Тот, кто пришёл из тени

Замок Шато-де-Гриз просыпался рано. Ровно в 6 утра слуги начинали ходить по коридорам, открывая тяжёлые шторы. Абрам просыпался в семь. Без будильника — просто привычка. Он сидел на кровати, спустив босые ноги на холодный паркет, и смотрел в окно. Виноградники под Лионом. Серое небо, как и всегда. Здесь редко было солнце — Абрам привык к этому. Он провёл рукой по волосам — рыжим, таким же, как у отца. Он знал, что похож на него. Только улыбка у Абрама была другой. Не жестокой — игривой. И это пугало людей сильнее. Рядом на кровати сопел Этьен. Он спал на животе, уткнувшись лицом в подушку, и выглядел как ребёнок. Абрам улыбнулся. Он провёл пальцем по татуировке на своей кисти — три тонкие переплетённые линии, стилизованные под виноградную лозу, — потом по такой же на руке спящего мужа. Парная. Навсегда. Символ их дома, их корней, их клана. Они носили на себе Шато-де-Гриз, где бы ни были. — Ты снова встал раньше меня, — пробормотал Этьен, не открывая глаз. — Ты снова не слышал будильника, — тихо ответил Абрам, наклоняясь и целуя его в плечо. Этьен приоткрыл один глаз. Зелёный. Улыбнулся. — Я могу капризничать, — сказал он, всё ещё сонным голосом. — Это моё право. — Я знаю. Поэтому люблю тебя, — Абрам встал, натягивая халат. — Кофе? — Чёрный. Без сахара. Ты же знаешь. Абрам кивнул и вышел. В коридоре его встретил Жан-Пьер. Немой великан, который двигался так тихо, что его можно было не заметить до последнего. Он кивнул Абраму и протянул папку. — Это сегодняшнее? Жан-Пьер кивнул. Абрам открыл папку на ходу. Внутри — отчёт о новых партиях вина, которые шли через порт. И компромат на одного мэра в Лилле. Всё как обычно. Он спустился в гостиную, где уже горел камин. Слуга поставил на столик кофейник и чашку. Абрам сел в кресло, положил ногу на ногу и открыл папку. Его улыбка появилась автоматически — как всегда, когда он находил что-то интересное. «Мэр Лилля любит несовершеннолетних. Фотографии подтверждены. Можно использовать». Абрам усмехнулся. Соберёт досье. Позже. Через полчаса в гостиную спустился Этьен. Он был уже одет: тёмный пиджак, белая рубашка, часы на запястье. И очки без диоптрий, которые делали его умнее в глазах партнёров. Он подошёл к Абраму, наклонился и поцеловал его в губы. — Ты что-то нашёл? — спросил Этьен, глядя на папку. — Мэра Лилля. — Много? — Достаточно. Этьен улыбнулся. Той самой улыбкой — которая появлялась перед тем, как он отдавал приказ. — Оставим на потом, — сказал он, садясь на подлокотник кресла и запуская пальцы в рыжие волосы Абрама. — Сегодня пятница. Ужин. Отец будет проверять нас, так что держись. — Леон всегда проверяет, — Абрам накрыл руку мужа своей. — Я привык. — Ты слишком спокоен для человека, у которого скоро будет свекор в замке. — У меня есть ты. Значит, я выдержу всё. Этьен закатил глаза, но улыбнулся шире. Он снова капризничал — и Абрам это знал. И позволял. Потому что любил. --- День прошёл как обычно: встречи, документы, звонки. К вечеру они вдвоём сидели в библиотеке, где Абрам читал что-то на немецком, а Этьен разбирал крипто-транзакции. Внезапно в кармане у Абрама зазвонил телефон. Он достал его и поднял трубку, не глядя на экран. Знакомый голос — его информатор из Лиона, человек, который работал на клан уже двадцать лет. — Месье Веснински, — голос был тихим, без лишних эмоций. — У меня есть информация по вашему запросу. Абрам откинулся в кресле, положив ногу на ногу. Улыбка тронула его губы. — Слушаю. — Объект Натаниэль Абрам Веснински. Сделка с ФБР заключена после смерти Натана Веснински. Он даёт показания о преступной империи отца и о клане Морияма. Но формально сделку ещё не закрыли. — Почему? — ФБР продолжает наблюдение. Они не уверены, что угроза полностью миновала. Рико мёртв. Натан мёртв. Но остались связи — люди, которые могли бы захотеть отомстить. Поэтому за ним следят. Они ждут, когда всё уляжется. Абрам усмехнулся. «Когда всё уляжется». Как будто это когда-нибудь случается в их мире. — Он знает, что за ним следят? — Не думаю. Они работают аккуратно. Никаких наручников, никаких явок с повинной. Просто наблюдение. Он живёт обычной жизнью, но его держат на коротком поводке. Абрам молчал несколько секунд. Пальцы барабанили по подлокотнику кресла. — Значит, я всё ещё не могу к нему прийти. — Можете, — голос информатора стал чуть тише. — Но если быть аккуратным — можно и не попасться. Они не ждут, что кто-то из мафии придёт к нему просто так. Тем более — брат. Они не знают о вашем существовании. Абрам поднял бровь. — Никто не знает? — Никто, кроме покойного Натана и Ичиро Мориямы. Ичиро не говорит. Натан мёртв. ФБР не имеет ни малейшего понятия, что у Натаниэля есть брат-близнец. Вы — чистая страница для них. Абрам улыбнулся. Шире. Холоднее. — Благодарю за информацию, — сказал он и положил трубку. Он сидел неподвижно ещё несколько минут, глядя в окно на виноградники, которые тянулись до горизонта. Натан скрывал его существование. Натан не хотел, чтобы Натаниэль знал, что у него есть брат. Что он не один. Что есть кто-то, кто мог бы поддержать его. Натан хотел, чтобы его сын вырос в одиночестве, без надежды, без опоры. И Натан добился своего. Но теперь Натан мёртв. Абрам встал и направился в спальню, где на кровати всё ещё лежал Этьен, листая что-то в телефоне. — Ты выглядишь так, будто только что узнал нечто интересное, — сказал Этьен, не поднимая глаз. Абрам сел рядом с ним на кровать и взял его за руку. Погладил парную татуировку на кисти — три тонкие переплетённые линии, как виноградная лоза, как символ их дома и их корней. — Я только что узнал, что мой брат жив. И что ФБР всё ещё следит за ним. Этьен поднял глаза. Зелёные. Внимательные. — И? — И я хочу его увидеть. Мы можем быть аккуратными. Они не знают обо мне. Если мы не оставим следов — никто не заметит. Этьен улыбнулся. Мягко. Почти нежно. — Ты серьёзно думаешь, что я упущу шанс поехать с тобой в Америку и посмотреть на этого твоего брата? Абрам наклонился и поцеловал его в лоб. — Тогда собирайся. Мы летим завтра.