Другая реальность.

Солнце клонилось к горизонту, окрашивая Кантерлот в оттенки расплавленного золота и пурпура. В одной из высоких башен школы для одарённых единорогов, среди стопок пергаментов, стояла Сансет Шиммер. Ученица принцессы Селестии, самая талантливая, самая амбициозная, самая… нетерпеливая.Её грива, переливающаяся огненными полосами, была небрежно перехвачена лентой. Рог мерцал бирюзовой аурой, перелистывая страницы древнего фолианта. Книга пахла пылью веков и запретной магией. Сансет искала не просто заклинание. Она искала выход. Ей надоело быть просто ученицей. Ждать, когда Селестия сочтёт её «готовой», когда эти жалкие пони признают её превосходство. Нет, она возьмёт своё сама. Весь мир будет у её копыт.Формула пульсировала перед её внутренним взором. Зеркало. Не простое, а особое - кристаллическая гладь, что хранилась в Запретной секции архивов. Селестия говорила, что это врата в другой мир, опасный и непредсказуемый. Для Сансет это был шанс. Мир, который она сможет подчинить, где не будет принцесс, указывающих ей, что делать.Она уже знала, что нужно для активации. Мощный магический импульс и ключ-артефакт. Взгляд Сансет упал на постамент в центре комнаты, где под стеклянным колпаком покоился Элемент Магии - корона, усыпанная драгоценными камнями, сердце самого сильного заклинания в Эквестрии. Селестия доверила ей изучить его ауру, и это было роковой ошибкой принцессы. Ст: " Прости, учитель, " - прошептала Сансет без тени раскаяния в голосе. Её губы изогнулись в холодной усмешке. - "Но ученица превзошла тебя." Рог вспыхнул ослепительным светом. Заклинание сорвалось с него, словно хищная птица, ударило в зеркало и одновременно окутало корону. Пространство задрожало. Поверхность зеркала пошла рябью, превращаясь в воронку жидкого серебра. Сансет, прижимая к груди драгоценную ношу, шагнула вперёд, в неизвестность. Мир за её спиной сжался в точку и исчез. Остался только свист ветра в ушах и ослепительная вспышка. Кантерлотская школа встретила её шумом, яркими красками и запахом… людей. Сансет пошатнулась, встав на две ноги вместо четырёх. Это было отвратительно, неудобно, унизительно. Но она быстро взяла себя в… руки. Магия здесь почти не работала, но осколки её силы, усиленные Элементом, всё ещё теплились внутри.Первые дни она потратила на изучение этого мира. Он был примитивен. Никакой настоящей силы, только технологии и социальные игры. Идеально. Она быстро поняла, как здесь захватывают власть. Не магией - так страхом и обаянием. Она бродила по школе разбрасывая косые взгляды и случайно наткнулась на архив, разглядывая школьный архив в поисках информации о местных «легендах», она наткнулась на старый ежегодник. И замерла. С фотографии на неё смотрела… она сама. Такие же огненные волосы, те же бирюзовые глаза. Только взгляд был другим. Мягким, открытым, счастливым. Подпись гласила: «Сансет Шиммер, младший выпуск».Сансет из Эквестрии долго разглядывала снимок. Двойник. Местная версия. И она не просто существовала — она жила своей жалкой, обывательской жизнью. И, судя по сплетням, которые Сансет собирала с брезгливым любопытством, встречалась с каким-то парнем. Флэш Сентри. Гитарист, добряк, душа компании. Сансет видела его в коридорах — высокий, с тёплой улыбкой и глупыми синими волосами. Он был полной противоположностью тому, что она ценила.Это стало идеей. Идея о том, что где-то ходит её копия, живущая той жизнью, которую она, Сансет, должна была бы презирать, но которой у неё никогда не было, приводила её в ярость. Эта фальшивка портила всё. Она была угрозой самому её существованию здесь. Если кто-то заметит сходство, начнут задавать вопросы.Сансет начала охоту. Остатки магии позволяли ей чувствовать смутные эхо, отслеживать энергетический след, идентичный её собственному. Это было трудно, требовало концентрации, но она справилась. Свою цель она нашла на окраине города, в маленьком домике, утопающем в зелени. Та, другая Сансет, была удивительно наивна и доверчива. Сансет из Эквестрии было до отвращения легко втереться к ней в доверие, притворившись дальней родственницей, которой просто нужно где-то остановиться.Неделю она наблюдала. Играла роль. Видела, как та Сансет смеётся, как неуклюже Флэш Сентри дарит ей цветы, как они держатся за руки. Это была идиллия, от которой у завоевательницы сводило скулы от злобы.И вот, настал решающий вечер. Она заманила свою двойницу на старый, заброшенный склад, сказав, что хочет показать «кое-что невероятное». В руке она сжимала осколок кристалла, в который вложила почти всю оставшуюся магию.Местная Сансет, ничего не подозревая, вошла в тёмное помещение. Ст: " Ты уверена, что нам можно здесь находиться? " - спросила она, кутаясь в лёгкую куртку. -" Абсолютно," - голос Сансет из Эквестрии прозвучал как шипение змеи. - "Для тебя это станет вечным домом." Она вскинула руку. Осколок вспыхнул болезненно-зелёным светом. Глаза двойника расширились от ужаса, когда она увидела своё собственное лицо, искажённое ненавистью. Она попыталась убежать, но ноги не слушались. Заклинание Вечного Сна, подпитанное чистой злобой, окутало её. Крик замер на её губах. Тело стало прозрачным, а затем медленно растворилось в воздухе, оставляя после себя лишь лёгкое мерцание, которое впитал в себя кристалл. Она не умерла. Она просто перестала существовать в этой реальности, запертая в ловушке бесконечного кошмара.Сансет Шиммер - единственная Сансет Шиммер - глубоко вздохнула. Она подошла к старому зеркалу, стоящему у стены, и посмотрела на своё отражение. Лицо то же, но глаза… глаза были пустыми. Она больше никого не боялась. Она была одна.На следующий день она подошла к Флэшу Сентри в школьном коридоре. Парень улыбнулся ей, но улыбка тут же погасла. Фл: " Сансет? Что-то случилось? Ты какая-то… не такая." - Всё кончено, Флэш, - произнесла она ледяным тоном. - Мне с тобой скучно. Ты - пустое место.С этими словами она развернулась и ушла. С этого момента Сансет Шиммер стала королевой школы в новом, гораздо более жестоком смысле. Она превратилась в диктатора и мучителя. Каждый её день был посвящён утверждению власти. Страх стал её наркотиком. Никто не знал о двойнике. Никто не знал, что настоящая Сансет Шиммер, способная любить и смеяться, заперта в вечном кошмаре. Единственная реальность, которую знали теперь ученики, - это холодная усмешка и бирюзовые глаза, не выражающие ничего, кроме презрения.