имя? — удивилась Данбар, приподнимая брови. Она на секунду задумалась, склонив голову набок. Серёжки с перьями качнулись и засветились бледно-голубым цветом. — В прошлом году на Хэллоуин я потеряла свои спектральные очки, — начала она, — они всегда каким-то магическим образом перемещаются по замку… и оказываются в труднодоступных местах. Ты тогда сидела в Большом зале и читала «Трансфигурацию для продвинутых», а когда я подошла спросить у гриффиндорцев, не видели ли они мои очки, то ты сказала, что они наверняка лежат у меня в кармане. И ты оказалась права, они переместились в карман и даже ничего не сказали мне! Тогда я спросила у Фредварда Уизли твоё имя, и он, почему-то задумчиво хихикнув, сказал. Айви моргнула. Она смутно припоминала тот вечер, по причине того, что Джонсон подливала ей в тыквенный сок огневиски и иногда перебарщивала с дозировкой. — М-м, понятно. — Кивнула Данбар. — А тебя-то как зовут? — Луна Лавгуд, — девчонка протянула худощавую руку для пожатия, — но все почему-то называют меня Полумной. Айви усмехнулась, догадываясь почему её так называют. Да, такого знакомства у неё ещё не было. — Ладно, Луна, пойдём завтракать. Иначе если я опоздаю на зелья, то Снейп меня наградит штрафом в несколько баллов. Луна хихикнула и кивнула. Когда они подошли к гриффиндорскому столу и сели вместе, соседки по комнате и ещё несколько гриффиндорцев странно глянули на них и зашептались.

***

В подземелья подземелья Айви с Анджелиной спустились, когда до начала урока оставалось пару минут. Студенты уже рассаживались по местам, кто-то доставал учебники, кто-то косился на открытую дверь в ожидании угрюмой физиономии Снейпа. Айви села за вторую парту у узкого маленького окна. Анджелина плюхнулась рядом, кинула сумку на стол и принялась рыться в ней в поисках нового пергамента. — Слышала, в этом году Снейп будет готовить нас к СОВ по-новому, — шепнула она, косясь на дверь. — Говорят, он распределит нас по парам. — Ага, главное не с Джорданом, — ответила Айви. — В прошлом году на совместном задании он чуть не сжёг мне волосы. — О, точно! — Рассмеялась Анджелина. — Я даже не представляю как можно было перепутать «Миксео Мовео»* и «Инсендио»*! Айви усмехнулась, но смех вышел нервным. Она и сама не была сильна в зельях. Наилучший её результат — выше «тролля», но до «превосходно» далеко. Мать вечно говорила, что у неё нет терпения, что она слишком быстро отрезает корни мандрагоры и перебарщивает с ингредиентами. Может, это и правда было так. В ту же секунду в кабинет влетел Северус Снейп. Студенты тут же притихли, не решаясь даже шелохнуться. Даже Фред, который за секунду до этого что-то весело вещал Ли Джордану, прикусил язык. — Сегодня мы начинаем подготавливаться к экзаменам СОВ. — изрёк Северус, оглядывая комнату. — Да-да, не стройте из себя невинных овечек. Экзамены нагрянут быстрее, чем вы успеете пожалеть о своей никчёмности. Он подошёл к большой доске в начале класса, взмахнул палочкой, и на доске проявилось расписание на первое полугодие. — Чтобы вы, бездари, хоть как-то научились варить зелья, я сам распределил вас по парам на весь учебный год. — Мужчина остановился в центре кабинета. — Сильные будут помогать слабым. Во всяком случае, я на это надеюсь, хотя чудес не жду. Пары не обсуждаются, не оспариваются и не меняются. Всем ясно? В ответ лишь молчание и несколько едва заметных кивка. Снейп снова взмахнул палочкой и на доске списком загорелись имена. Данбар задержала дыхание. В груди неприятно ёкнуло, она понятия не имела, кого он поставит ей в пару. Сильного волшебника? Или такого же недоумка как и она? Анджелина довольно приободрилась, увидев напротив своей фамилии фамилию Данбар. Но она рано радовалась. Это оказалась не Айви, а Лиам. Данбар А. — Уизли Дж. Джордж… Айви почувствовала, как в горле мгновенно пересохло. Джордж был один из лучших на курсе, как и Фред, они всегда получали как минимум «выше ожидаемого», а в большинстве случаев «превосходно», что очень то бесило Снейпа. Это же хорошо! Он будет помогать и я наконец-то перестану путать корни Аконита с Асфоделем. — пронеслась в голове мысль. Ага, а ещё вдобавок к Джорджу у тебя появится его приставучий брат. — заявила вторая. Через проход, на два стола дальше, Фред дёрнул брата за рукав. Айви краем глаза заметила, как он наклонился к уху Джорджа, как зашептал ему что-то недовольно, хмуря рыжие брови. Второй же слушал с лёгкой улыбкой, мотая головой. Потом старший откинулся на спинку стула и демонстративно скрестил руки на груди. Это точно было недовольство вперемешку с лёгкой злобой на брата. Ну вот, что и требовалось доказать. Он либо попросит поменяться с ним, либо просто будет постоянно находиться рядом. И оба варианта были не самыми радужными. Данбар выдохнула и поймала себя на мысли, что смотрит в их сторону слишком долго, поэтому отвела взгляд, возвращаясь к ещё более недовольному Снейпу. — Уизли, — гаркнул мужчина, и все вздрогнули. — Если вам есть чем поделиться с братом, то я думаю, что вам стоит и поделиться со всем классом. Мы все сгораем от любопытства. — Нет, профеесор, — хором ответили близнецы. — Жаль, — он скривил лицо, а затем развернулся к доске. — Итак, со следующего урока, вы будете сидеть по распределённым мною парам, и готовится к СОВ. А сейчас, приступим к изучению зелья под названием «Живая смерть». Откройте учебники на странице двадцать четыре и перепишите рецепт. Класс мгновенно зашуршал пергаментом. Айви нашарила в сумке учебник, открыла страницу и взяла перо. Мысли путались. Она смотрела на доску, где ещё горели имена студентов, и не могла заставить себя сосредоточиться. Джордж Уизли. Лучший на курсе по зельям, почти отличник. И вот он будет пялиться на меня, смотреть как я мешаю зелье в котле и думать «что за бездарь». Ей вдруг стало стыдно. От ощущения того, что из-за неё парню придётся прилагать большие усилий, чтобы дотянуть хотя бы до «выше ожидаемого». Нет уж. Нужно будет выучить эту тему так, чтобы зелье получилось идеальным и чтобы Снейп даже не смог придраться. Рядом Анджелина уже хлопнула учебником, дописав рецепт.