Неожиданность. Глава третья.

‎

***

‎Ольга проснулась непривычно рано, когда за окном спальни только-только начинал брезжить серый столичный рассвет. Первые несколько секунд она лежала в полной тишине, пребывая в абсолютном, сонном непонимании ситуации. В голове крутились обрывки вчерашнего ужина в ресторане, а тело окутывало непривычное ощущение легкости. Повернув голову, она обнаружила, что на ней нет ни вчерашней блузки, ни графитовых брюк. ‎ ‎Рядом, собственнически уложив тяжелую ладонь на её талию, мирно и безмятежно спал Вадим. По его размеренному, глубокому дыханию было понятно, что утренние цейтноты гроссмейстера пока не волнуют. Ольга аккуратно, стараясь не разбудить мужа, высвободилась из его крепких объятий, накинула на плечи шелковый халат и поднялась с постели. ‎ ‎Ступив на прохладный пол, она подошла к большому зеркалу в углу спальни и, взглянув на свое отражение, слегка ужаснулась. Волосы после долгого и сложного дня были слегка растрепаны, а на лице остались заметные следы вчерашней косметики и легкие тени усталости от бесконечной зачистки ведомостей. Мысли в её голове тут же сменились волной смущения и немого восхищения: ‎ ‎«Господи, Казанцев... Ну что за невыносимый мужчина. Притащил на руках, раздел, уложил спать, а я даже ничего не почувствовала. Ладно, Железная леди, надо срочно приводить себя в надлежащий проректорский вид, пока этот вожак не проснулся и не начал свои фирменные подколы». ‎ ‎Ольга тихонько улыбнулась своим мыслям и целенаправленно направилась в душ. Встав под теплые струи воды, она с огромным наслаждением тщательно смыла всю вчерашнюю косметику, чувствуя, как вместе с каплями уходит остаток кадрового напряжения. ‎ ‎Выйдя из ванной комнаты полностью посвежевшей, Ольга уложила волосы и направилась на кухню. В гостиной по-прежнему царил идеальный порядок, картонные баррикады больше не портили интерьер. Она налила себе чашку горячего ароматного чая, с удовольствием выпила его у кухонного острова, наслаждаясь первыми минутами тишины, и сразу же приступила к готовке завтрака, решив порадовать своего любимого гроссмейстера перед новым рабочим днем. ‎ ‎

***

Ольга сосредоточенно стояла у плиты, переворачивая сырники на сковороде, как вдруг со спины к ней абсолютно бесшумно подошёл Вадим. Его сильные руки нежно обняли её за талию, прижимая к своему тёплому обнажённому торсу. На лице мужчины играла сонная и невероятно довольная ухмылка. Он уткнулся носом в её шею, обжигая кожу горячим утренним дыханием. ‎ ‎Ольга от неожиданности прерывисто вздохнула, но по её телу мгновенно пробежали те самые крупные, сладкие мурашки, и она расслабилась в его объятиях, качнув головой. ‎ ‎— Доброе утро, — со сна глубоким и хрипловатым баритоном прошептал Вадим ей прямо в ушко. — Что за кулинарные подвиги в такую рань? ‎ ‎— Доброе утро, Вадюш, — ласково улыбнулась Ольга, кокетливо повернув к нему голову и дразняще приподняв бровь. — Решила порадовать своего любимого мужа домашним завтраком. Но ты, как всегда, подкрадываешься без предупреждения. ‎ ‎Вадим тихо, тепло рассмеялся, крепче сжав ладони на её талии и лукаво прищурившись, глядя на её умытое лицо и аккуратно уложенные волосы: ‎ ‎— Я просто пришёл проверить, как дела. И должен заметить, Оль, ты сегодня подозрительно быстро проснулась и даже косметику смыть успела. А ведь ночью, помнится, кое-кто заснул настолько крепко, что даже туфли самостоятельно снять не смог. Стоило только голову мне на плечо положить — и сразу сладкий сон на всю дорогу до самого дома, а потом и на руках у мужа. ‎ ‎Ольга мгновенно порозовела, вспомнив свое утреннее непонимание у зеркала. Она выключила конфорку, развернулась в его руках лицом к нему и, положив ладони ему на плечи, со смешанным чувством заботы и лукавства заглянула в его глаза: ‎ ‎— Раздевать спящую жену, Вадим, это абсолютно запрещённый приём. Я утром у зеркала слегка испугалась от своего растрёпанного вида. Но если честно... Вадюш, как твоя спина? Я ведь помню, как в прошлый раз у тебя её прихватило, когда ты меня спящую нёс. Спина-то не болит после твоих ночных подвигов? ‎ ‎— Не дождёшься, Оль, — Вадим сыто, азартно ухмыльнулся, откровенно наслаждаясь её беспокойством, и крепче прижал её к своему торсу. — Твой муж в идеальной форме. Столичный воздух, видимо, хорошо на меня влияет, так что всё прошло без всяких травм. Жакетик твой, я снял бережно, всё в порядке. ‎ ‎— Ну-ну, герой, — весело рассмеялась Ольга, ласково потрепав его по щеке. — Смотри мне. Если завтра тебя прихватит, лечить мазями я тебя сама буду. Жёстко и строго по инструкции. Всё, не ворчи. Пойдём за стол, а то я от этих разговоров и сама проголодалась. Я пока переложу сырники, а ты сделай нам чай. ‎ ‎— Иди давай, садись, сейчас всё организую, — улыбнулся Вадим, нехотя выпуская её из объятий. ‎ ‎Он послушно отошёл к чайнику, а Ольга принялась аккуратно перекладывать пышные, румяные сырники со сковороды на большую тарелку. Мужчина опёрся ладонями о край кухонного острова, с улыбкой наблюдая за её уверенными, домашними движениями. ‎ ‎— Кстати, Оль, — негромко позвал он, и его взгляд стал мягче. — Я тут подумал про твоё вчерашнее предложение. Насчёт девчонок и нашей поездки. ‎ ‎Ольга на секунду замерла с лопаткой в руке, и на её лице тут же расплылась искренняя, светлая улыбка. Она повернулась к нему, лукаво прищурившись: ‎ ‎— И что же решил наш главный семейный стратег? Надеюсь, ты не собираешься включать своё фирменное упрямство и придумывать причины, чтобы остаться в городе? ‎ ‎— Даже не думал, — Вадим шутливо приподнял руки, сдаваясь под её взглядом. — Сказано в пятницу вечером — значит, поедем в пятницу. Я сегодня же Степана предупрежу, чтобы он подготовил машину. Выедем сразу, как только ты освободишься в своём университете. Самому уже не терпится увидеть, как Лизка с Сашкой удивятся нашему внезапному десанту. ‎ ‎— Вот и отлично, — Ольга ласково погладила его по плечу, проходя мимо него к столу с тарелкой. — Значит, договорились. Лизе я, кстати, вчера всё-таки отправила короткое сообщение перед сном, спросила, как дела. Написала, что у них там всё тихо. Так что наш сюрприз получится идеальным. ‎ ‎Ольга уселась на высокий стул, аккуратно разложила салфетки и, дразняще приподняв бровь, посмотрела на мужа, возвращаясь к теме сегодняшнего вечера: ‎ ‎— Вадюш, а по поводу нашего ужина с председателем... Подскажи, у меня будет время после работы, чтобы домой заскочить и переодеться? Всё-таки первая встреча с твоим руководством, не хочется ехать в том, в чём целый день по кафедрам ходила. ‎ ‎Вадим сыто ухмыльнулся, ставя перед ней две чашки со свежим, ароматным чаем и усаживаясь на соседний стул. Он ласково перехватил её ладонь, мягко сжав пальцы: ‎ ‎— Конечно будет, Оль, не переживай. Ужин назначен на семь вечера, а ты заканчиваешь раньше. Так что, спокойно заедем домой и соберёмся без всякой суматохи. ‎ ‎— Ну и хорошо, — Ольга тепло улыбнулась, и её взгляд наполнился бесконечным домашним теплом. — Всё, давай завтракать, а то чай остынет. ‎ ‎Они устроились рядом у кухонного острова, весело подшучивая друг над другом, пробуя горячий завтрак и делясь тем самым чистым, звенящим семейным теплом. Все рабочие цейтноты и столичные заботы среды окончательно остались за порогом, а впереди их ждало новое, ясное утро четверга. ‎ ‎

***

Завтрак за кухонным островом незаметно подошёл к концу, уступив место привычным рабочим сборам. Вернувшись в спальню, супруги синхронно разошлись к огромному зеркальному шкафу. На этот раз Вадим решил приберечь изумрудный костюм для вечернего ужина с председателем, поэтому уверенно достал с плечиков строгий чёрный костюм. Плотная ткань идеально села по фигуре, но главным акцентом этого утра стала сорочка — мягкого, нежно-розового оттенка, которая удивительным образом освежала его лицо и делала пронзительный взгляд ещё ярче. Застёгивая пуговицы на манжетах, Вадим сыто ухмыльнулся своему отражению в зеркале. ‎ ‎Ольга в это время аккуратно натягивала тонкие капроновые колготки. Для своего четверга она выбрала безупречный чёрный жакет из плотной костюмной ткани и строгую, до колена чёрную юбку, которая сидела как влитая, подчёркивая её изящный силуэт. Запахивая подол, она мельком взглянула на мужа через зеркало, и на её губах расплылась дразнящая улыбка: ‎ ‎— Чёрный костюм и розовая рубашка, Вадим Юрьевич? Выглядишь как заправский столичный сердцеед. Решил сегодня окончательно лишить покоя всю женскую половину своей Федерации? ‎ ‎— Оль, ну это классика, — Вадим весело рассмеялся, затягивая ремень на брюках и оборачиваясь к ней. — Мужчина в розовом всегда транслирует уверенность. Тем более, надо же соответствовать твоей безупречной строгости. Ты в этой юбке выглядишь так, будто прямо сейчас готова выписать кому-нибудь строгий выговор. ‎ ‎Ольга плавно подошла к нему, помогая поправить воротник сорочки. Её пальцы на секунду задержались на его плечах, а взгляд стал чуть серьёзнее. Понимая, что между ними не должно быть никаких секретов, она решила спокойно, по-домашнему поделиться вчерашним инцидентом: ‎ ‎— Кстати, насчёт выговоров... Вчера вечером, когда мы уже заканчивали зачистку ведомостей, мой помощник, этот Кирилл, вдруг решил, что совместная работа допоздна, даёт ему какие-то особые права. Представляешь, опёрся о мой стол, весь такой вкрадчивый, и попытался со мной флиртовать. Стал сыпать комплиментами, а потом взял и пригласил меня на ужин в какой-то тихий ресторанчик. ‎ ‎Вадим на секунду замер, его пальцы, застёгивавшие пуговицу на пиджаке, остановились, а в пронзительных голубых глазах на мгновение мелькнула опасная, леденящая сталь вожака, чей личный тыл попытались прощупать. Вадим резко повернулся к жене, нахмурившись, и в его голосе прорезалось искреннее мужское недоумение: ‎ ‎— Вот сейчас не понял... Быстро же этот товарищ зубы скалить начинает. И как же наша Железная леди отреагировала на это кадровое наступление? Надеюсь, ты его не сильно покалечила? ‎ ‎Ольга лукаво прищурилась, заметив, как в его взгляде вспыхнула мгновенная собственническая искра, и дразняще улыбнулась, наклонив голову набок, прикусывая губу: ‎ ‎— Вадюш, ты что, ревнуешь? Не ожидала, что гроссмейстера хоккейного ведомства может выбить из колеи какой-то помощник. ‎ ‎Вадим сыто, азартно ухмыльнулся, молниеносно сокращая расстояние между ними и собственнически перехватывая её за талию, поднося её кисти к губам для поцелуя: ‎ ‎— Я не ревную, Оль, я просто координирую правила на своей территории. Ну так и что ты ему ответила? ‎ ‎— Я даже руки не замарала, — ласково рассмеялась Ольга, твёрдо, но ласково глядя мужу прямо в глаза, а на её лице расплылась тёплая улыбка, уткнувшись носом в его плечо, она продолжила: — Осадила его жёстко. Он покраснел, извинился и вылетел из кабинета пулей. Зато сегодня в восемь тридцать приползёт на работу при полном параде и будет тише воды, ниже травы. ‎ ‎Вадим расплылся в широкой, искренней улыбке. Он запрокинул голову наверх, тихо хмыкнув от нахлынувшего чувства абсолютного превосходства и гордости за свою женщину. Спустя секунду он опустил голову обратно, медленно закрыл глаза и с глубоким, бархатным выдохом хрипло прошептал ей прямо в губы: ‎ ‎— Моя. ‎ ‎Ольга сладостно, глубоко вздохнула от этого пьянящего шёпота, но её взгляд мгновенно наполнился крутым, дразнящим азартом. Она плавно скользнула ладонями на его широкие плечи, лукаво прищурилась и с мягкой улыбкой парировала: ‎ ‎— Какой же ты собственник! ‎ ‎Вадим сыто, хищно ухмыльнулся, и в его открывшихся голубых глазах заплясали восторженные мужские искры. Он ещё крепче прижал её хрупкое тело к своей груди и весомым, бархатным тоном отчеканил: ‎ ‎— Какой есть, Оль. Зато исключительно твой. И делиться с кем-либо своими правами я не собираюсь. ‎ ‎Он ласково сощурился, и его минутное напряжение окончательно уступило место безграничной нежности. Он наклонился и глубоко, обжигающе поцеловал её, окончательно запечатывая этот разговор. На этой территории все штрафы выписывал только он. ‎ ‎Ольга прерывисто выдохнула после поцелуя, аккуратно поправила лацкан своего чёрного жакета и лукаво прищурилась: ‎ ‎— Поехали, гроссмейстер в розовом. Степан, наверное, уже заждался внизу. Нас ждёт великий четверг. ‎

***

‎В холле главного административного корпуса университета ровно в восемь тридцать утра царила звенящая, напряжённая тишина. Ольга Сергеевна сидела в своём кабинете за монументальным дубовым столом. Строгий жакет идеально подчёркивал её собранность, а элегантная юбка и безупречная укладка транслировали абсолютную уверенность руководителя. ‎ ‎В дверь деликатно, но чётко постучали. На пороге появился Кирилл Владимирович. Помощник, как она вчера и приказала, явился вовремя. Помня её вчерашний жёсткий отпор, он держался запредельно официально, канонично соблюдая дистанцию. Его лицо было бледным, а во взгляде читалась крайняя степень служебной исполнительности. ‎ ‎— Доброе утро, Ольга Сергеевна, — приглушённым, подчёркнуто деловым тоном произнёс он, аккуратно прикрывая дверь. — Все вчерашние документы планового отдела и отчёты по остаткам готовы. Комиссия во главе с Олегом Васильевичем только что вошла в здание. Они поднимаются к нам. ‎ ‎— Доброе утро, Кирилл Владимирович, — ровным, прохладным тоном отозвалась Ольга, даже не поднимая глаз от документов. — Хорошо. Присаживайтесь за соседний стол. Будем работать. ‎ ‎Спустя пару минут дубовые двери кабинета шумно распахнулись. В помещение уверенным, тяжёлым шагом вошёл Олег Васильевич — опытный чиновник в строгом сером пиджаке. Его лицо выразило спокойствие, а аналитический взгляд сразу же впился в Ольгу Сергеевну. За его спиной двое помощников уже держали наготове раскрытые папки. ‎ ‎— Доброе утро, Ольга Сергеевна, — весомым, спокойным тоном произнёс инспектор, останавливаясь посреди кабинета. — Времени у нас немного, поэтому давайте сразу к делу. Нас интересуют финансовые остатки третьего и пятого корпусов за прошлый квартал. По нашим данным, там есть серьёзные расхождения с нормой. ‎ ‎Ольга Сергеевна выпрямила спину, и на её губах расплылась едва заметная, уверенная улыбка лидера, полностью контролирующего ситуацию. Она скользнула по инспектору внимательным взглядом: ‎ ‎— Доброе утро, Олег Васильевич. Присаживайтесь. Мы ценим ваше время, поэтому к вашему визиту подготовились полностью. Кирилл Владимирович, передайте комиссии документы. ‎ ‎Помощник мгновенно, с абсолютным мужским самообладанием передал инспектору отпечатанные бланки. Олег Васильевич нахмурился, вооружился ручкой и принялся методично, строчка за строчкой сверять отчёты. ‎ ‎В кабинете на целых полчаса воцарилась тишина, прерываемая лишь шуршанием страниц. Инспектор задавал резкие, точные вопросы по каждому пункту, пытаясь найти слабые места: ‎ ‎— А здесь что за цифры, Ольга Сергеевна? Почему по внебюджетным средствам пятого корпуса остаток не сходится с нашей базой? — спросил Олег Васильевич, указывая на бумагу. ‎ ‎— Потому что вы смотрите старые данные прежней администрации, — спокойно, простым и жёстким языком ответила Ольга, глядя ему прямо в глаза с мягким превосходством. — Вчера все остатки были проверены и исправлены до единой копейки. Взгляните на третью страницу отчёта. Вся база поднята вручную. Каждое нарушение полностью ликвидировано. ‎ ‎Олег Васильевич замер, его брови удивлённо поползли вверх. Чиновник медленно перелистнул страницу, углубился в расчёты и спустя пару минут растерянно моргнул. Оборона Казанцевой была монолитной. ‎ ‎Инспектор закрыл тяжёлую папку, откинулся на спинку стула и впервые за утро тепло улыбнулся, качнув головой: ‎ ‎— Ну надо же... Знаете, Ольга Сергеевна, мне в министерстве говорили, что сюда назначили строгого руководителя из провинции, но я не думал, что ваши отчёты сойдутся настолько безупречно. Найти ошибки у меня не получилось. Вы отлично подготовились. ‎ ‎— Олег Васильевич, вы правильно упомянули, строгого руководителя, — Ольга ласково, но сдержанно улыбнулась, наклонив голову набок и принимая похвалу с крутым, уверенным достоинством. — Рада, что к документам вопросов больше нет. ‎ ‎— Вопросов нет, проверка закрыта, — инспектор поднялся со своего места, полностью признавая её профессионализм, и вежливо кивнул. — Документы я подпишу прямо сейчас. Приятно иметь дело со специалистами. Всего доброго. ‎ ‎— Всего доброго, — кивнула Ольга. ‎ ‎Едва суровая комиссия покинула кабинет, Кирилл Владимирович тихо, с огромным облегчением выдохнул, провожая их взглядом. Его глаза светились восторгом перед мёртвой хваткой начальницы, но, помня субординацию, он лишь почтительно наклонил голову: ‎ ‎— Ольга Сергеевна... Это было просто невероятно. Вы очень красиво всё разложили. ‎ ‎— Обычная работа, Кирилл Владимирович, — Ольга кокетливо прищурилась, собирая папки со стола, а её взгляд наполнился глубоким теплом. — Свободны. За работу. ‎ ‎Помощник послушно удалился, а Ольга Сергеевна осталась в абсолютном одиночестве. На сердце у неё было легко и спокойно. Первый раунд четверга в университете завершился её триумфом, а впереди её ждал домашний причал, любимый муж в изумрудном костюме и важный ужин в ресторане. ‎

***

‎В кабинете Вадима Юрьевича рабочий четверг тоже перевалил за полдень. Атмосфера здесь была спокойной, а прохладный воздух был наполнен тонким ароматом свежего чая. Казанцев вальяжно сидел в своём глубоком кресле. ‎ ‎В дверь приёмной постучали — нерешительно, но точно в назначенный срок. ‎ ‎— Войдите, — негромко, но весомо бросил Вадим, не поднимая глаз от документов. ‎ ‎Дверь приоткрылась, и на пороге появился Артём Дмитриевич. От его вчерашней столичной наглости и напускного апломба не осталось и следа. Руководитель отдела развития выглядел заметно уставшим, под глазами залегли лёгкие тени от бессонной ночи, а в руках он крепко сжимал увесистую синюю папку. Парень аккуратно прикрыл за собой дверь и канонично замер у порога, послушно ожидая команды. ‎ ‎Вадим неторопливо отложил ручку, откинулся на спинку кресла и смерил подчинённого своим фирменным, взглядом. На его лице расплылась едва заметная, сытая ухмылка вожака: ‎ ‎— Присаживайся, Артём Дмитриевич. Я смотрю, вчерашний разговор пошёл тебе на пользу. Только почему в обед, а не утром? Я привык, чтобы важные документы лежали у меня на столе до начала рабочего дня. Решил, что столичный статус даёт право на личный график? ‎ ‎— Простите, Вадим Юрьевич, — парень вежливо наклонил голову, прошёл к столу и аккуратно положил перед ним папку. Присаживаясь на стул, он заговорил собранным, уставшим, но очень точным тоном: — Объём оказался слишком большим, вносили правки до последнего момента. Как вы и требовали, я полностью переработал маркетинговую стратегию и чёткий бизнес-план, которые мы обсуждали. Полностью убрал из концепции медийность судей, их пиар в соцсетях и интервью. Здесь только подекадный аудит эффективности работы арбитров на льду, их профессиональные показатели и новые расчёты по бюджету. Информацию собирали вручную по всей базе данных. ‎ ‎Вадим плавно пододвинул к себе документы, раскрыл первую страницу и принялся методично, строчка за строчкой изучать принесённые материалы. В кабинете на несколько минут воцарилась звенящая тишина. Казанцев читал внимательно, и его аналитический взгляд мгновенно фиксировал каждую деталь. ‎ ‎— Ну что же, — протянул Вадим, закрывая папку и переводя взгляд на притихшего парня. В его голосе прорезались крутые, авторитетные нотки, но леденящая сталь уступила место сдержанному одобрению. — Должен признать, Артём Дмитриевич, удивлён. Можешь ведь работать качественно, когда захочешь. Судья должен судить, а не лицом торговать. Рад, что ты это наконец-то усвоил. И задержку на этот раз прощаю. ‎ ‎Парень заметно расслабился, на его утомлённом лице проступила бледная, но искренняя улыбка облегчения, а в глазах снова зажёгся привычный азартный огонёк: ‎ ‎— Спасибо, Вадим Юрьевич. Я действительно перепроверил все транши и полностью пересмотрел критерии оценки эффективности арбитров. ‎ ‎— Хорошо, — Казанцев сыто ухмыльнулся, возвращая ему папку. — Начало положено, но расслабляться тебе рано. Эту стратегию и бизнес-план я принимаю как промежуточные. Всю остальную базу по остаткам и кадровым отчётам жду от тебя, в понедельник. Свободен. За работу. ‎ ‎— Всё сделаю, Вадим Юрьевич, — Артём поспешно закрепил документы под мышкой, вежливо поклонился и стремительным шагом покинул кабинет. ‎ ‎Едва за Артёмом Дмитриевичем закрылась тяжёлая дверь, в приёмной снова воцарилась тишина. Вадим вальяжно откинулся на спинку кресла, чувствуя приятное удовлетворение от того, как легко и точно он направил энергию столичного менеджера в нужное русло. ‎ ‎В дверь деликатно постучали. На пороге появилась Анна Николаевна. Она плавно прикрыла за собой створку, удерживая в руках тонкую папку. Её строгий, выверенный взгляд сейчас выражал спокойствие профессионала, а на лице играла лёгкая, понимающая улыбка. Женщина прошла вглубь кабинета и аккуратно положила документы перед зампредом. ‎ ‎— Вадим Юрьевич, добрый день, — ровным, приятным тоном произнесла Анна, присаживаясь на стул напротив. — Я видела, как от тебя только что Артём вылетел. Парень выглядит так, будто всю ночь не спал. Похоже, твой вчерашний урок подействовал на него отрезвляюще. ‎ ‎ ‎— Добрый день, Анна Николаевна, — Вадим сыто, довольно ухмыльнулся, принимая её слова с мягким мужским превосходством и неторопливо открывая принесённую ею папку. — Молодых надо вовремя учить дисциплине. А у тебя что? ‎ ‎— У меня готов аналитический доклад по эффективности арбитров за прошлый квартал, — Анна аккуратно поправила лацкан своего жакета, и в её голосе прорезались точные деловые нотки. — Я полностью сопоставила все расчёты с показателями работы судейского корпуса на льду. Статистика нарушений, квалификация и бюджетные транши. База проверена до единой строчки. ‎ ‎Вадим Юрьевич плавно придвинул к себе документы, пробежал глазами по аккуратным таблицам и графикам. Его взгляд мгновенно зафиксировал идеальный порядок в ведомостях. На лице расплылась искренняя, сытая улыбка гроссмейстера: ‎ ‎— Отличная работа, Анна Николаевна. Вот это я понимаю — настоящий профессиональный подход к делу. Рад, что в аналитическом центре у нас полный порядок. ‎ ‎— Спасибо, Вадим Юрьевич, — Анна с уважением улыбнулась в ответ, принимая его похвалу сдержанно и с достоинством. ‎ ‎Она поднялась со своего места, забирая пустую папку, и посмотрела на него оценивающе. ‎ ‎Вадим Юрьевич, увидав её взгляд, сыто ухмыльнулся и со своей фирменной бархатной хрипотцой спросил: ‎ ‎— Анна Николаевна, у вас ещё есть вопросы? Или ты прям здесь будешь следить за моими махинациями? ‎ ‎— Нет, Вадим Юрьевич. Вопросов нет, а за твоими махинациями пусть система следит, — качнув головой, ответила она. ‎ ‎— Слушай Ань, может тебе моей секретаршей стать... Будешь ещё ближе... — лукаво прищурился Вадим, вальяжно откидываясь в кресле и откровенно забавляясь реакцией давней знакомой. ‎ ‎— Вообще-то ты женат, — строго оборвала его Анна, её лицо мгновенно посерьёзнело, а в голосе проскочили уязвлённые нотки. ‎ ‎— Вообще-то я в курсе, я про махинации... А ты про что? — Казанцев сыто, азартно ухмыльнулся, мастерски ловя её на этой ментальной уловке и демонстрируя абсолютное превосходство. ‎ ‎Анна разозлилась от такой наглой и весёлой хоккейной провокации. Она резко вспыхнула, её скулы покрылись пунцовым румянцем. Женщина молча встала и вышла из кабинета, громко хлопнув дверью. ‎ ‎Вадим проводил взглядом захлопнувшуюся створку, покачал головой и с лёгким, ироничным вздохом сказал в пустоту прохладного кабинета: ‎ ‎— Ой, Анна Николаевна, что же у тебя  в голове то... ‎ ‎‎

***

‎Степан припарковал автомобиль во дворе на Садовом кольце ровно в шесть часов вечера. Ольга и Вадим вышли из машины одновременно и поднялись на лифте в свою квартиру. Напряжение тяжелого дня тут же растаяло, уступив место приятным вечерним хлопотам. Супруги сразу же направились в спальню переодеваться. ‎ ‎Вадим быстро достал свой главный козырь — роскошный изумрудный костюм-тройку, подаренный женой, и без лишней суматохи переоделся в него. Застегнув жилетку и повязав бордовый галстук, он ушёл в прихожую, оставив Ольгу собираться в тишине. ‎ ‎Ольга выбрала изящное изумрудное платье, которое идеально подходило к образу мужа, аккуратно надела его, поправила причёску и вышла к нему в коридор. Вадим, вальяжно прислонившийся к стене, окинул жену долгим, потемневшим от восхищения взглядом. На его лице расплылась сытая, невероятно гордая ухмылка вожака: ‎ ‎— Вау... Оригинально, Ольга Сергеевна... Я смотрю, в нашей семье синий, черный, серый уходят в отпуск. ‎ ‎— Вадим, просто это моё любимое платье, — ласково улыбнулась Ольга, кокетливо приподняв бровь и глядя ему прямо в глаза. ‎ ‎— Да да, я так и понял. Это ты, костюм под себя выбирала оказывается. Тихушница! ‎ ‎— Зато мы вместе прекрасно смотримся, — дразняще прищурилась она, сокращая между ними расстояние и ласково поправляя лацкан его изумрудного пиджака. ‎ ‎Вадим мгновенно перехватил её за талию, собственнически притягивая хрупкое женское тело к своей широкой груди. В его глазах зажглись дикие, восторженные чёртики, а голос наполнился обволакивающей бархатной хрипотцой: ‎ ‎— Оль... Мы и голые в постели отлично смотримся. ‎ ‎— Вадим! — Ольга мгновенно порозовела, но в её взгляде вспыхнул крутой, манящий азарт. ‎ ‎— Что, Вадим!? Считаешь, я не прав? Да мы сейчас никуда не поедем, я тебе докажу свою правоту. ‎ ‎— Так, иди обувайся, докажет он... — весело рассмеялась Ольга, твёрдо, но нежно упираясь ладонями в его грудь. — После ужина будешь доказывать. ‎ ‎— Ловлю на слове... Не отвертишься, — сыто, хищно ухмыльнулся Казанцев, обжигающе целуя её в самую шею и заставляя судорожно затаить дыхание. ‎ ‎— Иди говорю, — Ольга прерывисто выдохнула после поцелуя и аккуратно поправила подол своего роскошного платья. ‎ ‎Вадим весело рассмеялся, отпустил её и взял со стола ключи. Супруги, обменявшись горячими, влюблёнными взглядами, вместе вышли из квартиры к лифту. ‎ ‎

***

Столичный ресторан встретил их приглушённым, мягким светом и тихой, едва уловимой мелодией, полностью отсекающей уличный шум. Вадим и Ольга, плавно вошли в зал. Их появление сразу привлекло внимание — изящное изумрудное платье Ольги, идеально повторяющее благородный цвет костюма-тройки Вадима, смотрелось великолепно. Они выглядели как единое целое, очень гармонично и красиво. ‎ ‎У самого окна, за уединённым столиком, их уже ожидали. Сергей Львович — председатель комиссии Федерации, мужчина представительный и добродушный, — и его супруга, Вероника Андреевна, статная женщина с мягкой, приветливой улыбкой. ‎ ‎Едва Казанцевы приблизились, председатель поднялся со своего места, и на его лице расплылась широкая, радушная улыбка. Вадим сделал шаг вперёд, увлёк жену за собой и негромко произнёс: ‎ ‎— Сергей Львович, Вероника Андреевна, знакомьтесь. Моя супруга — Ольга Сергеевна. ‎ ‎— Очень приятно, Ольга Сергеевна, — Сергей Львович тепло улыбнулся, поприветствовал Вадима крепким мужским рукопожатием, а затем вежливо пожал руку Ольге. — Наслышан о вас со вчерашнего дня. Вадим Юрьевич наконец-то раскрыл нам свою главную тайну, а то мы в Федерации уже и не надеялись, что этот убежденный холостяк когда-нибудь остепенится. Рад познакомиться лично. Вероника, посмотри, какая замечательная пара! Прекрасно выглядите! ‎ ‎Вадим аккуратно отодвинул стул для Ольги, помогая присесть, а затем устроился рядом, довольно улыбаясь. На его лице читалась искренняя мужская гордость за свою женщину. ‎ ‎Вероника Андреевна ласково, по-женски улыбнулась Ольге, открыто и дружелюбно глядя на неё: ‎ ‎— Ольга Сергеевна... ‎ ‎— Давайте Ольга, — тепло предложила Казанцева, открыто глядя на собеседницу. ‎ ‎— Конечно. Тогда Вероника, — приветливо кивнула супруга председателя, и между женщинами мгновенно растаял всякий служебный барьер. — Я очень рада нашему знакомству. ‎ ‎— Взаимно, очень приятно, — Ольга тепло и искренне улыбнулась в ответ. ‎ ‎— Я в восторге от вас, шикарная пара, — искренне добавила Вероника, скользнув мягким взглядом по их красивым изумрудным нарядам. ‎ ‎Вадим довольно ухмыльнулся, а его взгляд потемнел от безграничного мужского превосходства и гордости за жену. Он накрыл ладонью её тонкие пальцы под прикрытием скатерти. Ольга лукаво прищурилась, мельком взглянув на мужа, а Сергей Львович весело улыбнулся, подзывая официанта: ‎ ‎— Ну что, дорогие мои, давайте за знакомство. Вечер обещает быть отличным. ‎ ‎Официант бесшумно разлил по бокалам легкое вино, и над столиком воцарилась удивительно простая, понятная и утончённая атмосфера хорошего вечера. Влюблённые взгляды Вадима и Ольги, тайные, сонные прикосновения их пальцев под скатертью и добрый юмор председателя заплетали этот четверг в красивый семейный узел. ‎

***

‎За столиком действительно воцарилась на редкость приятная, дружеская атмосфера, окончательно стеревшая любые официальные рамки. Под тихий стук хрусталя и доносящиеся издалека звуки рояля Сергей Львович откинулся на спинку кресла, лукаво прищурился и начал: ‎ ‎— Ольга, пришло время углубиться в историю... С Вадимом мы знакомы лет двадцать. Знакомство у нас было довольно запоминающееся. Точнее, близкое знакомство. На тот момент у Вадима был какой-то бизнес, я уже не помню, и он каждый день штурмовал Федерацию, чтобы ему подписали бумаги. В итоге один сотрудник ему поведал, мол, нужно обратиться к Сергею Львовичу, на работе его сегодня нет, он в ресторане. ‎ ‎Вероника ласково улыбнулась, покачав головой, а Вадим довольно ухмылялся, плавно поглаживая Ольгу по пальцам под скатертью. Все сидели с улыбками, трое вспоминали былые времена, а Ольга заворожённо слушала, полностью погрузившись в рассказ председателя. ‎ ‎— Собственно, этот человек пришёл в ресторан... — продолжил Сергей Львович, весело поглядывая на своего нового зампреда. — Мы с Вероникой и большим количеством гостей, праздновали нашу свадьбу. Вадим, как ни в чём не бывало, прошёл через весь зал, подошёл к нам, положил передо мной документы и сказал... ‎ ‎Вадим внезапно влез, пародируя самого себя двадцатилетней давности. Изменив голос и мастерски изобразив то абсолютное превосходство, с которым говорил тогда, он выдал: ‎ ‎— Вы Сергей Львович? Дико извиняюсь, подпишите пожалуйста. ‎ ‎Ольга не удержалась и тихонько рассмеялась, глядя на мужа сияющими глазами. Председатель восторженно подхватил: ‎ ‎— Мы сидим в полном шоке... Я так разозлился, посмотрел ему в глаза... А в них не было ни капли страха.. В одно мгновение злость ушла, взглянул на бумаги... ‎ ‎— В этот момент я уже протянул ручку, — с довольной ухмылкой вставил Вадим, подмигнув Ольге. ‎ ‎— Да. Я даже ни слова не прочитал, — со смехом подтвердил Сергей Львович. — Взял ручку и подписал. ‎ ‎Тут в разговор с весёлым азартом влезла Вероника: ‎ ‎— Вы в жизни не поверите, что было дальше! Вадим абсолютно спокойно забрал документы. Мимо как раз проходил официант, разносил рюмки с алкоголем. Он взял одну, посмотрел на нас, демонстративно кивнул, на весь зал крикнул «Горько!», выпил эту рюмку, поставил нам на стол и нагло выдал... ‎ ‎Вадим снова плавно перехватил инициативу. Он вальяжно откинулся на спинку стула, обвёл присутствующих своим фирменным, пронзительным взглядом и с неподражаемой, убийственной и уморительно смешной иронией озвучил свои слова: ‎ ‎— Благодарю за подпись, Сергей Львович! Конверт с деньгами я вам не подарю, как-никак взятка, да и меня никто не приглашал. Но водка у вас тут вкусная. На следующую годовщину обязательно приду. ‎ ‎Сергей Львович, утирая выступившие от смеха слёзы, восторженно продолжил рассказ: ‎ ‎— Развернулся и ушёл... Год мы его не видели, и на годовщину он пришёл! Представляешь, Ольга? Мы сидим в том же ресторане, только самым узким кругом, и на пороге снова возникает Казанцев. С огромным букетом для Вероники и бутылкой точно такой же водки в руках! Заявил, что долги по обещаниям нужно отдавать вовремя. Мы тогда до четырёх утра просидели. Вот с тех пор и дружим, но субординацию соблюдаем. ‎ ‎Ольга сладостно рассмеялась, качая головой и с безграничной, любящей гордостью прижимаясь плечом к своему невыносимому, невероятно крутому мужу. Её глаза светились чистым счастьем. ‎ ‎

***

Когда раскаты дружного смеха утихли, атмосфера за столиком стала тёплой и расслабленной. Под тихий стук хрусталя Сергей Львович слегка подался вперёд и, хитро прищурившись, обратился к зампреду: ‎ ‎— Вадим, раз мы в неформальной обстановке, хотел попросить тебя об одной услуге. ‎ ‎— Ну началось, — с весёлым вздохом закатила глаза Вероника, качнув головой. ‎ ‎— Ой, что у тебя там началось-то, — мягко подшутил Вадим над ней, сыто ухмыльнулся и вальяжно откинулся на спинку стула. ‎ ‎— У нас сын в этом году собирается в вуз поступать, — продолжил председатель, посерьёзнев. — Я пока в отпуске был, узнал, что там руководитель сменился и как-то строго там с этим всем. Ты же со всеми общий язык находишь, сможешь договориться? ‎ ‎Вадим с Ольгой мгновенно переглянулись. В глубине глаз Казанцева зажглись азартные, влюблённые чёртики. Он восторженно улыбнулся и вальяжно, с неподражаемым превосходством выдал: ‎ ‎— Думаю, с этим руководителем я найду общий язык. Ольга Сергеевна, вы не будете против, если я этого строгого руководителя на свидание приглашу, до дома подвезу, на чай зайду... ‎ ‎Ольга не выдала себя ни единым жестом. На её лице застыла безупречная, царственная маска строгости, но в глубине потемневших глаз вспыхнул крутой, манящий азарт. Она мгновенно включилась в игру и, плавно поставив бокал на скатерть, принялась искусно, с долей изящной прокурорской суровости подыгрывать мужу: ‎ ‎— Да неужели, Вадим Юрьевич? — дразняще приподняла бровь Ольга, смерив его пронзительным, оценивающим взглядом. — По-моему, вы слишком самоуверенно оцениваете свои таланты переговорщика. С чего вы взяли, что этот строгий руководитель вообще станет слушать ваши сомнительные доводы? ‎ ‎— Ольга Сергеевна, ну у меня свои проверенные, чисто мужские методы, — хищно ухмыльнулся Вадим, подаваясь вперёд и не сводя с неё горящего взгляда. — Против хорошего ужина, галантного ухаживания и чашки чая в тишине, ещё ни одна крепость не устояла. ‎ ‎— Какой наглый, самоуверенный подход, — кокетливо, но запредельно жёстко парировала Ольга, наклонив голову набок и удерживая его взгляд. — А если этот руководитель окажется запредельно принципиальным? Взятки чаем не принимает, поблажек на личных встречах не делает, а за подобные прозрачные намёки в рабочее время и вовсе укажет вам на дверь? Не боитесь потерпеть полное поражение, на чужой территории? ‎ ‎— Ради хорошего дела, я готов пойти на любые риски, — Казанцев лениво побарабанил пальцами по столу, откровенно наслаждаясь её красивой, хлёсткой контратакой. — Главное, чтобы принимающая сторона потом не пошла на попятную, когда мы перейдём к детальному обсуждению... в неформальной обстановке. ‎ ‎— Ну, это мы ещё проверим, — лукаво прищурилась Ольга, прикусив губу. — Посмотрим, насколько убедительными окажутся ваши аргументы, когда вы столкнётесь с настоящим контролем. ‎ ‎Сергей Львович и Вероника растерянно переглянулись. В воздухе повисла звенящая, наэлектризованная тишина. Чета председателя пребывала в полном, запредельном шоке, однако они изо всех сил постарались сдержать хлынувшие эмоции. Сергей Львович судорожно сглотнул, взял себя в руки и, внешне спокойно, нахмурившись, спросил: ‎ ‎— Погодите... Вы что здесь устроили? ‎ ‎Вадим с Ольгой слегка рассмеялись, мгновенно разрушая напускную строгость своего безупречного спектакля. Вадим ласково сощурился, молниеносно сократил расстояние между ними и по-хозяйски, крепко переплёл свои пальцы с ладонью жены под скатертью. С довольной, триумфальной улыбкой он весомо произнёс: ‎ ‎— Абсолютно, ничего криминального... Давайте заново... Знакомьтесь: Казанцева Ольга Сергеевна, ведущий проректор вуза. По совместительству, самый строгий, безжалостный, но безумно обаятельный руководитель. ‎ ‎Вероника, тоже стараясь сохранять внешнее самообладание, хотя её глаза уже вовсю искрились от смеха, сдержанно, но очень точно спросила: ‎ ‎— Я правильно понимаю, что вы сейчас в этом спектакле, договорились обо всём? ‎ ‎Все рассмеялись. Стол буквально взорвался дружным, искренним и оглушительным смехом. Напряжение и шок председателя окончательно растаяли. Сергей Львович, утирая выступившие от смеха слёзы и качая задающей ритм головой, весело добавил: ‎ ‎— Ну ты и лис, Вадим Юрьевич... То есть ты поэтому её вчера весь день от меня прятал и даже имени не назвал? Решил устроить такой сюрприз прямо за ужином? Ну вы и артисты! ‎ ‎— Я просто выдерживал правильную паузу, Сергей Львович, — азартно ухмыльнулся Вадим, поднося кисть жены к губам для нежного поцелуя. — Сразу раскрывать все козыри — это плохой тон. Зато теперь за сына можете быть абсолютно спокойны. ‎ ‎— Спасибо, — Ольга ласково улыбнулась в ответ, принимая всеобщий восторг с мягким достоинством. — Вадима иногда полезно немного подержать в тонусе, пусть даже в рамках такого небольшого ресторанного соглашения. ‎ ‎— Ой, Оля, чувствую, наплачется ещё наш зампред, — по-доброму рассмеялся председатель, окончательно расслабляясь и поднимая свой бокал. — Ладно, дорогие мои, давайте за знакомство. За ваше прекрасное семейное ведомство и за нашего будущего студента! ‎ ‎Они дружно коснулись бокалами, и над столиком снова воцарилась простая, понятная и запредельно уютная атмосфера хорошего вечера. Спектакль был разыгран триумфально, а этот четверг окончательно превратился в абсолютную, чистую победу семьи Казанцевых. ‎ ‎

***

Остаток вечера пролетел незаметно, в лёгкой, весёлой и удивительно душевной беседе. Часы в центре зала показывали начало одиннадцатого, когда Сергей Львович мягко опустил пустую чашку на блюдце и с доброй, усталой улыбкой посмотрел на супругов. ‎ ‎— Ну что, дорогие мои, — председатель галантно поднялся со своего места, поправляя пиджак. — Время позднее, четверг выдался насыщенным для всех нас. Пора и честь знать. Спасибо вам за этот великолепный, незабываемый вечер. Я давно так искренне не смеялся. ‎ ‎Вероника тоже плавно встала, изящно накинув на плечи лёгкий палантин. Она тепло, чисто по-женски обняла Ольгу, заглядывая ей в глаза: ‎ ‎— Ольга, я безумно рада, что мы познакомились. Вы потрясающая женщина. Обязательно созвонимся на днях, я покажу вам наши любимые столичные места. И берегите Вадима, хотя, как я погляжу, он теперь в самых надёжных руках. ‎ ‎— Спасибо, Вероника, взаимно. Обязательно созвонимся, — искренне улыбнулась в ответ Ольга, поднимаясь вслед за ней. ‎ ‎Вадим привычным, уверенным движением руки бережно приобнял жену за талию, собственнически притягивая к своему боку. Он обменялся с председателем крепким, уважительным мужским рукопожатием: ‎ ‎— Всего доброго, Сергей Львович. По поводу вашего парня не переживайте, всё сделаем в лучшем виде. ‎ ‎— В этом я теперь даже не сомневаюсь, — добродушно подмигнул ему начальник. — Доброй ночи, Казанцевы! ‎ ‎— Доброй ночи, — вежливо кивнула Ольга. ‎ ‎

***

Они вместе вышли из залитого мягким светом ресторанного зала на прохладный ночной воздух. Столичные улицы уже заметно опустели, а неоновые огни улиц дразняще отражались на капоте автомобиля. Степан, как обычно, чётко ожидал их у самого входа, мгновенно распахнув заднюю пассажирскую дверь. ‎ ‎Вадим и Ольга плавно скользнули на просторное сиденье, мотор тихо заурчал, и машина мягко тронулась в сторону дома. Ольга сладостно, глубоко вздохнула и умиротворённо положила голову мужу на плечо, утыкаясь носом в плотную изумрудную ткань его пиджака. ‎ ‎Вадим ласково сощурился, в его глазах в полумраке салона вспыхнули дикие, восторженные искры. Он крепко, надёжно переплёл свои пальцы с её ладонью, плавно поглаживая нежную кожу, и обволакивающим, бархатным хриплым шёпотом произнёс ей прямо в ушко: ‎ ‎— Ну что, Оль... На сегодня всё, мы едем домой. Помнится, в прихожей я пообещал кое-что доказать. Не отвертишься, любимая. ‎ ‎Ольга лукаво прищурилась, прикусив губу, и на её губах расплылась та самая манящая, кокетливая улыбка, которая лишала его остатков самообладания. Она чуть сильнее сжала его ладонь, заглядывая в его потемневшие глаза: ‎ ‎— Доедем до дома, Вадим... А там посмотрим, кто кому и что будет доказывать. ‎ ‎Вадим хищно ухмыльнулся, предвкушая финал этого грандиозного четверга. Автомобиль быстро нёс их к дому, где их ждали только собственные правила. ‎

***

‎Дверь квартиры тихо захлопнулась, отсекая последние звуки ночной Москвы. В прихожей царил приятный, полусонный полумрак. Ольга устало скинула туфли и, мягко ступая по прохладному паркету, потянулась, чтобы расстегнуть застежку платья. ‎ ‎— Оль, мне вообще не хочется заканчивать этот вечер, — негромко произнёс Вадим, останавливая её руку своим мягким, но уверенным прикосновением. ‎ ‎На его лице играла та самая тёплая, манящая ухмылка, а в голубых глазах в темноте прихожей, дразняще блестели влюблённые искры. Вадим аккуратно снял изумрудный пиджак, повесил его на вешалку и ушёл в гостиную, где сразу же взял со стола пульт. ‎ ‎— Ты что задумал? — кокетливо прищурилась Ольга, проходя за ним и останавливаясь на границе просторной комнаты. ‎ ‎— Сейчас услышишь, — обернулся Казанцев, и на его губах заиграла загадочная мужская улыбка. ‎ ‎Вадим нажал на кнопку, и в ту же секунду из скрытых динамиков не очень громко полилась медленная, приятная и обволакивающая музыка. Мягкие, тягучие звуки саксофона мгновенно заполнили пространство гостиной, создавая атмосферу абсолютного, хмельного уюта. Мужчина отложил пульт, сделал шаг навстречу жене и плавно протянул ей руку, раскрывая ладонь. ‎ ‎— Ты серьёзно? — тихо, со сладостным вздохом рассмеялась Ольга, наклонив голову набок. На её щеках снова проступил нежный румянец, а взгляд наполнился бесконечным домашним теплом. ‎ ‎— Более чем, — бархатным, хриплым шёпотом отчеканил Вадим, не сводя с неё потемневших от безграничного восхищения глаз. ‎ ‎Ольга без лишних слов сделала шаг вперёд и уверенно вложила свою тонкую руку в его широкую ладонь. Вадим тут же собственнически, но запредельно бережно утянул её в танец, крепко прижимая хрупкое женское тело к своей груди. Его вторая рука властно и надёжно легла на её талию, чувствуя под тонким шёлком изумрудного платья каждое движение и прерывистый вздох жены. Ольга плавно обвила его шею свободной рукой, полностью доверяясь его ведению. ‎ ‎Они медленно, покачиваясь в такт чувственной мелодии, закружились посреди полутёмной гостиной. В лучах уличных фонарей, пробивающихся сквозь жалюзи, их одинаковые изумрудные образы словно сливались воедино. Благородный зелёный цвет её шёлкового платья и его жилетки в этом полумраке казался глубоким, почти магическим. Вадим чуть отстранился, заглядывая в её глаза, и на его губах расплылась, до безумия довольная улыбка: ‎ ‎— Оль, а ведь мы с тобой в этом изумрудном цвете сегодня действительно выглядели как единое целое. Председатель с женой до сих пор, наверное, под впечатлением от нашей парной контратаки. ‎ ‎— Я же говорила тебе ещё в прихожей, что мы вместе прекрасно смотримся, — лукаво прищурилась Ольга, ласково поглаживая пальцами его шею и заставляя Вадима восторженно затаить дыхание. — Ты просто упрямился, Вадюш. А в итоге твой начальник весь вечер глаз с нас не сводил. ‎ ‎— Признаю, был неправ, — хрипло рассмеялся Вадим, снова притягивая её вплотную к себе и зарываясь носом в шёлковые, пахнущие духами волосы. — Костюм действительно шедевральный. Но ты же помнишь, какой уговор у нас в силе? Платье на тебе сидит идеально, но сейчас оно мне уже немного мешает... ‎ ‎Ольга порозовела, сладостно вздохнув, и ещё крепче прижалась к его широкой груди, полностью растворяясь в его силе и тепле. Вадим неторопливо вёл её, едва весомо касаясь пальцами её открытой спины, отчего по телу Ольги мгновенно пробегали крупные, сладкие мурашки. Время словно остановилось, растягивая каждую секунду этого хрупкого покоя. Они двигались в абсолютном, звенящем согласии, ловя взгляды друг друга. В их глазах была чистая, звенящая нежность двух любящих людей. Четверг триумфально завершался на их собственных, самых сокровенных условиях, а впереди их ждала уединённая территория спальни. ‎