Звёзды и время

      Утро пришло неожиданно — со светом, пробивающимся сквозь неплотные шторы, с запахом свежезаваренного кофе откуда-то снизу, с голосами, которые постепенно наполняли дом.       Аврора открыла глаза первой. Тело ломило приятной истомой, а в голове была удивительная ясность. Рядом, уткнувшись носом в её плечо, спала Жанна — растрёпанная, счастливая, с лёгкой улыбкой на губах.       Аврора смотрела на неё и не верила своему счастью. Ей казалось, что если она моргнёт, всё исчезнет — и эта комната, и этот дом, и эта удивительная девушка рядом. Но Жанна дышала ровно и тепло.       — Если будешь так смотреть, я застесняюсь, — пробормотала Жанна, не открывая глаз.       — Ты никогда не стесняешься, — усмехнулась Аврора.       — С тобой — стесняюсь. — Жанна наконец открыла глаза и посмотрела на неё с такой нежностью, что у Авроры защемило сердце. — Доброе утро, снежинка.       — Доброе, — прошептала Аврора и сама потянулась за поцелуем.       Он был лёгким, почти целомудренным, но от него по телу разлилось тепло, ничуть не меньшее, чем от вчерашних откровений.       — Нам пора вставать, — сказала Жанна, но не двинулась с места.       — Знаю.       — Там, наверное, уже все проснулись.       — Вставай давай, счастье моё. Нас ждёт великий день.       Они ещё немного повалялись, но потом всё же заставили себя подняться. Одевались молча, но то и дело ловили взгляды друг друга и улыбались.       Они вышли в коридор и нос к носу столкнулись с Дареном, который как раз шёл с веранды.       — О, вы уже встали, — сказал он, и его взгляд на секунду задержался на шее Авроры. Он деликатно кашлянул и отвернулся. — Диана скоро спустится. А Дора… ну, Дора уже требует завтрак.       Аврора густо покраснела, но Жанна только усмехнулась и крепче сжала её руку.       — Мы поможем с завтраком, — сказала она без тени смущения. — Ведите, шеф.       Дарен хмыкнул и повёл их на кухню.       На кухне уже вовсю кипела жизнь. Мина, успевшая прибежать с самого утра, колдовала над плитой, а Айра сидела с планшетом, изучая какие-то схемы. Мерцана помогала Мине, периодически отгоняя Дору, которая пыталась стащить со стола печенье.       — А, ледяная принцесса! — завопила Дора, завидев Аврору. — Ты выспалась? Тебе понравилось в гостевой комнате?       — Дора, — предостерегающе сказала Диана, только что спустившаяся. — Не приставай.       — Я не пристаю, я интересуюсь! — надулась малышка, но тут же её взгляд упал на шею Авроры. — Ой, а что это у тебя? Тебя кто-то укусил?       В кухне повисла тишина. Мина подавилась воздухом, Айра подняла бровь, Мерцана прикрыла рот ладошкой, пряча улыбку. Диана закатила глаза. А Жанна расхохоталась — звонко, искренне, ничуть не смущаясь.       — Это я её укусила, — заявила она. — Потому что она вкусная.       — Вкусная? — Дора склонила голову, явно пытаясь осмыслить эту информацию. — А меня можно укусить?       — Нет! — хором заорали Диана, Дарен и Мина.       Аврора спрятала лицо в ладонях, но сквозь пальцы было видно, как она улыбается.       — Ладно, — сдалась Диана. — Давайте завтракать. А после завтрака… Бёнёль сказала, что сегодня мы начинаем подготовку к ритуалу. Нужно собрать всех.       — Всех? — переспросила Ариэлла, которая только что вошла в дом, сияющая и явно выспавшаяся.       — Отлично, — кивнула Диана. — Тогда после завтрака расходимся по городу и собираем всех, кого найдём. Нам нужно единство.       Аврора слушала их и чувствовала, как внутри разгорается огонь — не ледяной, а самый настоящий, тёплый, живой. Она здесь. Она нужна. Её любят.       Жанна под столом сжала её руку.       — Всё будет хорошо, — прошептала она. — Мы справимся.       — Я знаю, — ответила Аврора. — Потому что мы вместе.

***

      В домике на окраине города, который отвели Бёнёль по её же просьбе, чтобы никто не отвлекал от работы, еле отняла голову от стола, за котором уснула. Она не могла позволить себе уснуть до тех пор, пока не проверит списки жителей города и тех, кто мигрировал. Голова уже болела от постоянных букв, а руки тряслись от перенапряжения, но всё же, она закончила и ей было чем поделиться. Первым делом она решила отправить письма около тридцати жителям Хроноса, которые разбрелись по всей Волшебной вселенной: две семьи в Магиксе, одна на Линфее, ещё четыре на родном для хранительнице Эраклеоне, и ещё две перебрались на Андрос. В городе оставалось жителей куда больше, с две сотни не меньше, но не все из них подходят — участие детей, больных и сильно пожилых волшебников не желательно. Список потенциальных участников сокращался до списка из примерно ста сорока человек.       Голова пухла от количества всех данных, включая и информации от ритуала. Наверное, стоило всё же подключить Мерцану, которая обучалась в Золотой академии, сразу получая образование узкоспециализированного профиля и, скорее всего, Айру, которая много знает о технологиях, возможно, что-то из них могло бы помочь.       Воздух за стенами взорвался ледяным воем. Бёнёль выбежала из своего временного убежища и замерла на пороге: площадь перед окраиной города заполонили тёмные силуэты. Чёрные волки — огромные, с горящими алыми глазами, с шерстью, что клубилась тьмой, — рыскали в поисках добычи. Их было не меньше десятка, и каждый излучал такую концентрацию негативной энергии, что у Бёнёль заломило виски.       — Бёнёль, силы Сонярикса!       Она не раздумывала ни секунды. Хрустально-голубой свет вспыхнул вокруг неё, окутывая тело прозрачным сиянием. Лёгкое двухслойное платье до колен с открытыми плечами, длинные бирюзовые рукава, крылья за спиной, зазвеневшие, как настоящий хрусталь, — трансформация пришла легко. Лианы из чистого хрусталя обвили ноги, и Бёнёль взмыла в воздух, оценивая ситуацию.       — Сзади!       Голос раздался откуда-то слева, и мимо Бёнёль пронёсся цветочный ураган — лепестки, острые как бритвы, врезались в ближайшего волка, разрывая его тень на куски. Рядом приземлилась фея в сиянии Зираникса — её одеяние переливалось красками весны, а за спиной дрожали крылья, похожие на лепестки пиона.       — Розалин, — выдохнула Бёнёль, узнавая весеннюю фею по описаниям.       — Появился один чёрнохвост, значит, за ним ещё стая, — без приветствий бросила Розалин, взмахом посоха отправляя в следующего волка сноп искрящейся пыльцы. — Летим в Сумрачный лес, они должны быть недалеко. Здесь только разведка!       Но Бёнёль уже поняла: разведка — это только начало. Земля под ногами дрогнула, и из-за домов, со стороны леса, донёсся низкий, утробный вой, от которого закладывало уши.       — Поздно, — прошептала она. — Они уже здесь.

***

      В доме Дианы Ариэлла вскочила из-за стола раньше, чем Диана успела открыть рот.       — Аномалии, — выдохнула она, и в её глазах вспыхнул знакомый охотничий азарт. — Ближе, чем обычно. Нам нужно…       — Знаю, — перебила Диана, массируя виски. — Я чувствую. Целая стая. И что-то ещё… большее.       Мина застонала, сползая со стула:       — Я думала, нам дадут отдохнуть…       — Аномалии не появляются так близко к городу, — нахмурилась Айра, уже активируя интерфейс на своём планшете. — Ариэлла всегда находила их далеко в Сумрачном лесу. Это… это плохо.       — Ага, я её по всему лесу искала, чтобы засадить за подготовку к Алфее, — хмуро отозвалась Диана, но в её голосе не было злости, только привычная усталость. — Ладно, девочки, пора размять кости.       Ариэлла уже разминала запястья, предвкушая битву. Дарен поднялся, заслоняя собой Дору.       — Я остаюсь с малышкой и нашими гостьями, — твёрдо сказал он. — Ди, Элла, будьте осторожны.       — Я рядом, — шепнула Жанна Авроре, сжимая её похолодевшую руку. — Мне кажется, для них это уже рутина.       — Да уж, Ариэлла не на шутку злила сестру, которая не могла её усадить за подготовку, — усмехнулся Дарен, провожая взглядом выбегающих девушек. — Она неисправима, всегда грудью на амбразуру.       Аврора смотрела, как Ариэлла, Диана, Мина и Айра скрываются за дверью, и внутри неё нарастала ледяная дрожь. Не от холода — от страха. Там, снаружи, была опасность, а она, фея зимы, сидела в укрытии, как маленькая девочка.       — Тётя Жанна, ледяная принцесса, а почему вы не пошли? — Дора устроилась на коленях у Жанны, глядя на неё огромными любопытными глазами. — Вы не феи?       — Нет, маленькая, ледяная принцесса — фея, но она только учится быть волшебницей, — Жанна прижала малышку к себе, стараясь, чтобы голос звучал спокойно. — А я и вовсе превращаться не смогу, потому что я не полноценная фея. Зато я могу делать всех радостными!       Аврора почти не слышала их. Её взгляд был прикован к окну, за которым уже полыхали вспышки магии. Там, среди тьмы, метались светящиеся фигуры. Ариэлла… Диана…       — Я не могу, — выдохнула она, вставая.       — Аврора, нет, — Жанна мгновенно оказалась рядом, схватив её за руку. — Ты не готова. Ты же сама говорила…       — Я не могу сидеть здесь, когда они там! — в голосе Авроры звенели слёзы. — Ариэлла… она же моя подруга. Я должна…       Дверь распахнулась, и на пороге возник запыхавшийся Лорен — младший брат Ариэллы, десятилетний мальчишка с такими же рыжими вихрами.       — Там… там сестра! — выпалил он. — Я хочу помочь! Я не могу просто стоять!       И прежде чем Дарен успел его остановить, Лорен выскочил на улицу.       Аврора рванула следом, буквально вырывая свою руку и чуть ли не оттолкнув Жанну.

***

      Площадь превратилась в поле боя.       Чёрные волки метались между домами, их тени разрывали мостовую, оставляя глубокие борозды. В воздухе пахло озоном и страхом. Розалин и Бёнёль сдерживали натиск с одного фланга, но волков становилось всё больше — они вылезали из теней, будто сама тьма рождала их.       — Ариэлла, прикрой слева! — крикнула Диана, создавая иллюзию десятка фей, которые отвлекли на себя трёх волков.       Ариэлла взмыла в небо, и над площадью вспыхнул искусственный рассвет — её солнечная магия ударила ослепительными лучами, выжигая тварей. Но на их место приходили новые.       Мина замерла в центре, раскинув руки. Вокруг неё воздух задрожал, и несколько волков замедлились, будто попали в патоку.       — Быстрее! — выкрикнула она. — Я не могу держать их вечно!       Айра материализовалась прямо за спиной одного из замедленных волков и мощным ударом пространственного сдвига разорвала его на куски. Но силы таяли, а волки всё лезли.       — Где остальные? — прохрипела Диана, отбиваясь от очередной твари.       И словно в ответ, со стороны города донёсся боевой клич. На площадь влетели Мерцана, сияющая осенними красками, Адилия — летняя фея, чьи волосы полыхали огнём, и Борей — маг зимы, с посохом, источающим мороз. За ними бежали десятки других — феи и маги Хроноса, кто с оружием, кто с голыми руками, но с горящими глазами.       — Угощайтесь! — крикнула Адилия, и её огненный шар испепелил сразу двух волков.       Битва закипела с новой силой. Розалин дирижировала лепестковыми бурями, Мерцана резала тьму острыми листьями, Борей возводил ледяные стены, отсекая волков от города. К ним присоединялись всё новые защитники — старики с молодыми, женщины с мужчинами, все, кто мог держать магию.       — Держать строй! — скомандовала Розалин. — Это только разведка, главный ещё впереди!       И будто в ответ на её слова, земля содрогнулась. Из Сумрачного леса, ломая деревья, выступила гигантская тень — волк размером с трёхэтажный дом, с глазами-пропастями и шерстью, что клубилась живым мраком. От его дыхания стыли камни.       — Великий Дракон… — выдохнула Мина.       — Все ко мне! — Розалин взмахнула посохом. — Объединяем силы!       Но монстр уже прыгнул, и его лапа обрушилась на площадь, разбрасывая защитников, как щепки.       В этом хаосе никто не заметил, как маленькая рыжая фигурка пробиралась к центру.       Лорен бежал, спотыкаясь, и кричал:       — Сестра! Ариэлла!       Ариэлла услышала его сквозь грохот битвы и обернулась. Сердце оборвалось.       — Лорен! Нет!       Монстр уже заносил лапу для нового удара — прямо над мальчиком. Ариэлла не думала. Она рванула вперёд быстрее ветра, быстрее света, и в последнюю секунду закрыла брата собой.       Удар пришёлся ей в спину.       Мир взорвался болью. Ариэлла упала на колени, чувствуя, как тьма разъедает её магию, её тело, её душу. Но Лорен был цел. Он смотрел на неё с ужасом и кричал, кричал…       — Элла!       Диана закричала так, что задрожали стёкла. Она бросилась к подруге, но чёрные волки отрезали путь. Мина рыдала, пытаясь замедлить время вокруг монстра. Айра телепортировалась, но было поздно.       И вдруг…       Свет.       Яркий, золотой, невыносимо прекрасный свет вырвался из груди Ариэллы. Он взметнулся к небу, разрывая тучи, и окутал её всю. Крылья за спиной преобразились — стали больше, мощнее, с переливами зари. Платье сменилось сияющим одеянием, расшитым звёздами и солнцами.       Энчантикс.       Ариэлла поднялась. В её глазах горела сила, рождённая любовью и самопожертвованием. Она повернулась к монстру, и тот, впервые за всю битву, отшатнулся.       — Ты тронул моего брата, — голос её звенел, как натянутая струна. — Ты ответишь.       Она взмахнула рукой, и солнечный луч, сконцентрированный до плотности света, пронзил чудовище насквозь. Монтр завыл, покачнулся, но устоял. Ариэлла атаковала снова и снова, и каждый её удар был точнее предыдущего.       — Держись, Элла! — крикнула Диана, прорываясь сквозь волков. — Мы с тобой!       Остальные феи, воодушевлённые чудом, обрушили на монстра всю свою мощь. Огонь, лёд, ветер, пространственные разрывы — всё смешалось в единый удар.       И в этот момент на площади появилась Аврора.       Она выбежала из-за угла как раз вовремя, чтобы увидеть, как Ариэлла, сияющая, бьётся с гигантским волком. Рядом метался Лорен, и Аврору захлестнуло такой волной страха и адреналина, что мир померк.       — Нет! — закричала она, сама не зная, кому.       И тогда пришла трансформация.       Ледяной вихрь закружился вокруг неё, срывая одежду и заменяя её сияющим серебристым платьем, похожим на иней. Крылья — прозрачные, как замёрзшее стекло, с узорами снежинок. На голове — корона из сосулек. Базовая трансформация феи зимы.       Но контроля не было.       Страх, вырвавшийся наружу, превратился в ледяную бурю. Аврора закричала, и из её рук ударил такой мощный поток холода, что замёрзло всё в радиусе ста метров. Волки, камни, дома — всё покрылось коркой льда. Даже союзники едва успели отскочить.       — Аврора! Прекрати! — Жанна выбежала следом и теперь пыталась пробиться сквозь ледяной ветер. Она чувствовала эмоции любимой — ужас, панику, отчаяние. — Льдинка, посмотри на меня!       Но Аврора не слышала. Лёд продолжал разрастаться, угрожая накрыть всю площадь. Монстр, уже раненный, попытался отступить, но его лапы примерзли к земле.       — Нужно её успокоить! — крикнула Бёнёль, создавая защитное поле вокруг себя и Жанны. — Если она не остановится, мы все замёрзнем!       Жанна рванула вперёд, игнорируя ледяные иглы, что впивались в кожу. Она добралась до Авроры и обхватила её со спины, прижимаясь всем телом.       — Я здесь, — зашептала она, вкладывая в голос всю любовь, на которую была способна. — Я с тобой, слышишь? Ты не одна. Мы все здесь. Всё хорошо. Ты в безопасности. Я люблю тебя.       Эмпатия Жанны работала на пределе. Она передавала Авроре своё спокойствие, свою уверенность, своё тепло. И постепенно ледяной ветер стих. Аврора обмякла в её руках, рыдая.       — Я… я чуть не…       — Тише, тише, — Жанна гладила её по спине, не обращая внимания на холод. — Всё позади.       Тем временем феи добивали монстра. Ариэлла, в сиянии Энчантикса, нанесла последний удар, и чудовище рассыпалось прахом. Оставшиеся волки, лишившись предводителя, растворились в тенях.       На площади воцарилась тишина, нарушаемая только всхлипами и тяжёлым дыханием выживших.       Диана подбежала к Ариэлле, упавшей на колени, и обняла её.       — Дура! — зарыдала она. — Дура ты, Элла! Чуть не погибла!       — Но не погибла же, — слабо улыбнулась Ариэлла, прижимая к себе Лорена, который ревел в три ручья. — Зато теперь у меня Энчантикс.       Мина и Айра, обессиленные, опирались друг на друга. Мерцана перевязывала кому-то рану. Бёнёль, всё ещё в трансформации, облетала площадь, проверяя, нет ли новых аномалий.       Розалин, опираясь на посох, подошла к Авроре и Жанне.       — Она сильная фея, — сказала она Жанне, глядя на всё ещё дрожащую Аврору. — Но необученная. Если она не научится контролировать свой страх, в следующий раз может быть поздно.       — Я помогу ей, — твёрдо ответила Жанна, прижимая к себе любимую. — Мы все поможем.       Аврора подняла заплаканное лицо и посмотрела на разрушения, которые успела натворить.       — Я… я хотела помочь… — прошептала она.       — Ты и помогла, — неожиданно сказала Диана, подходя к ним. — Твой лёд сковал монстра, и мы смогли его добить. Да, вышло неаккуратно, но без тебя мы бы провозились дольше.       — Правда? — Аврора не верила.       — Правда, — подтвердила Ариэлла, поднимаясь с помощью Дианы. — Ты справилась, Аври. Испугалась, но справилась.       Аврора выдохнула и уткнулась в плечо Жанны.       — Пойдёмте домой, — сказал Дарен, появляясь в дверях с Дорой на руках. Малышка смотрела на всё круглыми глазами, но, к счастью, не плакала. — Нам всем нужно отдохнуть. А завтра… завтра будем готовиться к ритуалу.       Все, кто мог идти, потянулись к дому. Битва была выиграна, но впереди их ждало главное испытание.

***

      Феи, уставшие после битвы, завалились в дом Дианы. Кто-то валялся на диване, кто-то откинулся в кресле, кому-то и на ковре гостиной было нормально. Вдруг двери открылись и в дом вошли две фигуры: мужчина и женщина средних лет.       — Мамуля! Папуля! — Тут же с восторженным криком бросилась Дора, до этого разносившая воду в стремлении хоть как-то всем помочь.       — Дора, солнце наше! — Ответил отец и поднял малышку на руки, кружа. — Дарен тебя не обижал? Диана не сильно ругалась?       — Братик меня защищал! А мы защищали дом! — Гордо сказала девочка, с благодарностью смотря хмурого из-за участившихся аномалий Дарена. — Остальные героически спасали город! Тётя Ариэлла теперь такая красивая! У неё большие невероятные крылья!       Ариэлла лишь слабо помахала рукой.       — Если бы не смелость и глупость моего неугомонного брата, не видать мне Энчантикса. Мне даже плевать было, если я умру! — обессиленно, но с теплотой ворчала девушка. — Этот балбес тоже пошёл в отца, похоже, мама с трудом с ним управляется, пусть всё же и засаживает за занятия.       Диана, как могла, ткнула подругу в бок.       — Если бы не Энчантикс, я бы вспоминала тебя как самую безумную дуру. — Вздохнув, подала голос фея видений, — Но самую преданную любимым.       — Я не могла поступить иначе. — Глядя в поток, выдохнула Ариэлла. — Этот рыжий моторчик подружился бы с Дорой.       Родители Дианы перевели взгляд на новых лиц на Хроносе.       — У нас гости? — С лёгкой улыбкой, максимально ласковым тоном спросила женщина. — Извините, что не встретили с Глином вас раньше, мы были заняты поддержанием ядра в хоть каком-то живом состоянии.       — Ядру всё хуже, но у нас есть шанс его восстановить. — Встав, без предисловий начала Бёнёль. — Мы разослали часть писем на другие планеты и будем собирать жителей города, имеющие опыт в управлении магией.       — Это Бёнёль, она аспирантка из Алфеи, специализирующаяся на артефактах, но в данном случае, она провела большую исследовательскую работу в кратчайшие сроки, чтобы помочь нам по просьбе директрисы Фарагонды. — Встав, но чуть-чуть пошатываясь, представила Диана их новую знакомую. — Она в приоритет ставит дела, поэтому говорит мало, но по делу.       — Я Жанна! Я не совсем фея, я владею магией эмпатии. У меня из кровных прямых родственников только бабушка с Магикса, моя мама фея, но осталась с моим папой на Земле. — Забыв про всякое стеснение, помахала девушка. — Я прилетела с Авророй. Она зимняя фея, а ещё сестра Мерцаны…       — Аврора? Девочка моя, мы думали, что ты погибла ещё в младенчестве! — Ахнула женщина, прикрыв рот. — Мы с мужем забыли представиться. Я Двина, фея погоды, а это, как вы могли понять, Глин. Он маг звёздного света.       — Приятно с вами познакомиться! — Тут же лучезарно воскликнула Жанна.       — Аврора, дитя, но как же ты выжила, где ты была? — Тут же стал расспрашивать мужчина.       — Я росла на Земле, приёмные родители как могли, старались за мной приглядывать и воспитывать, пусть и боялись моей магии. — Смущённо начала рассказывать девушка. — После, мне пришло приглашение в Алфею. Там я узнала, что мой дом… — Она запнулась, но рука Жанны дала расслабиться. — Мой дом — это Хронос. Я только учусь, моя магия всё ещё не подчиняется мне полностью, что сегодня я осознала ясно, когда со страху переборщила. — Она неловко почесала затылок и с нервной улыбкой продолжила рассказывать. — А ещё я узнала, что у меня есть сестра…       — Мерцана… — догадалась мать семейства. — Мы знали ваших родителей. Фелиси была нашей подругой, она была до последнего стоять за жизнь ядра. — С горечью рассказывала женщина. — Я такую волевую фею не припоминаю, чтобы даже в полном истощении, до последнего вздоха сражалась. За это она поплатись жизнью.       В гостиной воцарилась тишина, у Двины с Глином в память о матери сестёр, а у остальных — от уважения к героизму Фелиси.       — Ян был в глубокой печали после потери жены. Даже несмотря на двух дочерей, он не выдержал горя и ушёл вслед за ней. Так Хронос потерял фею весны и мага лета. — Закончил рассказ мужчина. — Вы с Мерцаной очень напоминаете своей ранимостью отца, а внешностью — мать.       Аврора почувствовала, как сердце разрывается на миллион мелких кусочков, готовых тут же обернуться бураном. По щекам потекли слёзы, тут же превращаясь в ледяные хрусталики. Её глубокие сильные эмоции были выше остатков сил на контроль.       — Снежинка, нет!       Жанна кинулась к ней, но метель, закружившаяся вокруг её возлюбленной обожгла её. Все в гостиной думали, что предпринять, первой отозвалась Мина, накинув на Аврору заморозку времени, но даже несмотря на это, страшный мороз не отступал.       — Диана, попробуй снова достучаться до неё! — Тут же согнав усталость, трясла её Ариэлла.       — Я… Я… — Дрожа не могла выговорить хоть что-то она. — Мне больно.       Чувствуя сильную боль Авроры, она не могла совладать со своей силой, чувствуя к тому же и сильные переживания Жанны, хоть та и не была природной феей. Силы выходять из-под контроля. Двина, собираясь с духом, наколдовала яркое солнце над феей зимы, не имеющей власти над собственным даром, который постепенно стал замораживать всё вокруг. Холод в гостиной отсупал, но Авроре не становилось лучше.       Ариэлла, не уверенная в своём плане, наколдовала пузырёк с волшебной пыльцой, надеясь, что это поможет. К сожалению, это тоже не помогло. Дора забилась под стол на кухне, боясь ледяную принцессу. Но вспомнив, как в сказках добро и любовь побеждало зло, решилась подойти. Метель её обжигала, мать хотела её отдёрнуть, но супруг не дал, словно прося дать время.       — Ледяная принцесса… — Сквозь вой метели прокричала девочка и попыталась обнять её. — Я тебя люблю. Сильно-сильно! Возвращайся к нам.       Малютка Дора уже вовсю дрожала от холода. Остальные смотрели, готовые в любой момент, наплевав на мороз, вытащить девочку, но метель стала успокаиваться, а Аврора бессильно рухнула на колени в объятиях малышки.       — Ледяная принцесса, не плачь! — Она аккуратно вытила слёзки девушки подолом своего солнечного платья, тихонько приговаривая утешительные слова.       От малышки расходилась волна тепла и жаркого солнышка, воздающие рябь в воздухе. Аврора медленно открыла глаза, видя сосредоточенную малышку. Как только Дора увидела, что её ледяная принцесса очнулась, она обняла её крепко-крепко.       — Не грусти больше, ледяная принцесса! — Гладя по голове приговаривала малышка. — А то сестричка тебя накажет!       Родители Дианы, Дарен, Мина, Айра, Жанна, Мерцана и Ариэлла рассмеялись, слыша угрозы Доры быть наказанной Дианой. Сама же Диана, опершись головой о руки, стоявшие на коленях проморгалась, слыша смех, который её оглушал, но при этом, почему-то успокаивал.       Глин поднял дочь на руки и чмокнул её в щёчку.       — Ты спасла ледяную принцессу! — Сказал тот радостно. — Ты большая молодец! Такая же смелая, как твои старшие сестричка и брат!       Девочка гордо посмотрела на всех в комнате.       — Я тоже рыцарь! — Воскликнула девочка и показала язык Жанне, — Я спасла твою принцессу!       Полуфея же на это рассмеялась, признавая поражение без капли ревности. Этот ребёнок имеет большой потенциал стать сильной феей.

***

      Ужин в доме Дианы выдался шумным и тесным — в гостиной не хватало стульев, поэтому кто-то сидел на подлокотниках, кто-то на полу, подложив подушки, а Дора вообще устроилась на коленях у отца, торжественно вручившего ей самую красивую тарелку.       — …и тогда я сказала этому волку: «А ну брысь, это моя площадь!» — Ариэлла, уже успевшая переодеться и немного прийти в себя, живописно размахивала ложкой, расплёскивая суп. — А он как зарычит! А я ему — бац! Солнечным лучом прямо в морду!       — Сестра, ты проливаешь суп, — Лорен, сидевший рядом, аккуратно отодвинулся, но смотрел на неё с обожанием. — Мама будет ругаться.       — Мама далеко, а я героиня! — Ариэлла взъерошила его рыжие вихры. — Имею право.       — Героиня, которая чуть не погибла, — буркнула Диана, но в её голосе слышалась только усталая нежность.       Дора, сидевшая у отца на коленях, внимательно наблюдала за Лореном. Девочка наклонила голову, разглядывая его рыжие волосы, которые точно такие же, как у тёти Ариэллы, только чуть светлее.       — Лорен, — позвала она, и мальчик обернулся. — А почему ты такой лохматый?       — Я не лохматый, — обиделся Лорен, но Дора уже спрыгнула с колен отца и подбежала к нему, бесцеремонно дёргая за прядь.       — Лохматый-лохматый! Как львёнок! — заявила она. — Буду звать тебя Львёнок!       — Я не львёнок!       — Львёнок-львёнок-львёнок! — Дора запрыгала вокруг него, и Лорен, не выдержав, рассмеялся.       — Ладно, — сдался он. — Но тогда ты — Солнышко.       — Почему Солнышко?       — Потому что ты светишься. И греешь. Как настоящее солнце.       Дора задумалась, потом довольно кивнула.       — Идёт! Львёнок и Солнышко — лучшие друзья!       Она чинно протянула ему руку, и Лорен, стараясь сохранять серьёзное лицо, пожал её. Взрослые за столом переглянулись с улыбками.       — Смотрите, уже дружат, — тихо сказала Двина мужу. — Как мы с тобой когда-то.       Глин улыбнулся и поцеловал жену в висок.       — Только мы дольше знакомились.       За столом воцарилась тёплая атмосфера, пока Дора вдруг не выдала:       — А тётя Мина и мой братик поженятся!       Воцарилась тишина. Мина, только собравшаяся отпить чай, поперхнулась и закашлялась. Дарен, сидевший рядом, замер с вилкой на полпути ко рту.       — Дора! — воскликнула Диана. — С чего ты взяла?       — Они влюблены-ы-ы, — протянула девочка, ничуть не смущаясь. — Я видела! Они на веранде целовались!       — Дора! — теперь уже взвыл Дарен, покрываясь краской.       — А ещё тётя Мина краснеет, когда на братика смотрит! И он на неё тоже! Как в сказках!       Мина спрятала лицо в ладонях. Айра рядом сдавленно хихикала. Ариэлла уже откровенно ржала, утирая слёзы.       — Дора, милая, — мягко начала Двина, — это очень личные вещи. Нельзя о них говорить вслух при всех.       — Почему? — удивилась девочка. — Если это хорошее, почему прятать?       — Потому что люди стесняются, — объяснил Глин. — Им нужно время, чтобы привыкнуть.       — А-а, — Дора понимающе кивнула. — Тогда я подожду. Но они всё равно поженятся. Я знаю.       Она вернулась к своей тарелке, оставив Мину и Дарена догорать от смущения под смех остальных.       — Дети — это диагноз, — простонал Дарен, закрывая лицо рукой.       — Зато честные, — усмехнулась Айра.

***

      После ужина гости начали расходиться. Мина, Айра и Мерцана, тепло попрощавшись, отправились к себе — нужно было рассказать родителям о ритуале и заодно пережить допрос о том, что произошло сегодня. Ариэлла, ухватив Лорена за шиворот, потащила его к выходу, несмотря на его возмущённое:       — Я сам могу идти!       — Можешь, но не пойдёшь, — отрезала она. — А то опять вляпаешься в какие-нибудь неприятности. Как сегодня.       — Я хотел помочь!       — Ты хотел, чтобы я поседела раньше времени.       Лорен надулся, но покорно поплёлся за сестрой. У двери он обернулся и помахал Доре:       — Пока, Солнышко! Завтра увидимся?       — Пока, Львёнок! — Дора энергично замахала в ответ. — Приходи, будем играть в рыцарей!       — Договорились!       Ариэлла вытащила брата на улицу, и они пошли по тёмной улице к своему дому. Лорен молчал, но Ариэлла чувствовала, что он хочет что-то сказать.       — Ну? — спросила она. — Давай, выкладывай.       — Ты правда чуть не умерла из-за меня? — тихо спросил мальчик, не поднимая глаз.       Ариэлла остановилась и присела перед ним на корточки, заглядывая в лицо.       — Слушай сюда, рыжий, — сказала она серьёзно. — Я за тебя хоть тысячу раз умру. Потому что ты мой брат. Но лучше не заставляй меня делать это так часто, ладно?       — Я не хотел, — Лорен шмыгнул носом. — Я просто испугался за тебя.       — Знаю, глупый, — Ариэлла взъерошила его волосы и поднялась. — Поэтому я и не злюсь. Но в следующий раз, когда увидишь монстра, беги ко взрослым. Договорились?       — Договорились, — кивнул Лорен. — А можно я тоже буду феей?       — Ты маг, балбес. Так что да, будешь. Если, конечно, мама не загрузит тебя учебой так, что ты забудешь, как дышать.       — Мама всегда меня грузит, — вздохнул Лорен. — А ты, когда была маленькой, тоже так училась?       — Я? — Ариэлла рассмеялась. — Я сбегала аномалиям морды бить, пока мама не видела. Поэтому у меня теперь Энчантикс, а у неё седые волосы.       — У мамы нет седых волос, — возразил Лорен.       — Будут, — пообещала Ариэлла. — Если ты пойдёшь в меня.       Они дошли до дома, где в окнах горел свет. Ариэлла толкнула дверь и с порога крикнула:       — Мам, пап, я пришла! И привела ваше любимое чадо, которое сегодня чуть не угробилось!       Из кухни высунулась голова матери Ариэллы.       — Ариэлла! — воскликнула она. — Ты опять?       — Я героически спасла город и получила Энчантикс, если ты об этом, — парировала девушка, развязывая бутылочку с пыльцой на шее и демонстративно помахивая ею.       Мать замерла, глядя на сияющий флакон.       — Энчантикс? — переспросила она. — Ты серьёзно?       — Абсолютно. И да, я чуть не умерла. Но не умерла же. — Ариэлла чмокнула мать в щёку и проскочила на кухню, где отец уже наливал ей чай. — Пап, у нас важный разговор. Про ритуал.       В доме Мины, Айры и Мерцаны тоже кипела жизнь. Родители, уже наслышанные о битве, встретили их с объятиями и расспросами. Мерцана, уставшая больше всех, молча пила чай, пока Мина в красках расписывала сражение.       — …а потом эта Аврора как заморозит всё! Мы чуть не превратились в ледышки! — тараторила она. — Но Жанна её успокоила, а Дора вообще героиня — обняла её и растопила!       — Дора? — удивилась мать. — Такая маленькая?       — Она у них вся в Диану, — усмехнулась Айра. — С характером.       — А вы как? — отец внимательно оглядел дочерей. — Не пострадали?       — Устали, — честно призналась Мина. — Но живы. И завтра начинаем подготовку к ритуалу. Бёнёль разослала письма всем, кто уехал. Будем собирать всех, кто может помочь.       — Мы с вами, — твёрдо сказал отец. — Хронос — наш дом. Мы будем его защищать.       Мина улыбнулась и прижалась к нему.       — Спасибо, пап.

***

      — Мартинез, директриса просила передать, что ждёт вас с Виолой у себя в кабинете.       Фея-хранительница облегчённо вздохнула. Её подруга уже пришла в себя, она могла ходить, пусть и всё ещё пошатываясь.       — Мы летим на Линфею? — Дрожащим голосом спросила она.       — Да, мой цветочек, мы летим на Линфею.       Они быстро, насколько позволяло состояние Виолы, отправились в кабинет директрисы, где их уже ждали Флора, Муза и Текна. Остальные не смогли прилететь из-за королевских обязанностей.       — Здравствуйте, девочки. — С теплотой посмотрела Фарагонда на них, прерывая разговор с выпускницами. — Корабль Текны «Сириус» готов к отправке на Линфею. Удачи, девочки.

————————————————————— БОНУС:       Мартинез сидела на стуле рядом с кроватью Виолы, перелистывая страницы потрёпанного сборника легенд Линфеи. Она читала вслух — тихо, почти шёпотом, чтобы не разбудить других пациенток, но достаточно внятно, чтобы Виола слышала.       — ...и тогда цветочная фея коснулась увядшего бутона, и он раскрылся, наполнив весь сад ароматом весны. Говорят, что с тех пор на Линфее цветы всегда тянутся к тем, кто чисто сердцем...       — Если ты сейчас скажешь, что я должна потянуться к кому-то, я запущу в тебя подушкой, — раздался хриплый голос с кровати.       Мартинез подняла глаза. Виола смотрела на неё с привычной колкостью, но в уголках губ пряталась тень улыбки.       — Я просто читаю, — спокойно ответила Мартинез. — Ты просила легенды.       — Я просила, потому что думала, что там будет что-то про сражения и героев, а не про цветочки и нытьё, — Виола попыталась приподняться на подушках, но тут же поморщилась от боли.       — Лежи, — Мартинез мгновенно оказалась рядом, поправляя одеяло и подкладывая вторую подушку под спину. — Тебе нельзя резко двигаться.       — Я не стеклянная, — буркнула Виола, но послушно откинулась назад. — И вообще, сколько можно меня опекать? Я уже почти здорова.       — Почти — не считается, — Мартинез вернулась на стул, но теперь сидела ближе. — Целительница сказала, что магическое истощение — это не простуда. Оно требует времени.       — Времени, которого у нас нет, — Виола отвернулась к окну. — Линфея ждёт. Я чувствую это. Шкатулка... она еле дышит.       В её голосе впервые за долгое время проскользнула не колкость, а настоящая боль. Мартинез молча смотрела на неё, не зная, что сказать. Иногда слова были бессильны.       — Ты справишься, — наконец тихо произнесла она. — Ты сильная. Я видела, как ты держалась в Эребе. Ты не сдалась.       — Я не сдалась, потому что ты и Бёнёль были рядом, — вдруг сказала Виола, и в её глазах мелькнуло что-то, чего Мартинез раньше не замечала. — Не потому, что я такая сильная. А потому что вы... вы не оставили меня. Даже когда я вела себя как последняя стерва.       — Ты не стерва, — возразила Мартинез. — Ты просто... защищаешься. Как цветы с шипами.       Виола фыркнула.       — Теперь ты меня с розами сравниваешь? Дожили.       — Розы красивые, — серьёзно сказала Мартинез. — И сильные. У них шипы, чтобы защищать нежность внутри.       Виола уставилась на неё, и на мгновение её лицо потеряло обычную колючесть. Она выглядела почти уязвимой.       — Ты невозможная, — выдохнула она. — Откуда ты такая взялась?       — Из звёздной пыли, — улыбнулась Мартинез. — Как и все хранительницы.       — А, точно, — Виола хмыкнула и снова уставилась в потолок. — Звёздная пыль. А я, значит, из цветочной. Теперь понятно, почему ты такая спокойная, а я вечно на взводе.       — Хочешь, я почитаю что-нибудь другое? — предложила Мартинез. — У меня есть книга по астрологии. Там про созвездия и их влияние на магию.       — О Великий Дракон, нет, — простонала Виола. — Только не астрология. Я лучше про цветочки послушаю.       Мартинез улыбнулась и снова открыла сборник, тихо продолжая читать легенды Линфеи, которые Виоле, на самом деле, нравились, но признаваться в этом, даже себе, не хотела.