Главный герой, подвергшийся насилию, выходит за рамки сценария

Сун Шии медленно открыл глаза. Он увидел белоснежный потолок и почувствовал запах дезинфицирующего средства, который ненавидел больше всего. Кислородная маска периодически запотевала в такт дыханию, датчик электрокардиограммы показывал стабильный ритм, а внутривенный раствор медленно капал в вену. Он снял маску и, опираясь на кровать, медленно сел. Медсестра, собиравшаяся заменить флакон с глюкозой, увидела это и поспешила к нему: — Будьте осторожны! Вы наконец-то проснулись. Вы были без сознания два дня. Вас что-нибудь беспокоит? Сун Шии молча покачал головой. — После того как вас доставили к нам, мы провели обследование, — тихо продолжила медсестра. — Кроме небольшого количества пыли, которую вы вдохнули в лёгкие, других проблем не обнаружили. Но вы никак не приходили в себя, и у вас несколько раз фиксировали сильное ускорение сердечного ритма. На всякий случай я попрошу лечащего врача ещё раз вас осмотреть. Тёплая ладонь коснулась его лба и тут же отстранилась: — Пока вы были в беспамятстве, у вас держался сильный жар, но сейчас всё вроде бы пришло в норму. Я принесу градусник, чтобы перепроверить температуру. Юноша на больничной койке, казалось, ещё не до конца пришёл в себя после двух суток забытья. На бледном лице застыло растерянное и ошеломлённое выражение. Слишком свободная больничная пижама в сине-белую полоску висела мешком, собираясь в складки на сгибах рук, отчего он выглядел совсем исхудавшим. Как только медсестра собралась уходить, в дверь палаты тихо постучали. После короткой паузы вошли двое мужчин в полицейской форме. — Похоже, пациент очнулся, — обратился к медсестре старший, более собранный на вид полицейский. — Мы можем уделить ему несколько минут? Услышав это, медсестра нахмурилась: — Пациент только что пришёл в себя, ему нужен покой и противопоказаны любые потрясения. Офицер Сюй, я знаю, что вы приходили сюда каждый день, но спешить некуда. Офицер Сюй насупился: — Всего несколько минут. Недовольство медсестры стало ещё очевиднее, но в этот момент подал голос Сун Шии: — Извините, а в чём дело? Его голос слегка хрипел от долгого молчания, но говорил он неторопливо и со странной, непривычной мягкостью. Тёмные волосы качнулись, когда он слегка наклонил голову. На губах заиграла лёгкая улыбка, и он спокойно перевёл взгляд на полицейских. Красивый молодой офицер, стоявший позади напарника, при виде этой улыбки вдруг внутренне подобрался и невольно выпрямился. — Спасибо за помощь в прошлый раз, — кивнул ему Сун Шии. Молодой полицейский тут же вспомнил, что юноша перед ним — та самая жертва недавнего нападения и покушения на убийство. — Это моя обязанность, — он смущённо почесал затылок и бесхитростно улыбнулся. — Сяо Чжоу, вы знакомы? — спросил офицер Сюй. — Этот парень уже вызывал полицию, а я как раз был на патрулировании. — Понятно, — кивнул офицер Сюй, а затем кашлянул и строго добавил: — Перестань панибратствовать в рабочее время. Поняв, что спорить бесполезно, медсестра ушла, оставив их троих в палате. — Товарищ Сун Шии, верно? — уточнил офицер Сюй, предъявляя своё удостоверение. — Мы пришли, чтобы разобраться в деталях пожара, случившегося два дня назад. Он взглянул на напарника. Офицер Чжоу понимающе кивнул, достал ручку с блокнотом и приготовился записывать. — Пожарных на место происшествия вызвала ваша мать. Когда спасатели прибыли, они обнаружили вас двоих запертыми в спальне на четвертом этаже. К тому моменту вы уже были без сознания, и на улицу вас вынес случайный прохожий. Такова общая картина. Хотите что-то добавить? — Да, — Сун Шии поднял ладонь, делая жест, призывающий сделать паузу, и очень спокойно произнес: — Это не моя мать. Это любовница, которую нашёл мой отец. Двое полицейских переглянулись: «?..» — ...А что было дальше? — офицер Чжоу почувствовал, как сюжет делает крутой мелодраматический поворот, и осторожно уточнил. — Ничего, я просто внёс небольшую правку. Можете продолжать. Эмоциональное состояние подозреваемого казалось настолько стабильным, что это даже пугало. Поддавшись напору и собственному недоверию, офицер Чжоу невольно изменил формулировку: — Вообще-то, об этом случае нам сообщила третья сторона. Услышав это, Сун Шии удовлетворённо кивнул. У офицера Сюя от такой самодеятельности напарника закружилась голова, и ему безумно захотелось пнуть подчинённого прямо на месте. — Эта женщина обвинила вас в том, что вы заперли её в комнате и подожгли дом, — офицер Сюй шагнул вперёд, и выражение его лица стало предельно серьёзным. — Дверь спальни действительно была заперта снаружи на ключ, к тому же на месте происшествия мы обнаружили следы горючего. В тот день в доме находились только вы двое, так что сейчас вы являетесь главным подозреваемым. Что вы можете сказать по этому поводу? Аура опытного следователя разительно отличалась от энергеки новичков. Будь на месте Сун Шии реальный преступник, под таким тяжёлым взглядом он бы точно занервничал. Но Сун Шии лишь лениво склонил голову набок. Заметив, что парень всё ещё бледный, офицер Чжоу быстро спрятал ручку под мышку и заботливо помог ему поднять спинку кровати. Юноша удобно откинулся назад и мягко улыбнулся полицейским. Едва зародившееся напряжение в палате бесследно испарилось. Офицер Сюй посмотрел на своего ученика со смесью разочарования и досады. Потеряв инициативу в допросе, он почувствовал себя неловко. Но стоило ему собраться с мыслями, чтобы вернуть разговор в нужное русло, как дверь палаты внезапно распахнулась. — Шии! — в дверях показалась женщина с нежным, красивым лицом, на котором читалось искреннее беспокойство. — Я услышала, что ты пришёл в себя, и сразу бросилась сюда, позабыв обо всём на свете! Она осеклась, заметив мужчин в форме: — О, офицеры, вы тоже здесь? Линь Нянь удивлённо прикрыла рот ладонью. Затем, словно запоздало что-то осознав, она сменила тревогу на лице глубокой печалью и страхом. Сделав несколько шагов назад, женщина запричитала: — Шии, мне так жаль... Я так сильно испугалась, что сама вызвала полицию. Но почему ты так с нами поступил? Мы ведь твои родители! Как у тебя рука поднялась запереть нас и сжечь заживо? Эта сцена была разыграна настолько гладко и слаженно, что мгновенно закрепила за ней образ любящей, но смертельно раненной в самое сердце матери. Профессиональное чутьё офицера Сюя ещё сильнее склонилось в пользу Линь Нянь. Сун Шии спокойно выслушал её и произнёс: — Но ты ведь жива, не так ли? Линь Нянь на мгновение застыла. Она явно не ожидала от пасынка столь непредсказуемой реакции. — На самом деле я очень рад это слышать, — Сун Шии нежно улыбнулся и чуть прищурился. — В конце концов, мертвецы ничего не чувствуют. А это слишком скучно. Встретившись с его тёмным, пронзительным взглядом, Линь Нянь ощутила, как по спине пробежал леденящий ходок. На секунду она даже забыла о своей роли, медленно опустила руку и растерянно уставилась на юношу. — То есть вы признаёте, что устроили поджог? — проницательно переспросил офицер Сюй. Сун Шии повернул голову и, не говоря ни слова, посмотрел на следователя с той же неизменной улыбкой. Даже имея за плечами многолетний опыт, офицер Сюй не мог разгадать истинные мысли парня. Он даже не заметил, как его собственное давление на подозреваемого сошло на нет. За внешним спокойствием Сун Шии скрывались пугающая решимость и опасный невротизм. И как раз в тот момент, когда казалось, что немая дуэль затянется, Сун Шии внезапно небрежно бросил: — Да, это я поджёг дом. Полицейские потрясённо уставились на него. — Ты действительно в этом признался?.. Линь Нянь была ошеломлена. Но не успела она обрадоваться, как в дверях показалась инвалидная коляска. В ней сидел Сун Гучэн — тоже в больничной пижаме и с пледом на коленях. Его и без того слабое здоровье окончательно подкосил шок от пожара. После двух дней в реанимации врачи строго запретили ему любые нагрузки, поэтому теперь он был вынужден передвигаться в кресле. — Раз так, мы обязаны забрать вас в отделение для оформления, — офицер Сюй наконец вернул контроль над ситуацией. Он шагнул вперёд, собираясь прикоснуться к Сун Шии. — Подождите! — резко оборвал его Сун Гучэн. Следователь недоумённо посмотрел на него. — Вы не можете его увести! — закричал Сун Гучэн, гневно ударив ладонью по подлокотнику. Офицер Сюй нахмурился: — Прекрасно понимаю ваше отцовское сердце, господин, но вы должны трезво оценивать ситуацию. — Офицер прав, — Сун Шии мягко улыбнулся и послушно протянул руки. Из-под широких рукавов больничного халата показались тонкие, хрупкие запястья. Он выглядел поразительно безмятежным. В момент, когда полицейский уже потянулся за наручниками, Сун Гучэн в полном отчаянии выпалил: — У моего сына проблемы с психикой! Во время приступов он совершенно себя не контролирует. Он совершил это неосознанно, у него не было злого умысла! На мгновение в палате повисла мёртвая тишина, которую тут же нарушил тихий смех Сун Шии. Его грудь мерно вздымалась от хохота, когда он неторопливо опустил руки: — Надо же, какая уважительная причина. Офицеры Сюй и Чжоу растерянно переглянулись, окончательно перестав понимать, что здесь происходит. Если бы скандал такого масштаба — арест второго сына «Сун Групп» за попытку заживо сжечь родителей — просочился в прессу, общественность бы взорвалась, а акции компании неизбежно рухнули бы вниз. Сун Шии слишком хорошо знал примитивный ход мыслей Сун Гучэна. Он был абсолютно уверен: стоит ему самому во всём сознаться, и Сун Гучэн из чистой выгоды расшибётся в лепёшку, но вытащит его из этой передряги. — Муж!.. — Линь Нянь прикусила губу и уставилась на Сун Гучэна. Она намеренно выставила напоказ жуткие ожоги на руке, которые получила, когда вытаскивала его из огня. Но Сун Гучэн даже не взглянул на неё. Сейчас его волновало лишь одно: замять дело под видом несчастного случая, предотвратить утечку информации и избежать ненужной шумихи. — Психическое заболевание в столь юном возрасте... — с подозрением протянул офицер Сюй. — Это всё дурная наследственность по материнской линии... — Разве это не твоя болезнь, дорогой отец? — тихо перебил его Сун Шии, подпирая голову рукой. — ...Да, всё верно. У меня болезнь, это семейное, и в моменты обострения моё психическое состояние становится нестабильным. Извините, что заставил вас выслушивать это, — Сун Гучэн панически боялся, что сын откажется подыгрывать, поэтому лишь тяжело вздохнул и неохотно продолжил врать. Каждый, кто проработал в органах хотя бы несколько лет, прекрасно знал: семейные разборки — самое гиблое дело. В них легко увязнуть и в итоге остаться крайним. Видя, с каким упорством Сун Гучэн называет чёрное белым, офицеру Сюю оставалось только отступить: — В таком случае вам придётся позже предоставить нам официальное медицинское заключение. — Конечно, разумеется, я лично займусь всеми формальностями. В палате ненадолго воцарился хаос. Пока Сун Гучэн был занят улаживанием вопросов с полицией, Сун Шии — истинный виновник этого безумия — молча лежал на койке, наблюдая за суетой холодным, пустым взглядом. Ему без труда удалось избежать наказания за эту катастрофу. Тщательно продуманный план Линь Нянь рухнул, и она, разумеется, была в ярости. Но внезапно она поймала на себе взгляд Сун Шии. Леденяще спокойный взгляд. Когда она обернулась, он уже выглядел как обычно. Линь Нянь попыталась было возразить, но в этот момент Сун Шии с расслабленной улыбкой произнёс: — Они все сумасшедшие. Просто дай мне сделать всё по-своему.