Ты уверен, что это хорошая идея?

Спустя неделю спокойной жизни вроде что-то начало налаживаться. Птица больше не пытался приставать к Мире, Андрей Павлович увеличил количество сеансов до трех в неделю и сменил Разумовскому лекарства, от которых его правда клонило в сон периодически, но это были мелочи. Мирослава готовила вкусности, Сергей восторгался, все шло своим чередом, пока однажды, обгладывая куриную голень, Разумовский не задумался о ее родителях. — Слушай, а что с твоей семьёй? — спросил он. — Папа умер, мама живёт на Ваське, а что? — Тебя ведь похитили, прежде чем продать, она знает, что с тобой? — После похищения с ней связывались, они же всем предлагают выкуп в миллиард. У нас таких денег не было. Потом я не могла с ней долго связаться, у меня отобрали телефон, но номер я помню, так что я позвонила ей, когда ты купил мне новый, и сказала, что у меня все хорошо. Она за время, пока меня не было, успела в больнице с сердечным приступом полежать. Ещё бы, такие нервы... — вздохнула Мирослава. — А давай к ней съездим? Чтоб она тебя увидела, что ты жива, здорова? — предложил Сергей. — Давай съездим. Только я одна не могу, а тебя... Не знаю, как она воспримет. — Смотря что ты ей обо мне рассказала, — пожал плечами Сергей. — Да я ничего плохого не рассказывала. Да плохого и не было почти. Кроме ночного приключения... Я сказала, что у меня все хорошо, не знаю правда, поверила ли она. — Вот пусть и увидит всё сама. Позвони спроси, удобно ли ей будет, если мы через час приедем. — Я думаю, ей будет удобно даже если мы приедем без спроса, но я спрошу, — кивнула Мирослава, улыбаясь. Конечно мама оказалась не против, а очень даже за. Она бы предпочла, чтобы противный миллиардер оставил дочь матери, а сам укатил в закат, но увидеться хотя бы на короткий срок для нее тоже было счастьем. Как только они вошли в маленькую квартирку на третьем этаже, мать заключила Мирославу в объятия, причитая и захлебываясь слезами. — Я так скучала! Я даже не знала, жива ли ты, пока мне не позвонили. А потом ещё это рабство, и остальное. За что нам это! И как же я тебя сегодня отпущу обратно! Сергей смущенно стоял сзади и смотрел в пол. Он сначала думал купить по дороге букет для Мириной мамы, но решил, что этот букет с большой долей вероятности полетит ему в лицо, и решил не рисковать. — Так вот ты какой, Сергей Разумовский, — всплеснула руками Мирина мама. — Я тебя теперь чаще вижу, чем дочь. Про тебя хоть по телевизору иногда что-то рассказывают. Мама у Миры, Евгения Владиславовна, была ещё молодая, крепкая, и в данный момент на вид очень грозная женщина. — Мы можем приезжать к вам, когда захотите. Просто Мира не говорила, а я сам не подумал, — оправдывался Сергей. — Не подумал он, — возмущенно проговорила Евгения Владиславовна. — Идемте чай пить, что уж... Мира обсуждала что-то с мамой из своей прошлой жизни, рассказывала, что сегодняшняя ее жизнь не так уж плоха, и ошейник ей вовсе не жмёт, и живёт она в красивом номере, и купят ей все что попросит, и нет, ей не плохо, она не плачет по ночам, и депрессии у нее никакой от этого всего нет. В общем, успокаивала как могла. Сергей молча пил чай и медленно ел пряник. — Я пойду прогуляюсь у вас тут по окрестностям. Заберу Миру через час, — сказал он, допив чай. Он решил, что надо оставить их с мамой наедине, и не мозолить глаза лишний раз. Главное помнить, что нельзя отходить дальше трех километров. Если Миру коротнет, да ещё при маме, можно точно будет сразу записываться на прием к травматологу, потому что по возвращении в квартиру ему прилетит той чудесной тяжелой сковородкой, которую он видел на плите. Поискав поблизости какие-нибудь кафе и не найдя ничего интересного, он устроился на лавочке во дворе и решил просто подождать оговоренный час. В интернете он наткнулся на пост о Чумном Докторе. Так как новости по телевизору Сергей не смотрел уже давно, сейчас он узнает все из интернета. Оказывается, позавчера был убит один из учредителей "Компаньон РФ", организации, которая занимается продажами компаньонов в России, где он совсем недавно купил Мирославу. Неизвестный, называющий себя Чумным Доктором, сжег этого учредителя и выставил обугленный труп прямо перед главным офисом продаж. Он также записал обращение и выложил его во "Вместе". Сергей включил видео. Чумной Доктор на нем был одет в костюм с маской в виде клюва, на манер средневековых борцов с чумой. На видео он стоял на фоне пожара и говорил: "Я приветствую всех, кому не плевать на свободу и справедливость. Я вижу людей на улицах каждый день, которые просто проходят мимо офисов "Компаньон РФ" и хочу спросить: вас устраивает, что вы должны ходить по улицам и оглядываться? Что вас, ваших детей, жен, могут забрать в любой момент? Что вы себе больше не принадлежите, если у вас нет миллиарда на выкуп в кармане? Если вас поймают однажды, вы станете рабом и уже никогда не сможете освободиться от клейма. Нам предлагают даже взять кредит, чтобы выкупить собственную свободу. Вот только мало кто из нас осилит даже один ежемесячный платёж. Но свобода должна быть бесплатной для всех! Те, кто согласен со мной, присоединяйтесь к противочумному движению, вместе мы сможем очистить мир от этой заразы!" Говоривший все это, по мнению Сергея, явно был не в себе, и ничего у него из этого не выйдет, но его идеи ему определенно нравились. Сергей был одним из немногих богатых людей, кто считал саму идею компаньонства аморальной. Даже Волков видимо не считал это чем-то плохим, раз предложил ему это. Он ведь не мог знать, что, как он выразился, Сергей умудрится превратить и это в акт милосердия. Если задуматься, чего вообще стоит вся благотворительность Сергея, помощь детям, социальные проекты, если любого ребёнка, которому он помог, завтра могут забрать у матери и начать делать из него компаньона? Хотя какого компаньона, раба, нужно называть вещи своими именами. Выждав обещанный час, Сергей поднялся обратно в квартиру и позвонил. Мира уже готова была идти. Евгения Владиславовна провожала ее на пороге. — Значит так, — строго сказала она. — Будете приезжать раз в неделю, раз уж одна она от тебя ни шагу ступить не может. И ещё... Береги ее. Да и себя береги. Вы теперь привязаны друг к другу похлеще, чем сиамские близнецы. — Я понимаю, — ответил Сергей. Да уж, Мирина мама выбрала удивительно удачное сравнение.