Гербарий из ромашек

Как Юнги и предполагал, переход Чимина в новую школу прошёл очень даже неплохо. С учёбой у того проблем совсем не возникло: учителям он полюбился с первой секунды, а программа ожидаемо была для него лёгкой. Друзья у Пака тоже уже были. Юнги, Хосок и Намджун учились с ним в одном классе, да и Наён с Саной, уже знакомые ему, стали его одноклассницами. Мин даже почти не раздражался, когда девчонки крутились на переменах у парты Чимина, и молча закрывал на это глаза, прекрасная понимая, что ни одной из них там явно ничего не светит. Что уж не скажешь о своих же друзьях. Всякий раз, когда кто-то из парней в шутку шлёпал Пака по заднице, или сильнее зажимал в объятиях, или щекотал его, забравшись руками под футболку, да хоть как-то дотрагивался до него «дольше положенного», Юнги мысленно разрывался от ревности. Головой-то он всё прекрасно понимал, но вот сердце кричало в протестах. Чимин его всякий раз в эти моменты одаривал взглядом, которого Мин никогда не понимал, а ребята продолжали подтрунивать над бубнящим что-то себе под нос Юнги. — Нет, ты отвлекаешься и поэтому совершаешь глупые ошибки. Я знаю, что ты можешь, просто сосредоточься, — Чимин в домашней одежде Мина сидел рядом за столом и карандашом делал пометки в неправильно решённых примерах. Вот уже полтора месяца прошло с начала учёбы, и Пак всё это время активно помогал друзьям повышать свой средний балл. Раньше этим занимался только Намджун, стараясь порешать все варианты друзей на контрольных, но теперь Чимин тоже в этом участвовал. Юнги сперва обрадовался, ведь с ним списывать стало ещё проще, однако у мандарина были на это другие планы: Пак не просто позволял списывать ему почти на всех предметах, но и заставлял позже разбирать этот материал дома, прорешивая домашку под его руководством. — Не могу я сосредоточиться на этих дебильных примерах, когда вместо них мы бы могли… Могли бы заняться чем-нибудь поинтереснее, — чуть краснея проворчал Мин, кидая взгляды на чересчур большое декольте парня из-за растянутой футболки. После целого школьного дня «воздержания» ему жуть как хотелось притянуть к себе Чимина и расцеловать его пухлые губы. Да именно это, а не сидеть и решать, как найти “x” или “y”. Парень вскинул бровь, чуть ухмыляясь, и подпёр подбородок ладонью, безотрывно глядя на подростка. — Может в таком случае придумать тебе систему поощрения? Одна решённая задача – один поцелуй. — Это кощунство. — Ты знаешь другой способ заставить тебя сосредоточиться? Юнги пожал плечами, к своему стыду представляя, как Чимин ласкает его ром сидя между ног, однако просить подобного он бы не посмел. Не потому что Пак не стал бы делать этого, а просто потому что. Слишком уж смущающе, да и «поощрением» за хорошую успеваемость язык не повернётся это назвать. Это же не сюжет какого-нибудь дешёвого порно. — Давай так: один маленький поцелуй сейчас, я решаю всё это в быстром темпе, и затем мы лежим на кровати, а я тебя целую сколько угодно? Расплывшись в улыбке, Пак заметно покраснел, но кивнул и сам потянулся к его губам, растягивая этот маленький поцелуй на подольше. — Туки-туки, мальчики, я зайду? — в дверь постучали и тут же она приоткрылась, впуская в комнату Мин Ёнджу с небольшим подносом. Сердце ухнуло в пятки, но, к счастью, оба успели отстраниться друг от друга, до того момента, как женщина вошла. Юнги же в который раз был мысленно благодарен матери за то, что та всегда имела привычку скучать, прежде чем войти. — Ч-чего? — краснея и стараясь говорить спокойным голосом, пискнул Юн. Чимин же и вовсе старался не смотреть на женщину, сжимаясь всем телом и кусая губы. — Я вот вам чай с печеньками принесла. Только испеклись, — Ёнджу довольно улыбнулась и поставила поднос с кружками и пиалкой на свободное место на столе. — Занимаетесь? Это правильно. — Спасибо, — тихонько промяукал Пак, слегка поклонившись головой. Порой ему было ужасно неловко от того, как часто он приходил к ним в дом, пил и ел с ними за одним столом и тратил воду в ванне, оставаясь с ночёвками. Можно сказать почти прописался. И всё же никто его за это никогда не журил. Глава семьи даже однажды пошутил, что у них в доме всегда было так много мальчишек, что никто особо и не замечает разницу: одним больше, одним меньше, когда много народу – так даже привычнее. — Ну всё, мам, давай иди уже. А то ты сбиваешь меня с умных мыслей. — Айй, хорошо бы они у тебя и правда были, — по доброму шикнула Ёнджу и потыкала сына по макушке. — Ну давайте, не буду мешать, — она ещё раз нежно улыбнулась Паку и поспешила покинуть комнату, прикрывая за собой дверь. — Твоя мама просто ангел, — Чимин хихикнул и потянулся за свежим печеньем, тут же отправляя его в рот. — Да уж, посмотрел бы я на тебя, если бы ты с ней пожил подольше, — хмыкнул Мин, но в целом мысленно, конечно, согласился, маму он любил бесспорно. — Хотя ты явно был бы её любимчиком. Думаю, была бы возможность, она бы усыновила тебя без вопросов. Пак вновь тихонько хихикнул от этого предложения, однако мысленно подумал, что не хотел бы этого: пришлось бы расстраивать эту чудесную женщину, что целых два её ребёнка совсем неправильной ориентации, а это как-то слишком жестоко. Закончив с домашним заданием, как Юнги и хотел, они перекочевали на кровать и теперь он вдоволь мог наобниматься с парнем. Предусмотрительно закрыв дверь на щеколду, Мин целовал его как того хотелось весь день: глубоко, с языком и так, чтобы мальчишка под ним дрожал всем телом, сжимая футболку на спине. — Чимин, может?.. Может на выходных сделаем это? Мои родители с сестрой опять уезжают к Намгю и скорее всего с ночевой, — смущённо прошептал Мин, когда почувствовал, что начинает возбуждаться, но шуметь сейчас было бы слишком опасно: за дверью то и дело слышались шаги домочадцев ходивших туда-сюда. Парень закусил губу и слегка кивнул, зарываясь рукой в волосы Юнги, те по прошествии лета тоже теперь были обрезаны, но всё также непослушно торчали в разные стороны. Чимину и самому ужас как хотелось этого, а ревностные взгляды лишь раззадоривали его воображение каждый день. — Кстати, я тут вспомнил… Юнги, ты слишком очевидный, нужно быть поосторожнее, — Пак всё равно улыбнулся, а Мин непонимающе нахмурился. — Скажем так, если бы мы учились в Сеуле, тебя бы давно окрестили педиком. — Че это? — Потому что ты ревнуешь меня к парням, — Чимин хихикнул, улыбаясь сильнее, и чмокнул того в нос. — Думаю, тебя просто спасает то, что ты Юнги. Тот самый Юнги. Обычный Юнги-ворчун, которому постоянно что-то не нравится, никто, наверное, даже не обращает внимания, что ты такой только по отношению ко мне. Мин вновь что-то заворчал себе под нос, перекатываясь на спину рядом с парнем, и скрестил руки на груди, задумчиво пяля в потолок. Все подобные разговоры непременно приводили его к размышлениям о будущем. Осмелится ли он когда-нибудь рассказать друзьям? А семье? Как те отреагируют? Стоит ли заставить себя переехать в Сеул, в надежде, что там они с Паком станут чуточку свободнее, или остаться в деревне и пытаться жить «нормальную жизнь», пусть даже это разобьёт ему сердце? Он даже не знал, чего боялся больше всего, но этот страх, несомненно, окутывал его с каждым днём всё обширнее и туже. Повисла тишина, и глядя на такого задумчивого парня, Чимин и сам погрузился в свои мысли, постепенно теряя улыбку на лице. Вероятно он думал об этом же. — Юнги… Ты ещё не думал, где хочешь учиться?.. — осторожно поинтересовался он, но в ответ получил лишь тихое недовольное стенание и заломанные брови. — Пожалуйста, давай не будем об этом? Нет, я не решил. И не хочу. Во всяком случае сейчас, — Мин приподнялся с кровати, не зная, куда себя день. Уйти не может, но и прогонять Чимина он не хочет. — Я просто хотел бы… — Пак чуть помялся, приподнимаясь следом. — Чтобы мы и дальше были вместе… Рядом… Если ты, конечно, тоже хочешь этого. — Хочу. Я знаю, Чимин, — подросток тяжело вздохнул, обнимая себя руками, и отвернулся в сторону окна, сильно кусая губы. — Дай мне подумать, хорошо? Чимин что-то неразборчиво прошептал, кивая головой, и ещё немного помявшись, стал собирать свои вещи. — Я, наверное, пойду уже? — всё ещё неуверенно звучал Пак. — Уже поздновато, мама будет ворчать, если я опять останусь у вас на ужин. — Угум, — Юнги развернулся лицом к подростку, уже чувствуя, как даже это расставание даётся ему тяжело. — Поцелуешь меня?.. — совсем тихо выдохнул Чимин, дрогнув ресницами. Он сжал одной рукой лямку от рюкзака, а второй покрепче перехватил свою школьную форму, что снял перед тем, как надеть вещи Юнги. Недолго думая, парень вновь за пару широких шагов оказался рядом с Паком и, взяв его лицо своими ладонями, поцеловал пухлые губы. В таком он отказывать не может – это преступление. — До завтра? — лёгкая , нежная улыбка коснулась губ Чимина, как только поцелуй аккуратно завершился. — Я зайду за тобой, — согласно кивнул Юнги и не стал ограничивать себя в ещё одном лёгком поцелуе.

***

— Чимин, идти сюда! — голос Пак Мины послышался из гостиной и Чимин послушно поплёлся из своей комнаты на её зов. Всё ещё по привычке он вставал в школу достаточно рано, как если бы ему нужно было добираться до неё на автобусе в Сеуле, однако здесь требовалось идти от силы минут пятнадцать спокойным шагом, поэтому Юнги заходил за ним гораздо позже, чем он просыпался. — Да? — парень спокойно прошёл в гостиную и сел в кресло, наблюдая, как женщина прихорашивается у зеркала. Раз она встала так рано, это значило лишь одно. — Я сегодня уеду в Сеул. Скорее всего дня на два, там как повезёт. Тебе что-нибудь привезти из города? С недавних пор Мина стала кататься в столицу всё чаще. Изначально это объяснялось поисками работы, но вот в разговорах всякий раз стало всплывать имя её «старого знакомого», и Пак уже не был уверен, что дело только в ней. В какой-то степени он мог понять мать, поэтому старался сильно не заострять на этом внимание. «Тебе не кажется это странным? — как-то раз спросил его Мин. — Если бы какой-нибудь мужик решил приударить за моей мамой… Даже в мыслях странно.» Чимин лишь слегка качал головой. Как вы себе это представляете? Мина работала последний раз лет семнадцать назад, кто захочет брать на хорошо оплачиваемую работу человека с такой трудовой книжкой? Да, она всё ещё выглядит очень хорошо, но возраст берёт своё: найти работу, чтобы та оплачивала все её хотелки и закрывала нужды почти без опыта работы, было практически невозможно. Что же остаётся в таком случае делать? Найти какого-нибудь обеспеченного мужчину, хотя и это совсем нехитрое дело, учитывая наличие сына-подростка и её совсем не юного возраста. — Да вроде нет, — безразлично пожал плечами Пак и отвернулся к окну, подперев подбородок рукой. — Точно? Может быть, какие-нибудь материалы для подготовки к экзаменам? — Ну можно, — также немного вяло ответил подросток и наконец снова посмотрел на мать. — Хотя я могу их и в интернете найти. Женщина фыркнула, поднимая со столика свою сумку. — Ещё работал бы он тут нормально. Будто бы это он виноват, что оказался здесь. Чимин промолчал, но, завидев макушку Юнги вдалеке из окна, поднялся с кресла и поспешил за рюкзаком. Не хотелось бы, чтобы Мин лишний раз пересекался с матерью, та всё ещё относилась к нему не шибко дружелюбно. Выскочив во двор ещё до того, как Юнги успел постучать, Пак одарил парня лёгкой смущённой улыбкой и совсем невесомо коснулся его руки, тут же убирая её, чтобы не привлекать внимание. Школьной формы с эмблемой как таковой у них не было, но учеников всё равно обязывали ходить в белых рубашках и черных брюках, и что уж скрывать, Чимину безумно нравилось, как это выглядит на парне, особенно, когда тот закатывал рукава на рубашке и расстёгивал верхние пуговицы. — Оперативно, — хмыкнул Мин, удобнее перекидывая рюкзак на плече и чуть дольше положенного засматриваясь на утреннего, такого милого Чимина. Тот никогда не заставлял себя ждать и даже в столь ранний час выглядел с иголочки. Они оба двинулись в сторону калитки, еле касаясь плечами друг друга, когда входная дверь вновь слегка хлопнула и Мина вышла во двор к машине. — Чимин! Парень обернулся, поджимая губы, и словил на себе пристальный взгляд матери, что, кажется, буквально буравила взглядом их сомкнутые плечи. — Напиши мне, если что-нибудь придёт в голову по поводу покупки. — Хорошо. Он также смиренно кивнул и, кинув скомканное прощание, поспешил уйти и увести за собой Мина, взяв его за руку. — Твоя мама опять уезжает? — отойдя на приличное расстояние, Юнги немного обеспокоенно взглянул на парня, что шёл всё это время с крайне задумчивым видом. — Да, дня на два. — Думаешь, у неё получится в ближайшее время найти работу? Чимин тихонько хмыкнул. — Не думаю, что все её силы брошены на это. Юнги слегка кивнул и больше не стал поднимать эту тему. Всякий раз аккуратно касаясь её, он лишь прощупывал почву, в надежде понять, когда будет пора паниковать, если Пак всё-таки получит шанс вернуться в Сеул.

***

— Хей, вот ты где, я тебя потерял, — Хосок чуть навалился сзади, закинув руку на плечо Чимина, и улыбнулся, направляя его в сторону раздевалок. После уроков Пак задержался, чтобы «проводить» до выхода Юнги, а теперь вот спешил в актовый зал, где у них намечалась тренировка с танцевальным коллективом. Раз ходить в HitBig он не может, то будет готовиться здесь. Пару ребят скептически приняли резкое изменение настроя Чимина и то, что он стал более требовательным на тренировках, однако спорить не стали, понимая, что это им только на пользу. Мало кто из здешних ребят всерьёз задумывались связать дальнейшую жизнь с танцами, однако сейчас это дарило им удовольствие и они не прочь были выиграть в паре-тройке районных соревнованиях. — Да я с Юнги заболтался, — парень чуть пожал плечами, но Хосока не отстранил, спокойно продолжая идти с ним. — Ваа, вы хоть иногда бываете по раздельности? Или даже по ночам сбегаете друг к другу в комнаты и спите в обнимку? — Чон хихикнул, а Пак лишь смущённо отшутился, чуть толкнув того в плечо. Скрип кроссовок о пол и повторение одно за вторым. Все знатно пропотелись сегодня, и даже девочки, что старательно следили за собой, выходили из зала мокрые с головы до ног, продолжая сетовать на в конец испорченную причёску и дурной запах. Однако даже несмотря на это, все были довольны, ведь они наконец смогли исполнить танец без косяков и Пак их даже похвалил, сообщая, что уровень группы значительно вырос с тех пор, как он первый раз пришёл на тренировку. — Ты чего не идёшь переодеваться? — всё ещё тяжело дыша, Хосок плюхнулся на пол рядом с Чимином и протянул тому бутылку воды. — Я немного задержусь… Хочу потренироваться ещё немного, — парень слегка улыбнулся, принимая воду и делая сразу несколько глотков. — Вот это я понимаю. Глядя на тебя, аж стыдно немного становится, ты так много тренируешься, сразу видно, что нам до вашего уровня ещё пахать и пахать, — Чон хмыкнул по-доброму и посмотрел на него, кажется, и правда с восхищением в глазах. — Вы молодцы, Хоби, это правда. Вы уже намного лучше справляетесь, я говорил. Чон подтянул колени к груди и сложил на них руки, положив голову. Он чуть поджал губы, оглядывая подростка, и затем наконец сказал. — И всё же не думаю, что это может сравниться. Ты ведь скучаешь, да?.. Пак совсем слегка кивнул, стараясь в голове отгонять эту мысль, ведь если начнём вновь раскручивать её, то на душе и правда станет паршиво. — Я представляю. Ты иногда делаешься таким печальным, сидя на уроках. Сначала думал, тебе просто учиться не нравится, но теперь подумываю, что дело совсем не в этом. — Мне не хочется говорить ничего плохого про это место, Хосок, это было бы не правильно… Учителя у вас неплохие, у меня есть вы, да и никто не лезет особо. Если уж и переводиться, то это место совсем не плохое для этого. Просто я… Да, я скучаю. У Чимина не было особо близких друзей в Сеуле, все они менялись, то сближаясь, то отдаляясь от него, но парня это не задевало, он и сам не был готов раскрываться перед кем-то из них больше положенного. Однако всё это всё равно тяготило просто мучительно. Развод родителей, предательство отца, уход из группы, сколько времени прошло с тех пор, как он приехал сюда, в старая комнатушка до сих пор ему не полюбилась. Он никому не скажет, но находясь в здешней школе, он стал чувствовать, что тупеет с каждым днём: нагрузка была намного меньше, чем раньше, темы, что они разбирали, Пак с классом проходил ещё в прошлом году и так буквально во всём. Летом здесь были озеро, дуб, ромашки с Юнги и много поцелуев на холме под звёздами, а сейчас с каждым октябрьским днём становилось всё холоднее и тоскливее. — Ты уже решил, что будешь делать после школы? Наверняка ведь вернёшься в Сеул? — Хосок постарался его приободрить, чуть сжав предплечья и слегка погладив его. — Да, я хочу поступить в танцевальное училище. Чон удивлённо раскрыл глаза, но затем кивнул, понимая теперь, почему тот в последнее время тренируется всё усерднее. — Ты крут… Ах, мои родители меня бы точно пришибли, если бы я изъявил желание пойти учиться на танцора, — парень с лёгкой грустью посмеялся и поднялся на ноги. — Если ты настроен серьёзно, то не нужно слушать других, Хосок. Ты отличный танцор и, если напрячься немного сильнее, я уверен, ты бы тоже мог туда поступить! Чон снисходительно улыбнулся и слегка покачал головой. Ему бы не хотелось открывать дискуссию на тему неравенства и невозможности этого сделать, однако из-за слов парня ему снова захотелось немного помечтать. — Не против, если я останусь потренироваться с тобой? — он подал Чимину руку и тот с готовностью взялся за неё, поднимаясь на ноги. — Конечно, я буду только рад. Пак уже потянулся к колонке, чтобы включить музыку, когда друг вновь заговорил. — Кстати, пока не забыл. Ты же пойдёшь в эти выходные ко мне на ночёвку? Родаки опять сваливают, так что мы все собираемся. — Ночевка? — Чимин немного удивлённо посмотрел на парня, сразу вспоминая, что вообще-то у них с Мином были совсем другие планы на ту ночь. — А кто будет? Как в прошлый раз? Юнги тоже идёт? — Ну не совсем, Давон не приедет и девчонок тоже не будет, но зато приезжает Сокджин. Юнги тоже будет, куда он денется? Я уже ему сказал, — Чон хмыкнул, складывая руки на груди. — А что? Хотел к Наён подкатить? Чимин не сразу понял причём тут она, но затем лишь покачал головой, чуть смутившись. Некоторые до сих пор подумывают их свести, как бы он не намекал, что девушка совсем не в его вкусе. С другой стороны, раз друзья по прежнему думают свести его с Наён, значит не видят в нём гея, а это хорошо. Как бы те не шутили всегда над их отношениями с Юнги. — Ну, конечно, я пойду, как я могу такое пропустить? — хихикнул Чимин после небольших подколов со стороны друга по поводу Наён, однако в голове сделал пометку поговорить с Мином. Он вообще-то чертовски ждал выходных и хотел наконец заняться сексом с ним, а что теперь? Все планы под откос, это уж точно.

***

— Нам обязательно идти? — Чимин чуть дул губы, наблюдая, как Юнги в очередной раз закидывает баскетбольный мяч в кольцо. Было уже холодно и безлюдно, солнце почти скрылось за горизонтом, но они вдвоём по-прежнему шатались по деревне, не спеша возвращаться: мама Чимина после возвращения из столицы до сих пор ходила крайне взвинченная, а Мин Ёнджу просто встала утром не с той ноги и целый день испускала молнии вокруг себя. К счастью, уже завтра суббота, а значит родители Мина уедут, и они смогут побыть вдвоём. Так во всяком случае было задумано… — Абсолютно. Что, думаешь, они подумают, если мы вдвоём откажемся? К тому же Сокджин приезжает… — чуть запыхавшись, Юн остановился около парня и окатил его взглядом с ног до головы. Изо рта шёл лёгкий пар, а разгорячённое тело успело вспотеть под лёгкой курткой. Пак пожал плечами и тихонько вздохнул. Что ж, ему стоит порадоваться, что они смогут хотя бы поспать вместе, и может быть даже немного пообжиматься, когда все уже уснут после пьянки. — И всё же, я бы хотел, чтобы ты трахнул меня. Мин густо покраснел, смущённо забегав глазами, и сильнее прижал мяч к себе. — Не говори так, вдруг кто-нибудь услышит, — он специально осмотрелся, чтобы удостовериться, что никого по близости до сих пор нет. — Не говорить, что я хочу твой член? — Чимин сделал по истине невинное лицо, но ехидная ухмылка всё равно тотчас проскочила на губах, видя, как Юнги смущается ещё пуще. — Да и это тоже, — парень стыдливо пихнул мяч в руки Пака, а сам подхватил свой рюкзак и медленно направился в сторону дома. — Хорошо, не буду говорить, что хочу отсосать тебе, — всё в той же манере продолжил Чимин, следуя за ним, а Юн готов был начать хныкать, мотая головой. — Ну хвааатит, Чимин-а. Ты специально? Не думай, что из-за этого я соглашусь не идти к Хосоку, — Мин зыркнул на парня и даже шлёпнул его по заднице, на что Чимин хихикнул, открыто теперь ухмыляясь — Да я ни в коем случае. Идём, так идём, какие вопросы? Юнги чертовски сильно захотелось в ту же секунду прижать этого дьяволёнка к ближайшему забору и жадно впиться в губы, но он мог лишь смотреть на довольного Пака, идущего впереди и будто намеренно виляющего своим задом.

***

В этот раз было не так громко. Стены не тряслись от громкой музыки, но алкоголя всё равно было много даже для их компании. Как и сказал Хосок, девчонок в этот раз не было, но приехал Ким и всё естественно началось с расспросов о его новостях и рассказах о своих. В этот раз Чимин не чувствовал себя отстранённым, как это было тогда в первую поездку к дубу, он уже неплохо знал парня и мог поучаствовать в разговоре почти на равных: даже «фишки» и старые приколы, что зародились до его появления в деревне, он успел выучить почти все. — И как тебе у нас учится? Наверное прям небо и земля, — Сокджин вальяжно, как и все, расселся на полу и уже с легким алкогольным румянцем на щеках перевёл взгляд на Пака. Тот сидел как бы сбоку, но чем больше становился градус в его крови, тем больше его тянуло подползти к Юнги поближе. Чимин тихонько фыркнул и пару раз кивнул головой. Друзья тут же загалдели о том, какой он умный, но сам парень не хотел бы сейчас об этом говорить, поэтому отшучивался как мог. — В любом случае, я не знаю, как долго это продлится, поэтому нужно пользоваться, пока можно. Нагрузка здесь совсем не такая, как в Сеуле, так что я могу больше времени уделять тренировкам. — О, это точно! — вмешался Хосок, отрывая губы от горлышка бутылки из под пива. Он совсем плохо переносил спиртное и покрывался красными пятнами даже от половины её содержимого. — Вы бы видели, он просто машина! Будь я девчонкой, я бы дал тебе после первой же тренировки. — Как собственно и половина девок нашего класса, — хохотнул Намджун и остальные подхватили, заставляя Пака засмущаться. Как же они заблуждаются на счёт него… И всё же есть один человек, которого он и сам не был бы против трахнуть, но, к сожалению, тот пока ещё не готов к таким потрясениям. — Чёрт, если ты не поступишь в это твоё танцевальное училище, я тогда не знаю кем надо быть, чтобы это сделать, — даже почему-то немного возмущённо проворчал Чон, хлопнув ладонью об пол. — О, ты собираешься поступать на танцора? — Тэхён, как и все остальные, с удивлением посмотрели на подростка, однако пока все продолжали удивляться и радостно расспрашивать его об этом, один единственный человек стал заламывать брови, смотря себе на пальцы, что лежали между ног, сложенных по-турецки. — Давно ты это решил? — пробормотал наконец Мин, чувствуя небольшую, но нарастающую обиду за то, что не он первый узнал о таких важных планах парня. То, что Пак соберётся поступать в Сеул ему и так с самого начала было понятно, но всё равно разговоры об этом каждый раз давали под дых. — Не очень… — слукавил Пак, покусывая губу и, чтобы в край не смутиться, спрятал глаза за глотком какой-то намешанной бурды в его стакане. Юнги недовольно стрельнул в него взглядом, но Чимин постарался сделать вид, что не заметил. Сейчас выяснять отношения совсем было бы некстати. Мин резким движением открыл ещё одну бутылку пива и приложился к горлышку. Вообще-то он не планировал много пить сегодня, но почему-то внутреннее беспокойство за что-то росло с каждой минутой и ему хотелось утихомирить его. Ещё Юнги совсем точно не нравилось вести себя более сдержанно по отношению к Чимину при друзьях, хотя он же это и вбил себе в голову и попросил об этом Пака. Поэтому они и сидят весь вечер по разным сторонам и даже на секундочку не могут коснуться друг друга хотя бы кончиком пальца. А сейчас ещё и этот небольшой всплывший секрет совсем подорвал самочувствие. Головой то Мин прекрасно понимал, что злится глупо, да и, если и делать это, то явно на себя, но сердцу не объяснишь, и вот оно уже заходится в болезненном ритме. Сам придумал, сам обиделся – иначе и не скажешь. — Ну а вы, ребят, уже решили, что будете делать? С тобой, Намджун, всё понятно, ты у нас поедешь с мандарином покорять Сеул, а вы двое? Не говорите, что собираетесь меня бросить одного в Гончоне, — Джин посмотрел на Хосока и Юнги, бегая взглядом от одного ко второму, и продолжил улыбаться. Чон хихикнул, а вот Юнги было совсем не до смеха. Огромный камень вновь придавил его грудную клетку, иначе как объяснить, что та неприятно заныла? Парни не сразу заметили, и пока Хосок распинался о том, что родители его хотят отправить учится на что-нибудь связанное со строительством, а Пак активно уверял, что тот должен идти на танцора, Юнги постепенно грознел словно туча, уходя в свои мысли, скрючив спину и опустив голову. — Эй, Юнги, а ты, — договорить весёлому Киму не дали, прервав громким раздражённым голосом. — Да, хватит уже! Сколько можно это обсуждать?! — Мин подскочил на ноги, с вызовом откидывая удивлённых друзей взглядом. — Сейчас только октябрь, почему всем так важно стало это дурацкое поступление? Всё ещё сто раз успеется переменится! — А почему бы и не обсудить? — в отличии от остальных парней Пак нисколечко не напугался громкому голосу и напротив с таким же вызовом уставился на Юнги, не отводя от него серьёзных глаз. — Ты вечно уходишь от этого разговора, это не может вечно продолжаться! — не будь он пьян, Чимин наверняка стал бы переживать за столь изменившееся настроение парня и попытался бы как-то его успокоить, но сейчас был совсем другой случай. Юнги замолчал на секунду, продолжая шумно дышать через нос, но затем с ещё большей силой нахмурился, хватая бутылку пива с пола, и болезненно закусил губу. — Ой, да пошли вы все нахер, — он выставил вперёд средний палец, демонстрируя его всем собравшимся, а затем в особенности выделил его для городского. — И ты тоже пойди нахер, Пак Чимин! Юнги шикнул словно змея и поплёлся к выходу. По пути он ещё успел стырить из куртки Тэхёна пару сигарет и зажигалку, уже наверняка зная, что у Кима есть всегда в запасе парочка, а затем, чуть покачиваясь вышел во двор, хлопнув дверью. Не долго думая Чимин вскочил на ноги следом и направился за Мином, испуская проклятия и ругательства под нос, и совсем не было важно, как на весь этот спектакль отреагируют друзья. — Что за херня? — оставшись в относительной тишине после этой недолгой но шумной перепалки, Сокджин непонимающе оглядел друзей. — Ахх, не мешайте им, у них любовь… — как-то мечтательно проворковал Тэхён, но получил за это лишь небольшой удар локтем в бок от самого младшего. — Ащ, чего ты вечно несёшь всякую ересь?.. — Чонгук довольно мило скривил свою мордочку, хоть и пытался этим показать совсем обратное. Хён вечно говорил всякую ерунду и ему постоянно хотелось дать ему знатную затрещину за это. Намджун, что сидел ближе к двери, первый поднялся на ноги и завертел головой, когда остальные ребята хотели последовать его примеру. — Не надо, я сам. Схожу проведаю… Думаю просто алкоголь в голову ударил, — он чуть повёл плечом и аккуратно, насколько это возможно было с его неловкостью, двинулся вперёд по коридору к выходу. Не хотелось бы нарваться на выяснения чего-то личного, но определённо точно нужно было проконтролировать, чтобы парни не наделали глупостей в таком состоянии. Чимин выскочил на улицу, едва успев натянуть куртку. Внутри от чувств всё клокотало, но злился он даже не на то, что парень послал его, а на то, что тот так трусливо избегает любой серьёзный разговор, заставляя Пака чувствовать себя виноватым за то, что наваливает на него якобы слишком тяжёлую ношу выбора. Да, она тяжёлая, но Юнги не единственный, кому приходится примириться с чем-то неприятным. — Эй! Мин уже успел отойти к калитке и закурить сигарету, но всё-таки обернулся. До этого Пак видел его курящим раза три от силы, но так как ему не нравился вкус табака во время поцелуев, парень быстро прекратил даже эти редкие слабости. — Эй, куда ты собрался?! — повторно прикрикнул Чимин, но злость его постепенно сдавала назад, и теперь он чувствовал себя больше обеспокоенным, нежели рассерженным. — Мне нужно побыть одному. Юнги поджал губы и виновато отвернулся. Снова убегает… Он отпер калитку и без каких-либо ещё слов вышел на дорогу. — Юнги, но там ночь! Беспокойство Чимина так и осталось витать в воздухе без ответа, лишь калитка хлопнула, вслед за парнем. Пак сделал пару несмелых шагов вперёд, но скрипнувшая дверь его остановила. — Не стоит, он вернётся. Намджун мягко улыбнулся, выходя на крыльцо и посильнее пихая руки в карманы куртки. Та правда не особо спасала от ночного холода, ведь вышел он в обычных тапках и домашних шортах. Ким опустился на лавочку во дворе Чонов и взглядом пригласил Чимина сесть рядом. — Сейчас остынет немного и вернётся, ничего с ним не случится. Чимин поджал губы, всё ещё посматривая в сторону калитки, но всё же вернулся обратно к дому и сел рядом с другом, на его манер кутаясь в свою верхнюю одежду. — Я не понимаю, почему он такой. В плане… Это ведь нормально планировать своё будущее? Говорить о том, кто куда хочет поступать и всё такое… В этом ведь нет ничего плохого, зачем сразу так реагировать? — он обижено насупился, покусывая небольшие корочки на губах. — Юнги очень чувствительный, хоть и пытался доказать, что это не так, — Намджун хмыкнул, продолжая говорить всё с тобой же улыбкой. — И ещё я думаю, он просто боится. И я прекрасно его понимаю. — Боится? Чего? — Перемен, — пожал плечами Ким и вздохнул. — Здесь всё понятно, здесь любящая семья и друзья. Здесь ты знаешь каждый закуток и не нужно задумываться о таких вещах, как например, как добраться до дома или куда сходить на выходных: не то, чтобы у тебя тут большой выбор. А совсем скоро всё изменится. Друзья разъедутся: кто-то поедет в Гончон, кто-то ещё останется доучиваться здесь. Джун сделал небольшую паузу о чем-то задумавшись, но затем всё же продолжил с небольшой грустью в голосе. — Все уже уверены, что я поступлю в Сеул, и в целом я не против, ведь это открывает так много перспектив для меня, но мне тоже ужасно страшно думать об этом. Все мои друзья остаются здесь и в Гончоне, моя семья тоже… Наверное, была б моя воля, я бы тоже остался, но они так рассчитываю на меня, откладывают деньги, чтобы я смог жить в столице. Так что я должен это сделать. Хотя теперь у меня там будет хотя бы один друг, да? — он улыбнулся чуть радостнее, подмигнув Чимину, и тот также улыбнулся ему в ответ, чуть кивая. Да, Пак определённо точно не оставит Джуна там одного и постарается познакомить с городом, пусть даже если их пути с Юнги в конце концов разойдутся… — Этот придурок даже кроссовки не надел, так и ушёл в шлёпках… — выдохнул Чимин, покачав головой. Пары минут хватило, чтобы Пак смог окончательно успокоиться, и чтобы оба успели подмёрзнуть. — Не бойся, он у нас закалённый, — хмыкнул Ким. — А вот мы с тобой лучше давай вернёмся, я уже слышу, как стучат твои зубы. Вернувшись в дом, Чимин ожидал столкнуться с неловкостью, но, к счастью, друзья вели себя совершенно обыденно. Скорее они даже специально стали болтать на отвлечённые темы, чтобы Пак не чувствовал себя некомфортно, и тот был безумно благодарен им за это. — Что ж, думаю, можно потихоньку закругляться, — подытожил Сокджин после их бурной беседы об очередной ерунде и с трудом поднялся с пола. — Давайте немного приберёмся и спать, это пиво меня разморило. Все коллективно согласились. Дверь тихонько скрипнула и Мин неспешно стянул с себя куртку. Он точно не знал, сколько прошло времени с его ухода, но предположил, что отсутствовал около двадцати минут. Ноги успели промёрзнуть оттого в тепле сейчас приятно покалывали, а из красного носа текли сопли. Благо пиво всё это время согревало его, иначе он бы точно свалился от обморожения. Пиво и стыд, что теперь всё сильнее разгорался в душе. В моменте его злость не казалась ему беспочвенной, но сейчас она виделась совершенно того не стоящей: они с друзьями не так уж часто собирались подобным образом, а со временем таких посиделок станет в разы меньше, к тому же Сокджин приехал, а ведь он тратит свои законные выходные, чтобы мотаться сюда явно не для того, чтобы слушать ругань. Юнги, закусив губу, тихонько прошёл по коридору в гостиную и обнаружил, что вечеринку уже сворачивают. Младших видно не было, Намджун уже прикорнул на расстеленном диване, и лишь на кухне горел свет, слышался шум воды и тихие разговоры. — Вернулся? — произнёс шёпотом Джин, чтобы не разбудить Кима. Парень мягко улыбнулся, давая понять, что не злится на младшего, но тот всё равно глядел на него побитой собакой. — Я могу чем-нибудь помочь?.. Сокджин поднял последние пустые бутылки с пол и покачал головой. — Мы уже почти закончили. Пойди лучше ложись спать, мы постелили тебе у Давон, — он кивнул в сторону лестницы и затем, аккуратно похлопав его по плечу, направился обратно на кухню. Юнги мог поклясться, что из комнатки, где горел свет, он услышал тихий голос Чимина, и хотя он чертовски сильно хотел подойти к нему, Мин не был уверен, что тот также уже отпустил обиду. Посему, склонив голову, он побрёл наверх. Лоджия, где Юнги частенько спал летом, теперь была слишком холодная, что, конечно, не радовало. Спать в комнате нуны, пусть та уже и не живёт там на постоянке, было непривычно: кровать довольно узкая, всюду всё ещё стояли её девчачьи вещи и игрушки, которые Давон не забрала с собой в Гончон, и даже постельное бельё было с сердечками. Не то чтобы он против, но всё равно странно. Мин немного повертелся в комнате, не зная, стоит ли ему сходить хотя бы умыться, но затем всё-таки опустился на кровать и улёгся, уткнувшись в потолок. Сон не шёл. Рядом заботливо уже стоял стакан с водой и, приподнявшись, он сделал пару глотков, после чего опять лёг, однако сна всё равно не было ни в одном глазу. Было опрометчиво думать, что усталость и алкоголь разморит его, ведь прогулка на свежем воздухе будто напротив взбодрила Мина, не позволяя терпеть сомкнуть глаз, прокручивая в голове из раза в раз недавние события. Наконец, закрыв глаза, Юнги постарался начать считать овец, вспомнив, что кому-то это помогает, однако в дверь совсем тихонько постучали и знакомая макушка заглянула внутрь. — Юнги… Ты спишь? — шёпотом произнёс Пак, словно змея проскальзывая в небольшую щель приоткрытой двери, затем также беззвучно закрывая её обратно. — Нет… Любые овцы тут же ушли на второй план. Мин приподнялся на локтях, стараясь в темноте разглядеть парня, что по прежнему мялся у входа. — Ты сегодня должен спать здесь? — покусывая губу от небольшого волнения, Юнги оглядел кровать, где они могли бы поместиться только если плотно прижались бы друг к другу и уснули в обнимку. — Технически я должен спать внизу с Намджуном, но ты ведь знаешь, — Чимин тихонько хмыкнул, вспоминая их первую подобную ночь, и как храп Намджуна решил очень многое в их жизни. — И вот я здесь. Мин без слов отодвинулся к стене, позволяя парню юркнуть под одеяло, теперь оказавшись в чертовской близости от него. — Я переживал, что ты продрог, но ты как обычно горячий, словно печка, — тихонько хихикнул Пак, смущённо улыбаясь и проводя кончиками пальцев по груди Юнги. Он совсем не смело потянулся вперёд и, не встретив сопротивления, прижался к нему поцелуем. Сперва аккуратным, почти невинным, но затем тот стал посмелее и вот их губы сминали друг друга более чувственно и жадно, словно это их последний поцелуй. — Прости меня пожалуйста… — первый выдохнул Пак, стоило их поцелую прекратиться, чтобы сделать вдох. — Нет, нет… Это ты меня прости, — Юнги завертел головой и виновато забегал глазами по личику напротив. — Не знаю, что на меня нашло, я просто… Просто перенервничал и всё такое… — Я понимаю, — парень мягко кивнул и совершенно нежно коснулся его щёки своей ладошкой, поглаживая её большим пальцем. — Нам обоим страшно, Юнги, но… Я точно знаю, что я хочу быть с тобой… Мин поджал губы и аккуратно убрал его ладонь со своего лица. Чимин слегка нахмурился, чувствуя странную тревогу от подозрительно серьёзного взгляда напротив, а когда Юнги и вовсе приподнялся, садясь на кровати, сердце совсем забилось в слишком быстром темпе. — Чимин, я думал об этом… Много думал, правда… Парень приподнялся следом за Мином и обнял колени руками, стараясь не обращать внимания на горло, что начало неприятно ссадить. Он всё повторял себе, что, хоть слова Юнги и пугают его, начинать паниковать ещё рано. — И я знаю, что это может показаться эгоистичным с моей стороны, — продолжил Мин. — но иного лучшего варианта я не вижу. — Я не понимаю, к чему ты клонишь, Юнги, — Чимин шумно сглотнул, всё ещё стараясь сохранять спокойствие, хотя нервные нотки в голосе так или иначе проскальзывали уже сейчас. — Я постараюсь поступить в Сеул, но, — он предупредительно поднял палец, прежде чем улыбка успела коснуться губ Чимина. — только с одним условием… — Мин немного помялся будто в последний раз размышляя точно ли всё решил, и наконец продолжил, ещё более серьёзно глядя на парня. — Я сделаю это, если ты пообещаешь закончить школу здесь, со мной. — Что? — Подумай сам, Чимин. Я… Я не готов с тобой расставаться, но, если ты уедешь, я знаю, что это будет конец. Как бы ты ни убежал себя в обратном. И я в любом случае буду заканчивать школу здесь и чуть больше, чем полгода мне, наверное, хватит, чтобы смириться с переездом, поэтому я лишь хочу, чтобы ты был со мной эти полгода здесь. А потом я поеду куда захочешь. — Н-но Юнги… — парень неуверенно стал выкручивать пальцы, стараясь обдумать все сказанные слова. Он, конечно, и сам много об этом размышлял, но сейчас это звучало уже как окончательный вердикт, осталось только выбрать примешь ты его или нет. — Ты ведь знаешь, если моя мама решит вернуться в Сеул… — И что? Опять переводиться? У тебя здесь есть старики Ли, и ты ведь живёшь здесь, когда она уезжает. К тому же ты сам говорил, что, учась здесь, ты сможешь лучше подготовиться к твоим этим танцам. Так в чём проблема? Всего лишь до выпускного… — Юнги хотел было добавить что-нибудь о том, что не только он должен страдать, но промолчал. Это были не подходящие слова, а те, что действительно крутились на кончике языка, так и не вспомнились. — Ты обещаешь?.. — после недолгого молчания шёпотом произнёс Чимин. Внутри всё клокотало, но кто знает, может ему так и так придётся проторчать здесь до самого выпускного. Ну а если нет… Что ж, наверное, он сможет что-нибудь придумать? — Обещаю, — кивнул Мин и аккуратно взялся своим мизинцем за мизинец Чимина, после чего мягко поцеловал в губы. Своего рода скрепляя печатью. Остаётся надеется, что оба будут счастливы в конечном итоге, во всяком случае они сделали шаг навстречу друг другу, в это многое значит. Так ведь?