«Сверхъестественное: неизданный апокриф»

Международный аэропорт Денвера

штат Колорадо, США

Рейс 2485 авиакомпании United Britannia Airlines по маршруту Денвер (Колорадо) — Чикаго (Иллинойс).

Воздух в зале ожидания аэропорта казался густым и пропитанным искусственным ароматом дезинфицирующих средств. Громадный плакат на стене, изображающий безмятежный тропический рай с лазурной гладью океана и изумрудными пальмами, выглядел вызывающе нереально. Эта вылизанная, рекламная картинка диссонировала с царящей вокруг суетой, создавая гнетущее ощущение фальшивого благополучия. Мужчина лет сорока по имени Джордж Фелпс сидел на неудобных пластиковых креслах, напоминая загнанного зверя. Он был одет в чёрный костюм и нелепый клетчатый свитер, который только подчеркивал его болезненную бледность. Его пальцы, сухие и слегка подрагивающие, нервно сжимали края кожаного портфеля. Взгляд мужчины постоянно метался по залу, словно он искал выход из невидимой ловушки, хотя до рейса оставались считанные минуты. Он запрокинул голову, упираясь затылком в прохладную стену, и сделал судорожный вдох. Воротник рубашки, казалось, душил его, и он снова и снова поправлял его, словно пытаясь разорвать незримую удавку. Билет в его руках был измят. Он перечитывал снова и снова, впиваясь глазами в буквы, словно надеясь найти там спасение. Спрятав затрёпанный билет в карман, Джордж поднялся с пластикового сиденья и направился вглубь коридора, к светящемуся указателю уборных. Нервы были на пределе, пальцы мелко дрожали, и он отчаянно надеялся, что холодная вода поможет ему хоть немного успокоиться и прийти в себя. В туалете стояла стерильная тишина, нарушаемая лишь гулом системы вентиляции. Кафель, выкрашенный в блеклые, холодные тона, неприятно бликовал под лампами дневного света. Мужчина склонился над раковиной, ледяная вода стекала по рукам, не принося облегчения. Но Джордж жадно черпал её ладонями, умываясь раз за разом, пытаясь смыть с кожи липкий страх. Резкий скрежет дверцы кабинки заставил его вздрогнуть. Из кабинки вышел мужчина в простой голубой толстовке. Он невозмутимо скользнул взглядом по Джорджу и направился к диспенсеру. Шуршание бумажного полотенца прозвучало в тишине почти как выстрел. Незнакомец бросил на нервничающего попутчика мимолетный, почти равнодушный взгляд, в котором промелькнуло лёгкое недоумение. — Боитесь летать? — спросил мужчина в голубой толстовке. Фелпс замер, с его подбородка срывались капли воды, падая на кафель. Он снова судорожно дернул воротник, губы его дрогнули, сжавшись в тонкую белую линию. — Так заметно? — Знаете, какова вероятность погибнуть в авиакатастрофе? Один к двадцати тысячам! Собеседник скомкал использованное полотенце и небрежно швырнул его в корзину. Он развернулся и, не оглядываясь, пошел к выходу. Его шаги гулко отдавались в пустом помещении. Джордж проводил его взглядом, чувствуя, как внутри нарастает холод. — Да? — прошептал он, растягивая губы в вымученной, нервной улыбке. — Вот уж успокоили. Спасибо. Дверь закрылась, отсекая шум аэропорта. Он остался один в замкнутом пространстве, тишина которого вводила в еще большую панику. Мужчина снова опустил лицо к раковине, зажмурившись до боли в веках, надеясь, что темнота принесет хоть какое-то спокойствие. В этот момент в глубине вентиляционной решётки что-то шевельнулось. Сначала это было похоже на тень, но затем из узких щелей начала сочиться густая субстанция. Чёрный дым, состоящий из мириадов мельчайших угольных крупиц, бесшумно вытекал наружу, клубясь и извиваясь в воздухе. Он не рассеивался, а начал собираться в плотную, тяжелую массу прямо над спиной Джорджа. В воздухе разлился странный, низкочастотный звук. Это был не просто шум. Это были тысячи переплетенных, искаженных голосов, сливающихся в единый, тягучий, гипнотический гул, от которого внутри все сжималось в тугой узел. Мужчина медленно поднял голову. В зеркале напротив отражалось не только его лицо, но и то, что происходило позади. Он замер. Зрачки расширились, заполняя почти всю радужку, а дыхание перехватило. В течение нескольких секунд он был словно парализован, не в силах даже крикнуть. Но этого было достаточно. Чёрный дым, потеряв всякую форму, стремительно рванулся вперёд, как живая, голодная тень, и вонзился мужчине прямо в глаза.

На борту самолета

В кабине пилотов царила привычная рабочая атмосфера. Воздух казался разреженным, насыщенным запахом озона и горячего пластика приборной панели. Два пилота обсуждали предстоящий маршрут, сверялись с показаниями приборов и настраивали бортовые системы. Тихий стрекот тумблеров и монотонный гул двигателей создавали иллюзию абсолютной безопасности. Один из них отвлёкся от панели управления и посмотрел на стоящую в дверях стюардессу. — Спасибо, Аманда. Как дела? Молодая женщина с миловидным лицом улыбнулась. Её светлые волосы были собраны в аккуратную причёску, а у корней виднелись отросшие тёмные пряди. На ней была синяя форма, белая рубашка и небольшой красный шейный платок. Она выглядела воплощением профессионализма, хотя в её глазах читалась едва уловимая усталость. — Всё отлично, Чак. Аманда развернулась к входу в самолёт, где продолжалась посадка пассажиров. Шум толпы, шорох сумок и нетерпеливое переминание людей с ноги на ногу наполняли салон. — Добро пожаловать на борт. Она проверяла посадочные талоны, её пальцы двигались быстро и уверенно, направляя поток людей к их местам. — Пятнадцатое «С». Хвостовой салон, справа, — сказала она темнокожему мужчине в кожаной куртке. — Спасибо. Стюардесса дружелюбно улыбнулась ему вслед. Через несколько секунд на борт поднялся мужчина в чёрном костюме — Джордж . Его кожа казалась серой, почти восковой, а движения неестественно выверенными. Аманда привычно улыбнулась. — Приятного полёта. Мужчина повернулся к ней. — Ну, разумеется. На мгновение его глаза стали абсолютно чёрными. Бездонная, лишенная всякого блеска пустота, от которой по позвоночнику Аманды пробежал ледяной ток. Улыбка дрогнула. Она замерла, несколько раз быстро моргнула и покачала головой, чувствуя, как внутри всё сжалось от первобытного страха. Сердце тревожно кольнуло. «Показалось», — решила она, судорожно выдохнув. В этот момент к ней уже подошла следующая пассажирка. — Одиннадцатое «С». Центральный салон. Женщина поблагодарила её и прошла дальше, а Аманда невольно ещё раз посмотрела вслед мужчине в костюме, ощущая, как воздух вокруг него словно вибрирует от невидимого напряжения.

—

Спустя некоторое время самолёт уже уверенно летел на крейсерской высоте. Салон был заполнен пассажирами. Синие тканевые кресла с узорчатой обивкой тянулись ровными рядами вдоль прохода. Кто-то читал журналы, кто-то разговаривал с соседями, а некоторые просто отдыхали у иллюминаторов. Из динамиков раздался голос пилота. — Дамы и господа, через несколько минут вам будут предложены прохладительные напитки. Вы можете сообщить о своих пожеланиях нашим сотрудникам. Благодарим за выбор нашей авиакомпании. У окна одного из рядов сидел мужчина Джордж. Между ним и другим пассажиром расположилась женщина с аккуратно собранными в пучок волосами. Поверх полосатой зелёной рубашки на ней была тёмная деловая блуза. Мужчина повернулся к ней. — Простите, как долго мы уже в воздухе? Женщина взглянула на часы. — Около сорока минут. — Ого. Время быстро летит. Она лишь кивнула, возвращаясь к своему занятию. Мужчина натянуто улыбнулся. — Извините, пойду немного разомнусь. Женщина поднялась, пропуская его. Мужчина выбрался в проход, обошёл соседей и поправил пиджак. Он неспешно двинулся по салону, вежливо улыбаясь пассажирам. Его улыбка была пугающей, острой, словно маска. Несколько человек улыбнулись в ответ, не подозревая, какая тварь скрывается за этим фасадом. Только молодой парень в полосатой рубашке вдруг нахмурился. Его взгляд остановился на мужчине, который неожиданно замер возле аварийной двери. Парень недоумённо нахмурился, чувствуя, как внутри него оборвалась какая-то струна. Джордж обернулся к нему и одарил странной, почти хищной улыбкой. Затем положил руку на механизм двери. Лицо парня мгновенно побледнело. — Эй! Вы что делаете?! Его крик разнёсся по салону, разрезая гул самолета как пощечина. Пассажиры начали оборачиваться, в их глазах застыло непонимание, сменявшееся ужасом. В этот момент глаза мужчины снова стали абсолютно чёрными. И прежде чем кто-либо успел его остановить, он рванул рычаг. Раздался оглушительный металлический треск. Механизм, рассчитанный на колоссальное давление, поддался с визгом, от которого заложило уши. Дверь сорвало с креплений. Мощнейший поток воздуха, словно голодный зверь, мгновенно вырвал мужчину наружу. Его словно пушинку выбросило за пределы самолёта. Сорванная дверь ударила по хвостовой части лайнера. Один из элементов хвостового оперения отломился и исчез в облаках. Самолёт резко дёрнулся. Металл застонал под нечеловеческой нагрузкой. Салон взорвался криками. Людей бросало из стороны в сторону. Багаж, бумаги и личные вещи взлетели в воздух, превращаясь в хаотичный смерч. Тележки обслуживания покатились по проходу, сталкиваясь с креслами. — Помогите! — Господи! — Что происходит?! Стюардессы отчаянно пытались удержаться на ногах, цепляясь за подлокотники кресел. Одна из них начала пробираться к кабине пилотов. В это время в кабине завывали сигналы тревоги. Самолёт стремительно терял управление. — Мы сейчас разобьёмся! — закричал один из пилотов, отчаянно пытаясь удержать штурвал, который вырывался из его рук. Лайнер продолжало трясти, нос самолёта всё сильнее опускался вниз. Пассажиры в панике натягивали кислородные маски, которые качались над головами, как призрачные маятники, и судорожно хватались за подлокотники. Поток воздуха свистел по салону, высасывая саму жизнь из обреченных людей. Повсюду слышались крики, плач и молитвы. Самолёт стремительно нёсся навстречу земле.

штат Пенсильвания, США

Мотель

В тесном, прокуренном номере мотеля время словно застыло в липком предрассветном полумраке. Воздух был тяжелым, пропитанным застоявшимся ароматом дешевого моющего средства и старого ковролина. Дин раскинулся на кровати, напоминая поверженного в битве воина, чьим доспехом служили лишь потрёпанная футболка и шорты. Футболка сбилась, обнажая напряжённые мышцы живота. Он спал так, словно сама смерть могла подобраться к нему в любую секунду, но даже в этом забытьи тело оставалось готовым к прыжку. Тихий щелчок дверного замка прозвучал в тишине. Солнечный свет, пробившийся сквозь декоративную перегородку из рифленых янтарных блоков, прочертил на пыльном полу косые, неестественно яркие полосы. Дин дернулся, веки дрогнули, и рука, повинуясь инстинкту, выработанному годами жизни на грани, метнулась под подушку. В этот момент дверь захлопнулась с отчетливым металлическим лязгом. Дин рванулся вверх, мышцы на плечах перекатились под кожей, взгляд, еще подернутый остатками сна, сфокусировался на фигуре в проходе, пальцы уже сжимали холодную рукоять ножа. Это был Сэм. Его высокая фигура, облаченная в легкую ветровку поверх рубашки нежно-голубого с отливом лавандового оттенка, выглядела здесь неуместно мирно. В руках он держал бумажные стаканчики, от которых исходил едва уловимый аромат крепкого кофе. — Солнышко встало, — сообщил он, и в его голосе слышалась привычная спокойная ирония. Свет заливал комнату, обнажая безрадостную картину: коричневые обои с навязчивым ромбовидным узором, отбрасывающим длинные тени, и тусклый желтый свет настольной лампы, который теперь казался лишним и болезненным в лучах пробуждающегося дня. Дин выдохнул, напряжение медленно отхлынуло от его плеч, он позволил себе снова опуститься на подушку, хотя рука с ножом еще не до конца расслабилась. — Который час? — Без пятнадцати шесть. Дин нахмурился, чувствуя, как внутри закипает глухое раздражение на этот нелепо ранний час. — Утра? — Да. — Почему так рано? Он перевернулся на бок, опираясь на локоть. Его взгляд стал пронзительным и цепким, впиваясь в брата. — Ты хоть поспал ночью? — Да, пару часов уж точно. Дин сел на кровати, сбросив с себя остатки одеяла. — Врёшь. Сэм вопросительно поднял брови, изображая невинность, но его глаза выдавали усталость, глубоко залегшую в тенях под веками. — Я вставал в три часа. Ты смотрел телевизор. Я видел. — Ну да, — признал Сэм, опуская взгляд на коробку с пончиками, которую прижимал к боку. — Не мог оторваться. Дин подался вперед, в его позе сквозила скрытая угроза, смешанная с болезненным беспокойством, которое он так отчаянно пытался замаскировать под грубость. — Когда ты в последний раз нормально высыпался? Сэм задумался, глядя куда-то сквозь стену, словно в его памяти проносились бесконечные ночи, проведенные в поисках ответов. — Не помню. Давно. А это важно? — Важно. Сэм тихо усмехнулся, эта улыбка не коснулась его глаз, оставшись лишь на губах. — Я ценю твою заботу. — К чёрту заботу, — отрезал Дин, голос его прозвучал глухо и жестко. — От тебя зависит моя жизнь. Будь в форме, пожалуйста. Сэм коротко кивнул. Тишина, навалившаяся на комнату, была плотной, осязаемой. Дин вглядывался в лицо брата, пытаясь уловить в нем трещины, которые тот так тщательно латал . — У тебя кошмары из-за Джессики, да? Маска спокойствия на лице Сэма мгновенно осыпалась. Попал. Сэм тяжело выдохнул, и в этом звуке было столько подавленной боли, что воздух в комнате словно стал еще тяжелее, он подошел и сел на край кровати. Пружины жалобно скрипнули под его весом. — Да. Он замолчал, подбирая слова, которые вряд ли смогли бы облегчить груз, давящий на его плечи. — Не только из-за неё. Из-за всего. Я думаю об этой работе круглые сутки. Сэм протянул ему стаканчик. Дин принял его, крышка поддалась с тихим щелчком. Он сделал глоток. — Это ты зря. Нужно иногда отвлекаться. — А тебе эта работа не мешает спать по ночам? Дин отрицательно покачал головой, в его глазах блеснуло что-то холодное и отрешенное. — Вообще не страшно? — Вроде нет. Легкая, почти невидимая усмешка тронула его губы. Сэм негромко хмыкнул, в его жесте, когда он вдруг запустил руку под подушку Дина и извлек на свет нож, читалась смесь скепсиса и братского понимания. — Правда? — он продемонстрировал лезвие, которое тускло блеснуло в утреннем свете. Дин с невозмутимым видом забрал оружие, будто это был самый обычный предмет обихода. — Это предосторожность. — Хорошо. Как скажешь. Не хочу спорить, — глухо бросил Сэм, не поднимая глаз на брата, давая понять, что тема закрыта. — Кстати, а Джен где? — Дин прищурился, кивая в сторону двери, а затем отхлебнул кофе, будто вопрос был просто для галочки. — Ты потерял ее по дороге? — Очень смешно, Дин. — Сэм поднял на него глаза и спокойно ответил, слегка мотнув головой, указывая на дверь. — Какой-то парень стоял с ней у мотеля. Я заходил, они о чем-то говорили. — Что? — старший Винчестер поперхнулся, закашлялся и застыл с зажатым в руке стаканчиком, сурово насупив брови. — Что? Он не выглядел опасным. — Отлично, — он вложил в это слово всю язвительную горечь, которая в нем только нашлась. Губы сжались в тонкую линию. Он чувствувал себя так, будто Сэм совершил непростительную оплошность, которая понесет за собой ужасные последствия. Когда-то он обязался защищать их обоих. Любой ценой. Но порой его опека казалась просто смешной. Или это была ревность? Или, быть может, страх? Страх того, что какой-то парень станет ей ближе родного брата. — Дин ей 24. — он спокойно пожал плечами, невольно улыбнулся и выдал тихий смешок, забавляясь предсказуемой реакцией брата. — Сэм..., — Дин сделал небольшую паузу. Взгляд на секунду метнулся к окну, желваки заходили ходуном от вспыхнувшего желания пойти и оторвать незнакомцу голову. Он чуть сжал челюсть и чуть подался вперёд, уже почти меняясь в лице. Немного опустив голову, он сделал вдох. На смену беспокойству пришла привычная ирония. — Просто, скажи, что она его побила. — Дин... — выдохнул Сэм, расплылся в улыбке, почти смеясь. Осознавая абсурдность ситуации, он то и дело мотался взглядом к окну и Дину, с иронией наблюдав за тем, как его брат пытался скрыть свое недовольство. Дверь резко открылась и в ту же секунду захлопнулась. В комнату стремительно вошла Джен стряхивая с рукавов своей джинсовки дорожную пыль. — Сэм, если ты ещё раз увидишь меня рядом с каким-то ловеласом и пройдешь мимо... Клянусь, я убью тебя и пальцем не поведу, — смерив братьев взглядом, она остановилась и облокотилась на стол рядом с кроватью, застыв в недоумении. — У нас что, семейные переговоры, на которые меня не позвали? Дин, ты будто сейчас взорвешься. Сэм покачал головой, скрывая улыбку и уже собирался что-то ответить, как на прикроватной тумбочке завибрировал телефон. Дребезжащий звук аппарата, подпрыгивающего на твердой поверхности, показался оглушительным. Они трое, как по команде, уставились на мерцающий экран. Незнакомый номер. Дин нахмурился, его лицо стало непроницаемым, как камень. Он обменялся быстрым взглядом с братом и поднес трубку к уху. — Алло? В ответ последовала лишь мертвая тишина, нарушаемая сухим, нервным треском помех, словно кто-то дышал в трубку на другом конце провода, разделенного сотнями километров пустоты. А затем послушался голос. — Дин? По ту сторону, в кабинете, пропитанном въедливым запахом дешёвого кофе и озона от работающих мониторов, царил полумрак, разбавляемый лишь ядовито-зелёным свечением ламп. Мужчина в мешковатой клетчатой рубашке, занимающий должность начальника наземной службы координации полётов в аэропорту, сидел, вцепившись в телефонную трубку так, словно это был единственный предмет, удерживающий его в реальности. Бейдж на его шее подрагивал от каждого неровного вдоха. — Это Джерри Пановски. Дин на другом конце провода нахмурился, его брови сошлись на переносице, образуя резкую складку. Он молча перевел взгляд на Сэма, потом на Джен, пытаясь найти ответ в их глазах, но, не найдя подсказки, лишь едва заметно пожал плечами, давая понять, что понятия не имеет, кто звонит. — Вы с вашим отцом помогли мне пару лет назад. Воспоминания, словно мутная вода, начали медленно всплывать в памяти Дина, пробиваясь сквозь пелену недавнего сна. — Ах да, точно, да... — протянул он, и в его голосе прорезались нотки узнавания, хотя глаза оставались холодными и настороженными. — Да, было дело. Китаннинг, штат Пенсильвания. Тот полтергейст. Что, снова он? Джерри на другом конце провода коротко, почти истерично хмыкнул. Звук был сухой, скребущий. Это был звук человека, чьи нервы натянуты до предела. — Нет, нет, не он. Слава богу, нет. Улыбка, на мгновение появившаяся на губах Джерри, тут же увяла, обнажив всепоглощающий страх. Он ссутулился, подавшись вперед к аппарату. — Кое-что другое. Боюсь, куда более страшное. Дин тут же подобрался. Весь уют мотельного номера, вся утренняя расслабленность испарились, сменившись стальной концентрацией. Он выпрямился на кровати, его спина стала прямой, как струна, а взгляд сфокусировался на пространстве перед собой, как будто он уже видел угрозу, о которой еще не было сказано ни слова. — Что же? Тишина, последовавшая за вопросом, показалась неестественно длинной. Было слышно лишь гудение аппаратуры в кабинете Пановски и тяжелое, хриплое дыхание Джерри, которое транслировалось через динамик прямо в тишину номера. — Вы не подъедете? Вопрос прозвучал как мольба. В комнате воцарилась звенящая, давящая тишина. Сэм, до этого замерший с остатками кофе в руках, перевел тревожный взгляд на Дина. Джен присела рядом с ним. Воздух между ними сгустился, зарядившись предчувствием надвигающейся беды, которая всегда ходила за ними по пятам.

Международный аэропорт Лихай-Вэлли

Катасокуа, штат Пенсильвания, США

Служебный коридор аэропорта напоминал бесконечную кишку, выложенную холодным, безликим бетоном. Под лампами дневного света воздух казался стерильным и тяжелым, пропитанным едким запахом машинного масла и разогретого металла. Джерри Пановски, шагавший впереди, был воплощением нервной суетливости: его черный галстук, сбившийся в сторону, и бейдж, болтающийся на шее, подчеркивали статус человека, который привык к порядку, но сейчас чувствовал, как мир вокруг него трещит по швам. Дин, Сэм и Джен следовали за ним, их фигуры выделялись на фоне серых стен. Они двигались синхронно, как слаженный механизм. Вокруг простирались технические артерии аэропорта: на стенах, словно призраки былых полетов, висели чертежи, схемы систем жизнеобеспечения и фотографии узлов, которые когда-то поднимали тонны металла в небо. Рядом с одной из стен громоздились демонтированные детали шасси и турбин, напоминающие кости поверженного железного зверя. — Спасибо, что так быстро отреагировали, — Джерри говорил на ходу, почти не оборачиваясь, его голос был надтреснутым. — Я ведь до сих пор у вас в долгу за прошлый раз. Он метнул быстрый, почти умоляющий взгляд на Сэма. — Дин и ваш отец тогда здорово меня выручили. — Мы слышали, — отозвалась Джен, ее голос звучал холодно и собранно, она внимательно сканировала пространство коридора, словно ожидая подвоха в каждом повороте. — Кажется, это был полтергейст, — дополнил Сэм. В этот момент они поравнялись с механиком, который, согнувшись в три погибели над открытым блоком управления, возился с проводами. — «Полтергейст» моё любимое кино, — пробормотал он, даже не подняв головы, в его голосе слышалась насмешка, свойственная людям, которые устали от шума и чужих проблем. — Тебя никто не спрашивал. Работай, — резко бросил Джерри, и в его тоне промелькнула сталь. Механик лишь недовольно хмыкнул, перекрывая гул своих инструментов, и погрузился в работу. Словно пытаясь оправдаться перед гостями, он вновь повернулся к Сэму и Джен. — Так точно. Полтергейст. Эта тварь едва не развалила наш дом. — Он дернул головой, словно отгоняя навязчивое воспоминание. — Скажу вам честно, если бы не ваш отец и Дин, я бы сейчас здесь не стоял. Мужчина на секунду задержал взгляд на Сэме, в его глазах промелькнула странная смесь ностальгии и грусти. — Ваш отец говорил, что вы собирались поступать в колледж. — Да, верно, — ответил Сэм, его голос звучал ровно, хотя в глубине души что-то дрогнуло при упоминании отца. — Но сейчас каникулы. На лице Джерри проступила мягкая, искренняя улыбка, которая на мгновение сделала его моложе. — Знаете, отец так гордился вами. Постоянно о вас рассказывал. Сэм замер, его глаза на мгновение расширились. Признание, которого он так редко удостаивался при отце, теперь прозвучало как эхо из прошлого. — Правда? — Да. Постоянно. Затем Джерри повернулся к Дину, который шел чуть позади с непроницаемым лицом. — Кстати, я ведь пытался с ним связаться. Как он поживает? Дин дернулся, привычная маска на его лице едва заметно дрогнула. Он открыл рот, уже готовый произнести заготовленную ложь. — Он... — Он по уши в работе, — быстро вмешалась Джен, делая уверенный шаг вперед и перехватывая инициативу. Её голос был твердым, не допускающим дальнейших расспросов. Джерри, не заметив скрытого напряжения, понимающе кивнул, переводя взгляд на всю троицу. — Да, жаль, что его сейчас нет с нами. Но зато здесь Сэм. Тоже неплохо. Сэм выдавил из себя слабую улыбку, пытаясь скрыть легкую горечь в душе. — Да, я оказался поблизости. Они вышли в просторный технический ангар. Пространство было колоссальным, заполненным эхом шагов и лязгом металла. Неподалеку, под огромными лампами, стоял самолет, лишенный величия и окруженный копошащимися техниками. Кто-то проверял надежность креплений, кто-то дотошно осматривал двигатели, а небольшая группа специалистов изучала извлеченные детали, словно патологоанатомы вскрывали труп. Джерри провел их через лабиринт стеллажей к своему кабинету. Через минуту они оказались в тесном помещении, где мониторы отражались в окнах, создавая иллюзию присутствия чужих глаз. Мужчина подошел к компьютеру, его пальцы слегка подрагивали, пока он вставлял диск. — Вот, послушайте. Как раз по вашей специальности. Раздался щелчок, и по кабинету поплыл гул, переходящий в скрежет. — Я случайно получил к этому доступ. Запись переговоров рейса 2485 авиакомпании United Britannia. Дин напрягся, его плечи стали похожи на два натянутых стальных троса. — Наш самолёт, — глухо добавил Джерри. Из динамиков ударил звук, от которого по спине пробежал холодок: голос пилота, пропитанный отчаянием, пробивался сквозь плотную пелену помех и дикий вой тревожной сигнализации.

"Mayday, Mayday! United Britannia 2485. Прошу инструкции и помощь."

Пауза в эфире показалась бесконечной.

"United Britannia 2485, вас понял."

"У нас разгерметизация салона!"

На заднем плане разверзся ад: крики, свист ветра, рвущего металл, и хаотичный шум, от которого закладывало уши. Запись оборвалась резко, будто нож перерезал саму реальность. Несколько секунд из динамиков доносилось лишь зловещее шипение, переходящее в обрывки панических воплей и грохот, от которого в кабинете, казалось, завибрировали стены. Тишина, воцарившаяся после, была тяжелой и давящей. Дин, Сэм и Джен переглянулись. В их взглядах читалось одно и то же: это не случайность. Мистер Пановски тяжело вздохнул, его плечи опустились под тяжестью увиденного. — Самолёт разбился в двухстах милях отсюда, якобы из-за механической неисправности. Разгерметизация салона. Непонятно почему. И сотни человек выжили только семь. В том числе пилот. Дин нахмурился, а в его глазах зажегся огонек. Раз пилот жив, значит у них есть прямой свидетель. — Чак Ламберт. Мой старый друг. — Джерри опустил взгляд на свои сцепленные руки. — Он до сих пор не может прийти в себя. Думает, что это его вина. Сэм задумчиво потер костяшки пальцев, его разум уже выстраивал логические цепочки. — Но это не так. — Нет, конечно нет, — отрезал мужчина, в его голосе слышалось отчаяние. Сэм снова встретился взглядом с братом, безмолвно обмениваясь решением. — Джерри, нам понадобится список всех пассажиров и выживших. — Да, — добавил Дин, выпрямляясь и чувствуя, как внутри разгорается привычный холодный гнев. — И нельзя ли взглянуть на обломки? Джерри развел руками, в его жесте была безысходность. — Списки это не вопрос. А вот обломки... Они находятся в ангаре как вещественные доказательства. У меня туда нет доступа. На лице Дина растянулась уверенная, почти хищная ухмылка, обещающая, что любая преграда, это лишь временное неудобство. — Не проблема.

Городок Катасокуа

штат Пенсильвания, США

На стеклянной двери круглосуточного копировального центра "COPY JACK", словно в калейдоскопе, пестрели рекламные наклейки, обещающие полный спектр услуг по типу: «Computer Station», «Internet Access», «Quality Lamination» и «Friendly Service». Чуть ниже красовалась размашистая вывеска, сообщающая, что здесь рады клиентам двадцать четыре часа в сутки. Воздух на парковке был прохладным, с примесью бензинового выхлопа и сырости. Возле Импалы, опершись на глянцевый черный кузов, Дина ждали Сэм и Джен. Время тянулось невыносимо медленно, и Джен уже откровенно теряла терпение. Она сердито посмотрела на мерцающую неоном вывеску центра и недовольно произнесла. — Ещё пять минут, и я зайду туда, и вытащу его за шкирку. Сэм только усмехнулся, засунув руки в карманы куртки, и лениво оглядел полупустую парковку. В этот момент из здания наконец вышел Дин, аккуратно придерживая стеклянную дверь, застегивая на ходу куртку. Какая-то симпатичная девушка как раз заходила внутрь, едва не столкнувшись с ним в дверях. Она мазнула по нему заинтересованным взглядом. — Привет, — бросила она на ходу. — Привет, — ответил Дин, моментально состроив свою фирменную улыбку и проводив её взглядом. Однако, подойдя к машине, он наткнулся на ледяное и крайне недовольное выражение лица Джен. Улыбку пришлось свернуть. Сэм сочувственно развёл руками, явно разделяя позицию сестры. — Два часа пропадал. Дин с абсолютно невозмутимым видом залез во внутренний карман и достал оттуда три пахнущих свежим пластиком ламинированных удостоверений. — Суета была бы неуместна. Он протянул одно из них Сэму. Тот взял документ, поднес ближе к глазам, внимательно рассмотрел водяные знаки, печать и удивленно приподнял бровь. — Внутренняя безопасность? Это даже для нас перебор. Второе удостоверение Дин с легким поклоном передал Джен. Она осмотрела его со всех сторон, проверяя качество срезов ламинации, тихо хмыкнула и покачала головой, признавая, что работа сделана чисто. Тем временем Дин обошёл машину, довольный произведенным эффектом. — Зато организация новая. Их документы мало кто видел. Он открыл тяжелую дверь машины и уверенно сел за руль. Скрипнула старая кожа сидений. Через несколько секунд все трое уже привычно разместились в салоне, отсекая прохладу улицы. Джен повернулась с заднего сиденья к братьям, опершись локтями о спинку их кресел. — Ну что у вас? — спросил Дин. — Я расшифровал помехи на записи переговоров, — ответил Сэм, разворачивая к ним экран своего портативного компьютера. — Да? — Послушайте. Он открыл ноутбук, запустил программу обработки звука с кучей колеблющихся зеленых графиков и включил аудиофайл. Из динамиков поначалу доносилось лишь знакомое шипение и волнообразные аналоговые помехи. Но затем Сэм подкрутил ползунок частот, и сквозь цифровой шум, словно из глубокого колодца, проступил жуткий, замогильный голос.

«Никто не выжил... Никто не выжил...»

Запись закончилась резким щелчком. В салоне на мгновение воцарилась тяжелая тишина. Дин нахмурился, а пальцы крепче сжали руль. — "Никто не выжил"? Что это вообще значит? Их семь человек. — Именно, — кивнул Сэм, закрывая вкладку плеера. Джен задумчиво посмотрела в окно. — И что скажете? Призрак? Сэм на мгновение задумался, перебирая в голове архивы их старых охот. — Мы не в первый раз имеем дело с подобными явлениями на самолётах и судах. Помните рейс 401? Дин понимающе кивнул, вспомнив детали того старого дела. — Да. Разбившийся самолёт, детали, с которого поставили на другие машины, и их стали преследовать призраки пилотов. — Верно, — подтвердил Сэм. — Ты думаешь, тут нечто подобное? — спросила тихо Джен. — Возможно. Девушка потянулась к бардачку, взяла распечатанный список выживших пассажиров и начала медленно просматривать фамилии, подчеркнутые маркером. — Значит, никто не выжил... С кого начнем? — С третьего. Макс Джаффи, — без колебаний сказал Сэм. Дин обернулся через плечо, недоверчиво сощурившись. — Почему он? — Во-первых, он тут рядом. Во-вторых, мне кажется, он что-то видел. Джен перевела серьезный взгляд на братьев. Дин хмыкнул. — С чего ты взял? Сэм ответил раньше, чем Дженни успела что-либо сказать, мягко перебив брата. — Я разговаривал с его матерью, — он с мягким хлопком закрыл ноутбук и убрал его в сумку. — Она сказала, где его искать.

Психиатрическая клиника «Риверфронт»

штат Пенсильвания, США

Они приехали в психиатрическую клинику «Риверфронт». Несколько массивных кирпичных корпусов больницы мрачно возвышались за высоким, непреступным бетонным ограждением, увитым пожухлым плющом. Территорию вокруг старых зданий плотно окружали густые, запущенные кустарники, темные хвойные деревья и вековые раскидистые клёны, чьи широкие лапы отбрасывали на землю глубокие, рваные тени. Главный вход на территорию клиники наглухо перекрывали высокие, тяжелые металлические ворота из толстых вертикальных прутьев, сваренных между собой. Внутри за оградой находился просторный и тихий больничный двор, переоборудованный в благоустроенную прогулочную зону для пациентов. Вдоль чистых асфальтированных дорожек росли ухоженные деревья, стояли массивные деревянные столики с лавками, покрытые слоем свежего лака, а вдалеке по жухлой траве неспешно прогуливались несколько человек в одинаковых блеклых халатах под ненавязчивым, но бдительным наблюдением санитаров из медицинского персонала. Макс Джаффи шёл рядом с ними по одной из дальних дорожек, шурша опавшими листьями. Он тяжело опирался на деревянную трость с резиновым набалдашником и слегка приволакивал правую ногу, которая явно плохо слушалась его после крушения. На парне была простая, застиранная серая футболка, чёрная трикотажная кофта на молнии и серые спортивные штаны. Его тёмные волосы были слегка растрепаны, словно он постоянно взъерошивал их пальцами, а на бледном, осунувшемся лице проступала жесткая короткая щетина. — Не понимаю, — сказал он, его голос звучал тускло и надтреснуто. — Я уже разговаривал с вашими людьми. — Знаем, — ответил Дин, засунув руки в карманы куртки и подстраиваясь под его медленный шаг. — Но появилась новая информация. Мы зададим всего пару вопросов. — Перед падением самолёта вы заметили что-нибудь необычное? — спросил Сэм, внимательно вглядываясь в искаженное напряжением лицо парня. Макс нахмурился, на его лбу прорезалась глубокая складка. — Например? — Огоньки, — уточнил Дин, бросив быстрый взгляд по сторонам. — Какие-то странные звуки. Голоса. Макс обеспокоенно посмотрел на него, в его глазах промелькнула тень подозрительности, смешанной со страхом. — Нет. Ничего такого. Они подошли к свободному деревянному столику, стоявшему в тени старого клёна, и сели на прохладные лавки. Дин устроился прямо напротив парня, Джен и Сэм сели по бокам. — Мистер Джоффи, — начал Дин. — Джаффи, — автоматически поправил Макс, даже не взглянув на него. — Джаффи. Вы ведь сами попросились сюда? Макс медленно кивнул, его пальцы до белизны суставов сжали набалдашник трости. — Да. — Почему? Макс некоторое время молчал, его взгляд застыл на шероховатой текстуре деревянной столешницы. Слышно было только, как где-то в вышине деревьев шумит ветер. — Видите ли, я пережил авиакатастрофу. — Ага, — кивнул Дин, не сводя с него цепкого взгляда. — И это вас напугало? Оставило какую-то травму? Макс резко отвёл взгляд в сторону, его челюсть судорожно сжалась. — Я не хочу об этом говорить. Джен многозначительно переглянулась с Сэмом, заметив, как задрожали пальцы парня, после чего оба синхронно посмотрели на Дина, давая ему знак действовать тоньше. — А мне кажется, вы что-то видели, — спокойно сказал Дин, подавшись чуть вперед и понизив голос до доверительного полушепота. — И мы хотим узнать, что именно. Макс долго и напряженно смотрел куда-то в сторону ворот, словно взвешивая, стоит ли вообще доверять этим федералам в обычной одежде. Потом он резко повернулся к ним, в его глазах вспыхнуло отчаяние. — Нет. Мне просто привиделось. Показалось. Дин с многозначительной иронией покосился на Джен, приподняв одну бровь, мол, «ну конечно, классика». — А-а. Ему привиделось. Он недоверчиво отвёл взгляд, качнув головой. Сэм, решив сменить тактику брата, подался немного вперёд, положив большие руки на стол. — Хорошо. Просто расскажите нам, что вы видели. Джен посмотрела на Макса, в её голосе зазвучало искреннее сочувствие, лишенное всякого профессионального холода. — Послушайте. Мы не собираемся считать вас сумасшедшим. После того, через что вы прошли, вполне нормально сомневаться в собственных воспоминаниях. Но если вас что-то тревожит, расскажите нам. Возможно, это важнее, чем вам кажется. Макс глубоко, с хрипом вздохнул, словно ему не хватало воздуха. Он посмотрел на стол перед собой, поджал бледные губы и нервно облизнул их, собираясь с духом. Воспоминания явно причиняли ему физическую боль. Затем он заговорил, едва шевеля губами. — Там был этот.. мужчина. Винчестеры мгновенно сосредоточились, напряжение между ними сгустилось, как перед грозой. — Мужчина? — переспросил Сэм, прекращая делать какие-либо пометки в блокноте. Макс кивнул, его взгляд стал остекленевшим, устремленным вглубь того кошмарного дня. — С такими глазами... Черными. Джен, будто что-то заподозрив, насупилась, а Дин с Сэмом задумчиво окинули парня взглядом. — Чёрные глаза, — повторил Макс, заметив их реакцию, и его голос сорвался на шепот. — Полностью чёрные. Он нервно сглотнул, на его шее задергалась жилка. — И я видел... видел, как он... — Что? — тихо спросила Джен, затаив дыхание и подавшись ближе к парню. — Он... он открыл аварийный выход. Повисла тяжелая, звенящая тишина. Даже птицы на мгновение смолкли в ветвях над их головами. — Но это невозможно, — встряхнув головой, продолжил Макс, словно пытаясь убедить самого себя в собственной нормальности. — Я проверял. Такая дверь находится под давлением в несколько тонн. Он с надеждой посмотрел на Дина, ожидая, что тот подтвердит его логические доводы. Дин слегка вскинул голову, его лицо стало абсолютно серьезным и мрачным. — Да. — А этот человек... — начал Сэм, пытаясь прояснить детали появления твари на борту. — Он появился и исчез? Может быть, это был какой-то мираж или галлюцинация? Макс посмотрел на него так, словно не мог поверить, что ему всерьёз задали подобный вопрос после всего, что он доверил им. В его уставшем взгляде теперь читали одновременно яростное раздражение и полное недоумение. — Вы что спятили? Он резко покачал головой, отвергая любые намеки на свое безумие. — Обычный пассажир. Макс с силой ткнул указательным пальцем в деревянный стол, оставив на нем белое пятнышко. — Да он сидел прямо передо мной!

Штат Пенсильвания, США

Дом Фелпсов

Импала медленно подъехала к нужному адресу, мягко зашуршав шинами по гравию, и остановилась у обочины. Двигатель послушно затих, оставив после себя лишь легкое, едва ощутимое тепло, поднимающееся от капота. Дин посмотрел через лобовое стекло на стоящий впереди дом, щурясь от яркого дневного света, Сэм сверился с листом в руках, на котором быстрым почерком были выписаны данные из полетного манифеста. — Джордж Фелпс. Место "20С". Он еще раз взглянул на дом, словно пытаясь разглядеть сквозь чистые стекла окон хоть какой-то подвох. Джен наклонилась вперёд между сиденьями, почти касаясь плеча брата, и принялась с интересом рассматривать дом через открытое окно с его стороны. Прохладный весенний ветерок ворвался в салон, принеся с собой сладковатый аромат цветущих бутонов. — Нет, вы только представьте... Все трое синхронно открыли тяжелые двери и выбрались из машины. Дин обошёл длинный капот, его кожаная куртка тихо скрипнула, и он опёрся руками на черную глянцевую крышу машины, переводя взгляд на фасад. — Это какой же силой нужно обладать, чтобы открыть дверь самолёта во время полёта? — Если это вообще был человек, — заметила Джен, с глухим хлопком закрывая за собой дверь и поправляя ремень на джинсах. — Лично мне всё меньше в это верится. Сэм подошёл к машине с другой стороны, возвышаясь над кузовом, и тоже положил ладони на металл крыши, хмурясь от подступающих мыслей. — Он и не человек. Может, «Джордж Фелпс» — что-то другое. Монстр, который выглядит как человек. — Или что-то, что очень хорошо притворяется человеком, — задумчиво добавила Джен, скрестив руки на груди, не сводя глаз с аккуратного крыльца. Дин скептически посмотрел на них обоих, изогнув бровь в своей привычной манере, выражавшей явное сомнение. Потом он небрежным жестом указал в сторону дома. — Это, по-вашему, похоже на логово монстра? Сэм послушно повернулся и внимательно оглядел участок, прикидывая возможные пути отхода или места для засады. Но осматривать здесь было абсолютно нечего. Перед ними стоял просторный, залитый солнцем двухэтажный дом, словно только что сошедший со страницы дорогого журнала о загородной жизни. Светлый фасад был отделан безупречными деревянными панелями пастельного оттенка, а большие панорамные окна почти от пола до потолка ловили и отражали слепящие лучи. Вокруг раскинулся ухоженный, буквально вылизанный сад. Вдоль идеально вымощенных дорожек росли пышные, яркие цветы всех возможных оттенков, но особенно сильно выделялись насыщенно-красные, ровно посаженные клумбы. Возле парадного входа покачивались на ветру декоративные кашпо с каскадами цветущих растений, а плотные, сочно-зеленые кусты были подстрижены настолько ровно, что подчёркивали просто маниакальный порядок на всем участке. Сложная, массивная крыша с несколькими скатами и изящными декоративными элементами придавала всему строению уютный и одновременно солидный, дорогой вид. Несколько секунд все трое молча рассматривали эту почти идеальную, пасторальную картину, которая никак не вязалась с кровавым кошмаром в небе, а потом чеканя шаг по чистой плитке дорожки, направилась прямиком к тяжелой дубовой входной двери. Гостиная дома Фелпсов была буквально пропитана мягким уютом. Через огромные панорамные окна внутрь лился плотный поток дневного света, заставляя кружиться в воздухе редкие золотистые пылинки. На невысоком полированном журнальном столике, тускло поблескивая, стояла изящная стеклянная фруктовница на тонкой высокой ножке. Она была доверху наполнена крупными светлыми яблоками. Настолько бледными, что они казались почти белыми под прямыми лучами солнца. Справа от вазы, в тяжелой резной рамке, стояла семейная фотография. Сэм, устроившийся в глубоком велюровом кресле, осторожно взял снимок в руки, вглядываясь в черты лица улыбающегося мужчины. — Ваш покойный супруг? Он слегка приподнял рамку, переводя мягкий, сочувствующий взгляд на хозяйку дома. Бонни грустно кивнула. Она сидела на мягком диване по правую руку от Джен. Её аккуратные короткие волосы были уложены волосок к волоску на один бок. При каждом её движении на бледной шее поблёскивала тонкая золотая цепочка с крупным кулоном из мутного зелёного камня. Одета она была по-домашнему просто: поверх кружевной белой майки на плечи была накинута болотного цвета трикотажная кофта на крупных роговых пуговицах. Дополняли образ белые брюки с поливискозы. — Да, это мой Джордж. Напротив них, на жестком стуле с высокой спинкой, сидел Дин, закинув ногу на ногу и внимательно ловя каждое движение женщины. — Вы говорили, он был дантистом? Бонни тяжело, со свистом вздохнула, её плечи заметно опустились. — Да. Он летел в конференции в Денвер. Она опустила глаза на свои колени и нервно сцепила пальцы, сжимая их до побеления кожи. — Знаете, как он боялся летать. Джен, до этого молча изучавшая интерьер комнаты, удивлённо подняла брови и подалась чуть вперед, демонстрируя искреннее участие. — Правда? Уголки губ женщины судорожно дрогнули, силясь изобразить подобие улыбки, но вышло лишь горькое воспоминание. — Для него это был настоящий подвиг. На несколько секунд в просторной комнате повисла тяжелая тишина, нарушаемая лишь мерным тиканьем напольных часов где-то в коридоре. — Он вообще редко путешествовал, — негромко добавила Бонни, ломая пальцы. — Обычно находил любой повод, чтобы отказаться от перелёта. — Значит, эта поездка была для него действительно важной, — заметила Джен, аккуратно коснувшись ладонью плеча женщины, чтобы хоть немного её поддержать. — Да, очень. Джен сочувственно улыбнулась, стараясь говорить как можно мягче и деликатнее. — Простите, если вопрос слишком личный. Как давно вы были женаты? Лицо Бонни немного смягчилось, а в глазах на мгновение вспыхнул теплый свет прошлого. Она посмотрела сначала на Джен, затем перевела взгляд на братьев. — Тринадцать лет. — Это немалый срок, — тихо сказала Джен. — Лучшие тринадцать лет моей жизни, — ответила Бонни с грустной, но бесконечно нежной улыбкой. Сэм понимающе прикусил губу и осторожно, стараясь не издать ни звука, положил рамку с фотографией обратно на стеклянную поверхность стола. — А вы никогда не замечали в нём ничего странного? Может быть, в последние недели перед полётом? — Странного? — искренне переспросила Бонни, недоуменно моргнув. — Чего-нибудь необычного. Странное поведение, резкие перемены настроения, что угодно. Дин замер, переводя внимательный, сканирующий взгляд сначала на Сэма, а потом обратно на лицо женщины, ловя малейшие признаки лжи или недоговоренности. Бонни надолго задумалась, глядя на яблоки в вазе. — Нет... Она медленно покачала头, подтверждая свои слова. — Джордж был самым обычным человеком из всех, кого я знаю. — Совсем ничего? — на всякий случай решила уточнить Джен, внимательно вглядываясь в лицо хозяйки. Бонни наморщила лоб, искренне пытаясь вспомнить хоть какую-то деталь, и вдруг неожиданно для всех слабо усмехнулась. — Ну... у него была повышенная кислотность. В уютной гостиной мгновенно повисла густая, почти осязаемая неловкая пауза. Охотники замерли. Бонни, не заметив их замешательства, утвердительно кивнула. — Серьёзно. Он постоянно жаловался на желудок. Сэм, не меняя положения тела, медленно, очень медленно перевёл ошарашенный взгляд на Дина. Дин с каменным лицом посмотрел на Сэма. Затем оба они синхронно повернули головы в сторону Джен. Та, почувствовав на себе взгляды братьев, лишь едва заметно пожала плечами и развела ладонями, словно беззвучно говоря: «Ну, мы хотя бы проверили». — И никаких других странностей? — всё же решил поставить окончательную точку Сэм. — Нет, — уверенно и твердо ответила Бонни, выпрямляя спину. — Если бы что-то было, я бы заметила. Дин шумно выдохнул и легко поднялся. — Спасибо, что уделили нам время. Спустя несколько минут они уже выходили на крыльцо особняка, вдыхая свежий уличный воздух. Как только тяжелая дубовая дверь за их спинами со щелчком закрылась, Сэм остановился посреди дорожки и раздраженно покачал головой. — Короче говоря, это полная беспросветная чушь. Дин согласно кивнул, засовывая руки глубоко в карманы брюк. — Да. Немолодой дантист с язвой желудка как воплощение абсолютного зла звучит не слишком убедительно. — По крайней мере, теперь мы точно знаем, что идём не по тому следу, — заметила Джен, спускаясь по ступеням к машине. — Время потеряли, зато вычеркнули этот пункт. Они остановились возле Импалы, чей черный лакированный кузов буквально горел под полуденным солнцем. — Нам остаётся одно, — вкрадчиво продолжил Дин, облокачиваясь на дверцу своей любимицы. — Проникнуть в ангар и посмотреть на обломки. Он заговорщически посмотрел на брата и сестру, в его глазах зажегся знакомый азартный огонек. Сэм задумчиво потер подбородок, прикидывая уровень охраны правительственного объекта, и кивнул. — Верно. Но и выглядеть нам придётся соответственно. Джен подошла чуть ближе. Она уверенно протиснулась прямо между братьями, по-хозяйски положила руки им на плечи и слегка привлекла к себе. На мгновение её лицо приняло деловой вид, но тут же раскололось в довольной улыбке. Она явно наслаждалась своей маленькой властью. — А это значит, что сегодня вы мои подчиненные. Так что приготовьтесь повиноваться, мальчики. Сегодня вами руководит женщина. Оставив последнее слово за собой, она тут же юркнула на заднее сиденье, оставив парней на обочине. Дин на секунду завис, уставившись на захлопнувшуюся дверцу. Его лицо выражало искреннее потрясение. — «Руководит женщина», — тихо перекривлял он ее. — Ты это слышал, Сэмми? Сэм рядом лишь тихо усмехнулся, убирая руки в карманы куртки. Дин недовольно зыркнул на брата, и покачав головой сел в машину.

Катасокуа, штат Пенсильвания, США

Магазин одежды «MORT'S for style»

Из стеклянных дверей магазина деловой одежды с колокольчиком один за другим вышли Дин и Сэм. Плотная шерстяная ткань новеньких черных костюмов еще пахла фабричной свежестью и отпаривателем. Белоснежные воротнички рубашек плотно прилегали к шеям, а строгие узкие галстуки были завязаны безупречным виндзорским узлом. Дин резким движением одёрнул пиджак, разгладил ладонью ткань на груди, и, повернувшись к брату, скептически скривил губы. Он сомнительно окинул себя взглядом, явно чувствуя себя не в своей тарелке в этом пиджаке, и недовольно проворчал. — Мы похожи на людей в чёрном. — Не-а. Скорее на школьников, которые впервые пришли на выпускной бал. Следом за ними, мягко стуча каблуками по бетонным ступеням, из магазина вышла Джен. На ней был приталенный чёрный пиджак, идеально подчеркивающий фигуру, и белоснежная рубашка с несколькими легкомысленно расстёгнутыми верхними пуговицами, что полностью лишало её образ излишней чиновничьей строгости. Строгая чёрная юбка чуть выше колен и собранные в аккуратный высокий хвост волосы довершали образ главного следователя. Подойдя к братьям, она остановилась, скрестила руки на груди и окинула их долгим оценивающим взглядом с ног до головы. — Отставить панику, агент Нефф, — Джен снисходительно усмехнулась. — Выглядите отлично. Сэм не смог сдержать искренней улыбки. Он опустил голову и осмотрел сначала плечи Дина, а потом перевел взгляд на Джен. — Бред, — фыркнул Дин, оскорбленный в лучших чувствах, и недовольно поправил лацкан. — Дин, ты хочешь попасть в этот ангар или нет? — спросил Сэм, возвращая брата к суровой реальности их миссии. В ответ Дин лишь слегка, но ощутимо толкнул его локтем в бок, заставляя Сэма покачнуться. — Зануда, — заметила Джен, проходя мимо них к машине, улыбнувшись. Сэм тихо рассмеялся, подхватывая её тон. Дин картинно закатил глаза и решительно направился к машине, чеканя шаг. Джен остановилась у задней дверцы машины и посмотрела ему вслед, качая головой. — Тебе, кстати, идет, — отозвался Сэм, ровняясь с ней, на что получил ответную улыбку. — Знаешь, — сказала Джен, с тихим щелчком открывая заднюю дверь и закидывая сумку внутрь салона, — если нас раскроют, я скажу, что вообще вас не знаю. Вижу этих двух амбалов в первый раз в жизни. — Отличный план, — понимающе кивнул Сэм. — Я, возможно, сделаю то же самое. — Эй! — тут же возмутился Дин, опершись руками о крышу со стороны водительской двери и бросая на них свирепый взгляд через стекло. Дин что-то недовольно пробормотал себе под нос, усаживаясь на скрипнувшее кожаное сиденье. Через минуту все трое заняли свои привычные места. Тяжелые железные двери захлопнулись, отсекая звуки улицы, Дин повернул ключ в замке зажигания, и автомобиль, глухо зарычав мощным мотором, плавно тронулся с парковки, унося их к строго охраняемому правительственному ангару.

Международный аэропорт Лихай-Вэлли

Катасокуа, штат Пенсильвания, США

Они остановились у контрольно-пропускного пункта аэропорта. Это был небольшой, изолированный пост охраны перед въездом в закрытую служебную зону. Воздух здесь был пропитан запахом дешевого пластика и разогретой оргтехники. За толстой стеклянной перегородкой, отделявшей стерильный коридор от пропускной стойки, восседал дежурный охранник. Крупный темнокожий мужчина с очень короткой, почти зеркальной стрижкой был одет по форме: строгий серый пиджак, хрустящая белая рубашка и плотный чёрный галстук. Перед ним тускло мерцал жидкокристаллический монитор компьютера, а рядом лежал тяжелый, потрепанный журнал регистрации посетителей в синем коленкоровом переплете. Дин первым уверенно подошёл к стойке и с максимально серьёзным, непроницаемым выражением лица резким движением фокусника выхватил из кармана и продемонстрировал фальшивое удостоверение. Сэм, не теряя ни секунды, синхронно повторил его жест, нависая над стойкой своей массивной фигурой. Охранник лениво поправил воротничок, принял документы и принялся дотошно, под светом неоновых ламп, изучать водяные знаки на пластике. В момент, когда пауза грозила затянуться, вперёд плавной, но решительной походкой вышла Джен. Она с глухим стуком опустила на стойку пластиковую папку с бумагами, раскрыла её и уверенно, не допуская ни малейшего сомнения в своем праве находиться здесь, произнесла. — Внеплановая проверка вещественных доказательств по запросу управления. Эти двое работают со мной. Она быстро, с сухим шуршанием пролистала несколько отпечатанных бланков с грозными гербами и продемонстрировала верхний лист с какой-то жирной фиолетовой печатью прямо перед лицом охранника. — Отчёт должен быть готов до конца недели, поэтому нам нужно осмотреть обломки сегодня. Мужчина за стеклом еще раз подозрительно посмотрел на раскрытые удостоверения братьев. Затем медленно перевёл тяжелый взгляд на Джен. Та сохраняла абсолютно невозмутимое, даже слегка скучающее выражение лица, высокомерно приподняв подбородок, как и подобает заваленному бумажной работой старшему инспектору. Наконец, под этим ледяным натиском мужчина сдался, глухо кивнул и нажал круглую черную кнопку на серой приборной панели. Раздался резкий электрический зуммер, и замок на тяжелой двери щелкнул. — Проходите. — Благодарю, — сухо ответила Джен, захлопывая папку. Они слаженно миновали пропускной пункт и потянулись по длинному, гулкому коридору дальше вглубь охраняемого периметра. Через несколько минут перед ними с тихим скрежетом открылась тяжелая раздвижная дверь, и взору троицы открылся колоссальный, гудящий ангар. Внутри, прямо по центру огромного цеха под массивными переплетениями потолочных балок, стоял почти полностью разобранный самолёт. Зрелище было жутким и завораживающим одновременно. От некогда величественного лайнера остался лишь искорёженный, обожженный по краям титановый каркас и отдельные, грубо вырезанные автогеном секции некогда белоснежного фюзеляжа. Повсюду, занимая почти все свободное пространство на бетонном полу, валялись хаотичные металлические обломки, рваные куски обшивки с эмблемами авиакомпании и пучки разноцветных оголенных проводов, похожие на выпотрошенные внутренности механического чудовища. Между этими грудами мертвого железа аккуратными рядами стояли ярко-красные инструментальные тележки, пластиковые контейнеры с мелкими деталями и тяжелые передвижные металлические стеллажи. Под высоким, уходящим в полумрак потолком эхом разносились далекие, глухие звуки работающей где-то в соседних доках тяжелой техники и свист вентиляции. — Будьте повнимательнее, — тихо, почти шепотом заметила Джен, чувствуя, как по коже пробежал неприятный мороз от осознания масштаба катастрофы. Они осторожно подошли к одной из наиболее пострадавших секций корпуса, огороженной временной металлической сеткой, на которую техники небрежно намотали обрывки обгоревшей бортовой проводки. Все трое, мгновенно начали внимательно, сантиметр за сантиметром осматривать место происшествия. Дин медленно обходил обломки кругом, низко наклоняясь и внимательно вглядываясь в рваные края пробоин, словно надеясь найти там следы когтей или серы. Затем он залез во внутренний карман своего новенького пиджака и с загадочным видом достал оттуда довольно неуклюжее, угловатое устройство. Сэм удивленно прищурился, разглядывая странный агрегат. — Что это у тебя? Дин с гордым видом вставил в ухо пожелтевший от времени небольшой наушник на тонком проводе. — Измеритель ЭМЧ. Электромагнитных частот, — на всякий случай уточнил он. Сэм скептически посмотрел на прибор, на котором красовались царапины и наспех примотанная изолента. — Я знаю, что такое ЭМЧ. Но почему он выглядит как старый плеер? На лице Дина мгновенно появилась довольная, почти детская улыбка. Он ласково провел пальцем по пластиковому корпусу. — Потому что когда-то им и был, — Он гордо поднял устройство на уровень глаз братьев, демонстрируя самодельные тумблеры. — Ручная работа. Джен с трудом сдержала смешок, прикрыв рот ладонью и качая головой от этой неистребимой сыщицкой романтики. Сэм лишь понимающе и обреченно кивнул. — Да. Сразу видно. Дин посмотрел на брата тяжелым, долгим взглядом, словно всерьёз раздумывал, стоит ли тратить время на достойный ответ этому двухметровому зануде. Затем он демонстративно проигнорировал его слова, сохранив абсолютно серьёзное лицо, и щелкнул тугим тумблером на боковине. Он включил прибор. В наушнике сразу послышалось лёгкое, ритмичное потрескивание статических помех, отдающееся в барабанных перепонках. В ту же секунду Винчестеры замерли, переставая дышать и напряженно ожидая, покажет ли самодельное устройство хоть какую-то аномальную активность среди мертвых обломков разбившегося самолёта. Они медленно продвигались между длинными рядами высоких металлических стеллажей, стараясь держаться в тени массивных полок. Повсюду, рассортированные по секциям, лежали изувеченные детали самолёта: искорёженные фрагменты внешней обшивки с облезшей краской, вспоротые части пассажирских кресел с торчащим наружу поролоном, разбитые пластиковые панели иллюминаторов, оборванные пучки проводки и десятки пронумерованных контейнеров с более мелкими элементами конструкции лайнера. Дин шёл впереди, слегка согнув ноги для бесшумности. Он внимательно водил своим самодельным измерителем ЭМЧ над полками, ящиками и грудами искорёженного металла, держа наушник прижатым к уху. Сэм и Джен неотступно следовали за ним, синхронно осматриваясь по сторонам и контролируя проходы между стеллажами. Несколько минут прибор глухо и монотонно молчал, выдавая лишь чистый белый шум. Но вдруг из наушника раздалось громкое, отчетливое потрескивание. Затем сухое электрическое шипение. И наконец, резкий, яростно нарастающий треск, от которого Дин даже поморщился. Он мгновенно остановился, подняв свободную руку, призывая остальных к замиранию. — Есть. Он сделал несколько быстрых шагов в сторону, ориентируясь на чистоту звука, и снова поднял прибор над одной из полок. Шум в наушнике усилился до победного визга. Джен и Сэм тут же подошли ближе, заглядывая через его плечо. Перед ними на отдельном, изолированном стеллаже лежала массивная, покрытая царапинами металлическая ручка аварийного выхода. Дин внимательно посмотрел на находку, и на его лице отразилось мрачное удовлетворение. — Смотрите. Ручка аварийной двери. Он убрал трещащий прибор во внутренний карман и осторожно, едва касаясь, взялся за холодный металл. На поверхности, прямо вокруг основания рычага, отчетливо виднелся странный тёмный налёт, густой и маслянистый, слегка смешанный с цементной пылью и копотью. Дин слегка потёр его подушечками пальцев. На коже остался липкий, почти черный след. — Что-то здесь есть. — Скоро выясним, — коротко ответил Сэм. Он привычным движением достал из кармана небольшой складной нож и чистое предметное стекло из походного набора. Аккуратно, стараясь не дышать, соскоблив лезвием часть налёта, Сэм ловко перенёс полученный образец на тонкую стеклянную пластину и прижал сверху вторым стеклом. По ту сторону ангара у удаленного контрольно-пропускного пункта, размашистым шагом появились двое мужчин в абсолютно безупречных, отглаженных чёрных костюмах. Они уверенно, с холодным изяществом хищников подошли к застекленной стойке и синхронно показали свои удостоверения. На этот раз настоящие. Дежурный охранник посмотрел на документы, перевел взгляд на их суровые лица и тяжело, со свистом вздохнул, роняя голову на руки. — О боже. И вы туда же. Один из прибывших агентов недоуменно нахмурился, его голос прозвучал как удар хлыста. — Простите? — Вам что, одной группы мало? — раздраженно буркнул охранник, потирая переносицу. — О чём вы? Охранник недоумённо и с нарастающим подозрением посмотрел на них через стекло стойки. — Трое ваших уже прошли минут пять назад. Мужчины в костюмах мгновенно переглянулись, и в их глазах отразилось жесткое понимание ситуации. Они вихрем бросились в сторону огромных дверей ангара. Следом за ними, на ходу расстегивая кобуры, побежали ещё несколько дежурных сотрудников местной службы безопасности аэропорта. Внутри ангара, среди лабиринта стеллажей, первой едва уловимые, частые шаги и тихий скрежет подошв услышала Джен. Она резко подняла голову, напряженно замерев. — Мальчики, по-моему, у нас проблемы. И очень серьезные. Дин и Сэм одновременно обернулись, мгновенно убирая нож и образцы в карманы. Со стороны далекого входа уже вовсю доносились раскатистые, бьющие по ушам крики, усиленные эхом высоких потолков. — Всем оставаться на местах! Оружие на пол! Пятеро вооружённых мужчин с пистолетами в руках ворвались в ангар, веером расходясь по позициям, и начали быстро, сектор за сектором осматривать гигантское помещение, держа входы под прицелом. Но Винчестеры уже бесшумно исчезли среди плотных рядов тяжелого оборудования и контейнеров. Действуя как единый механизм, они тенью проскользнули через неприметный технический боковой выход и оказались на свежем воздухе. Несколько секунд троица быстро, пригибаясь к бетонным плитам, отходила вдоль стены здания, стараясь не привлекать внимания патрулей на летном поле. Но иллюзия безопасности длилась недолго. Прямо над их головами, заставляя вибрировать воздух, оглушительно и затяжно завыла общая сирена тревоги аэропорта. — А вот теперь бежим! — на ходу бросил Дин. И все трое изо всех сил сорвались с места. Сэм, благодаря длинным ногам, сразу вырвался на пару метров вперёд, прокладывая дорогу. Джен, споткнувшись на первом же шаге о стык плит, прямо на ходу резкими движениями скинула узкие туфли на тоненьких шпильках, подхватила их в левую руку и оставшись босиком, заметно ускорилась, легко догоняя братьев. — Ненавижу каблуки! — яростно крикнула она, тяжело дыша и перепрыгивая через какую-то трубу. Они добежали до высокого, около трех метров, металлического сетчатого ограждения, обозначавшего внешнюю границу охраняемой территории аэропорта. Самый верх забора был густо оплетён ржавой, блестящей на солнце колючей проволокой. — Ну конечно, — раздражённо и зло на выдохе бросила Джен, упираясь руками в колени. Дин, не теряя ни секунды, прямо на бегу сорвал с себя строгий пиджак. Он с силой набросил плотную ткань пиджака прямо на острые зубья колючей проволоки, примяв их к верхней перекладине. После чего, оттолкнувшись от сетки, ловко, словно кошка, взобрался наверх, ухватился за защищенный участок и легким перемахом перепрыгнул через забор, тяжело приземлившись на сухую траву с той стороны. Сэм последовал за ним почти сразу, с легкостью преодолев препятствие за счет своего роста. Джен подбежала к сетке последней. Она критически оценила высоту ограждения, еще крепче сжала лакированные туфли в руке и шумно вздохнула. Перекинув туфли, она пружинисто прыгнула, легко подтянулась на руках, цепляясь носками за ячейки сетки, перебралась через верхнюю перекладину прямо по пиджаку и уже начала быстро спускаться с обратной стороны. Сэм, оценив ситуацию, протянул руки вверх и помог ей удержать равновесие, аккуратно придерживая за ноги и плавно опуская вниз. Через секунду девушка уже уверенно стояла босыми ступнями на мягкой придорожной земле. Она потянулась вверх, одним резким движением сняла с забора изрядно запылившийся пиджак Дина и не глядя бросила его владельцу и подняла обувь с земли. Тот поймал его на лету одной рукой, ловко закинув через плечо. — Ну хоть для чего-то этот костюм пригодился, — с легкой одышкой сказал Дин, достав ключи от машины из кармана пиджака. Не сбавляя бешеного темпа и испуганно оглядываясь на воющие вдали сирены, все трое быстрым шагом помчались через перелесок дальше, где за густыми кустами на неприметной парковке их преданно ждала Импала.

Аэропорт

Зал ожидания

В одном из залов ожидания аэропорта, скрытом от основного потока пассажиров, за небольшим столиком сидели двое мужчин. В просторном помещении, благодаря высоким панорамным окнам, было светло, а за стеклом открывался широкий вид на бесконечную серую бетонную полосу, где то и дело заходили на посадку или взлетали огромные лайнеры. Чак Ламберт нервно, до хруста сжимал в ладони теплый бумажный стаканчик с остывающим кофе. На нем были простые темно-коричневые брюки, легкая бежевая куртка поверх светлой рубашки в мелкую полоску. На левой руке при каждом движении пальцев поблёскивало золотое обручальное кольцо, а чуть выше на запястье прочно сидели массивные серые часы с крупным циферблатом. Напротив расположился его коллега — Лу. Мужчина немного моложе Чака, одетый подчеркнуто повседневно: в синюю трикотажную кофту, спортивную ветровку с тонкими белыми полосами на рукавах и потертые джинсы. Они сидели в глубоких, мягких тёмно-синих креслах, которые располагались у самого стекла. Между ними стоял невысокий деревянный столик, на котором веером были разложены рекламные журналы об авиации и два стаканчика кофе. Вокруг кресел в массивных глиняных кадках росли большие декоративные растения с широкими глянцевыми листьями, создавая в этом казенном месте почти домашнюю, расслабляющую атмосферу. Но Чаку расслабиться не удавалось. Он нервно покусывал сустав указательного пальца, совершенно не сводя застывшего, напряженного взгляда с окна. — Слушай, Чак, — мягко сказал Лу, нарушая затянувшуюся тишину. — Это как снова сесть на лошадь после долгого перерыва. Он глубже откинулся на спинку кресла и с теплой поддержкой посмотрел на друга. — Хотя наш сегодняшний самолётик даже не лошадь. Так, скорее маленький пони. Тебе понравится. На бледном лице Чака не появилось даже слабого намёка на улыбку. Страх сковал его изнутри. — Я буду сидеть рядом, — продолжил коллега, понимая его состояние. — В любой момент заберу штурвал себе, если понадобится. Ты в полной безопасности. Чак лишь в ответ молча и тяжело кивнул, с трудом сглотнув вставший в горле ком. Мужчина шумно вздохнул и покачал головой. — Ладно. Если сегодня все-таки не хочешь, я не тороплю. Можем перенести. — Нет, — тихо, но твердо ответил Чак, впервые подняв глаза на друга. — Ждать ещё хуже. Изведу себя. Мужчина понимающе кивнул и слегка, ободряюще хлопнул его по плечу. — Тогда договорились. Его как раз сейчас заправят на поле, и вперёд. Он поднялся из мягкого кресла, поправил ветровку и неспешным шагом направился куда-то в сторону служебных помещений для персонала. Чак остался в зале ожидания совершенно один. Он поднес к губам стаканчик, сделал один небольшой, вымученный глоток горького кофе и устало, с силой потёр ладонью лоб, пытаясь прогнать накатившую головную боль. В этот момент из узкой вентиляционной решётки под самым потолком, расположенной в углу зала, начало медленно, змеиными кольцами выползать что-то странное. Сначала это движение напоминало обычный густой дым от подгоревшей проводки. Но нет. Это было слишком живое. Слишком целенаправленное и подвижное. Тёмная, рассеянная маслянистая масса закружилась в воздухе под потолком, словно огромный, плотный рой крошечных разъяренных насекомых. Она двигалась резкими, ломаными рывками, меняя свою бесформенную структуру каждую секунду. Вместе с появлением этой мглы по залу ожидания разнёсся едва различимый, шуршащий шёпот. Это были сотни, тысячи одновременных голосов. Мужских. Женских. Дрожащих старых. Тонких молодых. Они диким слоем накладывались друг на друга, превращаясь в жуткий, неразборчивый и сводящий с ума гул, от которого закладывало уши. Чак нахмурился, почувствовав, как волоски на его шее встали дыбом. Он поднял голову от стаканчика и начал испуганно оглядываться по сторонам. — Что за... Рой кружил над залом, стремительно опускаясь ниже и закручиваясь вокруг Чака всё быстрее и плотнее. Воздух в комнате резко похолодел. Чак в панике резко поднялся со своего кресла, опрокинув стаканчик с кофе. Темная жидкость быстро потекла по столу. Ему показалось, что в воздухе действительно летает какая-то безумная мошкара или саранча. Он судорожно отмахнулся рукой, пытаясь защитить лицо. Но тёмное облако внезапно, словно повинуясь чьей-то жесткой воле, устремилось единым плотным потоком прямо к нему. Чак испуганно отшатнулся назад, налетев спиной на кадку с растением. На долю секунды ему показалось, что тысячи зависших в воздухе чёрных точек замерли перед самым его лицом. А затем рой словно взорвался яростным движением. Тёмная, похожая на сажу масса с размаху ударила ему прямо в открытые глаза. Чак истошно вскрикнул, но звук оборвался на полуслове. Он зажмурился, хватаясь руками за лицо. Мелкие чёрные частицы дыма исчезли внутри его глазных яблок так стремительно и легко, будто их с силой засосало внутрь какая-то невидимая мощная помпа. Шёпот сотен голосов в голове мгновенно оборвался, оставив после себя звенящую пустоту. Всё вокруг снова стало идеально тихо, как и несколько минут назад. Только перевернутый стаканчик продолжал тихо капать на ковролин. Чак замер как вкопанный посреди безлюдного зала. Тяжело, со свистом и хрипом дыша, он медленно, сантиметр за сантиметром опустил дрожащие руки от лица и открыл глаза. Несколько секунд абсолютно ничего не происходило. Мужчина просто стоял, глядя перед собой. А потом его взгляд резко, кардинально изменился. Круглые зрачки исчезли. Цветная радужка растворилась. Белки глаз тоже стремительно затянулись чернильной пеленой. На короткое, пугающее мгновение его глаза стали бездонно чёрными. Точь-в-точь как у твари, которую описывал выживший пассажир. После чего Чак медленно, хищно и совершенно неестественно улыбнулся, глядя на свое отражение в панорамном окне аэропорта.

Аэропорт

Кабинет Джерри Пановски

В кабинете повисла тяжелая тишина. Вся троица замерла у стола в ожидании вердикта. Их предельно серьезные взгляды, были прикованы к Джерри. Они по-прежнему были облачены в свои фальшивые костюмы, но долгий день уже оставил на них свой след: у Джен слегка растрепались волосы, непослушными прядями выбившись из строгой прически, а у парней расслабились узлы и криво съехали набок галстуки. Пановски склонился над массивным цифровым микроскопом, задумчиво подкручивая колесико фокуса. Прибор в реальном времени выводил трансляцию на большой монитор компьютера, возвышающийся над бумагами на столе. В холодном свете ярких диодов на экране отчетливо проявились мазки вещества, снятого с ручки аварийного люка. Это была россыпь желтоватых, плотных кристаллических частиц. Их острая, словно битое стекло, колотая геометрия и характерный кислотный, болезненно-желтый оттенок не оставляли никаких сомнений в природе находки. Мужчина оторвался от окуляра и выпрямился, переводя взгляд на агентов. — Хм. Эта штука покрыта серой, — констатировал он. — Точно? — с нажимом переспросил Сэм, подавшись немного вперед. — Сами взгляните, — Джерри вскинул руки вверх в жесте абсолютной уверенности, уступая им место. Плотную атмосферу кабинета разорвал громкий скандал в коридоре. — Эй, ты что, с ума сошел?! — глухо пробился сквозь стены возмущенный вопль. — Отстань от меня! — тут же агрессивно огрызнулся второй голос. Мужчина устало закатил глаза и тяжело вздохнул, поправляя рубашку. — Извините, мне нужно кое-кого уволить, — бросил он и решительно зашагал к выходу. Распахнув дверь, он с ходу врезался в эпицентр перепалки: — Ты, Эйнштейн! Да, ты! Подойди! Дверь с щелчком захлопнулась, отрезая их от корпоративных разборок. Дин тут же шагнул к столу, занимая оставленное кресло. Он оперся ладонями о столешницу и наклонился ниже, почти касаясь лицом окуляра микроскопа, игнорируя то, что картинка во всех деталях транслировалась прямо на монитор. Несколько секунд он молча и въедливо рассматривал ядовито-желтые кристаллы на предметной прозрачной пластине. — Хм, — хрипло и многозначительно произнес Дин, не отрывая взгляда от прибора. Он резко выпрямился, засунув руки в карманы брюк своего нового, теперь уже слегка помятого после забора костюма. — Знаете, мало кто оставляет после себя столько серы. Джен, стоявшая чуть в стороне, медленно, тяжело выдохнула, озвучивая общую, самую паршивую мысль. — Демоны. Сэм перевёл хмурый взгляд с сестры на Дина, его брови сошлись на переносице. — Одержимость? Хочешь сказать, этот несчастный дантист просто оказался не в то время не в том месте? — Это объясняет, откуда у обычного мужика с язвой желудка хватило силы, руками открыть аварийный выход, — жестко ответил Дин. Сэм задумчиво кивнул, соглашаясь с логикой брата. — Если он был одержим, то это возможно. — Да, — согласилась Джен, но в её голосе не было облегчения. Напротив, она сделала шаг назад и скрестила руки на груди, качая головой. — Но тут особый случай. Она выразительно посмотрела на мерцающий экран микроскопа, где желтели кристаллы серы. — Одно дело: вселиться в человека и провернуть какую-нибудь грязную сделку или кого-то зарезать в подворотне. И совсем другое: заставить его устроить авиакатастрофу. Это совсем разные вещи. Зачем демону уничтожать целый самолет? В кабинете мгновенно повисла тяжелая, гнетущая тишина. Слышно было только, как за дверью Джерри Пановски на повышенных тонах отчитывает какого-то лаборанта. Сэм посмотрел на старшего брата, надеясь, что у того найдется пример из отцовского дневника. — Ты когда-нибудь слышал о чём-то подобном? Дин медленно покачал головой, и его лицо стало непривычно серьезным и мрачным. Вся ирония, которая была на нем у магазина одежды, окончательно испарилась. — Никогда, — он бросил быстрый, неприязненный взгляд на образец серы.

Аэропорт

Взлетная полоса

На залитой солнцем рулёжной дорожке, неподалёку от припаркованого легкомоторного самолёта, стоял Лу, нетерпеливо переминаясь с ноги на ногу и поджидая Чака. Через несколько секунд тот наконец появился из дверей служебного ангара. Чак шёл на удивление быстрым, размашистым шагом. На его лице играла лёгкая, почти азартная улыбка, совершенно не похожая на ту натянутую маску страха, что была минуту назад в зале ожидания. Он выглядел собранным, подтянутым, но в то же время как-то непривычно, лихорадочно оживлённым. — Эй, я готов! Полетели? — громко окликнул его Чак, всматриваясь в лицо друга. Лу на секунду замер, словно подбирая нужные слова, затем широко и фальшиво улыбнулся и, будто с колоссальным облегчением, кивнул. Чак резко развернулся в сторону самолёта, всё ещё продолжая улыбаться своей новой, пугающе застывшей улыбкой. Лу лишь слегка покачал головой, искренне удивлённый такой внезапной и радикальной переменой в его настроении, но послушно пошёл следом к борту. Небольшой учебный самолёт, сверкая свежей краской на фюзеляже, уже был полностью готов к вылету и тихо гудел прогревающимся двигателем. Через несколько минут они оба уже находились внутри тесной, застеклённой кабины. Чак, как главный пилот, уверенно занял своё левое кресло. На его голове уже был прочно закреплён массивный лётный гарнитур с поролоновым микрофоном у самого рта. Лу привычно устроился на правом пассажирском сиденье, застёгивая ремни безопасности. Самолёт медленно начал движение по бетонке, набрал скорость и вскоре, легко оторвавшись от земли, поднялся в чистое воздух. Внизу, стремительно уменьшаясь в размерах, остались плоские крыши зданий аэропорта, извилистые серые нити дорог и крошечные, похожие на жуков редкие машины. — Ну как ты? — спросил Лу, бегло проверяя тумблеры и светящиеся шкалы приборов на панели перед ними. — Отлично, — коротко, без тени сомнения ответил Чак и уверенно кивнул. Лу довольно усмехнулся, глядя на приборы. — Скоро вернёшься на большие пассажирские машины. — Надеюсь, — на редкость спокойно и ровно сказал Чак. Легкий одномоторный самолет уверенно резал винтом невидимые потоки холодного воздуха, оставаясь единственной движущейся точкой в бескрайней синеве. За время этого короткого перелета, занявшего чуть больше получаса, солнце успело лишь немного сместиться по небосводу, а ровный, монотонный гул двигателя успел превратиться в привычный, убаюкивающий фон. — Сколько мы летим? — деловито спросил Чак, удерживая курс. Лу бросил быстрый взгляд на свои наручные часы. — Минут сорок. Не больше. Чак странно, тихо усмехнулся, глядя перед собой на бескрайний горизонт. — Да, тут, время быстро летит. И в этот момент, без какого-либо предупреждения, его рука внезапно, мёртвой хваткой вцепилась в штурвал и уверенно, с силой потянула его вперёд, от себя. Маленький самолёт резко, со свистом воздуха за окнами, задрал хвост и начал крутое, неуправляемое снижение. — Эй! Ты что творишь?! — в смертельной панике закричал Лу, хватаясь за свой дублирующий штурвал и пытаясь выровнять нос. Но Чак уже развернулся к нему всем корпусом. Его массивный локоть с жестокой силой резко ударил коллегу прямо в бок, под дых. Лу судорожно дёрнулся от боли, его голова мотнулась в сторону, и он мгновенно обмяк в кресле, полностью потеряв сознание. Чак даже не удостоил его мимолётным взглядом. Он медленно, с механической плавностью повернул голову обратно вперёд, лицом к стремительно приближающейся земле. Его глаза стали абсолютно, беспросветно чёрными. Без круглых зрачков. Без цветной радужки. Только плотная, глянцевая и пугающая своей мертвенностью пустота, заполнившая всё глазное яблоко от края до края. Самолёт на полной скорости, ревя мотором, стремительно нырнул носом вниз, идя на таран. Через несколько кошмарных секунд он с оглушительным скрежетом и грохотом врезался точно в массивную металлическую опору высоковольтной линии электропередачи. Толстый столб мгновенно треснул и согнулся, во все стороны снопами посыпались ослепительные электрические искры. Оборванные толстые провода со свистом лопнули и тяжелыми змеями рухнули на сухую землю. По пыльной просёлочной дороге, пролегающей прямо под ЛЭП, в этот момент мирно ехал старый красный трактор. Водитель в потертой клетчатой рубашке и старой кепке от неожиданного грохота резко ударил по тормозам, сбросил скорость и в полном шоке уставился через лобовое стекло вверх, на разворачивающийся кошмар. — Господи… — только и успел испуганно выдохнуть он, вжимаясь в сиденье. В следующий миг прямо перед ним раздался чудовищный взрыв. Яркое пламя и тучи искорёженных, горящих обломков обшивки с гулом вспыхнули посреди упавших, искрящих проводов и развороченной взрывом сухой земли, мгновенно превращая легкий самолет в пылающий погребальный костер.

Аллентаун, штат Пенсильвания, США

Мотель

В маленьком, тесноватом номере дешёвого придорожного мотеля царил глухой, удушливый полумрак. Плотные шторы были задёрнуты наглухо, отсекая любые звуки и свет с улицы. На блеклых стенах, прямо поверх дешёвых обоев с въевшимся запахом табачного дыма, были наспех развешаны распечатки технических схем самолёта и жуткие глянцевые фотографии обломков рейса 2485. На колченогой прикроватной тумбочке тускло горел старый светильник с помятым красным абажуром, отбрасывая на комнату багровые, тревожные тени. Рядом с ним громоздились неровные стопки распечатанных газетных вырезок и тяжёлые открытые книги по демонологии с многочисленными поспешными пометками карандашом на полях. Сэм сидел за узким столом, низко наклонившись к экрану своего ноутбука. Прямо перед ним высилась стена, полностью увешанная его собственными заметками, картами и стрелочками, связывающими даты прошлых крупных крушений. Дин и Джен расположились на широкой скрипучей кровати. Перед ними веером были разложены старые фолианты: часть из них была раскрыта где-то на середине, часть небрежно перевёрнута обложками вверх. Джен устроилась на животе, подперев подбородок ладонями, и лениво, с тихим шуршанием перелистывала пожелтевшие страницы с древними гравюрами. Дин сидел рядом на самом краю матраса. Тяжело опершись локтями о собственные колени, он задумчиво перелистывал страницы какой-то старой книги, вслушиваясь в сухой шелест бумаги. Сэм заговорил первым, не отрывая напряжённого взгляда от мерцающего монитора. — Итак… любая мировая религия признает как самих демонов, так и одержимости ими, верно? И христиане, и индейцы, и индуисты... Все. Дин медленно покачал головой, даже не поднимая глаз. — Да, но подобное не описано нигде. Сэм вздохнул и указывая пальцем в ноутбук. — Не совсем. Японцы считают, что демоны могут вызывать катаклизмы. Как природные, так и техногенные. Он поднял указательный палец вверх, подчёркивая мысль. — Одни отвечают за землетрясения, другие — за болезни.. Джен тихо, скептически фыркнула, переворачивая очередную страницу с изображением какого-то рогатого чудовища. — А этот, значит, эксклюзивно отвечает за авиакатастрофы? Сэм устало, со свистом выдохнул и потер воспалённые от напряжения глаза. Дин резко встал с кровати, заставив её пружины жалобно звякнуть, и подошёл ближе к рабочему столу брата. — Значит, наш демон просто идёт в ногу со временем, — мрачно подытожил он, глядя на экран сверху вниз. — Перевёл убийства на конвейерный поток? — Да, — тихо ответил Сэм на выдохе. — Мы ведь, даже не знаем, сколько самолетов он уже так уничтожил. Дин раздражённо отвернулся и принялся мерить шагами тесную комнату. Он прошёлся из угла в угол, остановившись у стены возле приоткрытой двери в ванную, и озадаченно почесал затылок, о чём-то напряжённо думая. Сэм и Джен, уловив эту внезапную смену его мыслей, одновременно оторвались от своих занятий и посмотрели на него. — Что? — почти в один голос спросили они. Дин медленно повернулся к ним лицом. На секунду он замолчал, подбирая правильные слова, что бывало с ним крайне редко. — Не знаю, — наконец честно признался он, взмахнув руками. — Просто, вы поймите… демонам ведь не нужно ничего, кроме смерти и разрушений. Дело непривычное. Он ненадолго замолчал, и его голос стал непривычно глухим. — И жаль, что отца нет. Сэм понимающе, грустно кивнул, опуская плечи. — Да. Мне тоже. В комнате мгновенно повисла тяжёлая, гнетущая пауза. Каждый вспомнил о Джоне и о том, в какой глухой тупик они порой заходят без его дневника и чётких указаний. Джен молча смотрела на притихших братьев, а затем уверенным движением захлопнула толстую книгу, издав громкий сухой хлопок. — Отца здесь нет, — ровно и по-деловому произнесла она, разбивая повисшую тишину. В ее голосе не было ни капли жалости, только жесткая констатация факта. — И, как бы нам ни хотелось, справляться придется самим. Она поочерёдно посмотрела на обоих Винчестеров твёрдым, ободряющим взглядом. — Послушайте. Он учил нас этому всю жизнь. Когда папа понятия не имел, с какой тварью столкнулся, он рыл землю носом. И он бы точно не обрадовался, увидев, что мы тут сидим и сопли жуем. Мы знаем с чем имеем дело, а это половина работы. Дин посмотрел на неё, его суровое лицо немного расслабилось, и он коротко кивнул. Тишину номера бесцеремонно взорвал резкий, дребезжащий звонок мобильника Дина. Он мгновенно выхватил телефон, на ходу снимая блокировку, и прижал к уху. — Алло. — Дин, это Джерри, — раздался в динамике запыхавшийся, дрожащий от ужаса голос Пановски. На заднем плане у него что-то шумело. — Да, Джерри. На другом конце линии повисла короткая, зловещая пауза, сквозь которую было слышно только тяжёлое дыхание мужчины. — Мой друг… летчик, Чак Ламберт… погиб. Дин резко изменился в лице, его брови взлетели вверх, а пальцы мёртвой хваткой впились в пластиковый корпус телефона. — Что?! Сэм и Джен, уловив эту мгновенную перемену в его тоне, синхронно подняли головы, вытягиваясь в струнку. — Что случилось, Джерри? — быстро и требовательно спросил Дин. — Час назад он поднялся в воздух со своим приятелем в воздух… и самолёт рухнул, — разбитым голосом выговорил Джерри. После этих слов тишина в мотельном номере стала ещё плотнее. Джен и Сэм переглянулись. Их худшие опасения подтверждались с пугающей скоростью. Демон не терял времени. — Где именно? — быстро уточнил Дин, уже начиная собираться глазами. — В шестидесяти милях отсюда. Возле Назарета. Дин медленно, шумно выдохнул через нос, и на его губах появилась горькая, злая усмешка. — Какая ирония судьбы. — Прости, что? — не понял Джерри сквозь помехи. — Ничего. Забудь, — Дин крепче сжал телефон, восстанавливая контроль над голосом. — Джерри, подожди нас. Мы сейчас приедем. Он резко нажал на кнопку отбоя. Джен нахмурилась, уже всё понимая без лишних слов. — Снова он? Дин уже размашистым шагом направлялся к выходу, на ходу сдёргивая со спинки стула свою кожаную куртку. — Да. Он накинул куртку на плечи и схватил со стола ключи от машины. — Едем. Сэм поднялся следом, быстро закрывая крышку ноутбука и пряча его в сумку. — Куда? Дин остановился у самой двери и коротко, со значением посмотрел на брата через плечо. — В Назарет. Сэм на секунду замер, а затем коротко усмехнулся — нервно, без тени реальной радости, качая головой от "совпадений". — Ну конечно.

Назарет. Округ Нортгемптон

штат Пенсильвания, США

Кукурузные поля

Оставив позади суетливый, залитый слепящим солнцем пригород Аллентауна, Винчестеры наконец-то выкатились на петляющую ленту провинциальных дорог. Четверть часа в пути пролетели незаметно под мерный, басовитый гул Импалы, разрезающей горячий воздух трассы. Одинокий дорожный указатель «Назарет — 3 мили» вынырнул из марева, ярко сверкнул зеленой эмалью в лучах полуденного солнца и с тихим шелестом шин остался далеко позади, провожая черную машину взглядом. Назарет встретил их бескрайними, ярко-зелеными стенами высоких кукурузных полей. Прямо над ними, идеально различимый в чистом дневном небе, в паре миль впереди поднимался густой, жирный столб черного дыма. Он медленно, тяжелыми кольцами закручивался в небе, напоминая гигантскую, зловещую тёмную колонну, подпирающую облака. На его фоне, даже несмотря на яркий свет, уже тревожно полыхали красно-синие маячки полицейских машин. — Черт, — тихо, сквозь зубы процедил Дин, плавно сбавляя газ и переводя ногу на педаль тормоза. Через некоторое время они уже были у самого места крушения. Пожарные и спасательные службы ещё вовсю работали, заливая дымящуюся землю пеной, но основное яростное пламя им уже удалось сбить. Обломки маленького самолёта были хаотично разбросаны по всему полю и вдоль растрескавшейся обочины дороги. Металл фюзеляжа был чудовищно искорёжен и вывернут наизнанку, а трава и земля вокруг обуглились до состояния черной золы. Сэм, выбрав момент, пока копы отвлеклись, быстро присел у одного из обгоревших фрагментов корпуса и осторожно, кончиком ножа соскрёб свежий тёмный налёт на предметное стекло. Джен стояла чуть позади, брезгливо прикрывая нос ладонью от едкого запаха гари и авиационного топлива, и внимательно осматривала место катастрофы. — Уже второй самолёт за неделю, — тихо, чтобы не услышали спасатели, сказала она. — При чем с тем же пилотом. Дин поднял тяжелый взгляд на догорающий хвост самолета. — Думаешь дело в нем? — Не знаю. Но это не может быть совпадением.

Международный аэропорт Лихай-Вэлли

Катасокуа, штат Пенсильвания, США

Кабинет Джерри Пановски

Они вскоре вернулись в аэропорт, в кабинет к Джерри. Тот снова сидел за своим рабочим столом, сгорбившись и внимательно изучая под цифровым микроскопом принесенный Сэмом новый образец. — Сера? — коротко уточнил Дин, подходя ближе и опираясь ладонями о край стола. Джерри медленно поднял затуманенный взгляд и глубоко, прерывисто вздохнул. — Угу. Он выглядел абсолютно разбитым и смертельно усталым, словно за эти несчастные несколько часов постарел сразу на десять лет. — Потрясающе, — сухо и зло бросил Дин, в раздражении разводя руками. Он повернулся и посмотрел на Сэма и Джен, которые замерли у стола. — Итак, у нас на руках вторая авария с участием Чака Ламберта. Он и был целью демона. Сэм хмуро покачал головой. — Конечно, жаль Чака, но... Боюсь, все далеко не так просто. Дин нахмурился, чувствуя, как внутри нарастает напряжение. — Тогда в чем дело? Сэм указал ладонью на разложенные перед ноутбуком технические распечатки и свои записи. — Самолёт Чака рухнул ровно через сорок минут после взлёта. Как и рейс 2485. Джерри удивленно поднял голову. — Сорок минут? Что это значит? Джен медленно подошла ближе. — Библейская символика. Дин повернул голову к мужчине, переводя взгляд с сестры на брата. — Ноев ковчег, сорок дней потопа. Число означающее смерть. Сэм согласно кивнул и добавил, открывая новую вкладку на экране. — Я тут обнаружил еще шесть самолетов, за последние десять лет, которые падали ровно через сорок минут. — Кто-нибудь выжил? — с замиранием сердца спросила Джен. Сэм мрачно покачал головой. — Нет. Вообще никто. Кроме последнего рейса, рейса 2485, по каким-то причинам. В кабинете снова повисла тяжёлая, давящая тишина, нарушаемая лишь мерным гудением кулера на ноутбуке. Джерри тихо, разбито выдохнул, обхватив голову руками. — И помните, что сказал тот голос на записи с переговорами из кабины? Дин резко кивнул, его лицо потемнело. — «Никто не выжил». Он с силой провёл широкой ладонью по лицу, собирая мысли в кучу. — Его цель выжившие. Все до единого. Джен нахмурилась, пытаясь осознать весь масштаб открывшегося ужаса. — Тогда главный вопрос сейчас в другом, — она тихо, почти шепотом добавила, глядя в темное окно кабинета. — Кто следующий в очереди на вылет.

Шоссе

Спустя полчаса они уже снова ехали по глухой, бесконечной тёмной дороге. Мощные фары мащины с трудом резали наплывающий ночной туман. Дин сосредоточенно вёл машину, намертво вцепившись в руль и не мигая глядя на уходящую вдаль разметку. Сэм сидел на пассажирском, держа мобильный телефон у самого уха и параллельно быстро пролистывая новые записи на ноутбуке, зажатом между коленями. Джен устроилась на заднем сиденье, заваленная распечатками, и при свете телефонного фонарика внимательно перебирала заметки. — Серьёзно? — громко переспросил Сэм в трубку, внезапно сильно нахмурившись. Он помолчал пару секунд, напряженно слушая быстрый ответ на том конце провода. — Что ж, спасибо вам за ответы. В следующий раз непременно воспользуйтесь услугами нашей авиакомпании. Всего доброго. Он с раздражением нажал кнопку завершения вызова и буквально откинул телефон от себя на кожаное сиденье. — Всё. Дин коротко, на долю секунды скосил на него глаза, не сбавляя скорости. Сэм быстро вычеркнул имена с общего списка пассажиров. — Это были Блейн Андерсон и Дэннис Холлоуэй. Они никуда не летят. — Минус двое. Отлично, — послышался голос Дженни, которая не отрывая глаз от отцовского дневника что-то искала среди записей. Дин раздражённо постучал пальцами по обтянутому кожей рулю, не отрывая напряжённого взгляда от ночной дороги. На его лице ходили желваки. —Тогда у нас остаётся только стюардесса Аманда Уокер. Джен, сидевшая сзади среди вороха бумаг, быстро откопала ее личное дело и передала Сэму оставшиеся листы из досье девушки. Сэм быстро просмотрел их по диагонали, цепляясь глазами за рукописные пометки, и согласно кивнул. — Да. Её сестра сказала, что сегодня в восемь вечера Аманда летит в Индианаполис. Это её первый рабочий вылет после той жуткой аварии. Дин коротко, зло усмехнулся, крепче перехватывая руль. — То, что нам надо. Сэм резко повернулся к нему всем корпусом, его голос так и сквозил тревогой. — Дин, туда пять часов ходу. Минимум. — Набери-ка ей еще раз. Попробуем отговорить. Дин даже не подумал сбавить скорость, его нога сильнее надавила на педаль. Сэм тяжело, обречённо вздохнул, глядя на экран своего мобильного телефона. — Я уже оставил ей три сообщения, А Дженни оборвала домашний. Она не отвечает. — Боже… — тихо выдохнула Джен с заднего сиденья, откидываясь на спинку и глядя, как мимо окон на бешеной скорости проносятся размытые силуэты деревьев. — Если мы будем так медленно ехать, то мы точно не успеем. Дин лишь молча сжал руль до побеления костяшек и решительно вдавил педаль газа в пол. — Успеем. Классический рок из колонок зазвучал ещё громче, заглушая свист ветра, и тяжёлая чёрная Импала, взревев мотором, буквально рванула вперёд, растворяясь в туманном ночном шоссе.

Международный аэропорт Лихай-Вэлли

Катасокуа, штат Пенсильвания, США

Огромное здание международного аэропорта встретил их привычным, оглушающим шумом, ярким люминесцентным светом и бесконечным, хаотичным движением сотен людей с чемоданами. Охотники, тяжело дыша после бешеной гонки, быстро пробежали внутрь терминала, на ходу оглядываясь по сторонам и выискивая глазами гигантские электронные табло с расписанием рейсов и временем текущей посадки. Сэм резко вскинул руку и указал пальцем на верхнюю строчку одного из экранов. — Смотрите! Рейс на Индианаполис, посадка через полчаса. Дин коротко кивнул, лихорадочно соображая на ходу. —Так, ещё не всё потеряно. Мне срочно нужен телефон. Они быстро, лавируя в толпе, добрались до служебного аппарата, висящего на стене прямо у стойки центральной информации. Дин бесцеремонно протиснулся вперед и схватил тяжелую пластиковую трубку, быстро набрав внутренний номер коммутатора. — Служба поддержки аэропорта, выход № 13, — раздался в динамике вежливый, монотонный голос девушки-оператора. — Здравствуйте, с кем вас соединить? — Мне нужна Аманда Уокер, стюардесса с рейса... рейса 404, — быстро, стараясь придать голосу официальный тон, сказал Дин, прижимая трубку к уху. В это же время в просторном, залитом светом зале ожидания Аманда уже неспешно шла между бесконечными рядами синих кресел, катя за собой небольшой аккуратный чемодан на колёсиках. На ней была безупречно отутюженная форма стюардессы строгая чёрная юбка-карандаш, кипенно-белая рубашка и аккуратный тёмно-красный шарф, повязанный на шее. Светлые волосы были собраны в тугой, деловой хвост. Она заметно нервничала перед вылетом, то и дело поправляя рукава. Она как раз свернула за угол просторного коридора и направилась к выходу на посадку, когда над её головой с характерным щелчком ожил динамик громкой связи, разнёсшийся по всему терминалу.

«Аманда Уокер. Вас вызывают. Белый телефон, выход № 13»

Аманда остановилась на секунду, удивлённо нахмурилась, поправляя сумку на плече, и, немного поколебавшись, всё же подошла к настенному аппарату возле указанного тринадцатого гейта. Она сняла трубку. — Говорит Аманда Уокер. Дин, услышав щелчок на том конце провода, заговорил в трубку, изо всех сил стараясь держать голос спокойным, размеренным и убедительным. — Мисс Уокер? Это доктор Джеймс Хэдфилд. Больница Сан-Фрэнсис. Дело в том, что к нам поступила Карен Уокер. Аманда от этих слов резко напряглась, её лицо мгновенно бледнело, а свободная рука крепче вцепилась в ручку чемодана. — Моя Карен? — Ничего страшного. Небольшое ДТП, — без запинки продолжал уверенно врать Дин, на ходу сочиняя легенду. — Но она пострадала.. — Подождите, — резко перебила его Аманда, и в её голосе страх мгновенно сменился подозрением. — Это невозможно. Я только что говорила с ней. Дин на секунду осекся и замер с открытым ртом, круглыми глазами посмотрев на стоящих рядом брата и Джен. — Вот как? — Пять минут назад, — жестко повторила стюардесса. — Она дома, готовится к экзамену. Кто вы? Сэм, уловив по лицу брата, что план летит к чертям, тревожно переглянулся с Джен. Джен от такой топорной диновской легенды тихо, нервно усмехнулась, прикрыв рот ладошкой, но тут же мгновенно замолчала, поймав на себе яростный взгляд старшего Винчестера и понимая всю критичность ситуации. — Наверное, недоразумение. Аманда в трубке уже начала откровенно раздражаться, её голос стал холодным. — Как вы вообще узнали, что я сдесь? — Вы что, друг Венса? — резко и враждебно спросила она. Дин сильнее сжал пластиковую трубку, чувствуя, как драгоценные секунды утекают сквозь пальцы. — Точно. — Ах, так! — холодно и с явным презрением ответила Аманда, и на том конце провода послышался тяжелый вздох. — Да это Бог знает что! Сэм и Джен напряглись, и практически вплотную прижимаясь ушами к обратной стороне трубки, пытались расслышать хоть что-то. Дин смягчил свой тон, делая шаг назад. — Он извиняется, правда. — Так передайте ему, что я его знать не желаю, ясно? — отрезала она. Дин коротко, нервно усмехнулся, безуспешно пытаясь удержать её на линии любой ценой. — Да, но ему необходимо увидеть вас! Он... Сэм уже почти силой вырывал у него телефон из рук, отпихивая брата локтем и пытаясь лично вклиниться в разговор, чтобы исправить ситуацию, а Джен вовсю оттягивала его обратно. Аманда тяжело, устало вздохнула прямо в микрофон. — Нет. Слишком поздно. — Не говорите так. Бедный парень, он в шоке. На него смотреть жалко. — Серьезно? — О да. — Знаете, мне пора. Пусть он позвонит мне завтра. И в трубке раздался резкий, короткий щелчок. Она повесила трубку. — Нет! Стойте! Аманда?! — крикнул Дин вдогонку, но в ответ раздались лишь монотонные, частые телефонные гудки. Он медленно, с чертыханием опустил руку и повесил трубку на рычаг служебного аппарата. Сэм шумно, разочарованно выдохнул, всплеснув руками.

Гейт*

Аманда уверенно шагнула через массивные стеклянные двери терминала и тут же растворилась в привычной, чётко отлаженной суете закрытого служебного коридора. Вокруг сновали пилоты, техники и сотрудники службы безопасности. Девушка на ходу поправила сползающий ремень тяжёлой сумки, глубоко вздохнула, настраиваясь на рабочий лад, и приветливо улыбнулась проходящей мимо коллеге. — Привет! Как дела? — звонко бросила она одной из стюардесс в такой же строгой форме. Та лишь на бегу ответила ей коротким, вежливым кивком. У самого выхода к чистой служебной зоне, прислонившись к стойке, стоял пилот и внимательно изучал полётные листы. — Привет, Боб, — мягко сказала Аманда, проходя мимо. — Привет, Аманда, — спокойно, почти механически ответил капитан, даже не отвлекаясь от проверки документов и не поднимая на неё глаз. Девушка пошла дальше по длинному переходу, её каблуки мерно застучали по линолеуму, и вскоре её фигура окончательно скрылась за очередными стеклянными дверями, ведущими прямиком к рукаву посадочной зоны. В ту же секунду под самым потолком коридора, прямо над вентиляционной решёткой, воздух странно задрожал. Из узких металлических щелей едва заметно заклубился едва различимый, маслянисто-тёмный дым. Он на мгновение завис в воздухе, словно живой, пульсирующий организм, словно невидимый хищник, пристально наблюдающий за уходящей стюардессой. И так же быстро, беззвучно втянулся обратно в вентиляцию, не оставив после себя и следа.

Зал ожидания

Тем временем в общем зале ожидания, у всех на виду, Дин нервно расхаживал взад-вперёд по глянцевому полу, засунув руки в карманы куртки. Его лицо выражало крайнюю степень досады. — Чёрт… сорвалось, — он резко остановился, шумно выдохнув сквозь зубы. Сэм и Джен стояли чуть поодаль. В отличие от мечущегося брата, Сэм выглядел на удивление собранным. Он спокойно и твёрдо смотрел прямо перед собой, явно просчитывая ходы. — У меня... другой план, — ровным голосом произнёс он. Дин резко повернулся к нему, вскидывая подбородок. — Мы летим этим рейсом, — просто ответил Сэм. — Мы... — Дин удивлённо поднял одну бровь, криво усмехнувшись. — Постой-ка секунду… Сэм сделал решительный шаг ближе к брату, его голос стал тише, но весомее. — Дин, на борту самолета больше сотни пассажиров. И если мы правы, они все погибнут! — Да знаю я, — резко, с досадой отмахнулся Дин, косясь на проходящих мимо людей. Сэм, не снижая нажима, продолжил. — Ну вот. Мы полетим, найдем демона и изгоним его, — он коротко кивнул в сторону касс в дальнем конце терминала. — Короче, я за билетами. А вы с Джен заберите вещи с машины. Встречаемся здесь через через пять минут. Сэм уже развернулся, готовый сорваться с места, но внезапно осёкся и остановился. Его взгляд наткнулся на выражение лица Дина. Старший брат стоял как вкопанный, его привычная уверенность куда-то испарилась, а кожа заметно побледнела под люминесцентными лампами. — Что-то не так? — нахмурился Сэм. Дин как-то беспомощно развёл руками, переводя взгляд с брата на сестру. — Да... Кое-что. Сэм нахмурился ещё сильнее, теряя драгоценное время. — Что? В чем дело? Дин заметно замялся, переступил с ноги на ногу, а затем, зажмурившись, на одном дыхании выдохнул. — Видишь ли… я боюсь. Сэм на секунду буквально застыл на месте, переваривая услышанное. Он захлопал глазами, недоверчиво осматривая монументальную фигуру старшего брата. — Летать? — наконец с изумлением уточнил он. — Раньше об это речь не заходила! Джен, до этого молча наблюдавшая за перепалкой, сделала шаг ближе и во все глаза уставилась на старшего брата. — Скажи, что ты шутишь. Дин резко, как ужленный, повернулся к ней, его глаза округлились от подступающей к горлу паники. — А что, похоже?! — практически прошипел он, со свистом втягивая воздух. Он с силой провёл дрожащей ладонью по лицу, пытаясь взять себя в руки, но выходило паршиво. — Почему, по-вашему, я езжу на машине? Сэм тяжело, шумно выдохнул, понимая, что спорить и переубеждать брата в состоянии панической атаки — дохлый номер. Время поджимало. — Ладно, — Сэм решительно поправил куртку. — Тогда мы с Джен полетим и сделаем всё сами. Дин тут же вскинулся, его паника мгновенно смешалась с яростью охотника и защитным инстинктом старшего брата. — Что?! Сэм даже не дрогнул, спокойно и твёрдо выдерживая этот бешеный, полный страха взгляд. — Мы полетим вдвоем. — Ты что, спятил? Сам же сказал: этот самолет упадет. Повисла тяжёлая, звенящая пауза. Было слышно, как где-то вдали монотонно бормочет очередной диктор. — Дин, или мы сделаем это вместе, — тихо, но с железной уверенностью отчеканил Сэм. — Либо я лечу один. Третьего варианта нет. Время поджимало. Джен, понимая, что братья сейчас окончательно зайдут в тупик, решительно подняла руки вверх, вклиниваясь прямо между ними. — Эй, эй, брейк! Подождите оба, — громко вмешалась она, заставляя их замолчать. Она строго посмотрела сначала на набычившегося, тяжело дышащего Сэма, а затем на бледного, взвинченного Дина. — Даже если Дин полетит, билетов осталось мало, на всех может не хватить. — Предлагаешь оставить тебя сдесь? — нервно выпалил Дин, бросая мимолётный взгляд на табло вылетов. Джен спокойно кивает в сторону закрытой стойки персонала, где пара сотрудников в форме авиакомпании что-то лихорадочно печатали на компьютере, то и дело прижимая к уху рации. — Аманда на ходу обмолвилась, что у них жёсткий недобор на рейс. И я слышала, как старший по смене у выхода обсуждал срочную замену. Дин прищуривается, в его глазах вспыхивает привычный азарт охотника, смешанный с чистокровным отцовским беспокойством. — И? — И то. Если у нас завалялся временный допуск для подменного экипажа, то на борт можно попасть напрямую. Сэм понимая суть задумки быстрее брата, сделал к ней шаг. — Хочешь влиться в коллектив? Джен твёрдо кивнул. — Да. Я возьму на себя роль подменной стюардессы из резерва. Зайду через служебный вход. А вы с Дином как обычные пассажиры. Так у нас будет вид на всех пассажиров и персонал. Короткая, звенящая пауза. Братья переглядываются. Дин тяжело и шумно выдохнул через нос, окончательно сдаваясь под напором брата и сестры. — Чёрт… — Он с силой провел ладонью по лицу, стирая остатки напряжения. — Вы серьезно? Вот же.. Сэм согласно кивнул, доставая бумажник и разворачиваясь к терминалам. — Я беру два билета в эконом. Постараюсь выбить места поближе к хвосту или у аварийных выходов. Джен резко развернулась, растёгивая куртку, и делая шаг прочь от старшего Винчестера. Дин сделал полшага вслед её уходящей фигуры и негромко, но все еще с каплей тревоги бросил ей в спину. — Осторожно там!

—

Служебный коридор встретил её непривычной тишиной, узкими белыми стенами и резким, бьющим по глазам светом длинных люминесцентных ламп. Здесь пахло озоном и свежим пластиком. В самом конце этого стерильного туннеля виднелась тяжёлая дверь с кодовым замком и небольшим смотровым окном, за которым угадывалась оживлённая зона подготовки экипажей. Джен на секунду остановилась у стены, вне поля зрения камер. Она быстрым движением поправила лацканы пиджака, сделала короткий, глубокий выдох, настраиваясь на нужную волну и уверенно толкнула дверь. Внутри небольшой комнаты, заваленной полетными картами и графиками смен, царил лёгкий хаос. За высокой стойкой суетились две стюардессы, на ходу проверяя содержимое бортовых аптечек, а рядом с ними стоял хмурый мужчина в строгом костюме с электронным планшетом в руках. Услышав шаги, одна из стюардесс: брюнетка с безупречным пучком на затылке, резко подняла на неё удивлённый взгляд. — Ты кто? Джен спокойно, с мягкой, но железобетонной улыбкой подошла ближе к стойке, ни на секунду не теряя привычной уверенности. — Замена на рейс 404 в Индианаполис. Мне передали, что у вас экстренный недокомплект в салоне. Мужчина с планшетом тут же нахмурился, его пальцы быстро заскользили по сенсорному экрану, листая интерактивный список персонала. — Замена? Какая ещё замена? Мне из центрального офиса никто ничего не передавал. Джен не дала ему вклиниться в паузу и начать внутреннее расследование, заговорив чуть быстрее, но с лёгким оттенком дружеской доверительности. — Аманда Уокер лично связалась с диспетчером пять минут назад и сказала, что у вас срочная нехватка рук на линии посадки, а борт уже забит. Я из резервной бригады. Вторая стюардесса, услышав это, нервно переглянулась со своей коллегой. Мужчина с планшетом раздражённо, тихо выругался сквозь зубы. — Чёрт… Сплошной бардак. Он поднял уставшие, покрасневшие глаза на Джен, оценивая её безупречную осанку и спокойный взгляд. — Документы. Джен без малейшей заминки запустила руку во внутренний карман и достала временный допуск — ламинированный бланк с её фотографией и липовыми штампами. Мужчина взял бумагу, быстро пробежался взглядом по строчкам, проверяя серийный номер допуска и печать ведомства. Повисла тяжёлая, звенящая пауза. Слышно было, как монотонно тикают настенные часы. — Ладно… — наконец выдохнул он, делая пометку в планшете. — Времени проверять тебя по базе нет, гейт уже открыли. Пойдёшь в хвостовой салон, на третью позицию. Смена временная, только до Индианаполиса. Джен согласно кивнула. — Хорошо. Поняла. Брюнетка у стойки всё ещё с лёгким сомнением разглядывала новенькую: — Ты точно справишься? Рейс ночной, пассажиры будут взвинченные, а у нас там Аманда сама не своя после… ну, ты в курсе. Джен слегка, понимающе улыбнулась, глядя ей прямо в глаза. — Не переживай. Я не из тех, кто падает с самолёта в первый рабочий день. Короткая пауза. Несколько секунд невидимого ментального напряжения и последнее сомнение в глазах штатного экипажа окончательно рассеялось. Спустя несколько минут Джен уже уверенно выходила в длинный служебный проход, ведущий к телетрапу, полностью преображённая. На ней была стандартная форма стюардессы авиакомпании: строгая черная юбка чуть выше колен, идеально сидящая белая рубашка и аккуратный тёмный шарф, повязанный безупречным узлом на шее. Темные волосы были убраны назад. Ни один инспектор не заподозрил бы в ней чужака. Она шла по коридору плечом к плечу с настоящим экипажем, идеально вписываясь в их размеренный ритм и не выделяясь ни единой деталью. На секунду Джен задержалась у тонированной стеклянной двери, за которой открывался вид на общую зону посадки пассажиров. В её миниатюрном беспроводном наушнике мягко зашипело, а затем раздалось автоматическое объявление о начале посадки рейса 404. Джен сделала едва заметный, глубокий вдох, слегка коснулась пальцем воротника, где был закреплён скрытый микрофон рации, и тихо, весомо произнесла. — Экипаж готов. И, больше не оглядываясь назад, уверенным шагом прошла по телетрапу прямо на борт замершего в ожидании самолёта вместе с остальными стюардессами. Демон мог быть кем угодно, но теперь они были на его территории.

На борту самолета

рейс 404

Голос из динамиков пробежал по салону самолёта ровным, металлическим, абсолютно безэмоциональным тоном. — Экипажу проверить готовность к взлёту. Салон мгновенно наполнился привычным, немного суетливым шумом: резкие щелчки замков на ремнях безопасности, с грохотом закрывающиеся пластиковые багажные полки, приглушённые короткие разговоры пассажиров. Сэм и Дин сидели рядом на местах у самого прохода, уже намертво пристёгнутые. Сэм делал вид, что держит в руках цветную брошюру по безопасности, но почти не смотрел на ламинированные картинки. Его взгляд был предельно сосредоточен на проходящих мимо людях. Дин же выглядел заметно напряжённее обычного. Его лицо слегка побледнело, он то и дело затравленно оглядывался по сторонам, а пальцы побелели от того, с какой силой он сжимал несчастные пластиковые подлокотники кресла. — Да расслабься ты, — бросил Сэм брату с натужной, лёгкой усмешкой, пытаясь скрыть собственный мандраж. Дин даже не повернул головы в его сторону, продолжая сканировать салон. — А ты заткнись. Дин шумно фыркнул, но спорить не стал и ничего не ответил. В этот момент под полом утробно взревели двигатели, и самолёт начал движение по рулёжной дорожке. Сначала медленно, плавно поворачивая, но затем лайнер выкатился на прямую, моторы взвыли на полную мощность, и многотонная машина с бешеной скоростью рванула вперёд. Дин буквально вжался в спинку кресла, будто всем телом пытался стать его частью. Он на секунду крепко зажмурился, удерживая дыхание, потом резко открыл глаза и снова с ужасом посмотрел в иллюминатор, за которым стремительно уходила вниз ночная земля, превращаясь в россыпь далёких огоньков. — Чёрт… — тихо, со свистом выдохнул он. Сэм, заметив это зрелище, слегка усмехнулся и на секунду отвернулся к иллюминатору, чтобы не смущать старшего брата. Дин снова глухо выругался себе под нос, проверяя, надёжно ли застёгнута пряжка ремня.

Камбуз

Джен подошла к Аманде первой. Вежливо, мягко, двигаясь абсолютно естественно, как часть сплочённого персонала авиакомпании. Девушка выглядела взволнованной и пристально всматривалась внутрь салона. — Эй, Аманда. Всё в порядке? — тихо спросила она, доверительно наклоняясь ближе к напарнице под шумок работающих двигателей. Аманда вздрогнула, но тут же попыталась улыбнуться и кивнула. — Да… просто это мой первый рейс после той аварии. Немного странно снова оказаться в воздухе. — Понимаю, — спокойно и искренне ответила Джен, ободряюще коснувшись её плеча. — Если накатит паника, скажи мне. Я подстрахую. Аманда шумно, с облегчением выдохнула, будто у неё с души свалился огромный камень. — Спасибо тебе. Джен на секунду задержала на ней пристальный, сканирующий взгляд, оценивая пульс на шее и состояние зрачков, а затем удовлетворённо кивнула, словно ставя мысленную галочку во внутреннем блокноте подозреваемых.

Салон

Через несколько минут самолёт, преодолев небольшую зону турбулентности, наконец стабильно набрал высоту и выровнялся. Дин откинул голову назад на мягкий подголовник, сидя неестественно ровно, почти по-военному, вытянувшись в струнку. Он нервно сглатывал сухой воздух и что-то едва слышно, монотонно напевал под нос, притопывая ботинком. Сэм прислушался к этому невнятному бормотанию. — Ты что… Ты металлику напеваешь? — спросил Сэм, не отрывая бдительного взгляда от центрального прохода. — Так спокойнее, — сквозь зубы процедил Дин, даже не шевелясь. — Слушай, я понимаю, ты нервничаешь, — спокойно и мягко сказал Сэм, переводя на него серьёзный взгляд, — но, пожалуйста, соберись и не отвлекайся. Дин коротко, резко кивнул, делая глубокий вдох. — Ладно. Сэм наклонился к нему чуть ближе, понижая голос до заговорщицкого шепота. — У нас осталось примерно двадцать три минуты, чтобы выявить того, в кого вселился демон и изгнать его. Так сказать, по полной программе. Дин бросил быстрый, оценивающий взгляд в глубину салона, где сидели десятки ничего не подозревающих людей. — В набитом самолёте это не просто. — Будем решать проблемы по одной, — ответил Сэм. — Во-первых: Джен уже внедрилась в состав персонала и может успела что-то заметить. Дин согласно кивнул. — Угу. Сэм продолжил, ещё сильнее понижая голос и наклоняясь к самому уху брата. — Во-вторых: в ком он может быть? — Обычно это человек с какой-то слабостью. Так сказать, с брешью в броне. Какое-то уязвимое, слабое место, через которое сущности легче всего перехватить контроль, — на автомате добавил Дин, уже профессиональным взглядом цепко оглядывая затылки и лица ближайших пассажиров. — Допустим, наркоман или некая эмоционально нестабильная личность Вдруг он резко замолчал. Мимо их ряда по ковровой дорожке прохода как раз шла стюардесса — стройная, миловидная блондинка в безупречной форме авиакомпании: черная строгая юбка, белая рубашка и яркий, аккуратно повязанный красный шарфик на шее. Она уверенно и плавно двигалась между рядами, с профессиональной улыбкой проверяя, все ли пассажиры выключили электронные приборы. Джен в это время стояла чуть дальше, в глубине передней служебной зоны салона возле шторки кухни. Она делала вид, что пересчитывает ланч-боксы, но на самом деле зорко наблюдала за проходом, оставаясь абсолютно незаметной для основной массы пассажиров. Сэм чуть наклонился вбок, провожая блондинку глазами. — Ну, у Аманды сегодня первый рейс. Я бы на её месте дико нервничал. Дин коротко кивнул. — Сейчас проверим. Когда стюардесса поравнялась с их рядом, Дин резко повернулся в её сторону и негромко позвал. — Простите? Девушка тут же остановилась, изящно развернувшись к нему всем корпусом. На её лице играла дежурная вежливая улыбка. — Да? — Вы Аманда? — с надеждой в голосе быстро спросил Дин, внимательно всматриваясь в её глаза, пытаясь уловить хоть малейший отблеск демонической тьмы. Блондинка слегка, искренне улыбнулась и покачала головой. — Нет, нет. — А… — Дин слегка растерянно кивнул, откидываясь назад. — Извините. — Ничего страшного, приятного полёта, — мягко ответила она и пошла дальше по салону, покачивая бедрами. Дин проводил её долгим, оценивающим взглядом. В этот момент Джен, стоявшая у передней перегородки, улучила секунду, когда блондинистая стюардесса отвернулась. Она незаметно для окружающих чуть подняла руку на уровне груди и сделала короткий, четкий жест в сторону удаляющейся блондинки. Едва заметное отрицательное покачивание головы из стороны в сторону. Молча. Без лишних движений. А потом указала взглядом на стоявшую рядом с ней Аманду. Говоря взглядом: «Вот она». Дин перехватил короткий сигнал сестры сразу же и слегка, едва заметно кивнул ей в ответ, давая понять, что сообщение принято. Он шумно выдохнул сквозь сжатые зубы, и его челюсть снова упрямо заходила желваками. Наклонившись к Сэму, парень ещё сильнее понизил голос, чтобы его не услышали пассажиры на соседних креслах. — Аманда в хвосте, рядом с Джен. Я схожу к ним и поговорю с ней. Оценю ее состояние. Сэм коротко взглянул через плечо в самую дальнюю часть салона, а затем снова перевёл взгляд на брата. — Давай... А вдруг она уже одержима? Дин потянулся вниз, доставая из-под впереди стоящего сиденья их дорожную сумку. — Это легко выяснить. Вместо ответа он запустил руку в сумку и аккуратно достал небольшую, ничем не примечательную пластиковую бутылку из-под минералки. Вода внутри была абсолютно прозрачной и чистой. — Здесь святая вода, — хмуро бросил он. Сэм перехватил бутылку у него из рук и ловко сунул её себе под куртку, спрятав во внутренний карман. — Нет. Есть более простой способ. Дин скептически прищурился. Сэм наклонился к самому его уху и едва слышно произнес. — Имя Господне. Дин понимающе кивнул, скривив губы, будто это было и так до безумия очевидно. — А-а. Точно. Он уже решительно отстегнул ремень безопасности и собирался вставать, но Сэм снова негромко окликнул его. — Эй. Дин замер и нехотя обернулся. — Что? — Только на латыни, — с нажимом напомнил Сэм. Старший Винчестер демонстративно закатил глаза к потолку. — Я знаю. Он развернулся снова и уверенной, размашистой походкой пошёл по узкому проходу в сторону хвоста. Сэм провожал его напряжённым, бдительным взглядом. — Эй! — снова негромко прилетело ему в спину. Дин в очередной раз чертыхнулся, остановился посреди прохода и обернулся к брату с лицом, полным величайшего страдания. — Что? Сэм одними губами добавил последнее ключевое слово. — На латыни это «Cristo». Дин коротко фыркнул, раздражённо мотнув головой. — Знаю! Я не идиот! И, больше не задерживаясь, пошёл дальше по салону. Пока он двигался между рядами кресел, самолёт внезапно довольно ощутимо качнуло в сторону. Дин резко пошатнулся, едва удерживая равновесие, судорожно ухватился обеими руками за пластиковую спинку чьего-то сиденья и тихо, сквозь зубы выругался. — Ненавижу это дерьмо... Словно отвечая на его мысли, в динамиках над головой раздался щелчок, и один из пилотов спокойным, размеренным и убаюкивающим голосом сообщил:

«Леди и джентльмены. Наш самолет проходит зону турбулентности. Просим вас оставаться на своих местах и сохранять спокойствие. Спасибо.»

Тем временем в хвостовой части салона, Джен плавно двигалась между рядами в компании одной из стюардесс, проверяя замки на багажных полках. Она выглядела на редкость уверенно и профессионально: безупречно сидящая форма, аккуратно собранные волосы, холодный, сканирующий всё вокруг взгляд. — Всё нормально? — тихо спросила Джен, слегка наклоняясь к ней во время очередной проверки безопасности. — Да, отлично — заученно ответила та, ловко удерживая пустой поднос на сгибе локтя. Джен коротко кивнула, но её взгляд оставался предельно сосредоточенным на лицах людей в креслах. — Слушай, а пассажирка в 24-м ряду? Ну, блондинка с красным шарфиком… — Джен незаметно кивнула в сторону салона. — Она никак не реагировала на взлёт? Ничего странного в поведении не заметила? Стюардесса на секунду нахмурилась, вспоминая. — Нет, вроде бы абсолютно обычная. Ну, может, немного нервная, руки слегка дрожали, но так ведут себя почти все перед ночным вылетом. А что? Джен слегка, незаметно выдохнула, расслабляя плечи. — Да нет, ничего, показалось. Если вдруг заметишь, что-то странное — сразу ко мне, ладно? — Хорошо, — стюардесса приветливо улыбнулась и ушла дальше по салону к шторке бизнес-класса. Джен на секунду задержалась у пластиковой перегородки хвостовой кухни и улучив момент, незаметно посмотрела в глубь прохода, оценивая обстановку. Дин в это время уже на всех парах приближался к ней, слегка покачиваясь в такт движения лайнера. Заметив Джен среди экипажа, он на долю секунды замедлил шаг, останавившись на миг. — Что у тебя? — тихо спросил он, осматривая салон, дабы не привлечь внимание. — Чисто, — она едва заметно, мимолётным движением качнула головой из стороны в сторону. Дин коротко, понимающе кивнул ей в ответ и двинулся дальше, целенаправленно направляясь к Аманде. Она же в свою очередь, разминувшись с братом, направилась к пассажирскомуу месту, где сидел Сэм.

Камбуз

Аманда стояла у небольшого служебного столика в хвостовой части салона, отгороженная от пассажиров плотной серой шторкой. На металлической поверхности были аккуратно, по-перфекционистски разложены пластиковые бутылки с водой, чайные пакетики в индивидуальных упаковках, прозрачные стаканы и маленький металлический чайник. Девушка то и дело перекладывала инвентарь с места на место, изо всех сил стараясь выглядеть уверенно и занято, хотя её тонкие пальцы выдавали лёгкое, едва заметное напряжение. В этот самый момент к служебной стойке, слегка покачиваясь из стороны в сторону, подошёл Дин. На его лице блуждала заученная порция фирменного обаяния, призванная скрыть внутренний мандраж. — Привет, — сказал Дин, стараясь, чтобы его голос звучал максимально непринуждённо и по-пассажирски расслабленно. Аманда быстро повернулась к нему, мгновенно возвращая на лицо профессиональную улыбку. — Привет. Могу чем-то помочь? — Да нет, — Дин безразлично пожал плечами и опёрся спиной о перегородку. — Просто решил пройтись. Чтобы немного успокоить нервы. Она понимающе чуть улыбнулась. — С каждым бывает. Дин полушутя указал на неё рукой, внимательно ловя каждое движение её лица. — Ну, вы-то стюардесса. Профессионал. Вы к полетам привычные. Аманда нервно усмехнулась, отводя глаза в сторону металлических контейнеров. — Если бы всё было так просто. — Правда? — Дин слегка прищурился, делая шаг вперёд. — Вы что, боитесь летать? Она на секунду заметно замялась, её пальцы крепче сжали край пластикового подноса. — Ну… возможно, немного. Дин удивлённо и вполне искренне поднял брови, этот факт его явно зацепил. — Как же так? Стюардесса и боитесь летать? — Долгая история, — коротко, явно не желая пускаться в откровения, ответила она. — Да, зря спросил, извините, — буркнул Дин, мысленно возвращаясь к главной задаче. — Ничего страшного, — мягко сказала она, возвращаясь к пересчёту стаканов. — А о другой работе не думали? — Нет. Знаете, все люди чего-то боятся. Но я стараюсь себя преодолеть. Дин понимающе кивнул, и в его глазах промелькнуло мимолётное, искреннее уважение к чужой стойкости. И, резко понизив голос, почти себе под нос, чётко произнёс проверочное латинское слово. — Cristo... Аманда, не издав ни звука, спокойно обернулась к нему, её лицо оставалось абсолютно расслабленным, без малейшего намёка на судорогу или демоническую ярость. — Вы что-то сказали? Дин резко моргнул, будто его силой выдернули из глубоких размышлений обратно в реальность пассажирского лайнера. — Ничего, забудьте. Он натянуто, фальшиво улыбнулся, сделал шаг назад и поспешил пойти обратно по проходу в глубь салона.

Салон

Тем временем Сэм сидел ближе к середине салона. Джен присела рядом и тихо склонилась к Сэму. — Я проверила её от и до. Это точно не она. Сэм согласно кивнул, не удивляясь. — Дин решил подстраховать на всякий случай. Джен чуть усмехнулась, поправляя фирменный шарфик. — Кто бы сомневался. Надеюсь, у него хватит ума не устраивать ей допрос с пристрастием. Сэм иронично хмыкнул, зная характер брата. — Это если он его ещё не начал. Они оба коротко, с лёгкой тревогой переглянулись. Через минуту по проходу действительно вернулся Дин. Он тяжело, с шумом опустился в своё кресло рядом с ними, вытирая вспотевшие ладони о джинсы. — Она самая нормальная на этом самолёте, — безапелляционно заявил он. Джен приподняла одну бровь, скрестив руки на груди. — Эй! — Ты сказал «Cristo»? — спросил его Сэм. Дин уверенно кивнул. — Да. Никаких признаков одержимости. Даже близко. Ничего. — Значит, он в ком-то другом, — предположила Джен, поднимаясь с сиденья. — В ком угодно, — дополнил Сэм. Он тяжело выдохнул, и его лицо заметно помрачнело. В этот момент самолёт снова резко, со страшным скрежетом обшивки качнуло вниз, и в салоне на секунду замигал свет. Дин мёртвой хваткой вцепился обеими руками в подлокотники кресла, его глаза округлились. — Все! Мы падаем! Джен сохраняла абсолютное спокойствие. Она по-матерински положила ладонь на его плечо. — Все нормально, успокойся. — Дин, это росто турбулентность. Дин нервно, со злостью огрызнулся на брата, не отрывая взгляда от потолка. — Сэм, самолет все равно рухнет, так что хватит меня утешать! Сэм устало, с укором посмотрел на него. — Дин… прекрати, — Джен чуть наклонилась вперёд, заглядывая ему в лицо. — Но я не могу — быстро, на взводе ответил старший брат, но пальцы от пластика подлокотников так и не отнял. — Ты должен, — серьезно проворчал младший Винчестер. — Что, может йогой займемся для успокоения? — Да послушай ты, — наваливаясь своим весом на Дина, Сэм одарил его пронизывающим взглядом. — С таким поведением, ты станешь уязвим для демона. Поэтому постарайся успокоиться. Дин с опасением в глазах медленно выдохнул через рот, отворачиваясь к окну. — Молодец. Сэм между тем снова сосредоточился на главном. — Слушай, мы с Дженни нашли процедуру изгнания демона в отцовском дневнике. Вот. "Rituale Romanum". Дин заставил себя кивнуть. — Что надо делать? — Тут две части. Первая: изгнание демоа из тела жертвы. Он выходит и ... становится еще сильнее. — Еще сильнее? — ошеломленно переспросил Дин. — Да. — Но как? — Ему больше не надо никого контролировать и тратить на это силы. — О... И что же в этом хорошего? — То, что во второй части он отправляется в Ад, Дин. Навсегда, — вмешалась Дженни. — Но сначала его надо найти. Она строго посмотрела на братьев. — Если что-то пойдёт не так, ради всего святого, не зовите меня по имени. Дин криво усмехнулся, пытаясь шутить сквозь подступающую тошноту. — Это ещё почему? — Потому что если мы начнем падать с высоты десяти тысяч метров, я хочу молиться Богу, а не слышать, как вы орете мое имя на весь салон.

—

У кабины пилотов, один из них: мужчина лет 40, вышел из туалета проверяя переднюю секцию. Он шёл уверенно, дежурно улыбаясь экипажу. Мужчина остановился рядом с Джен, которая как раз поправляла шторку, и кивнул ей почти дружелюбно. — Всё в порядке? Первая смена всегда самая нервная. Джен спокойно ответила, сохраняя безупречную профессиональную выправку. — Всё под контролем. Мужчина улыбнулся шире, но эта улыбка не коснулась его глаз. — Хорошо. Он уже собирался уйти и сделать шаг назад к кабине, но задержал взгляд на ней чуть дольше обычного. — Cristo, — тихо произнесла она, как будто пробуя слово на вкус. Джен на секунду замерла, её сердце пропустило удар. И улыбка на лице пилота стала чуть… неправильной. Натянутой, зловещей. Не человеческой. А глаза на миг заполнились чернотой. Джен едва заметно выдохнула, собирая всю свою волю в кулак, чтобы не выдать страх. — Я… пойду проверю салон, — быстро сказала она и развернулась, разрывая зрительный контакт. Она почти бегом нашла глазами братьем, стараясь идти бесшумно по ковровой дорожке. Тем временем Дин шёл по салону медленно, стараясь не привлекать излишнего внимания пассажиров, уткнувшихся в свои телефоны и экраны. В ухе он держал небольшой приёмник-детектор — самодельный прибор для поиска демонической активности, который внешне напоминал обычный слуховой аппарат или беспроводную гарнитуру. В наушнике тихо потрескивало, иногда превращаясь в резкий шум, когда он проходил мимо отдельных пассажиров, заставляя его каждый раз внутренне напрягаться. Он останавливался у рядов, чуть щурился, словно слушал не только устройство, но и людей, ловя малейшие изменения в их дыхании или позах. — Ну давай… — пробормотал он себе под нос, проходя мимо очередного ряда. К нему сзади незаметно подошёл Сэм и положил руку на плечо. — Чёрт! — Дин резко дёрнулся, едва не заняв боевую стойку прямо посреди прохода. —Напугал. Сэм спокойно убрал руку. — Ну как? Дин снял прибор чуть ниже, чтобы ослабить давление статического треска на барабанную перепонку. — Ничего, нет, — он огляделся по сторонам, оценивая ряды кресел. — Сколько у нас времени? — Пятнадцать минут, — ответил Сэм, бросив быстрый взгляд на свои часы. — Мы его пропустили его. Дин нахмурился, чувствуя, как внутри закипает глухое раздражение вперемешку с подступающей аэрофобией. — А если его здесь вообще нет? Сэм усмехнулся, глядя на брата с мягким скепсисом. — Ты в это веришь? Дин коротко выдохнул, признавая поражение перед логикой. — Если ты да, то и я. В этот момент к ним подошла Джен, быстро лавируя между креслами в своей форменной одежде стюардессы. И почти сразу прибор в ухе Дина резко затрещал. Тонкий, пронзительный сигнал усилился, переходя в невыносимый электрический писк. Он напрягся, едва не схватившись за ухо. — Эй… — прошептал он, понимая, что источник где-то совсем близко. — Я нашла его. Дин сразу поднял взгляд, а рука сама потянулась под куртку. — Где? Джен коротко кивнула в сторону кабины, к которой они только что подошли. — В пилоте. Один из них. Прибор в ухе Дина снова резко завыл, подтверждая её слова яростным, сплошным треском. — Вот он… — прошептала она, вскидывая подбородок.

—

Пилот спокойно вернулся в кабину, а Винчестеры направились к Аманде в хвостовую часть самолета, через пассажирскую зону. Сэм и Дин шли впереди, пока Джен шла рядом, прикрывая их со стороны. —Она нам не поверит, — чуть ли не шипя шептал Сэм, проходя мимо какой-то пожилой пары и крепко сжимая в руке дневник Джона. — У нас всего 12 минут, — раскидывая руками, напомнил Дин. Отыскав девушку, все трое, как солдаты в строю, застыли перед ней. — О, это вы. Надеюсь, вы успокоились? — она усмехнулась, сделав шаг навстречу. — Послушайте, — резко сказал Дин, обращаясь уже к подошедшей стюардессе. — Нам нужно поговорить с вами. Аманда стояла рядом, напряжённая, переводя взгляд с одного незнакомца на другого. — Ладно… чем могу помочь? — Вы только не думайте, что это бред. У нас просто нет времени на обьяснения. Сэм поднял руку, пытаясь остановить лишние вопросы и не дать ей поднять панику в проходе. — Вы знаем, что вы были на рейсе 2485. Аманда резко отступила назад, её лицо мгновенно побледнело. — Что?.. Кто вы такие? Сэм быстро добавил, наседая на неё, чтобы удержать внимание. — Мы говорили с выжившими. Самолёт упал не из-за поломки. Дин кивнул, подтверждая слова брата. — Нам нужна помощь. Иначе это повторится снова. Здесь. Сейчас. Аманда испуганно покачала головой, пятясь к перегородке. — Простите, мне некогда. Меня ждут пассажиры. Джен мягко, но настойчиво перехватила её за локоть. — Аманда, послушайте… Она на секунду задержала взгляд, заставляя девушку сфокусироваться. — Пилот рейса 2485, Чак Ламберт погиб. Аманда застыла, её дыхание перехватило. — Что?.. Чак? Он мертв? — Он разбился, — коротко сказал Дин. — Вторая катастрофа за месяц. Вас это не настораживает? Аманда растерянно сглотнула, её глаза наполнились ужасом воспоминаний. Сэм продолжил, копая глубже в её память. — Послушайте, на рейсе 2485 происходило что-то странное. Возможно вы чувствовали это. Джен добавила тише, заглядывая ей в глаза. — Поверьте нам. Аманда вдруг нахмурился, вспоминая детали того кошмарного дня, который изменил её жизнь. — Там был человек… с такими… глазами… Сэм резко щёлкнул пальцами, подтверждая её догадку. — Да. Вот об этом и речь. Аманда выдохнула, окончательно запутавшись и поддаваясь панике. — Я не понимаю, чего вы от меня хотите. Дин шагнул вперёд, принимая решение. — Второй пилот. Позовите его сюда. — Зачем? При чем он здесь? — Некогда объяснять, — резко сказал Дин. — Мы просто поговорим с ним. — Но как я сделаю это? — Придумайте что-нибудь, — переходя в строгий тон обратился к ней Сэм. — Скажите что в хвосте поломка. Да хоть что-то, но он должен выйти. — Вы хоть понимаете, что я могу лишиться работы? — Вы можете лишиться нечто большего, — с упором сказал Дин, делая шаг вперед. Аманда помолчала секунду, борясь с должностными инструкциями и липким страхом. Потом кивнула. — Хорошо. И быстро пошла к кабине пилотов. У кабины всё прошло на удивление гладко. Она постучала в бронированную дверь по особому коду. Дверь открылась. — Капитан, — сказала она спокойно, стараясь, чтобы её голос не дрожал, — вас просят пройти в хвост салона. Срочно. Мужчина удивлённо приподнял бровь. — Что-то случилось, милая? — Да. Пожалуйста, это важно. Капитан посмотрел на второго пилота, остающегося за штурвалом. — Я выйду. Он кивнул и направился с ней по длинному проходу, мимо рядов дремлющих людей. В хвостовой части салона атмосфера была заряжена до предела. Сэм достал из-под куртки святую воду. Дин вынул из куртки старый кожаный дневник Джона и передал Сэму, раскрывая его на нужной странице. Джен уже держала бутылку, готовясь к атаке. Капитан вошёл за серую шторку кухни. — Ну что тут у вас? Дин ударил первым, вложив в этот выпад всю свою силу и вес. Капитан рухнул на пол, издав глухой рык. На миг старший Винчестер пользуясь тем, что они находятся в полете, с легкотью поднял его корпус и тут же с силой ударил об панельный пол. Сэм тут же прижал его, удерживая всем телом и заламывая руки, пока Дин заклеивал ему рот скотчем. — Что вы делаете? — раздался обеспокоенный крик Аманды. — Вы же хотели с ним поговорить! — Сейчас поговорим, — крикнул Дин, чувствуя, как мышцы под его руками натягиваются с неестественной, нечеловеческой мощью. — Дженни! Джен резко облила его святой водой из бутылки. Кожа под рубашкой пилота начала стремительно темнеть, по ней проступили уродливые чёрные пятна, похожие на химические ожоги. Воздух вокруг зашипел, словно раскалённый металл, опущенный в ледяную воду. — О Боже… что с ним?! — вскрикнула Аманда, в ужасе зажимая рот руками. — Спокойно! — резко сказала Джен, не отводя взгляда от бьющегося в путах мужчины. Сэм быстро развернулся к испуганной стюардессе. — За занавеску! Никого не впускать! Слышите, Аманда? — Да… да! — Аманда отступила на шаг и с силой закрыла плотный проход, отрезая их от основного салона. Капитан закричал. Этот звук мало напоминал человеческий голос. Его тело жутко выгнуло дугой, суставы затрещали, а голос стал значительно ниже, искажённее, приобретая металлический, демонический резонанс. Густой чёрный дым начал прорываться и вырываться прямо из-под кожи, просачиваясь сквозь поры. Один за другим, удары прилетали в тело мужчины. Дин сдерживал его из последних сил, вены на его лбу вздулись от напряжения. — Быстрее! Я его не удержу! Сэм и Джен, не теряя ни секунды, начали читать заклинание, их голоса зазвучали в строгий унисон. Слова древней латыни мгновенно заполнили тесное, замкнутое пространство хвостового салона, давя на слух. — Regna terrae, cantate Deo, psallite Domino qui fertis super caelum, caelum antiquum Демон взвыл от ярости и боли, перекрывая гул турбин. Резко дёрнулся всем корпусом, высвобождая скрытую темную энергию. И с силой отбросил всех назад, швыряя их на перегородки, пока многотонный самолёт продолжал нестись вперёд в ночном небе, теряя остатки спокойствия с каждой секундой. Джен первой рывком поднялась с пола, как только капитан на секунду перестал дёргаться. Кожаный дневник Джона Винчестера в момент удара вылетел у Сэма из рук и с глухим стуком ударился о пластиковое кресло, но Джен среагировала быстрее, она успела подхватить его прямо в воздухе, едва не упустив драгоценные страницы. Сэм всё ещё тяжело приходил в себя после падения. Он хрипло, надрывно дышал, отчаянно пытаясь сфокусировать расплывающийся взгляд на происходящем. — Давай… — выдохнула Джен, на ходу раскрывая помятый блокнот, и снова быстро зачитала строки экзорцизма, не отрываясь от исписанных отцовских страниц. — Ecce dabit voci Suae vocem virtutis, tribuite virtutem Deo... Капитан внезапно судорожно дёрнулся, будто наэлектризованный. Резким, яростным движением он сорвал плотный скотч с лица, откинул девушку и мёртвой хваткой вцепился в куртку Сэма, с силой притягивая его ближе к себе. Его глаза снова стали абсолютно, зловеще чёрными, без белков и зрачков. — Я знаю, что случилось с твоей подружкой, — прохрипел демон, и в его искажённом голосе послышалось издевательское торжество. Сэм мертвенно застыл, а в его глазах промелькнула старая, незаживающая боль. — Она кричала перед смертью… — демон жутко усмехнулся, скаля зубы. — И до сих пор в огне. В этот момент Дин, только-только приходя в себя после жесткого удара о перегородку, резко бросился вперёд, преодолевая сопротивление качающегося пола. И демон принял очередной удар в лицо. — Сэм! — отчаянно крикнул Дин, видя, что он впал в ступор от упоминания Джессики. Сэм резко моргнул, будто силой вырываясь из сковавшего его ментального ступора. Он перехватил дневник у сестры примыкая к ней, вцепившись в него пальцами, он начал читать вслух гораздо быстрее, жёстче и увереннее, чем раньше. Дин снова рванулся с пола и вместе с Джен намертво ухватил демона за руки, наваливаясь сверху и блокируя его движения, пытаясь удержать его на одном месте. Демон истошно, оглушительно заорал, когда латынь начала прожигать его изнутри. — Deus caeli, Deus terrae, spirituum potestate, laqueo... — Я держу его! — крикнул Сэм. Демон дико завыл, его тело забилось в яростных конвульсиях. Он резко дёрнулся всем корпусом, отбросив ногой дневник Джона куда-то в салон самолета. И в ту же секунду с громким, рвущимся, хлюпающим звуком изо рта мужчины хлынул густой чёрный дым. Хотя назвать это дымом было бы не совсем точно. Это был плотный, живой, шевелящийся рой, похожий на безумную стаю злых насекомых. Чернота металась по воздуху хвостового отсека какую-то долю секунды… а затем резко рванула вверх и с шипением исчезла в узкой решётке потолочной вентиляции. Тело капитана мгновенно обмякло, лишившись подпитки адской силы, и тяжелым мешком упало на ковролин без сознания. Джен и Дин резко подняли головы к потолку, тяжело дыша. — Где он?! Сэм, мучительно кашляя от оставшегося в воздухе запаха серы, с трудом выдохнул. — В самолёте… В тот же момент лайнер резко, неестественно «завис» в воздухе, словно наткнулся на невидимую стену. А затем с оглушительным рёвом турбин начал стремительно падать вниз, уходя в крутое ночное пике. Пассажирский салон за шторкой мгновенно взорвался испуганными, истошными криками. Людей с силой бросало в креслах, сверху с грохотом вылетал не закреплённый багаж, тяжелые металлические тележки с напитками с треском переворачивались, а бортовые журналы и бумаги белой метелью летели по воздуху. — Помогите! — в панике кричали пассажиры. — Что происходит?! — Мы падаем! Дин со всего маху ударился о пластиковую перегородку и с огромным трудом попытался подняться, хватаясь за выступы, но его снова безжалостно бросило в сторону из-за дикого крена. — Сделайте хоть что-нибудь! — в ужасе заорал кто-то из глубины салона. Сэм и Джен, едва удерживаясь на четвереньках, ползком пробирались по наклонному, уходящему из-под ног полу. Они отчаянно пытались поймать летающий дневник отца, который носило по всему хвостовому отсеку, как обычный лист бумаги в эпицентре урагана. — Он там! — сквозь гул падающей машины крикнул Сэм, указывая пальцем под сиденье. Джен сделала резкий рывок вперёд, практически в прыжке схватила раскрытый дневник и крепко прижала его к своей груди, приземлившись на плечо. — Нашла! Она на животе подползла ближе к Сэму, судорожно раскрывая помятые страницы на нужной странице заклинания. Они одновременно, изо всех сил перекрикивая страшный шум падающего лайнера и крики людей, продолжили читать. — Terribilis Deus de sanctuaris suo… Их голоса срывались от нехватки воздуха и бешеной перегрузки, но они не остановились ни на долю секунды. — Deus Istrahel ipse truderit virtutem Benedictus deus. Gloria patri. По всему салону самолёта прошла резкая, ощутимая волна — словно мощный удар статического электричества. Свет во всём лайнере одновременно моргнул, вспыхнув ярким белым сиянием. И самолёт плавно, но уверенно выровнялся, снова поймав воздушный поток. Шум падающих вещей и дикий рев моторов резко стихли, сменившись ровным, монотонным гулом стабильного полёта. Истерические крики в салоне постепенно сошли на нет, сменившись тяжелым, судорожным и частым дыханием испуганных до смерти людей. Дин медленно, держась обеими руками за сердце, поднялся на ноги. Аманда, бледная как полотно, сидела на полу, вжавшись в угол, и едва слышно выдохнула. — Мы… мы не падаем? Дин молча, со смесью шока и дикого облегчения смотрел вперёд, на выровнявшийся горизонт за иллюминатором, делая неуверенные шаги вперед. Сэм поднялся первым, протягивая руку и помогая Джен встать на ноги посреди устроенного хаоса. Она шумно выдохнула, устало вытирая ладонью пот со лба, и аккуратно закрыла дневник. Они оба молча посмотрели на Дина. Старший Винчестер обернулся к ним и медленно, весомо отрицательно покивал, якобы «я ненавижу свою жизнь».

Международный аэропорт Лихай-Вэлли

Катасокуа, штат Пенсильвания, США

Сине-красные вспышки проблесковых маячков резали предрассветные сумерки, жидким неоновым глянцем растекаясь по панорамным стеклам зала прилёта. Внутри всё казалось нереальным, словно подёрнутым грязной марлей. Шум сотен голосов, раций и шагов тонул в тяжёлом, вязком воздухе, оставляя лишь глухое эхо. Гнетущее чувство, которое накрывает после затянувшегося кошмара, когда проснулся, но пальцы всё ещё сводит судорогой от страха. Пассажиров несчастного рейса вытягивали из закрытой зоны поодиночке, точно тени. Кто-то застыл на жёстких пластиковых креслах, до подбородка укутавшись в колючие спасательные пледы, а кто-то сбивчиво, глотая слова, шептал что-то в блокноты следователей. Капитана усадили в кресло-каталку прямо посреди этого хаоса. Вид у него был жуткий: бледный, с синевой под глазами, словно из него живьём выкачали всю кровь. Молодой парамедик монотонно водил узким лучом фонарика перед его лицом, проверяя реакцию зрачков, и держал холодные пальцы на его запястье, считая нитевидный пульс. Рядом, тяжело нависая над каталкой, стоял хмурый детектив с планшетом. — Сэр, мне нужны ваши объяснения. Что произошло в кабине перед тем, как лайнер ушёл в пике? Пилот мучительно, медленно моргнул. Его взгляд, пустой и абсолютно разбитый, блуждал по серому линолеуму. Он поднял дрожащую руку, с усилием потирая виски, словно пытался пробить стену в собственной голове. — Я… я не помню, офицер. Клянусь вам. Я просто зашёл в терминал перед вылетом. А дальше темнота. Я даже не помню, как переступил порог этого чертова самолёта. Чуть дальше, у самого выхода к парковке, у холодного стекла стояла Аманда. Старшая стюардесса держалась из последних сил, бледными, почти прозрачными пальцами сминая бумажный стаканчик с остывшим кофе. Вода внутри стаканчика мелко дрожала в такт её мыслям. — Это всё, что вы можете подтвердить, мисс? — безразлично уточнил молодой полицейский, не глядя на неё и щёлкая ручкой. Аманда слабо кивнула, и её сорванный от крика голос сорвался на шепот. — Да… Обычная воздушная яма. Сильная турбулентность. Больше ничего. На долю секунды она подняла глаза, взглянув поверх форменного плеча офицера, и поймала в толпе три силуэта, быстро шедших к выходу. Её губы едва заметно дрогнули, формируя беззвучное, но отчаянное «Спасибо…». Дин перехватил этот взгляд сквозь мелькание чужих спин и фуражек. Он не улыбнулся, лишь едва заметно, понимающе наклонил голову. Дело сделано. Пора исчезать, пока их куртки, пахнущие порохом, серой и чужим страхом, не привлекли внимание федералов. Коридор терминала казался бесконечным. Под подошвами грубых ботинок хлюпала принесённая с улицы грязь, а над головой гудели люминесцентные лампы. Сэм шёл на полшага впереди, и его молчание буквально физически давило на плечи. Оно было слишком массивным и угрюмым. Его плечи были неестественно напряжены, а взгляд намертво прикипел к темноте за стеклянными дверями парковки так, словно его сознание всё ещё болталось там, на высоте в несколько тысяч метров, прижатое к полу беснующимся роем черноты. Джен чуть прибавила ходу, мягко скользнув к Дину, придерживая слегка свое травмированное плечо, и едва слышно, одними губами, произнесла. — Он снова не с нами. Дин мазнул быстрым, потемневшим от тревоги взглядом по резкому профилю брата, а затем коротко выдохнул. — Знаю, — он на миг отпустил взгляд, а затем с беспокойством перевел его на сестру и ее руку. — Как ты? — Ушиб. Не больше, — она слегка улыбнулась ему, ускорив шаг и догнала Сэма. Сделав два широких шага, Дин поравнялся с ними. Младший Винчестер заговорил не сразу. Его кадык судорожно дернулся, и он выдавил из себя слова так, будто они царапали ему горло. — Он знал о Джессике! Дин жёстко, грязно выругался сквозь зубы. Чувствуя, как внутри закипает глухая ярость, он мёртвой хваткой вцепился в рукав куртки брата, заставляя его притормозить прямо посреди прохода. — Сэм, эти существа читают мысли. Они лгут. И больше ничего. Сэм до скрежета сжал зубы, так что на скулах заходили жесткие желваки. Он упрямо дёрнул плечом, освобождая руку, но в глаза брату так и не посмотрел. — Да. — Идем, — бросил через плечо Дин, быстро покинув аэропорт. — Сэм, — тихо произнесла Джен. — Он прав. Это просто манипуляция. Не бери в голову. Брат коротко, едва заметно кивнул, соглашаясь, но туман в его глазах так и не рассеялся. Это была не та рана, которую можно затянуть простыми словами.

—

Утро встретило их сыростью и запахом дешёвого авиационного керосина. Воздух был колючим, пронзительно холодным, он обжигал лёгкие и немного выветривал из мыслей ночную гарь. Неподалёку, за сетчатым забором, с тяжёлым, утробным рёвом одна за другой уходили в серое небо стальные птицы, оставляя в тучах рваные инверсионные следы. Чёрная Импала ждала их на обочине пустынного загородного шоссе. На её лакированном, покрытом утренней росой багажнике устроились все трое, поджав ноги от холода земли. К ним, хрустя гравием под подошвами, подошёл Джерри Пановски. На его лице, осунувшемся за ночь, читалось то редкое, абсолютное облегчение человека, который заглянул в пасть к дьяволу и чудом остался цел. — Наверное, я единственный в округе, кто понимает, что вы сейчас провернули, — тихо, со скрытой дрожью в голосе сказал он, глядя на потрёпанных охотников. — Столько людей могло погибнуть. Он подошел вплотную, протягивая руку. Сначала крепко, с хрустом пожал ладонь Дину, затем Сэму. Повернувшись к Джен, он на секунду замер, а потом с глубоким уважением сжал её озябшие пальцы. — Ваш отец гордился бы вами. — Еще увидимся, Джерри, — кивая попрощался Сэм, не отрывая взгляда от исчезающего в облаках лайнера. Он кивнул на прощание и уже развернулся, чтобы зашагать обратно к стеклянным коробкам терминала, как Дин вдруг резко подался вперёд. Одна мысль, засевшая в мозгу с самого момента его звонка, наконец оформилась в четкий вопрос. — Эй, Джерри! — окликнул он. Мужчина обернулся, подняв брови. — Да? — Один вопрос, — Дин прищурился, и в его зелёных глазах блеснула сталь. — Кто тебе дал мой новый номер? Он у меня всего пол года. Джерри удивлённо моргнул, искренне не понимая, почему этот пустяк заставил Винчестера так напрячься. — Так ваш отец и дал. В воздухе мгновенно похолодало. Сэм, Дин и Джен переглянулись с такой идеальной синхронностью, словно их ударило током. — Что? — хрипло, едва слышно вырвалось у Сэма. Он мгновенно соскользнул с багажника, впиваясь взглядом в Джерри. Дин сделал широкий шаг вперёд, нависая над мужчиной. — Когда ты с ним говорил? Тот испуганно отшатнулся, поднимая руки перед грудью. — Да мы и не говорили с ним. Я позвонил ему, а на автоответчике был твой номер. Пауза, упавшая на шоссе, была массивной и душной, несмотря на ветер. Было слышно только, как в миле от них с надрывом ревёт турбина очередного Боинга. — Спасибо вам ещё раз, ребята, — неловко пробормотал Джерри, чувствуя, что залез в какую-то тёмную семейную бездну, и поспешил скрыться за поворотом дороги. Они остались одни у обочины. Джен медленно, устало провела ладонью по лицу, убирая со лба влажные от росы волосы, и тяжело опёрлась обеими руками о чёрную крышу Импалы. Дин выдавил из себя сухой, короткий смешок, в котором сквозила чистая горечь. Сэм, казалось, превратился в каменное изваяние. Он смотрел на хромированный молдинг капота, и его пальцы сжимались в кулаки с таким треском, будто лопались сухожилия. Чуть позже, сидя на багажнике, Дин набирал номер отца. Сэм запустил руки в карманы куртки, пиная какой-то камень ногой, а Джен оперевшись рукой об машину смотрела куда-то в небо. Каждый из них был где-то на дне собственных мыслей и вопросов, которых с каждым днем становилось все больше. — Ничего не понимаю. Я звонил ему раз пятьдесят. Телефон был выключен, — прервал тишину Сэм, но ответа от брата с сестрой он так и не получил. Экран моргнул, и из маленькой пластиковой сеточки раздался хриплый, прокуренный, до боли родной и пугающий своей обыденностью голос Джона Винчестера.

«Говорит Джон Винчестер. Со мной нет связи. Попробуйте набрать номер моего сына Дина: 866-907-32-35. Он поможет.»

Джен замерла, перестав дышать, глядя на то, как мобильный телефон слегка подрагивает в ладони Дина. Механический, начитанный на плёнку голос отца продолжал звучать, чётко, безэмоционально диктуя цифры нового телефона старшего сына. Когда запись оборвалась и телефон издал финальный унылый писк, тишина на шоссе показалась оглушительной. Она давила на барабанные перепонки сильнее, чем рев падающего самолёта. Лицо Сэма было бледным, искажённым от ярости и глухой, детской боли. На глазах выступили подступающие слезы. С диким, глухим звуком он со всего размаху рубанул ногой по земле и резко встал с багажника. Тяжёлая машина ощутимо качнулась на рессорах. Он не произнес ни слова. Ни единого проклятия. В его взгляде, устремлённом в пустое серое небо, горело слишком много всего: злость на отца, который бросил их, но продолжал дергать за ниточки, обида за то, что его собственные пятьдесят звонков ушли в пустоту, пока Дин получал координаты. Он рванул на себя тяжелую пассажирскую дверь и рухнул на сиденье, оставив её открытой. Джен выпрямилась, не сводя напряженного взгляда с телефона в руке Дина. Парень долго, не мигая, смотрел на закрытую дверь, а затем медленно, словно телефон весил тонну, опустил руку и спрятал аппарат в карман. Его плечи под курткой заметно поникли, выдавая колоссальную усталость. Он повернулся к сестре. — Я ничего не понимаю, Джен. Ничего, — тихо, почти беззвучно сказал Дин, глядя на неё. Джен подошла чуть ближе. Она бросила взгляд на уходящую вдаль серую ленту асфальта, которая терялась в утреннем тумане, и негромко сказала. — Я тоже. Но мы должны держаться. Ради Сэма. Дин одобряюще кивнул. Тишина между ними продлилась не больше минуты, прежде чем они обошли машину. Тяжелые металлические двери хлопнули, отсекая холодный внешний мир. Длинный капот Импалы вздрогнул, когда под ним с глубоким, хищным и раскатистым рыком проснулся прожорливый мотор. Дин врубил передачу, и машина, визгнув резиной по влажному асфальту, круто развернулась. Блестящая чёрная корма машины растаяла в утренней дымке шоссе. История с самолётом осталась позади, но впереди лежали сотни миль пустых трасс, и где-то там, среди холодных зеркал новых дорог, их уже ждала следующая охота, написанная чьей-то кровью. Гейт* в аэропорту — это выход на посадку (конкретная зона или терминал), через который пассажиры проходят на борт самолета по посадочному талону. Для бортпроводников (стюардесс) это место начала их рабочей смены непосредственно с пассажирами.