Время и место

В глубине души я ненавижу тебя, Кацуки. В тот день, когда ты меня бросил, я сломался. Ты был тем, кто зашивал мои раны, а теперь, когда тебя нет, я едва могу дышать, из меня словно вытекает кровь. Я спрашиваю: зачем? Зачем ты это сделал, Каччан? Мы так долго знали друг друга, у нас столько общих воспоминаний, столько детских радостей. Мы ведь собирались стать героями вместе, не так ли? Или все это было притворством? Или я тебе просто надоел? Я позволял тебе толкать меня, бить, пинать, оставлять на мне синяки. Никто, даже моя мать, не знает, что я не такой неуклюжий, каким кажусь. Иногда я возвращался домой с хромотой из-за тебя с разбитой рукой или с отметиной нашей мнимой дружбы на коже, и никто не задавал вопросов. Люди смотрели на меня, я слышал, как они шепчутся, жалея меня, но ни один человек не протянул мне руку помощи. Но я не обратил на это внимания. Несмотря на то, что усталость в костях никуда не девалась, несмотря на то, что иногда я слишком долго разглядывал веревки в отделе товаров для рукоделия, я был рад, что ты все еще разговариваешь со мной, что ты все еще рядом. Потому что, если бы ты действительно меня ненавидел, ты бы давно ушёл, верно? Верно? Так что, наверное, я не должен удивляться, что в конце концов ты ушёл. Но мне все равно больно. В глубине души я скучаю по тебе, Каччан. «Я раздам вам распечатки с желаемым жизненным курсом, так что слушайте внимательно!» «Да кого я обманываю, вы все хотите стать героями, не так ли?» Класс разражается одобрительными возгласами и улюлюканьем, пока учитель лениво напоминает о правиле «никаких причуд в классе». Изуку просто опускает голову, пытаясь не обращать внимания на шум, который режет слух. Он закрывает набросок героя, над которым работал, и ложится головой на парту, уткнувшись в руки, стараясь не задевать все еще заживающие ожоги. — Эй, эй, не равняй меня с этими неудачниками! У всех здесь есть бесполезные причуды, кроме меня, и ты это знаешь! Идзуку лишь глубже зарывается в объятия слов своего взрывного друга, слушая его хвастовство. Конечно, он прав: Каччан всегда был самым сильным в школе, за исключением, может быть, нескольких старшеклассников, и только поэтому никто ему не перечит. Он такой крутой… — думает про себя Идзуку. Он никогда не сказал бы этого вслух, потому что все, скорее всего, разозлились бы на него за то, что он говорит очевидные вещи, а он точно не хочет злить Каччана. Одному богу известно, какое лекарство ему придется искать в интернете в следующий раз. «Ах да, ты же метишь в Юэй, верно, Бакуго?» — спрашивает учитель, зачитывая заявление Каччана. Изуку буквально чувствует самодовольство, исходящее от блондина, пока тот рассуждает о своем идеальном будущем, как будто оно гарантировано — и, скорее всего, так оно и есть, — и чувствует себя еще меньше. Если бы он был хотя бы вполовину так же уверен в себе, как Каччан… — И… ты тоже, Мидория? Вот так сюрприз. Дрожащий икающий звук вырывается из его рта, и весь класс оборачивается, чтобы посмотреть на мальчика без причуд. Он не может удержаться и сжимает кулаки, пока все смеются над одной только мыслью о том, что кто-то вроде него может стать героем, простите, пытается стать героем, потому что у него нет ни единого шанса на самом деле добиться этого. Если бы люди не состояли из плоти и костей, Каччан точно бы скрипнул зубами, медленно поворачиваясь к нему. Если бы взгляды могли убивать, Изуку бы уже был мертв, и, честно говоря, он бы предпочел это избиению, которое его ждет позже. К счастью, шум в классе стихает, и урок продолжается, но вместо того, чтобы работать над своим наброском, он внимательно слушает лекцию и записывает все, что слышит. Судя по тому, что кто-то не сводит с него глаз, ему понадобятся эти записи. «Если ты думаешь, что в следующей жизни у тебя будет какая-то причуда», Не. Не говори этого, не говори этого, не говори этого, не... «тогда тебе стоит просто прыгнуть с крыши здания!» О. Идзуку ждет, пока стихнут шаги, ждет, когда Каччан выйдет за ворота, а потом еще немного ждет, прежде чем его колени подогнутся и он рухнет на землю. Он зажимает рот руками, глотая поднимающуюся к горлу желчь, которой не было бы, если бы он только что поел, но ему не нужно добавлять «жирок» к своему списку недостатков, — и он плачет. Он издает приглушенные рыдания, с каждым разом все более громкие. Потому что, черт возьми, что ему теперь делать? Каждый раз, когда Каччан что-то делал, Изуку мог его оправдать. Избиение? Он просто попался Каччану под руку. Ожоги? Каччан должен тренироваться, чтобы стать героем каким-то образом. Оскорбления? Он сделал какую-то глупость. Но подстрекательство к самоубийству? Как он может это оправдать? Каччан идеален, он сильный, удивительный, умный и станет великим героем в будущем, так что это должна быть вина Изуку, верно? Он даже не вытирает руки после того, как по дороге домой ему пришлось вылавливать свой блокнот из воды в пруду, вместо этого он накручивает себя и выискивает свои недостатки. Он даже не замечает, как склизкий злодей подкрадывается к нему сзади и обвивает его тело своими щупальцами. Он не обращает внимания на слова злодея, улавливает только слово «мясной костюм» и пытается выплюнуть слизь. Я что, умру? Этого и хотел Каччан? Ему есть до этого дело? Он хотел, чтобы я специально прыгнул или просто умер? Он на самом деле хочет, чтобы я умер, или это просто новый способ издеваться надо мной? Нет, постойте, он не издевается надо мной, он просто шутит! ...Он шутит..? Мама? Он почти не чувствует, как его хлопают по лицу, почти не слышит слов героя номер один, черт возьми, он даже не помнит, как вцепился в его ногу. Герой сдувается, задирает рубашку, и Изуку морщится при виде шрама, но ничего не чувствует. «Не могу сказать, что ты можешь стать героем без причуды, мечтать не вредно, но будь реалистом, малыш». Что? «Может, ты сможешь стать полицейским, психотерапевтом или кем-то еще». Что? «Прости, малыш, правда, но мне пора.» И с этими словами Всемогущий ушел. И Изуку не может сдержать смех. Он смеется и смеется, пока не хватается за живот, пока не падает на колени, пока его голос не становится хриплым, а земля перед ним не покрывается пятнами крови, а он все продолжает смеяться. “Хе-хе-хе, серьезно..? Ха-ха-! Это т-так и есть- ха-ха-ха!” Сначала из-за отсутствия причуд его мечты о том, чтобы стать героем, рухнули, потом Каччан каждый день избивал его до полусмерти из-за того же отсутствия причуд, потом он чуть не погиб от рук бесполезного злодея, и, наконец, его кумир — единственная причина, по которой Изуку не отказался от мечты стать героем, — сказал ему, что он все-таки не может быть героем. Что еще может испортить его жизнь? Он бросает взгляд на слишком низкие перила на краю крыши. Проводит рукой по обгоревшему и в то же время промокшему блокноту. Смотрит на дверь, через которую его покинул герой. Снова смотрит на перила. Что могло бы сделать его жизнь лучше?