«Я ненавижу каждую частицу тебя...»

Уже полтора года Эндрю Миньярд влюблён в Нила Джостена. И это один из его самых тщательно охраняемых секретов — потому что он не хотел этого. Нил — идиот, умник с острым языком, достаточно смешной, чтобы почти заставить Эндрю рассмеяться вслух, и, что хуже всего, он лучший друг его брата. Единственный человек, которому он рассказал о своей влюблённости, — Би. Он никогда не думал, что сможет доверять Би так, как доверяет сейчас, но она дала ему обещание, когда ему было двенадцать, и сдержала его. В день, когда бумаги были оформлены и у Эндрю появилась стабильность, ощущение дома и безопасной семьи, Бетси поговорила с ним наедине. — Я обещаю заботиться о тебе, что бы ни произошло, происходит или произойдёт. Что бы ни случилось, Эндрю, — подчёркнуто сказала Бетси, держа его руки в своих — единственное прикосновение, которое он тогда мог вынести. — Но ты должен пообещать, что будешь говорить мне об этом. Я не буду осуждать, я даже не буду говорить, если ты не захочешь. Но мне нужно знать. Это всё, о чём я прошу. И он пообещал. И она сдержала своё слово. Всё, что он в итоге счёл возможным рассказать, он рассказал, и она сделала всё, что могла, чтобы залатать его раны. Он рассказал ей про шрамы, но не про то, откуда они взялись, и она изо всех сил скрыла свои эмоции и уже на следующий день принесла ему нарукавники. Он сказал ей, что он гей, и она спросила, можно ли его обнять. Он не смог, и она это приняла. Он сказал ей, что боится любить кого-либо, и тогда она придумала правило «не встречаться», учитывая это — чтобы у него было ощущение спокойствия, отсутствие давления и, если нужно, удобное объяснение, почему он ни с кем не встречается. И так он рассказал ей про Нила. Он не хотел ни её советов, ни её мнения — он просто скривился, сообщил это и вышел из комнаты. Ему нужно было это сказать вслух, и он надеялся, что после этого оно как-нибудь исчезнет. Но оно не исчезло. Нил Джостен в последнее время слишком часто на него смотрит. Это крайне подозрительно. Дело не в том, что Нил не знает, кто такой Эндрю — он бывал у них дома, оставался на ужин. Один раз даже ночевал, и тогда Эндрю увидел его растрёпанные утренние волосы и сразу же сбежал к себе в комнату, чтобы беззвучно кричать в подушку. Нил раньше никогда особо не проявлял к Эндрю интереса, так что сейчас это внимание ощущается странно. Можно было бы спросить у Аарона, но они толком не разговаривали с момента «инцидента с дрелью». Эндрю тогда откопал его учебник за прошлый год и в качестве извинения швырнул его Аарону на кровать, но Аарон, кажется, так же упрям, как и он сам. Почти пять, когда Эндрю выходит с территории школы — он потерял счёт времени, работая над эссе. Он проверяет телефон и видит несколько пропущенных сообщений от Аарона: [15:43] doppelgänger: у тебя пять минут [15:48] doppelgänger: автобус в четыре минуты каждого часа, не забудь, тупица Странно видеть, как сильно Аарон всё ещё о нём заботится, учитывая, как Эндрю иногда с ним обращается. Он не скажет спасибо, даже не упомянет об этом, но это что-то значит. Сейчас это значит, что он, к счастью, успевает на автобус и не будет ждать почти час следующий. А значит — он внезапно сталкивается с Нилом Джостеном на остановке. У Эндрю есть доля секунды, когда он рассматривает вариант спрятаться и дождаться следующего автобуса, но тогда он окажется дома около семи, пропустит ужин и будет вынужден всю ночь сидеть за учёбой. Это значит, что он не сможет сегодня поработать в своей мастерской, а ему нужно это как способ снять напряжение. Ещё это означает на час меньше обниманий с Сэром Жирным Котом МакКэттерсоном — и вот это уже решающий аргумент. Он встаёт рядом с Нилом и игнорирует его, надеясь, что Нил сам поймёт намёк и отстанет. Но Нил — тупой идиот, не умеющий читать атмосферу. — Привет, — говорит он хрипловато и устало. Эндрю сжимает челюсть. Его усталый голос не сексуальный. Просто нет. Отсутствие ответа Нила вообще не останавливает. — Ты тоже задерживаешься из-за учёбы? Я тебя в это время никогда не видел. Это что, значит, Нил часто так делает? Стоп, нет, ему всё равно. Нил пожимает плечами, будто в этом нет ничего неловкого. Эндрю отводит взгляд — куда угодно, только не на лицо Нила и не на эти пронзительные глаза, которые уже несколько лет являются его личным проклятием. И тут он видит это — идеальный кадр: солнце пробивается сквозь деревья и отражается в воде ближайшей лужи. Он скидывает потрёпанный рюкзак и бросает его в сторону Нила. Даже не проверяет, поймал ли тот его — просто достаёт телефон и приседает, пытаясь выстроить композицию, пока делает снимки. Через пару мгновений солнце смещается, и Эндрю проверяет фотографии. Не гениально, но для импульсивного решения — неплохо. Он больше любит снимать людей, но хочет учиться, расширять горизонты в фотографии. К тому же он ненавидит людей. Он возвращается к остановке как раз в тот момент, когда автобус появляется за поворотом, и делает знак Нилу вернуть ему рюкзак. Нил просто смотрит на него. — Джостен. Рюкзак, — говорит Эндрю, и только сейчас понимает, что это, возможно, первые слова, которые он произнёс Нилу за несколько месяцев. Нил фыркает, отдаёт сумку и присвистывает: — Ты фотограф. Эндрю хмурится. — Я делаю фотографии. — Я снимаю фотографии. — У тебя хорошо получается снимать, — говорит Нил. — Отвали, ты их даже не видел, — отрезает Эндрю, отвергая… комплимент? — Можно? — спрашивает Нил, протягивая руку, когда они заходят в автобус. — Нет, отвали, — говорит Эндрю, чувствуя, как у него слегка краснеют уши. — И не садись рядом со мной. Эндрю уходит в конец автобуса и смотрит, как Нил останавливается посередине, уставившись на него, пока он садится. Он снова ухмыляется, и Эндрю начинает рыться в рюкзаке в поисках наушников, решительно настроенный смотреть в окно до своей остановки.

***

Сэр Жирный Кот МакКэттерсон выглядит приятно удивлённым тем, что Эндрю вернулся домой раньше, и даже удостаивает его широкой зубастой ухмылки, обвивая хвостом его лодыжку. И этого уже достаточно, чтобы Эндрю почувствовал себя дома. Он садится на пол, позволяя коту буквально ходить по нему, утыкается лицом ему в подмышку и принимает лёгкие «поцелуи» лбом. Он взял Сэра Жирного Кота, когда ему было тринадцать. Би предложила ему завести «терапевтическое животное» — тёплое, успокаивающее присутствие, с которым можно быть собой, что-то безопасное. Презрение Аарона к животным означало, что у Эндрю был свободный выбор, и когда он увидел Сэра Жирного Кота в приюте, развалившегося на своём «троне» и полностью игнорирующего всех вокруг, он понял — это идеальный кот. Когда они привезли его домой, Аарон спросил, как он собирается называть «это», и, как посчитал Эндрю своим долгом, он выбрал максимально идиотское имя просто чтобы позлить брата. — Сэр Жирный Кот МакКэттерсон, — сказал Эндрю, наблюдая, как у Аарона с каждым словом всё больше отвисает челюсть. Если Аарон настаивает на том, чтобы называть кота «оно», Эндрю просто говорит: «У него есть имя», и наблюдает, как брат закипает от злости. Он берёт свой разогретый ужин к столу и тоном приказывает Сэру Жирному Коту следовать за ним, если тот хочет. Он запускает видеозвонок с Кевином, пока загружает фотографии на ноутбук, чтобы потом повозиться с ними в Photoshop, и проходит всего несколько секунд, как Кевин отвечает с хмурым выражением лица. — Есть после восьми вредно, — говорит он. — Сейчас без пяти восемь, — отвечает Эндрю с полным ртом. — Ешь свое дерьмо, Дэй. — В это время суток особенно вредно. Эндрю показывает ему средний палец. Ну, в дружеском смысле. — Почему ты так поздно? — спрашивает Кевин, стуча по клавиатуре, давая понять, что тоже делает домашку. — Остался в школе, дописал половину эссе по истории, — вздыхает Эндрю и проводит пальцами по волосам, прежде чем всё-таки сказать прямо: — Столкнулся с Джостеном. Кевин поднимает взгляд на камеру: — О? Кевин знает, что Эндрю не стал бы просто так поднимать эту тему. Он позволяет тишине повиснуть, ждёт, пока Эндрю сам скажет то, что хочет сказать. — Он в последнее время на меня смотрит, — наконец выдаёт тот. — О, — говорит Кевин. — В каком смысле? Эндрю пожимает плечами. — Просто смотрит. Это странно. И потом, совершенно неожиданно, Кевин говорит: — Из-за твоей влюблённости, ты имеешь в виду? Эндрю замирает. Он смотрит прямо на лицо Кевина, который сам выглядит так, будто не ожидал произнести это вслух, и явно собирается сказать ещё что-то — и Эндрю не выдерживает. Он не будет это обсуждать. — Спокойной ночи, Кевин, — говорит он и захлопывает ноутбук с громким щелчком. На всякий случай закидывает его под кровать. Домашку можно отложить, он и так на неделю вперёд сделал. Он игнорирует сообщения Кевина. Игнорирует его звонок. Сейчас он просто не может с ним это обсуждать. Его телефон издаёт звук уведомления, и Эндрю уже готов его проигнорировать — пока не видит, что это Instagram. [@minandrew_]: @neiljos10 начал(а) на вас подписываться.

***

Позднее ночное решение Эндрю полистать Instagram Нила оказалось плохой идеей. Во-первых, он засиделся допоздна и теперь проснулся раздражённым. Во-вторых, он стал ещё сильнее одержим тупым красивым лицом Джостена, потому что у этого придурка весь аккаунт состоит из фотографий чужой обуви и слишком остроумных подписей. Он лениво плетётся на кухню за хлопьями, проходя мимо Аарона, который играет в видеоигру. Насыпав себе миску, он падает на диван и смотрит, как брат играет. Он ничего не говорит, и Аарон тоже молчит — он знает, что у Эндрю утром самые отвратительные настроения. После того как сахар из хлопьев попадает в кровь, Эндрю подталкивает Аарона ногой. Аарон бросает ему второй контроллер и запускает новую игру. Они некоторое время играют в тишине, и Эндрю, не отрываясь от экрана, говорит: — Извини. Аарон чуть не выворачивает шею. — Что? — За твою книгу, — продолжает Эндрю, всё ещё играя и отказываясь смотреть на него. Аарон смотрит на него несколько секунд. — Ага, я нашёл ту, что ты мне оставил. Эндрю пожимает плечами. — Зачем ты это сделал? — спрашивает Аарон, и Эндрю понимает, что это задело его сильнее, чем их обычные ссоры. Он снова пожимает плечами. — Мы не разговариваем. В школе. Эндрю чувствует на себе осуждающий взгляд Аарона. Его персонаж уже умер на экране, но Аарона это, похоже, не волнует. — Могли бы, — говорит Аарон. — Зачем? — спрашивает Эндрю, и сам не уверен, почему так упорно это отталкивает. — Потому что мы братья, — отвечает Аарон. — Разве этого недостаточно? У Эндрю нет ответа. По крайней мере такого, который можно было бы озвучить. — Прости, — повторяет он, надеясь, что пока этого достаточно. Аарон запускает новую игру.