Метка гримма

      - Мне очень жаль? - Ник то ли спрашивает, то ли утверждает, потому, что сам не понимает, что к чему. Он очнулся буквально полчаса назад, ему все еще плохо... гребаная тошнота, кажется, никогда не пройдет. Голова немного кружится, а во рту сухо, сколько бы он не пил воды. И даже сколько-то чашек какого-то отвара, заботливо приготовленные Розали не помогают от этого.       - Охотно верю, - произносит капитан Шон Ренар с нескрываемым раздражением в голосе, пока опять же Розали накладывает ему новую повязку на шею, как раз на то место, куда Ник впился ему зубами... Но Ник, правда, даже не помнит зачем это сделал и когда... просто это произошло в то время, когда он был не в себе после того, как чертов смертоплюй превратил его в подобие зомби и пытался вывезти из страны. Нику уже рассказали о том, что самолет в котором смертоплюй хотел вывезти его из страны, упал, а сам Ник, выжив, отправился бродить по окрестностям, при этом будучи не в себе... да, обрывки он кое-какие помнит. Но все не четко и размыто, никакой целостной картинки. Тот момент, когда он решил покусать своего начальника он точно не помнит... Монро сказал, что это было как раз перед тем, как его вывели из состояния зомби. То есть, полчаса назад... уже полчаса и еще пять минут назад.       - Рана все еще кровоточит, - произносит Розали. - Могу предположить, что причина этому состояние, в котором был Ник, когда укусил Вас. Может, в кровь с его слюной попало какое-то вещество... поэтому кровь все ещё не остановилась полностью... 0,       - Мне, действительно, жаль, - говорит Ник, делает еще несколько глотков воды, кажется, головная боль прошла окончательно. И ему, совершенно точно, жаль, что он укусил своего начальника. Когда он пришел в себя, весь его подбородок был в крови, а во рту неприятный вкус крови. Может, он хотел сожрать капитана? Во всяком случае, он же был подобием зомби, вряд ли они питаются хорошо прожаренными стейками и яичницей с беконом.       - А я, действительно, в это охотно верю, - в голосе Ренара все еще раздражение. Возможно, теперь он жалеет о том, что решил помочь спасти Ника. Или не жалеет. Сам Ник не может сейчас думать о чем-то серьёзном и требующим долгих рассуждений.       - Я же никого серьезно не ранил? - Спрашивает он. - И никого не убил?       - Нет, что ты, - Монро активно мотает головой. - Досталось только капитану.       - Ну и немного Ву... он пытался тебя удержать на месте и ты его вырубил, - добавляет Гриффин. - Но с ним уже все в порядке. Просил передать тебе, что он не злится.       Ник облегченно выдыхает.       - А удержать он тебя пытался тогда, когда мы оттащили тебя от капитановой шеи и ты хотел сделать это опять, - добавляет напарник. - Хотел второй раз вцепиться ему в шею.       - А сколько крови было... - Монро морщится.       Ник бросает жалобный взгляд на Монро и тот быстро проговаривает:       - Да не так уж и много, на самом деле... совсем немного. Да и рана не большая... всего лишь укус. Да... ничего ужасного.       Ник переводит взгляд на капитана, чья белоснежная рубашка в области шеи и плеча испачкана в крови. Кажется, крови все же немало было. И, видимо, он все же хотел капитана сожрать. Неудобно-то как... нужно поблагодарить его за то, что помогал... и извиниться еще раз за то, что пытался оторвать от него кусок... может, даже несколько раз извиниться... с этого дня он ненавидит смертоплюев. Сильнее, чем ведьм, подобных Адалинде. За то, что она сделала с Джульеттой, он готов ее прибить. Желание уничтожить ее в эту минуту как никогда сильно, он бы... он даже представляет, как приятно ему было бы свернуть ей шею, вырвать хребет, а после разорвать на части и раскидать...       Какой ужас. Он мотает головой, чтобы выкинуть эти мысли из головы. Он даже не узнает себя в этих мыслях, ведь он не настолько кровожадный. И, правда, Адалинду он ненавидит, он хотел и хочет ее наказать, но убивать... он не из тех гримов, о которых среди существ распространены страшные сказки и от которых у них выработан страх перед гримами. Правда, этот факт чаще помогает в работе, чем мешает. В действительности, еще ни разу не помешал в расследованиях.       - Держи, - тихий голос Розали выводит его из этих мыслей. Она передает ему кружку с еще одним отваром. Он даже не может сказать, какой он по счету. - Это для того, чтобы последствия яда смертоплюя прошли как можно быстрее. Пить лучше залпом, потому что на вкус должно быть ужасно. Но это поможет. Ну... должно помочь. В книге так написано.       - Ага... а заодно на мне и проверим, помогает ли... спасибо, Розали, - Ник улыбается, выпивает содержимое кружки залпом... гадость та еще. - Ох... да уж... вот это мерзость...       - Я предупреждала, - Розали выглядит усталой. В принципе, как и все - Розали, Монро, Хэнк, капитан... они потратили много сил, пока отбивались от зомби, пока пытались отыскать Ника, а после и поймать, попытаться спасти и в итоге вернуть в прежнее адекватное состояние... сам Ник тоже уставший. Ему кажется, словно он пробежал очень много... мышцы ломит как после слишком тяжелой физической нагрузки вроде долгого и быстрого бега.       - Спасибо вам всем, - добавляет Ник. - Вы меня спасли. Ну и еще кучу людей, которых Самди превратил в зомби.       - Не за что, обращайся! - Монро помогает Розали убрать со стола кучу всяких баночек, кружек и прочего. - На то мы и друзья. Друзья помогают друг другу.       Джульетта тоже здесь была.       Во всяком случае, когда Ник очнулся, она была здесь.       После проведения обряда то гребанное и ненастоящее влечение между ней и капитаном исчезло. Она вспомнила Ника. И она помогала его спасти.       А потом, как только Ник очнулся, она ушла.       Нику жаль.       Нику хотелось, чтобы она осталась. Он жутко скучал по ней.       Но она ушла, сказав, что у нее дела. Еще добавила, что она очень рада тому, что Ник вновь с ними. И Ник даже тогда, только очнувшись, толком ничего не понимая и не помня о случившемся, улыбался. Он чувствовал восторг от того, что к ней вернулись воспоминания о нем. И от того, что чертов Шон Ренар больше не является объектом ее безумного навеянного вожделения, охватившего ее после пробуждения из комы, в которую она впала из-за проделок Адалинды Шейд, этой сволочной ведьмы.       Им еще нужно о многом поговорить, многое обсудить. Он по ней скучал так сильно... эти несколько недель без нее были выматывающими. А та картинка, когда он увидел целующихся на крыльце их дома ее и капитана до сих пор стоит у него перед глазами. И он, блядь, нифига не знает, было ли между ними что-то большее, но и понимает отчетливо, что и не хочет знать. Все, что было между этими двумя - это последствия темной магии, использованной Адалиндой. Это не было их настоящей волей.       - Постарайся в следующий раз больше не попадать в такие неприятности, - произносит Ренар. Он морщится, повертев головой в стороны, видимо, рана причиняет боль. - На завтра даю тебе выходной. Тебе нужно время, чтобы отойти от яда окончательно. Мне на работе нужен здравомыслящий детектив в нормальном состоянии. А не гримм, страдающий от последствий яда смертоплюя.       И поднявшись, капитан берет со спинки стула свой пиджак.       - Розали, спасибо за помощь с раной, - и уходит.       - Пожалуйста, - произносит женщина, но ее слова доносятся ему уже в след.       - Да... интересно, какие у яда будут последствия, - тянет задумчиво Монро, а Беркхрад тут же бросает на него заинтересованный взгляд. - Ну... сам понимаешь, ты гримм, поэтому всякое может быть. Вдруг, ты теперь каждое полнолуние будешь терять контроль над собой и превращаться в зомби. Придется тебя связывать или запирать в каком-нибудь месте с супер крепкой дверью... или варить какое-то снотворное, способное усыпить часов на восемь зомби-гримма...       - Прекрати, - просит Розали. - Если последствия и будут, то, явно, не такие. Он же не ликантроп.       - Ладно... кажется, мне все же пора домой, - Нику удается подняться сразу же. Тошнота, вроде, проходит. - Хочется жутко спать. У меня такое чувство, что я вымотал до предела.       - Я тебя отвезу! - Тут же произносит Хэнк. И Ник ему благодарен.       - Если почувствуешь, что с тобой что-то не так, сразу звони! - Требует Монро. - Ну... захочется укусить кого-нибудь... или клыки полезут... может, захочется завыть...       - Ладно, - обещает Ник. - Увидимся!       В его небольшой квартире, которую он снял чуть больше недели назад, потому что жить у Монро постоянно он не может, пусто и, кажется, слишком прохладно. Он не поехал к Джульетте в их дом, в котором они жили... наверное, и будут жить, потому, что... он не может сам себе ответить точно на этот вопрос. Просто... она уехала и у них еще все непонятно между ними.       Ник первым делом идет в душ. Делает воду горячей настолько, насколько может выдержать его тело. И тщательно отмывается. Трет себя щеткой до покраснения. А после просто падает на кровать, сразу же засыпая.              Ему ничего не снится.       А проснувшись, он понимает, что выспался отлично.       Только мышцы гудят, тело как-то немного ломит.       Он принимает опять же горячий душ, одевается. И пишет сообщение Джульетте. Просто спрашивает, как у нее дела. Получает ответ довольно быстро, в котором она пишет, что в порядке. И о том, что она занята на работе.       Ник не пишет ей о том, что хотел бы с ней увидится.       Ему, безусловно, хочется.       Он завтракает. Отвечает еще на кучу сообщение Монро. Звонит Хэнку, расспрашивая об обстановке на работе. А после едет в трейлер, заполняет дневник гримма, который ведет и кратко описывает произошедшее с участием смертоплюя. И понимает, что и не знает, чем еще себя занять. Он бы отправился на работу, чтобы не загонять себя разными мыслями. Он и бы и с Джульеттой увиделся. Она его вспомнила, это уже супер. Осталось только прояснить их дальнейшие отношения.       На работу он идет на следующий день. Ночью снилась какая-то ерунда, черт знает что. Он даже толком не помнит эти сны, лишь смазанные отрывки. Но и не хочется вспоминать.       - Ник, привет! - Хэнк уже здесь. Устроился за своим столом, лениво стучит пальцами по клавиатуре, что-то набирая.       - Привет.       - Выглядишь не очень, - замечает напарник, - а чувствуешь себя также, да?       - Чувствую себя нормально, - не врет гримм. - Пока тихо?       -Пока да, - отвечает Хэнк. - Я был бы счастлив, если бы так было весь день. У нас накопилась куча бумажной работы, с ней бы закончить.       - Да уж... давай посмотрим, что там самое важное по бумагам, сделаем это в первую очередь, - Ник занимает свое место, проверяет телефон. Он написал Джульетте, она ему ответила, он написал еще, но она пока еще не ответила. А в этом сообщении он предложил ей увидеться сегодня вечером после работы. Им необходимо поговорить. Он не может оставить все в такой неизвестности. Ему нужна конкретика.              - Парни, у вас выезд, - Ву появляется где-то через полчаса, вернее, прибегает, - убийство. Тело обнаружено в здании заброшенного склада в пригороде.       - А я-то так надеялся, - вздыхает Гриффин, - какой там адрес...       - Уже отправил на телефон. Удачи!       - Ага... - вздыхает еще раз Хэнк, поднимается со своего стула. Ник Берхард пожимает плечами - работа есть работа, не от них зависит, где они проведут день, за бумажной работой, на выезде или еще где-то. - Заброшенный склад... пригород... пахнет чем-то сложным и плохо раскрываемом.       - Посмотрим! - Ник идет к выходу из участка и в дверях почти сталкивается с капитаном. Тот с мрачно-хмуром видом откуда-то только что приехал, идет широким шагом, держа свой плащ на сгибе локтя и о чем-то задумавшись:       - Ой... капитан, извините, - Ник делает шаг в сторону уже почти в тот момент, когда врезаются друг в друга. - Добрый день!       - Да, да, - бормочет капитан, даже не посмотрев на него, - добрый.       И дальше идет.       - Что это с ним такое? - С интересом спрашивает Хэнк. На это Ник тоже плечами пожимает, ну откуда ему знать. Должность у капитана ответственная, всякое может быть. Да и жизнь принца, видимо, тоже не так проста.       На место они прибывают только через сорок минут.       Место огорожено лентой.       - Добрый день, детективы! - Их встречает сержант Хью. - Убитый мужчина, документы при нем. Эйдан Джонс, сорок семь лет. Местный. В области живота странная огромная рана... затруднительно пока сказать, какое орудие использовалось. Это что-то странное.       - Если странное, то, скорее всего, дело рук существа, - тихо произносит Гриффин, как только они с Ником оказываются одни, заходя в здание. Заброшенное, судя по всему, давно, небольшое, паутины много, пыли много, света, проходящего сквозь окна с разбитыми стеклами, много.       - Ты прав, - Ник не может не согласиться. Во всяком случае, с того времени, как он узнал о своей сущности, именно так и происходит. И он не может сказать, что его это радует. Его это ни капли не радует.       Тело лежит на полу. Дыра в животе огромная, похоже на то, что его проткнули чем-то большим... или на то, что из него вырвали огромный кусок...       - Какой ужас, - Гриффин застывает на месте. - Всякого повидал, но такого еще нет. А я работаю здесь дольше тебя.       Ник-то повидал и похуже... всякое было в его деятельности гримма. Всякое... и разное. Но он не упоминает об этом, подойдя ближе к телу, склоняясь над ним. Нужно лучше рассмотреть.              - Судя по тому, сколько крови под ним, убили его точно здесь, - Гриффин тоже подходит ближе. - Только сам он сюда пришел или его сюда привезли?       - Это нам и предстоит выяснить, - гримм натягивает перчатки на руки и проверяет запястья убитого - следы от связывания. - Судя по ним, его сюда привезли.       - Да уж... кажется, его руки были связаны довольно долго. Такие отчетливые следы остались.       А этим же вечером к концу рабочего дня, они оба заходят к капитану, чтобы доложить о деле. Оно странное, оно сложное. И его нужно раскрыть, потому, что капитан не терпит висяков, ведь они портят репутацию участка. Ну и самого капитана.       - Что у вас? - Капитан не в настроении. Утром он был занят своими мыслями, сейчас же он не в настроении и не пытается это скрыть. Возможно, они зашли невовремя. Но капитан сам установил это правило в участке - в процессе расследования убийств и других серьезных дел докладывать ежедневно в конце рабочего дня, если не поступает других приказов. Сегодня других приказов не было.       - Да не густо, капитан, - отвечает Гриффин. - Мы узнали об убитом довольно много, но пока все еще ни единой зацепки. Родственники и близкие друзья говорят, что врагов у него не было. Да и в целом характеризуют его как дружелюбного и неконфликтного человека.       - Понятно, - произносит капитан. При этом пристально смотрит именно на Ника. Ник это замечает. И в общем-то хочется сделать шаг назад, а затем встать за широкую и мощную спину своего напарника - вот такие чувства вызывает в нем сейчас его начальник. Но он не может это сделать, ну неправильно это и как-то уж совсем не в его характере прятаться. Так что он сперва обводит взглядом кабинет начальника, а затем на него и сам смотрит пристально в ответ... и сразу же зацепляется взглядом за то, что две верхние пуговицы его рубашки расстегнуты и виден край повязки на шее, как раз в том месте, где побывали его зубы... в месте укуса.       Неудобно все еще. И стыдно.       И как-то волнительно.       Он укусил своего начальника.       Там, под повязкой, след от его зубов.              Вот еще бы укусить разок...       Офигеть...       Охренеть!       Еще раз вонзить зубы в тоже самое место, чтобы освежить укус...              - Какие ваши дальнейшие действия? - Задает вопрос капитан. Ник мелко вздрагивает, с трудом, с усилием оторвав взгляд от шеи капитана. И с ужасом осознавая, о чем он только что думал. Какая... какой... да что это такое с ним?       - Завтра еще опросим его коллег, знакомых, выясним, где он провел несколько до момента убийства. У него на запястьях явные следы связывания, родственники говорят, что говорили с ним по телефону вчера утром, - отвечает Хэнк. Ник мысленно его благодарит, потому что сам сейчас в странном каком-то состоянии... да когда это он вообще ощущал себя вот так рядом с капитаном? А вот так - это с необъяснимо сильным желанием смотреть на место укуса, даже вон мурашки побежали по загривку от мыслей - что это именно его укус там. Его. Его. Его.       Как-то ненормально это.       Нику так кажется - это совсем ненормально. Он пытался сожрать человека. А ему еще и нравится... и даже в голову приходят совсем уже идиотские мысли о том, что бы еще раз укусить! Кажется, яд еще не полностью вышел из его организма. Нужно бы поговорить с Розали... как можно быстрее.       - Хорошо. Действуйте, - велит капитан. И Ник из его кабинета едва ли не вылетает.       - Пока, Хэнк, до завтра! - Произносит он, почти добегает до своего стола, хватает вещи и из участка уж выбегает - скорее в машину и как можно дальше от участка, в котором сейчас капитан... он боится, что желание сожрать его вот прямо сейчас вернется и он... и он попытается сожрать капитана прямо в участке. В принципе, скорее всего, попытка обернется полным провалом, потому что принц будет сопротивляться, а потом еще набегут дежурные... его пристрелят сразу, а случае, если его удастся скрутить, то отправят после в психушку.       Ник отъезжает от участка и сразу же едет в лавку Розали, предварительно звонит ей. Да, чтобы быть уверенным в том, что она все еще там. И говорит о том, что ему необходимо поговорить с ней. Это очень важно. Важно-важно-важно. Он не хочется вновь стать подобием зомби и попытаться кого-нибудь сожрать... может, даже не только капитана, а вообще любого, кто ему попадется.       

***

      - Что-то я ничего не понял, - Монро смотрит на Ника вопросительно. Сам Ник только теперь понимает, что выпалил все слишком быстро. И несвязно. Это был скорее набор слов... кое-где даже отдельные предложения.       - Ник, тебе нужно сперва успокоиться, - Розали говорит мягко. - Сейчас я сделаю тебе успокаивающий чай. Вижу, ты перевозбужден эмоционально.       - Спасибо, - выдыхает Ник. Он выпалил все на одном дыхании, как только вошел в лавку и только теперь дышит в привычном темпе.       - Все, что я уловил из твоей речи так это то, что ты боишься кого-нибудь съесть, - Монро устраивается напротив гримма в кресле. - Ты чувствуешь желание кого-нибудь съесть? Может меня? Розали? Или кого-то еще?              - Нет! - Возмущенно восклицает гримм, дрожащими пальцами теребя низ подол своей рубашки. - Я не хочу есть ни тебя, ни Розали... во всяком случае, сейчас... но кто знает, что может перемкнуть в моем мозгу в любую минуту... да даже гребаную секунду... вот сейчас я разговариваю с тобой, а через секунду уже наброшусь на тебя и откушу твой нос!       - Мой нос? Думаю, это не самая вкусная часть тела, - произносит потрошитель. - Ну, я имею в виду... почему именно нос? Ладно... я просто к слову...неважно, что ты мне откусишь... я не хочу, чтобы ты что-то мне откусили или Розали...       - Вот, - Розали протягивает Нику чашку с чаем. - Должно помочь успокоиться. Мне всегда помогает.       - Спасибо, Розали, - благодарит Ник. И спустя несколько глотков уже понимает, что начинает помогать. По крайней мере, руки перестают дрожать.       - Что случилось, Ник? Расскажи еще раз, - просит женщина, устраивается рядом с Монро.       - В общем, я боюсь, что ты, Монро, тогда был прав, когда сказал, что неизвестно, какие последствия яда смертоплюя меня ждут...       - На чем основан твой страх? - Розали все еще говорит мягко и спокойно.       - Сегодня в участке я смотрел на капитана и я буквально был рад тому, что мои зубы побывали в его шее... ну вы понимаете... у него на шее был виден край повязки на ране. Это же ненормально... я имею в виду себя. Как можно радоваться тому, что именно я укусил его? А еще я подумал о том, что хочу еще раз укусить его...       - Это странно, да, - говорит Монро, а в его глаза появляется сочувствие.       - Или нет, - добавляет Розали. - На работе ты видишь много людей. За день появилось желание укусить кого-нибудь из них?       - Нет... ни разу... даже мысли такой не возникло. Только в кабинете капитана.       - Это же хорошо! - Восклицает радостно потрошитель. - Ну... кроме капитана. Кстати, а почему его-то? Он что, для тебя вкуснее остальных?       - То есть, ты хочешь укусить капитана еще раз? - Уточняет Розали. - Только его. И в то же место - в шею?       - Прямо сейчас нет. Но, когда он был передо мной, да. Это желание было слишком неожиданным...       - Интересно, - женщина стучит пальцами по коленкам. - Очень интересно.       - А что интересного в этом? - Спрашивает Монро. - Это, скорее, нехорошо. Очень нехорошо. Видимо, капитан для Ника - очень лакомый кусок... для еды. Какой кусок его ты хотел бы съесть в первую очередь?       - Монро, прекрати, - просит гримм, трет лоб ладонью. - Я даже думать о таком не хочу.              - Я просто спросил... как потрошитель потенциального людоеда...       - Мне не нравится, что я подсознательно воспринимаю его как потенциальное блюдо на ужин, - вздыхает Ник. - Дожил... уже хочу сожрать человека. Как от этого избавиться? Я не хочу становиться людоедом. Вы же мне поможете не превратиться в это?       - Мы сделаем... придумаем что-нибудь, - обещает Монро.       - Ник, скажи, ты хотел просто укусить капитана или именно откусить от него кусок? - Продолжает вести своей опрос Розали. - Это важно.       - Сегодня я думал о том, что хочу просто укусить его еще раз в тоже самое место.       - Хорошо, это уже хорошо, - шепчет женщина.       - Да... укусить и откусить - это разные вещи, - соглашается потрошитель. И кивает головой. - Да. Так оно и есть. Согласен, это уже хорошо. Людоедом, видимо, ты не станешь.       Нику все равно легче даже немного не становится. Он напуган своим непонятным состоянием. Он хочет ясности, понять, что с ним творится, знать, что делать с этим, как от этого избавиться, как бороться с самим собой, если он вновь станет неуправляемым зомби, можно ли вообще как-то самому контролировать это?       На его телефон приходит сообщение.       Он сразу же его читает - это от Джульетты и она пишет, что тоже хочет встретиться. Прямо сейчас.       Ник выдыхает.       Кажется, хоть что-то в его жизни этим вечером станет понятным. Он прощается с друзьями и едет к ней.