Нити Плетения

Айен не предполагал, что все закончится именно так. Охота не была его сильной стороной. Политические интриги - да. Так ему казалось прежде. Сегодня же он просчитался. Виляя среди мшистых ветвей, Айен с трудом переставлял ноги. Витиеватые корни тянули к нему свои уродливые сухие лапы, усложняя путь. Яд распространялся по телу с удвоенной скоростью. В мысли закрадывался туман, сотканный из беспокойства и страхов. «Нужно держаться» Неужели сбой навигационной карты не мог навести его на нужные мысли? Что ж, он предполагал, что Охота - отличный повод для вылазки революционеров. Поделившись мыслями с отцом, Айену удалось убедить того усилить охрану. Вариант диверсии было решено отодвинуть дальше. Приоритет: безопасность Автарха. Но Айен должен был так же предположить, что агенты Гидры могли затаиться. Подобраться ближе, отравляя своей идеологией даже самые стойкие умы. Отец уверял, что у него все под контролем, отмахиваясь от излишних подозрений сына, уповая исключительно на силу. Атрау согнулся пополам. «Ты не можешь остаться здесь» А ведь это было бы так просто. Присесть у камня, вытянуть ноги. Вдохнуть и выдохнуть. В последний раз. В конце концов, что его ожидало? Место при прим-домине, взращенной словно бы в чужой вселенной. «Мерцелла» Айен на мгновение прикрыл глаза. На удивление четкий образ девушки тут же возник в голове, отгоняя туман прочь. Ее глаза округлились, а рука подрагивала, когда Айен надевал ей кольцо на палец. «Какая теплая» Мерцелла была солнцем, не свойственным мраку Церерры. Вынужденная отдать себя на растерзание обстоятельствам, стойко выдержала их. Не отступила. Айен вспомнил обряд. Вспомнил, как шептал ей на ухо, чтобы позволила себе кричать. Ведь так проще перенести боль. Проще… Ему часто хотелось сделать что-то подобное. Айен с малых лет представлял себе поле. Колосистое. Представлял, как бежит, подгоняемый свежим ветром. Лицо ласкают рассветные лучи, распахивая душу навстречу новому дню. Но поднимая глаза от застарелых аграрных гравюр увесистого справочника, Айен стискивал зубы. Шрамы, полученные на тренировках, зудели. Мышцы и кости ныли. Физическая боль - ничто. Гораздо страшнее та, что внутри. Айен машинально схватился за бок. Зрение его подводило. Наощупь стало понятно - рана открылась. Опершись на камень, мужчина поднялся. «Шаг. Еще один» Как же унизительно, должно быть, он сейчас выглядел. Перед теми, кто выпустил ряд стрел и шел за ним по пятам. Волочащий ноги, беззащитный. Но это была плата. За недостаточную подготовку. За невнимательность. Пелена застилала глаза. Отблеск ясного неба, маячащий на горизонте, скрылся за тремя силуэтами. Вместо голов, их венчали змеи.

***

Мать редко касалась его. Стоило маленькому Айену потянуться к ней рукой, как женщина могла отпрянуть. Веря в то, что все наследники Атрау непоколебимы и не нуждаются в излишней нежности. И он принимал подобное, как должное. До того момента, когда Алластрий появился на свет. Мать носилась с младшим, словно с хрустальной вазой. Срывалась с места, стоило Лайсу вскрикнуть. Отец шел за ней, бросая через плечо Айену очередное наставление о лучшем пируэте для следующего боя. Одиночество сковывало Айена. Не давало двигаться дальше. В постоянных попытках впечатлить родителей, попытках заслужить их любовь, он терял свой путь, не позволяя раскрыться истинному я. Приняв наследство за Браннисом, Айен кивнул, уходя в привычную тень. Но впервые не почувствовал разочарования. Такого, когда перекрывает воздух. Он любил старшего брата. Единственного, кто неумелой шуткой и хлопком тяжелой ладони мог вытащить его из-под толщи воды. Того, кто протягивал руку помощи, доставая со дна. И Айен решился навестить невесту. Решил наплевать на неудобное время, на неуместность случая. Решил открыться нареченной, в надежде, что ему станет легче. В желании обрести союзника. И девушка приняла его. Пускай на словах, пускай на деле - впереди. Но это был шаг. Навстречу новому «я». Разлепив глаза, Айен судорожно схватил воздух. Мужчину мутило, а голова шла кругом. Стены текли куда-то вниз. Потолок рассыпался на тысячу осколков, раздирая грудь острием мозаики. Касание. Теплое. Оно в миг заставило вселенную замереть, прекращая безумную пляску. «Мама?» «Нет. Она бы так не сделала» Колоссальное усилие помогло Айену вновь открыть глаза. И встретить тот самый медовый рассвет. — Айен, - прошептала Мерцелла. — Уходи. Все, что смог процедить мужчина в ответ. Не хотел, чтобы она видела его таким. — Нет, ты ранен. Я остаюсь. И Айен накрыл ее ладонь своей. Крепко сжал, переплетая пальцы. Девушка слабо улыбалась. Открытые участки кожи покрывали многочисленные ссадины. Следы от укусов местной фауны испещряли нежные руки. Волосы спутались. Айену не хватило сил, чтобы убрать лишние пряди. Тогда Мерцелла придвинулась ближе, позволив ему сделать это. «Немощен, словно старец» Но в ее взгляде не было жалости. Облечение, даже… «Трепет? Ты рада, что я жив?» В голове был с десяток вопросов, не способных сорваться с губ Айена в эту минуту. Но внутри, где-то там, где было сердце, разливалось доселе неизвестное ему тепло. Айен знал, что нельзя поддаваться. Раствориться в подобном - словно отдать себя на заклание. Атрау позволил себе минуту. Ровно столько, чтобы безопасно насладиться моментом. Он просчитался второй раз за день. Минуты оказалось недостаточно.