Философия Любви: другая история

– Да нет… Наверное, у меня уже галлюцинации от усталости, – хрипло проговорила Рора и была решительно настроена закрыть эту злополучную дверь. Но Офелия, словно предвидя этот манёвр, мягко, но непреклонно поставила ногу на порог, не дав створке сомкнуться. Аврора взглянула на лицо Офелии, на котором моментально расцвела победная, ослепительная улыбка — словно восходящее солнце, против которого бессильна любая ночная мгла. Она мгновенно скривила лицо и мысленно стала проклинать саму себя за то, что вообще открыла эту дверь. «Идиотка. Совершеннейшая идиотка. Надо было притвориться, что дома никого нет, даже если бы она долбилась до вечера». Офи, не дожидаясь приглашения, ловко, как уличный фокусник, просунулась в щель между дверью и косяком, заставляя Аврору отступить на шаг. В одной руке она держала холщовую сумку, откуда щедро пахло корицей и свежим маслом, а в другой – перегруженный пакет, из которого торчали банки, упаковки и что-то мягкое, похожее на ткань. – Bonjour! – звонко, как будто на дворе был не пятый час утра, а солнечный полдень, произнесла она. – Ça va? J'ai apporté le petit-déjeuner et des choses pour aider. Аврора, всё ещё цепляясь за дверь, лишь безнадёжно зажмурилась. Она не поняла ни слова, кроме «пети-дежёне», но догадалась по запаху и решительному виду гостьи, что речь о завтраке и «помощи». – Ладно… Заходи, – сдалась она наконец, отпрыгивая на здоровой ноге вглубь прихожей. – Только, пожалуйста, потише. Флёр ещё спит. Офелия ничего не поняла, но кивнула в знак согласия. Сняв лёгкий бомбер, она проследовала за хромающей хозяйкой, с большим интересом осматривая пространство вокруг. Так они дошли до кухни. Офелия шумно (несмотря на просьбу о тишине) поставила пакеты на стол. Аврора же в это время, опираясь на столешницу, собиралась дотянуться до чайника, но его ловко изъяли из-под её носа. – Non, non, non. Toi, assise, – сказала Офелия твёрдо, делая выразительный «сидячий» жест ладонями в сторону стула. – Repos. Repos complet! – Чего? Я просто чайник хочу поставить! – взвизгнула Рора шёпотом, пытаясь не разбудить Флёра. – Non, c'est impossible. Vous devez vous détendre, – парировала Офелия, пряча чайник за спину. – Да не понимаю я тебя! Отдай! – Рора потянулась к нему, но Офелия, воспользовавшись преимуществом в росте, подняла его над головой. – Je vais tout faire moi-même. Alors, va te reposer. S'il te plaît. – Да блядь… – выдохнула Аврора, собрав все силы в здоровой ноге. Она сделала вид, что смирилась и разворачивается, чтобы уйти. Офелия, поверив, на мгновение расслабила хватку. И тут Рора резко развернулась ,подпрыгнув что есть мочи. Офи от неожиданности отшатнулась, а Аврора, не рассчитав траекторию, грациозно плюхнулась на пол, больно задев ушибленную ногу. – АЙ БЛЯТЬ! – вырвалось у неё. – MON DIEU! EST-CE QUE TU VAS BIEN?! – в ужасе воскликнула Офелия, бросая чайник на стол. Она мгновенно оказалась рядом, и прежде чем Рора успела опомниться, её уже подхватили на руки – легко, словно пушинку. Аврора лишь ошарашенно смотрела на нарушительницу утреннего покоя, не в силах вымолвить ни слова. Офелия, что-то быстро и строго бубня под нос на своём мелодичном языке, отнесла её в гостиную и усадила на диван, заботливо поправив подушку под больной ногой. Затем, погрозив пальцем, она решительно направилась обратно на кухню, оставив Рору в полнейшем замешательстве, граничащем с капитуляцией. Так и началось их странное сосуществование. Спустя пару часов, когда был съеден восхитительный круассан и выпито несколько чашек кофе, Аврора смирилась с неизбежным и устроившись на диване поудобнее с ноутбуком, стала проверять заказы на сегодня. Время 7 часов с небольшим, она прикинула что до работы у нее есть еще час с небольшим. "Стоит выйти пораньше раз я с такой ногой". Изредка боковым зрением она поглядывала, как Офелия аккуратно переставляет вещи, вытирает пыль и ставит все на место. Ее движения казались выверенными до мелочей, будто она этим всю жизнь только этим и занималась. Все шло, как ни странно, довольно мирно. Аврора, постепенно расслабляясь под тихий перезвон посуды на кухне, погрузилась с головой в работу. В то время как Офелия, закончив на кухне, перешла к небольшому стеллажу с книгами возле окна. Она аккуратно протерла корешки одной из потрепанных фантастических саг, когда ее взгляд привлекла старая, потертая картонная коробка на нижней полке, которую явно хотели задвинуть подальше и забыть. Из любопытства и желания навести идеальный порядок она подняла ее, чтобы протереть полку под ней и спросить, куда переложить находку. В этот момент старое дно коробки придательски провалились и содержимое со звонким стуком упало на паркет. Аврора вздрогнула и резко обернулась на звук. На свет божий, прямо к ногам окаменевшей то ли от ужаса, то ли от смущения Офелии, вывалился самый разнообразнейший «арсенал»: игрушки, вибраторы, несколько пар вызывающих чулок, кожаный ошейник с шипами и прочие приспособления для разнообразия половой жизни. Коллекция варьировалась от небольших, аккуратных, в нежных пастельных тонах, до чего-то более внушительного и явно купленного в порыве экспериментального любопытства. Наступила гробовая тишина, нарушаемая лишь тиканьем больших настеных часов. Офелия так и замерла с пустой оболочкой коробки. Ее лицо быстро сменилось с испуга на ярко-алое смущение. У нее покраснели даже кончики ушей. Она медленно, очень медленно подняла взгляд на Аврору. Рора же в этот момент хотела провались сквозь землю . Щеки горели огнем, а в голове крутилась одна мысль: "Ебичекая сила... За что мне все это?Теперь она точно решит, что я полная извращенка, и сбежит. Что, впрочем, может, и к лучшему… Но почему именно так?!". – C’est… euh… – начала Офелия, запинаясь, и жестом показала на «арсенал» на полу, затем на Рору, подняв бровь в немом вопросе. - Ничего не говори.., - проговорила та и попыталась спрятаться под пледом,которым немногим ранее ее же укрыла Офи. Увидев жесты и панику на лице Авроры, Офелия вдруг... Рассмеялась. Не злорадный смех, а теплый, понимающий, слегка смущеный. Она отложила коробку и потянулась за телефоном. Через минуту протянула Роре телефон с переводчиком: "Не переживай. Я тебя не осуждаю. У каждого свои, скажем, "хобби". Просто это было неожидано. и думаю тебе стоит хранить где-нибудь в более надежном месте". Прочитав, Рора лишь сильнее покраснела, но в груди что-то дрогнуло — камень стыда чуть сдвинулся. Она попыталась быстрее встать, чтобы убрать весь свой «клад», но Офелия ее опередила. Она сделала вид, что закрывает глаза рукой, как в детской игре, и, стараясь сохранить деловитое, почти научное выражение лица, начала аккуратно, без лишних эмоций, складывать «арсенал» обратно в оболочку коробки. Аврора, уступая инициативу, допрыгала на одной ноге до шкафа-купе и вытащила оттуда почти новую, крепкую картонную коробку из-под обуви. Убедившись, что дно на этот раз точно целое и не подведет, она молча протянула ее Офелии. Та лишь кивнула, приняв ее, и продолжила сборы, стараясь не задерживать взгляд ни на одной из вещей дольше необходимого, будто разбирала коллекцию старых радиодеталей. Когда последний предмет был бережно уложен, Офелия набрала новое сообщение и показала экран: «Куда теперь?». Рора, все еще избегая зрительного контакта, жестом указала на дверь в соседнюю комнату — свою спальню. Флёр, проснувшийся от шума, подскочил к двери своей комнаты, ловко прыгнул на ручку, открыл её и стал наблюдать, что же его потревожило. Его зелёные глаза сузились, когда он заметил незнакомку. Пока та шла с коробкой в руках, он ловко спрыгнул на пол и, словно пытаясь слиться с окружением, бесшумной тенью пополз в сторону хозяйки. Открыв дверь, Офелия оказалась в спальне Авроры. Комната была захламлена в том же беспорядке, что и остальная часть дома, но здесь это не выглядело так уныло. На небрежно застеленной кровати лежало скомканное одеяло, подушки были разбросаны в живописном разнобое, а на полу валялось несколько больших плюшевых медведей. Офелия на мгновение задержала взгляд на этом уютном хаосе, сгладив невольную улыбку. Ей нужно было найти место для коробки. Ничего лучше не придумав, она подняла одного из упавших медведей, отряхнула его и, слегка подвинув тумбочку, поставила коробку с «арсеналом» в образовавшуюся нишу, почти скрывая её от посторонних глаз. Тем временем Аврора, всё еще терзаемая остатками неловкости, пыталась вернуться к работе, безуспешно уставившись в мелькающие строки на экране ноутбука. Флёр бесшумно проскользнул из-под дивана и, совершив свой фирменный прыжок, уютно устроился у неё на плече, мурлыкая низко и громко, тычась влажным носом в щёку, словно пытаясь утешить и стереть следы смущения. Рора машинально погладила его по голове, а сама прислушивалась к приглушенным шагам в соседней комнате, чувствуя, как ледяной комок стыда медленно, но верно начинает таять, сменяясь странным облегчением. Мир не рухнул. Её не осудили. Офелия, аккуратно закрыв за собой дверь спальни, с облегчением выдохнула. Самое неловкое, казалось, было позади. Она направилась обратно в гостиную, мысленно думая, как разрядить обстановку, может, предложить еще кофе. Однако все ее намерения мгновенно испарились, стоило ей увидеть на спинке дивана, у самого плеча Авроры, небольшое пушистое существо с огромными, круглыми, светящимися в полумраке, как две луны, глазами. Услышав внезапную тишину вместо шагов позади, оба разом повернули головы. Аврора смотрела с тихим, почти молящим ожиданием, что на сегодня сюрпризов хватит. Рядом с ней Флер, приняв такую же настороженную позу, стал смотреть на гостью своими большими голубыми глазами. «Une souris! Une énorme souris!» — пронеслось в голове у Офелии. Она замерла на месте, ее глаза расширились от ужаса. Палец дрожащей рукой поднялся, указывая на зверька. Она не могла вымолвить ни слова, лишь издала короткий, подавленный звук удушья. Аврора, заметив ее реакцию, сначала удивленно подняла брови, а потом медленная, азорная улыбка тронула ее губы. Она встала и сняв с плеча своего галаго пошла прямо на Офелию. Та инстенктивно попятилась назад. Совсем скоро за спиной оказалсь деврь, а Рора все приблежалась и приблежалась. - Ну же, не бойся, это Флер, он безобидный, – сказала она с притворной невинностью, делая шаг вперед. - Non, non, NON. OUVIRE, OUVIRE C'EST, - попятилась Офи, тыча пальцем в сторону зверька. Но Аврора не слушала, наслаждаясь моментом. С ехидной улыбкой, опираясь на стену для равновесия, она продолжала приближаться. Слишком уж забавным было лицо Офелии — смесь ужаса и полной беспомощности. Да и надо же свершить небольшую месть за унизительное утро с чайником. Когда место у закрытой двери в прихожую осталось совсем мало, Офи, панически глянув на приближающееся «чудовище», решилась на отчаянный шаг. Слегка, но решительно оттолкнув Рору за плечо, чтобы создать дистанцию, она метнулась в сторону. Но не рассчитала силу и импульс, и прям лбом врезалась в тот самый старый стеллаж, из-под которого она достала злополучную коробку. - Ой, перестаралась... Аврора тут же отпустила Флера на пол и протянула руку, чтобы помочь встать. Офи, морщась от боли и потирая лоб, убрала руку ото лба (шишки, кажется, не было, но звон в ушах стоял приличный) и молча приняла помощь. Она стояла, отряхиваясь от пыли, посыпавшейся сверху, и пытаясь собраться с мыслями, когда услышала подозрительный, протяжный скрип. Потрепанный жизнью стеллаж, получив еще и удар головой, не выдержал. С жалобным стоном он накренился, замер на мгновение в неестественном положении и обрушился. Несколько тяжелых фолиантов с верхней полки с оглушительным грохотом шлепнулись на паркет. Как раз туда, где минуту назад сидела Офелия. Две девушки молча, в оцепенении, переводили взгляд то друг на друга, то на груду книг и покосившийся стеллаж. Флер, перепугавшись грохотом, в панике запрыгнул снова на Аврору, спрятался у неё на шее, за воротником, и выглядывал оттуда, сверкая испуганными глазами. Тишина снова воцарилась в квартире, но теперь она была другой — не неловкой, а ошарашенной, почти сюрреалистичной. Аврора первая её нарушила. - А ведь только начало дня.., - устало выдохнула Аврора, глядя на Офелию, - Я точно впустила человека, а не всадника аппокалипсиса? Офелия, поймав её взгляд, медленно выдохнула, провела рукой по волосам, смахнув пыль, и её губы тоже дрогнули в ответной, смущенной улыбке. Она развела руками в жесте «бывает». Так и началось их совместное сосуществование.