Курительные травы

Юэ Ци никогда не претендовал на звание «лучшего старшего брата». Звание просто «Брата» бы получить. Он знал, что виноват, знал, что не достоин прощения. Каждый день главу Юэ сжирали чувства. Но все хорошо, пока Сяо Цзю счастлив. И только недавно эта мысль начала трескаться. А точно ли Сяо Цзю счастлив? Неделю назад, до того, как его брат отправился на миссию, у глав пиков состоялось еженедельное собрание. Юэ Ци как обычно зашел в зал заседаний. Пришли шесть лордов из двенадцати, неплохо. Так, Лю-шиди отправился медитировать в пещеры Линси, Гао Цингао в затворе, Шан-шиди с торговым караваном где-то на севере… Он перебирал причины отсутствия своих младших боевых братьев, пока слушал приветствия и направлялся на свое место во главе стола. Взгляд как обычно упал на Сяо Цзю. Тот сидел на своём месте, с обычным отстранённым выражением лица. Юэ Ци перевёл взгляд на свитки. — Итак, раз все в сборе, начнем! – Мягко, но четко произнес Глава, и началось обсуждение. Вопросы. Дела. Финансы. Задания и мелкие школьные события. Сегодня все шло более-менее гладко, никто никого не обвинял, не ссорился и не дрался. Но что-то было не так. Но вот что? С правой стороны раздраженно выдохнули, и Юэ Ци сразу обратил внимание туда. Сяо Цзю… Вот что его беспокоило. Его любимый младший брат сидел, подперев голову кулаком. Все бы ничего только… Сяо Цзю всегда сидел как нефритовое изваяние. Ровно и не шевелясь. А тут он еще и почесал нос (!) пока слушал монотонную речь Вэй Цинвэя. Судя по реакции нескольких его шиди, они тоже заметили, и тоже встревожены. Глава пика Ванцзянь закончил свой доклад, и речь взяла Ци-Шимэй. - Как я уже не раз повторяла, - Начала она, и Юэ Ци мысленно заплакал. Этот сценарий всем уже набил оскомину. Сейчас Ци Цинци начнет обвинять его Сяо Цзю в неподобающем поведении в отношении учениц, Цинцю либо промолчит, либо скажет что-то едкое и колкое, а Цинъюань встанет на защиту любимого шиди. В итоге по секте поползут еще более отвратительные слухи и цикл повторится. - Меня беспокоит состояние учениц пика Цинцзин! Со всем уважением, Шэнь-шисюн, - сказано это было вообще без какого-либо уважения. – Но слухи ходят ужасающие и… - Со всем уважением Ци-Шимэй может пойти нахуй. – Резко перебил ее Сяо Цзю, и зал собраний накрыла удивительная тишина. Даже птицы за окном, кажется, перестали щебетать. – С моими ученицами все в порядке. Если Шимэй, - Одной интонацией он указал ей на ее положение в иерархии, и продолжил. - В этом сомневается, то она может в любой момент, без предупреждения, посетить пик Цинцзин и понаблюдать за тем, как этот Шэнь ведет уроки. И если Шимэй покажется поведение этого мастера непотребным, то она может прямо в то же кэ лишить этого Лорда мужества. Вот так. Ци Цинци молча села. Вроде она еще обронила «Приму к сведению», но из-за шума в ушах Юэ Ци не расслышал. Это что было? Цинъюань кинул испуганный взгляд на Сяо Цзю. Тот сидел расслабленный и обмахивался веером. Затем осмотрелся, поймал взгляд Ци Цинци и показал ей язык. Потом отвернулся, и спокойно начал что-то писать. Как будто ничего не произошло. - Что же, раз конфликт исчерпан, давайте обсудим часы дополнительной подготовки к государственным экзаменам! – Опомнился Глава, и живо перевел тему.

***

После собрания, Цинъюань поспешил перехватить Му-шиди, чтобы обсудить с ним состояние Сяо Цзю, но заметил еще одну интересную деталь. - Прошу прощения, Шиди, если мой вопрос покажется тебе бестактным, - мягко начал Юэ Ци. – Но если мне не изменяет память, Шиди отращивал свои усы на протяжении десяти лет, и подобное изменение бросается в глаза… - Ах, Чжанмень-шисюн… - Му-шиди неэлегантно перебил его и покраснел. - Это долгая история. - Шэнь Цинцю показал мне язык. – Рассеяно пролепетала Ци Цинци, подходя к ним. - Что? – Удивленно вскинул брови лекарь, и попытался пригладить несуществующие усы. – Я был поражен его поведением на этом собрании, но мне казалось, что Шэнь-шисюн сегодня просто… - Более расслабленный? – Мягко подсказал Юэ Цинъюань. - Да. Верно. – Му Цинфан задумался. – Если так подумать, то я уже видел его похожее состояние, только более гиперболизированное. - Когда? – В лоб стал допытываться Цинъюань. Когда дело имело отношение к Сяо Цзю, он становился нетерпеливым. - За два дня до того, как Лю-шиди отправился в пещеры Линси. – Устало выдохнул лекарь. – Как раз он и привел ко мне Шэнь-шисюна. Ци Цинци вроде хотела что-то сказать, но обеспокоенный Глава ее перебил. - С ним что-то случилось? - Не совсем. Он был… - Му Цинфан взмахнул рукой, пытаясь подобрать слова. – Пьян? - Пьян? – Перебила уже его Ци Цинци. – Он же знаменитый трезвенник! Я помню, что он оскорбил не мало людей, отказавшись испить с ними байцзю! - Да, я тоже был удивлен. – Покивал Цинфан. – И что примечательно, видимо он выпил очень много, потому что Лю-шиди чуть ли не тащил его на себе. – Тут лекарь нахмурился, а затем грустно вздохнул. – Он был настолько пьян что отбросив всякие приличия оторвал этому Му его усы! - Что? – Ци Цинци звонко засмеялась. Му-шиди обиженно надулся. – Прости дорогой, - сквозь смех сказала она. – Но эти усы тебе были совершенно не к лицу! Я даже хотела как-то ночью пробраться на Цяньцяо и сбрить их пока ты спал! В свою защиту скажу, что тоже была навеселе тогда. - А. Вот как. – Окончательно оскорбился Му Цинфан. - Ах, не стоит принимать слова Шимэй близко к сердцу, Му-шиди. – Начал привычно сглаживать углы Юэ Цинъюань. – Ее слова происходят из заботы о нашем лекаре, и не имеют цели никого задеть. - Все в порядке Чжанмэнь-шисюн. Я все понимаю, и не держу зла на нашу прямолинейную боевую сестру. – Он раздраженно потер переносицу. Еще немного поболтав на отвлеченные темы, заклинатели разошлись по домам. Юэ Ци наконец был предоставлен самому себе (и документам), поэтому мог немного все обдумать. Итак, что мы имеем. Сяо Цзю одурманили. Или он попал под действие неизвестного проклятия, или в него вселился демон… С каждым предположением Юэ Цинъюаню было все сложнее оставаться спокойным и прямо сейчас не сорваться на Цинцзин. А может его подменил гриб-мимик?.. Все. Так больше продолжаться не может. Сяо Цзю явно в беде. А чем занят его Ци-гэ? Нужно срочно что-то сделать, иначе он может опять опоздать, и на этот раз действительно лишиться Сяо Цзю! Быстро разобравшись с самыми срочными бумагами и делегировав остальное своим подчиненным, Цинъюань отправился на Цинцзин. Без предупреждения, конечно, но выбора не было. Когда Юэ Ци отправляет уведомление о своем посещении, Сяо Цзю всегда дает ему от ворот поворот. - Приветствую Главу школы! – Поклонился ему один из младших учеников Цинцзин. Это кажется был тот самый ребенок, которого не возлюбил Шэнь-шиди. Как же его… Лу Банхэ? Ли Бинди? - Шичжи, проводи пожалуйста этого мастера к твоему учителю. – Дружелюбно улыбнулся Цинъюань. Он так и не вспомнил имя этого ученика. Ребенок поклонился, и молча повел главу школы к бамбуковой хижине Шэнь Цинцю. - Как поживает шичжи? – Как бы между прочим спросил Цинъюань. - Отвечая главе, этот Ло в порядке. Благодарю Юэ-шибо за беспокойство. – Чуть замявшись сказал ребенок. Все-таки его фамилия Ло… - Это хорошо… Говорят, что Шэнь-шиди сложный человек… - Как бы неаккуратно проронил Цинъюань. - Учитель строг. – Рассеяно произнес ребенок. Хм, интересно. - Он просто заботится о своих учениках. Его уроки тяжелые, но они закаляют юные умы. – На этих словах дитя нахмурило свои брови и крепко задумалось. Эх, он еще такой неопытный. Дальше Глава школы завел беседу о, казалось, обычных вещах. Мягко интересовался о том какие уроки у шичжи любимые, о друзьях, о семье. В общем просто развлекал себя пустыми разговорами с учеником своего шиди, но так было только на первый взгляд. Все-таки Юэ Цинъюань был главой школы и дипломатом не за красивые глазки. Он с весельем отметил, как быстро смог разговорить дитя. Сяо Цзю даже будучи ребенком бы не повелся. Итак, что мы имеем. На Цинцзин царит странная атмосфера. Этот ученик Ло явно подвергался травле. Но с какого-то недавнего времени что-то поменялось, и к дитя стали обращаться… Ну… Нормально. Теперь он посещает занятия, некоторые из которых ведет Сяо Цзю. Что примечательно, именно эти лекции ребенок называет своими любимыми. Так же, ребенок явно восхищается своим Учителем, судя по тому, как загораются его глаза каждый раз, когда он упоминает Сяо Цзю. Значит именно Цинцю прекратил травлю. Но почему? Нет, не подумайте, Юэ Цинъюань не считает своего шиди монстром, но и не обманывается на его счет. Его Цинцю жестоко издевался над мальчиком, и часто несправедливо наказывал других талантливых учеников своего Пика. Поэтому то, что он мог вот так взять, и просто по доброте душевной пригреть ненавистного мальчика, верилось с трудом. - Учитель! К вам пожаловал Глава школы! – Уже не такой настороженный оповестил ученик Ло. - Да блять – Послышалось очень тихое из дома. Цинъюань смог различить уличную брань только благодаря обостренным чувствам заклинателя его уровня. Ну и потому что когда-то давно сам и научил Сяо Цзю этому слову. Случайно. - Проходите. – Уже куда громче пригласил Шэнь-шиди его внутрь. Это тоже было необычно, Сяо Цзю ревностно относится к своему убежищу и никого туда не пускает, проводя встречи или в своем кабинете восточного административного корпуса, или беседке. Если подумать, то это был первый раз, когда Цинъюань легально посетит бамбуковую хижину. Ключевое слово «легально», потому что часто он туда наведывается без приглашения. С небольшим волнением в сердце, Юэ Ци открыл дверь и замер. Все куда хуже, чем он думал. В те не редкие разы его посещений дома Сяо Цзю он не раз отмечал про себя то, как скрупулёзно и с фанатизмом его дорогой брат относится к чистоте своего логова. Положение каждого, даже самого маленького предмета, в его хижине было выверенно до одной трети фэня, а когда Юэ Цинъюань «случайно» двигал какие-то из них, пусть и слегка, Цинцю мог буквально впасть в искажение. Сейчас же… Ну, это была свалка. Свитки лежали повсюду. На столе, на полу, на подоконнике, даже на кровати. А в центре этого свиткопокалипсиса сидел Шэнь Цинцю. Юэ Цинъюань моргнул. Потом ещё раз. Цинцю был... растрёпан. Это слово вообще не сочеталось с образом его младшего брата. Халат накинут кое-как, ворот съехал на плечо, рукава свисают до пола и явно уже собрали всю пыль, какая только была в хижине. Волосы не собраны в причёску, а просто перехвачены лентой на затылке, и несколько прядей выбились, падая на лицо. В одной руке кисть, которой он что-то быстро помечает на полях раскрытого фолианта, второй листает следующий, локтем придерживает третий, а взглядом, кажется, читает четвёртый, лежащий на коленях. - Шэнь-шиди? – Цинъюань пытался придать голосу обычную мягкость, но у него не получилось. Его вело. - Да, да, да. Сядь где-нибудь… Я сейчас… - С большими паузами промямлил Сяо Цзю, не отрываясь от своего занятия. Юэ Цинъюань потерянно осмотрелся. - Куда? – С тупым выражением лица моргнул он. Сяо Цзю, раздраженный что его отвлекают, резко обернулся - Да хоть… - Начал он, но быстро замолчал и осмотрелся. На стуле разложилась стопка каких-то записей сумасшедшего, с испугом Юэ Ци узнал в них почерк брата. На кровати так же было некуда примоститься, а про пол даже заикаться не нужно было. - Хм… - Многозначительно кивнул Сяо Цзю. – Зверек! - Да Шицзунь? - Подай чай в беседку. - Да Шизцунь. «Беседкой» прозвали столик на помосте под большой ивой, ветки дерева свисали почти до самой земли, и нависали над головами отдыхающих как крыша. Это было очень красивое и живописное место рядом с большим водоемом, в который впадала узкая, но буйная горная речушка. Погода стояла замечательная. Солнце ярко светило и припекало головы не спрятавшихся в тени учеников, а прохладный ветер обдувал свежестью и доносил терпкий запах бамбука и хризантем. Заклинатели сидели под сенью ивы и казалось, мирно беседовали за чашкой чая, но так было только на первый взгляд. На деле же перед «скрывшимся» в кустах шичжи Ло происходила настоящая битва главных умов мира заклинателей. - Ах, какой прекрасный купаж. – Мягко улыбнулся Глава школы. – И удивительный выбор, мне казалось, шиди Шэнь предпочитает чай Горной святой. - Верно, но этот Шэнь посчитал невежливым не угостить Чжанмэнь-шисюна чаем, который ему понравится более, чем то, что обычно пьет этот мастер. – Безупречно вежливо прикрыл глаза Сяо Цзю. Как только они сели в беседку тот быстро поменял стратегию разговора. И ведь не прокопаешься. - Чтож, этот благодарит Шэнь-шиди за заботу. – Отсалютовал своей пиалой Юэ Цинъюань. - Помнит ли Шэнь-шиди того свободного мастера, что посещал Цинцзин в прошлом году? - Тот, что обучался в Гусу? Мастер Лань Цижень кажется? - Верно. – Чтож, вариант с грибом-мимиком можно отложить. Гриб мимик бы не «вспомнил». - Почему же Чжанмэнь-шисюн его упомянул? – Кажется Цинцю все понял. - До нас дошли сведения, что он стал временным главой секты Гусу Лань, пока старший сын предыдущего главы подрастает. – Быстро припомнил события прошлого месяца Цинъюань. Это была очень грубая ошибка, Юэ Ци. - Да, этот мастер слышал. – Видимо Цинцю решил не давить все же. Почему-то Глава почувствовал себя мышкой, с которой играется кот. - Будут ли какие-то последствия для Цанцюн? - Вовсе нет, господин Лань в свой визит остался доволен гостеприимством нашей секты. Возможно, мы сможем наладить с ними торговлю не смотря на их закрытый нрав. – Заглотит ли он наживку? - Помнится, они изготавливают удивительные музыкальные инструменты и талисманы. – Отлично, теперь можно вести диалог в сторону заклинательства и духовных практик. - Да, на этом завязано их совершенствование. – Мягко вкинул новую тему Цинъюань. – Слышал даже, что они научились изгонять злых духов из одержимых одним сыгранным этюдом. - Правда? Этот Шэнь впечатлён. – Царственно кивнул Цинцю. Цинъюань отметил, как при этом тот прикрыл глаза. Неужели не врет? - Глава интересуется методами изгнания злых духов? Вот черт. - Никогда не знаешь какие знания могут пригодится в будущем. – Отступил Глава. - Вот как. – Раскрыл веер Сяо Цзю. – А то этому мастеру начало казаться, что визит Чжанмэнь-шисюна обусловлен подозрениями, а не праздным интересом встретиться с этим Шэнем. Видимо шиди надоело играть, и он пошел в атаку… Но, судя по всему, тот наслаждается пикировкой. Поза расслабленная, движения медленные и ленивые. Не зря его называют «Змеей Пика Цинцзин». Но Цинъюань тоже не пальцем деланный.

***

Ло Бинхэ слушал скучнейший диалог в своей жизни. Вот и чего Главе Юэ на своем Пике то не сидится? Зачем пришел, спрашивается? Они уже полшиченя обсуждали какого-то там мастера Ланя, торговлю, талисманы... Бинхэ даже зевнул. Глаза слипались. Солнце припекало макушку, ветерок шевелил листву ивы, а монотонный голос Юэ-шибо навевал сон лучше любой колыбельной. Бинхэ как-то в раз понял, почему все это время Шицзунь с такой страстью гонял от себя Юэ Цинъюаня. Он просто боялся заснуть и оскорбить Главу. Хотя разве своими отказами и колкостями он не оскорблял его? Хм. В любом случае все было странно. Бинхэ снова зевнул. - По-моему они торговали дурманящими зельями, конечно, если мне не изменяет память. - Этот Шэнь не берется судить, Чжанмэнь-шисюну виднее. Боже, о чем они вообще говорят? Ло Бинхэ как-то пропустил момент смены темы. - Хм, тот твой ученик… - Звереныш? – Ло Бинхэ обиделся. - … Не напомнишь мне его имя? - Его зовут Звереныш. – Ло Бинхэ обиделся еще сильнее - Кхм. – Не подавитесь, Глава. – Он, кажется, имеет потенциал. - При всем уважении Глава, но, чтобы такое говорить, нужно сначала запереть Звереныша в его загоне. – Ло Бинхэ замер, кажется его заметили. – Он имеет склонность зазнаваться, и я не хочу потом иметь с этим дело. Он не зазнавался никогда! Даже не думал! - У детей его возраста всегда наблюдается удивительная любопытность. – Примирительно произнес Глава. - Это называется «сует нос не в свое дело». Звереныш! – Бинхэ вскинулся и показался из-за кустов. – Марш к себе. И не думай, что я с самого начала ничего не заметил. «Раз заметил, то чего сразу не отослал» - надулся Бинхэ, но послушно поклонился и пошел на тренировочное поле.

***

Ближе к вечеру Сяо Цзю начал уставать и гнать его на Цюндин фразами «Мне казалось, что у Главы одной из самых престижных сект заклинательства много дел.» и «Глава так великодушно тратит время на этого Шэня вместо важных вопросов административного Пика», поэтому подняв еще пару тем и быстро но аккуратно прощупав почву, Юэ Цинъюань наконец распрощался со своим шиди и вернулся к себе обдумывать результаты допроса. Все было плохо. Удалось вычеркнуть пару вариантов, тот, что с грибом-мимиком и демоническим вмешательством. Остается только дурман, именно на этой теме Цинцю начал проявлять удивительную изворотливость. Нужно срочно провести расследование кто, когда, зачем и чем опоили шиди. Не Волнуйся, Сяо Цзю! На этот раз твой Ци-гэ успеет!