Неожиданность. Глава третья.

‎

***

Яркие лучи столичного солнца настойчиво пробивались сквозь шторы, заливая просторную спальню тёплым светом. Наступило утро понедельника. Вадим и Ольга уже проснулись. Казанцев, накинув домашние штаны, подошёл к большому зеркалу в спальне и внимательно вгляделся в своё отражение. Он слегка наклонил голову набок и осторожно, подушечкой пальца коснулся наливавшегося багрового синяка над левой бровью — Сашкин хоккейный привет, давал о себе знать лёгкой ноющей болью. ‎ ‎Повернувшись к постели, где Ольга, уютно устроившись среди подушек, лениво потягивалась, Вадим картинно вздохнул и весомо произнёс: ‎ ‎— Оль, считаю, я достаточно настрадался и ты без всяких ультиматумов замажешь мне вот эту красоту. ‎ ‎Ольга тихо рассмеялась, приподнимаясь на локтях. Её взгляд, полный нежного озорства, скользнул по его лицу, задерживаясь на свежей отметине. ‎ ‎— Ну надо же, какой ранимый у нас нападающий, — с лёгким смехом протянула она, кокетливо прищурившись. — Дочь тебя клюшкой приложила, а долги теперь я должна закрывать? Ладно, иди сюда, пострадавший. Будем спасать твой внешний вид. ‎ ‎Вадим послушно сел на край кровати, сыто ухмыляясь. ‎ ‎— Только давай без резких движений, — Ольга шутливо пригрозила ему пальцем, садясь ближе. — А то после твоей вчерашней выходки в прихожей, у меня до сих пор плечи ноют. Бросил сумки, припечатал к стене... Настоящий варвар. ‎ ‎— Регламент требовал жёстких мер, Ольга Сергеевна, — хрипло заусмехался Вадим, дразняще перехватив её за талию. — Ты сама всю дорогу искры пускала. Моя выдержка в лифте и так на изломе была, еле до дверей дотерпел. Скажи спасибо, что до спальни вообще донёс, а не оставил прямо там, на пороге. ‎ ‎— Ой, ладно тебе, донёс он, — кокетливо фыркнула Ольга, но в глазах снова вспыхнули хмельные искорки воспоминаний. — Кофту мне чуть не порвал со своим диким напором. Гроссмейстер называется. ‎ ‎— Цель достигнута, — Казанцев сыто заусмехался, подставляя лицо под её руки. — Давай маскируй уже, а то Стёпа бензин сожжёт. ‎ ‎Ольга дотянулась до своего столика, взяла нужный флакончик, выдавила на пальцы каплю плотного тонального кремa и аккуратно, прохладными похлопывающими движениями принялась мазать синяк над его левой бровью. Казанцев блаженно прикрыл глаза, пока жена искусно маскировала следы ледовых баталий. Ольга дразняще провела спонжем по его коже, завершая работу, и сладостно улыбнулась мужу: ‎ ‎— Всё, снайпер, процедура окончена. ‎Маскировка стопроцентная. Можешь смело ехать на работу — теперь никто и не догадается, как сурово тебя встретили в провинции. Ты вне опасности. ‎ ‎Вадим лениво открыл свои глаза, дразняще приподнял свежезагримированную бровь и с лёгкой, лукавой ухмылкой подколол жену: ‎ ‎— Спасибо, Ольга Сергеевна. Навык у тебя, конечно, профессиональный. Ты только скажи, где ты так руку набила? Неужели на прошлых проректорах тренировалась, перед тем как они ведомости подписывали? ‎ ‎Атмосфера в спальне мгновенно изменилась, налившись густым, томящим интимом. Ольга перестала улыбаться, её взгляд потемнел, став запредельно близким и манящим. Она медленно отложила тюбик в сторону, плавно подалась вперёд, обвивая руками его крепкую шею и обжигая его губы своим рваным, горячим дыханием. Заглядывая мужу в самую душу, она соблазнительно, бархатным шёпотом протянула: ‎ ‎— Знаешь, Вадюш, я не тренировалась. Ты первый. ‎ ‎Вадим резко перехватил её за талию, собственнически притягивая её хрупкое тело к себе намертво и полностью лишая любого пространства. Его пронзительные глаза хищно сощурились. ‎ ‎— И последний, — Вадим выдохнул от её близости, — Одевайся, иначе мы никуда не поедем. ‎ ‎Ольга сладостно выдохнула, победно улыбаясь и медленно высвобождаясь из его крепких рук. Вадим сыто ухмыльнулся, окончательно возвращая себе идеальный мужской настрой перед началом сложной рабочей недели. ‎

***

‎Вадим вошёл в свой просторный, залитый утренним солнцем кабинет ровно за десять минут до начала рабочего дня. Строгий серый костюм сидел на нём безупречно, а вся домашняя расслабленность мгновенно испарилась, уступив место привычной строгости. Казанцев вальяжно уселся в глубокое кожаное кресло и бросил взгляд на настенные часы — стрелки неумолимо приближались к началу часа. ‎ ‎Ровно в 9:00 в дверь вежливо, но настойчиво постучали. ‎ ‎— Входи, Артём, — громко и весомо произнёс Вадим, даже не глядя на дверь. ‎ ‎Створка приоткрылась, и в кабинет быстрым, слегка задёрганным шагом зашёл Артём. В руках он крепко сжимал пухлую папку с документами. На лице парня читались следы бессонной ночи — Казанцев перед своим отъездом в провинцию, загрузил его работой так, что у бедолаги явно не было выходных. ‎ ‎— Доброе утро, Вадим Юрьевич, — Артём остановился у стола, немного нервно поправив галстук. — Всё готово. Как вы и приказывали, я полностью свёл все отчёты за выходные. Пришлось, конечно, посидеть, но всё закрыто до копейки. Вот, возьмите. ‎ ‎Вадим придвинул к себе папку, раскрыл её и принялся не спеша перелистывать ровные ряды таблиц и графиков. Артём стоял напротив, боясь лишний раз вздохнуть и внимательно разглядывая лицо начальника, то и дело косясь на его левую бровь, где под слоем Ольгиного тональника был искусно скрыт свежий фингал. ‎ ‎— Ну что я могу сказать, Артём... — Казанцев медленно захлопнул папку, и на его лице появилась довольная ухмылка. — Принято без замечаний. Твоё рвение я зафиксировал, умеешь работать на результат, если захочешь. ‎ ‎— Спасибо, Вадим Юрьевич, я очень старался, — облегчённо выдохнул парень, заметно расслабив плечи. — Какие будут дальнейшие указания? ‎ ‎Вадим откинулся на спинку кресла, переплёл пальцы рук и с лёгким, каноничным подколом протянул: ‎ ‎— Дальнейшие указания простые. Раз уж ты у нас такой оперативный и безотказный, у меня для тебя есть ещё одно деликатное поручение. Мне нужно, чтобы ты сегодня к пяти часам вечера, кровь из носу нашёл мне настоящего профессионала на должность личного помощника. Человек должен быть надёжным, готовым полностью взять на себя всю рутину и бумажную волокиту. Задачу понял? ‎ ‎— Личного помощника? — растерянно переспросил парень, удивлённо моргнув. Он на секунду замялся, а затем несмело добавил: — Вадим Юрьевич, а зачем вам личный помощник? У вас же вроде есть секретарь, да и я со всеми вашими поручениями справляюсь... ‎ ‎Вадим на секунду замолк, его весёлая ухмылка мгновенно сменилась скептическим выражением лица, а глаза сурово и иронично сощурились. Он смерил Артёма долгим, строгим взглядом начальника и весомо выдал: ‎ ‎— Много вопросов задаёшь, я сказал, значит надо. ‎ ‎— Понял, Вадим Юрьевич, извините, — Артём испуганно округлил глаза, мгновенно вытягиваясь в струнку. — Сделаю в лучшем виде. Сегодня к пяти вечера предоставлю вам список кандидатов. ‎ ‎— Вот и отлично, — довольно заусмехался Вадим, махнув рукой в сторону выхода. — Работай. ‎ ‎Артём ушёл, тихо и аккуратно прикрыв за собой тяжёлую дубовую дверь. Вадим остался в кабинете один. В наступившей рабочей тишине, он придвинул к себе клавиатуру и плотно занялся переводом Саши, мысленно выстраивая этот процесс, как чёткую тактическую схему на ледовой доске. ‎ ‎Вадим уверенно запустил процедуру официального трансфера в столичный вуз, запрашивая досрочное расторжение её соглашения с клубом в связи с переездом. Ему предстояло чётко, как по учебнику, провести этот перевод через все инстанции, чтобы к четвергу трансферный лист был подписан, ворота в Политехе официально закрыты на замок, а Сашкин баул без задержек пересёк границу столичного региона. ‎ ‎

***

В это же время, в своем просторном кабинете Ольга Сергеевна сидела за массивным рабочим столом, полностью заваленным бумагами. Помощника у неё на данный момент не было, и колоссальный объём работы, навалившийся с самого утра, на мгновение заставил её расклеиться. ‎Она бессильно опустила руки на колени, сокрушённо глядя на бесконечные стопки внутренних ведомостей, списков и учебных планов. На новом рабочем месте всё казалось чужим, времени до четверга оставалось ничтожно мало, а усталость после вчерашней дороги по трассе давила на плечи мертвым грузом. На секунду ей безумно захотелось всё бросить, закрыть ноутбук и просто уехать домой. ‎ ‎Но это секундное замешательство быстро прошло. Ольга Сергеевна глубоко вздохнула, резко выпрямила спину и решительно вскинула подбородок, полностью включая свою привычную Железную леди. В её глазах вспыхнул тот самый холодный, бескомпромиссный огонь, который когда-то держал в страхе весь Политех. ‎ ‎Она жёстко придвинула к себе первую стопку документов и принялась методично, на бешеной скорости закрывать всю срочную работу. Папка за папкой, лист за листом — её карандаш уверенно ставил подписи и визы, щелкала клавиатура, а ровные ряды вузовских таблиц заполнялись без единой помарки. ‎ ‎Разобравшись с текущим завалом, Ольга сразу же переключилась на перевод Лизы. Она открыла базу данных, затребовала её личное дело со старого места учёбы, проверила оценки за прошлые семестры и подготовила официальное распоряжение на зачисление. ‎ ‎В этот момент в её памяти всплыло ещё одно важное обязательство — недавняя личная просьба председателя, по поводу поступления его сына. Ольга Сергеевна набрала в поисковой строке базы нужную фамилию, вывела на экран личное дело парня и принялась внимательно, строка за строкой, изучать его документы. Она просмотрела его баллы, аттестат, портфолио достижений и характеристики. Спустя пару минут Ольга иронично приподняла идеальную бровь — цифры говорили сами за себя. Оказалось, что парень круглый отличник, и даже без всякого высокопоставленного покровительства, Влад поступил бы в этот московский вуз абсолютно легко, на общих основаниях и с огромным запасом. ‎ ‎Сыто ухмыльнувшись такой кадровой простоте, Ольга Сергеевна не стала тянуть время, тут же завизировала все документы электронной подписью и официально устроила парня в вуз. Ещё одна важная ведомость на сегодня была закрыта намертво, и Железная леди была полностью готова к вечернему раунду с мужем. ‎

***

‎Время близилось к пяти часам вечера. В просторном министерском кабинете Вадима Юрьевича царила рабочая тишина, нарушаемая лишь мерным тиканьем настенных часов. Казанцев сидел в кресле, сосредоточенно изучая документы на экране компьютера, когда в коридоре раздались уверенные шаги. ‎ ‎Дверь приоткрылась, и на пороге появилась Анна Николаевна. ‎ ‎— Вадим Юрьевич, можно? — негромко спросила она, останавливаясь в дверях. ‎ ‎— Присаживайтесь, — коротко бросил Вадим, не отрывая взгляда от монитора. ‎ ‎Анна аккуратно прошла вглубь кабинета, присела на стул напротив его массивного стола, положив руки на колени, и тихо произнесла: ‎ ‎— Мне Саша звонила, рассказала о возвращении. ‎ ‎Вадим остановил руку, медленно поднял голову и холодно посмотрел ей прямо в глаза, сохраняя абсолютное, давящее молчание. Его взгляд не выражал ровным счётом ничего, и эта ледяная пауза заставила Анну Николаевну внутренне напрячься. Она отвела глаза, сглотнула и уже гораздо тише продолжила: ‎ ‎— Признаю, я сглупила. Ты поможешь ей перевестись? ‎ ‎Вадим молча кликнул мышкой, закрывая последнюю вкладку в закрытой базе данных, и уверенным движением развернул монитор компьютера к ней. На экране светилось официально утверждённое и подписанное электронной подписью трансферное распоряжение на перевод Саши в Москву. ‎ ‎— Уже, — весомо отчеканил Казанцев, возвращая монитор в исходное положение. ‎ ‎— Спасибо, — искренне выдохнула ‎Анна, и на её лице промелькнуло явное облегчение. ‎ ‎— В четверг приедет, водитель отвезёт к тебе, — строго и деловито продолжил Вадим, снова скрестив пальцы рук на столе. ‎ ‎Анна Николаевна дразняще приподняла бровь, и в её голосе проскользнул застарелый, едкий намёк: ‎ ‎— Доверишь дочь водителю? ‎ ‎Вадим от этой неприкрытой колкости чуть не вспыхнул от злости. В его глазах мгновенно полыхнуло опасное пламя, а челюсти плотно сжались, едва не выдав багровый синяк под Ольгиным тональником над левой бровью. Он подался вперёд, намертво зафиксировал тяжёлый взгляд на ней и леденящим, запредельно жёстким шёпотом процедил: ‎ ‎— Ему. Доверю. А ты хотела, чтобы я сам приехал... Аня, спасибо тебе за дочь... Но твои намёки мне категорически не нравятся. Давай договоримся: между нами только работа и иногда — решения проблем дочери. ‎ ‎— Вадим... — попыталась было возразить Анна Николаевна, растерянно приоткрыв рот от такого бескомпромиссного ответа. ‎ ‎— Я всё сказал, — намертво отрезал Казанцев, давая понять, что дискуссия закрыта окончательно и субординация восстановлена. ‎ ‎Анна Николаевна на секунду замолчала, кусая губы, но уходить не спешила. Она лениво откинулась на спинку стула, обвела взглядом просторный кабинет и со скрытым, томящим смыслом тихо протянула: ‎ ‎— А ты у нас, Вадим Юрьевич, в Москве ещё больше заматерел. Настоящий столичный начальник, холодный, недоступный... Неужели тебя теперь вообще ничем не растопишь? ‎ ‎Вадим от такого захода искренне развеселился. Его глаза задорно блеснули, а на лице медленно расплылась сытая, донельзя довольная ухмылка гроссмейстера, почуявшего идеальный момент для контратаки. Он вальяжно откинулся на спинку кресла, дразняще приподнял свежезагримированную бровь и с откровенным, весёлым мужским азартом выдал: ‎ ‎— Ань, ты обалдела? Что за намёки опять... А, или ты из-за развода себя так ведёшь. Ну если тебе настолько одиноко, что ты готова "меня" растопить... ‎ ‎Анна Николаевна от таких прямых, бьющих в лоб слов мгновенно вспыхнула густым румянцем. Её былая ленивая вальяжность мигом испарилась. Она растерянно захлопала ресницами и испуганно выдохнула, пытаясь защитить остатки гордости: ‎ ‎— Вадим, прекрати! Что ты себе придумываешь вообще? Я просто к слову сказала! Какое одиночество, при чём тут мой развод?! ‎ ‎— Единственное, что я могу... — Казанцев хитро сощурился, явно наслаждаясь её паникой, выдержал забавную паузу и добавил: — Нет, даже этого я делать не буду. ‎ ‎Из его груди вылетел короткий, раскатистый смешок. Вадим вальяжно ухмыльнулся и дразняще закончил мысль: ‎ ‎— Совет могу дать... Дочь приедет, сходите в клуб. Развеешься заодно. ‎ ‎Анна глубоко, обиженно вздохнула, и в её глазах промелькнула настоящая, горькая обида. Насмешливый тон Казанцева и этот циничный совет ударили наотмашь по её уязвлённому самолюбию. Она резко встала со стула и решительно собралась уходить, разворачиваясь к выходу. ‎ ‎Вадим, глядя на её мгновенно поникшие плечи, резко перестал улыбаться. Весёлый азарт испарился. Казанцев мгновенно понял, что в своей привычной ироничной манере перегнул палку и зашёл слишком далеко. Он подался вперёд и весомо, командирским тоном остановил её у самого порога: ‎ ‎— Анна Николаевна, я вас не отпускал. ‎ ‎Анна медленно повернулась. Её лицо стало абсолютно безэмоциональным, застывшим, словно маска, а взгляд — холодным и отрешённым. Она молча замерла, ожидая, что ещё скажет начальник. ‎ ‎Вадим тяжело вздохнул, убирая руки в карманы брюк, и заговорил уже совершенно другим, простым и искренним тоном, полностью растеряв былую ехидность: ‎ ‎— Ань... Извини. Переборщил, согласен. Я не хотел тебя обидеть или как-то задеть этим клубом. Просто... давай на чистоту. Твоя вот эта фраза про «доверишь дочь водителю» меня действительно зацепила. За живое задела. Степан со мной столько лет прошёл, я ему как себе верю. И когда ты так пренебрежительно о нём отзываешься, да ещё и в контексте Сашки... В общем, вспылил. Прости, не со зла. ‎ ‎Казанцев сделал короткий шаг вперёд, его тон стал запредельно серьёзным, открытым и по-мужски искренним. Он внимательно посмотрел на неё и весомо добавил: ‎ ‎— Но и ты, будь добра, успокойся. Я правда не понимаю, чего ты от меня хочешь. Всё, что было между нами, давно в прошлом. Мы взрослые люди. Саше я безусловно помогу. Но играть в эти двусмысленные намёки и копаться в старых обидах я не собираюсь. Давай закроем эту тему раз и навсегда. ‎ ‎Анна Николаевна внимательно выслушала его слова. Её безэмоциональная маска медленно растаяла, уступая место искренней, глубокой усталости, а в глазах на мгновение отразилась вся тяжесть девятнадцати лет затаённых сожалений. Она тихо выдохнула, крепко сжала в руке ремешок сумочки и ответила простым, лишённым прежней колкости тоном: ‎ ‎— Наверное, ты прав, Вадим... Прости. Я и сама не знаю, зачем начала этот бессмысленный спор. Наверное, до сих пор тяжело осознавать, как сильно всё изменилось. За Сашу — спасибо. Я рада, что у неё такой отец. Всё, проехали. ‎ ‎Она едва заметно, грустно улыбнулась, окончательно признавая его правоту, развернулась и аккуратно прикрыла за собой тяжёлую дубовую дверь. ‎ ‎Вадим остался в кабинете один. В наступившей рабочей тишине он хмыкнул и вслух, сам себе, иронично произнёс: ‎ ‎— Во дела... То, ты ей никто, не приближайся. То, рада, что у неё такой отец... ‎ ‎Казанцев сел обратно в кресло, закинул ногу на ногу и добавил констатацию факта в пустоту кабинета: ‎ ‎— Мужика тебе надо... ‎ ‎Он сыто ухмыльнулся, окончательно возвращая лицу маску невозмутимого гроссмейстера. ‎

***

‎Ровно в 17:00, секунда в секунду, в дверь кабинета раздался чёткий стук. Створка распахнулась, и на пороге появился Артём, держа в руках свежераспечатанный список кандидатов. ‎ ‎— Входи, Артём, — громко скомандовал Вадим, переводя взгляд на дверь. ‎ ‎Артём уверенно прошёл к массивному столу, бережно держа в руках не просто один листок, а внушительную стопку плотных картонных папок. Он аккуратно выложил эту кучу прямо перед начальником, слегка переведя дух, и бодро доложил: ‎ ‎— Вадим Юрьевич, как вы и просили, ровно к пяти часам всё готово. Вот список кандидатов, и я сразу подготовил по всем личные дела. Здесь полная информация: резюме, отзывы с прошлых мест, характеристики и результаты проверок. ‎ ‎Вадим изумлённо вскинул брови, искренне удивившись такой мощной и быстрой исполнительности. Он никак не ожидал, что парень за несколько часов успеет провернуть такой колоссальный объём работы и сделать гораздо больше, чем от него требовалось. На лице Казанцева появилась довольная ухмылка. Он вальяжно поднялся со своего кресла, обошёл стол и сел на соседний стул прямо рядом с Артёмом, придвигая к себе верхнюю папку: ‎ ‎— Ну, Артём, удивил. Молодец, хвалю за скорость. Давай смотреть, кого ты мне тут насмотрел. ‎ ‎Вадим открыл первое дело и принялся внимательно изучать документы, а Артём тут же увлечённо включился в процесс, сопровождая каждую кандидатуру своими чёткими комментариями: ‎ ‎— Вот этот первый, Вадим Юрьевич, у него колоссальный опыт ведения графиков и планирования, исполнительность железная. Но со стрессоустойчивостью слабовато, судя по прошлому месту работы. А вот у второй кандидатки, в следующей папке, с этим как раз полный порядок — идеальные рекомендации, сама вела сложнейшие закупки, умеет намертво закрывать любые бумажные хвосты и рутину. Я считаю её фаворитом. ‎ ‎Казанцев сосредоточенно листал страницы, хищно прищурившись и внимательно вникая в каждое слово помощника. Шестерёнки отбора крутились на максимальной скорости, и до финала этой кадровой закупки, оставалось совсем немного. ‎ ‎Вадим не спеша перевернул страницу, закрыл вторую папку и потянулся к следующей, оценивая масштаб проделанной Артёмом работы. ‎ ‎— Так, хорошо. А это кто у нас? — Казанцев открыл третье личное дело, бегло просматривая анкетные данные. ‎ ‎— Это третий кандидат, Вадим Юрьевич, — Артём тут же оживился, заглядывая в документы через его плечо. — Парень молодой, хваткий, юридическое образование, два года отработал в крупной столичной коллегии. Из плюсов — законы знает наизусть, любые договоры и ведомости щелкает как орехи. Но есть нюанс. Характер слишком амбициозный. Боюсь, на рутине и бумажной волоките он долго не просидит, начнёт сразу просить повышения и лезть в аналитику. ‎ ‎— Понял, амбиции нам на этой должности точно не нужны, — сыто ухмыльнулся Вадим, дразняще приподняв бровь. — Нам нужен пахарь, который молча закроет все хвосты и не будет задавать лишних вопросов. Давай следующего. Казанцев отложил юриста в сторону и придвинул к себе четвертую папку. ‎ ‎— А вот здесь, Вадим Юрьевич, кандидат очень любопытный, — Артём многозначительно постучал пальцем по характеристике. — Мужчина, за сорок, бывший военный кадровик. Железная дисциплина, субординацию держит намертво, приказы выполняет секунда в секунду. Графики, отчеты, архивы — для него это родная стихия. Ни одной помарки в документах не допускает, работает как швейцарские часы. ‎ ‎— Звучит заманчиво, — Вадим хищно прищурил глаза, внимательно изучая послужной список кадровика. — Военная косточка — это всегда надежно. А минусы? ‎ ‎— Слишком прямолинеен, Вадим Юрьевич, — Артём виновато улыбнулся. — Гибкости человеку не хватает совершенно. Если в регламенте написано «сделать так», он расшибется, но сделает, даже если ситуация изменилась и нужен хитрый обходной маневр. Для сложной кабинетной дипломатии он слишком дубовый. ‎ ‎Вадим задумчиво провёл рукой по бороде, взвешивая все за и против. Выбор среди кандидатов, которых Артём успел собрать к пяти часам вечера, был действительно плотным, и теперь оставалось принять финальное решение, чтобы наконец закрыть эту закупку и порадовать Ольгу. ‎ ‎Вадим неторопливо разложил перед собой на массивном столе все четыре картонные папки в один ровный ряд. Он задумчиво подпёр подбородок ладонью и на несколько секунд погрузился в свои мысли, внимательно окидывая взглядом собранные досье. Казанцев мысленно прикидывал, кто из этих людей сможет выдержать суровый, бескомпромиссный напор Железной леди и при этом идеально, без единого писка закрыть колоссальный объём вузовской работы. ‎ ‎Артём, заметив его колебания, немного перевёл дыхание и честно признался: ‎ ‎— Вы не сказали, для какой именно работы нужен помощник. Поэтому они разные. Но могу точно выделить девушку. ‎ ‎— И почему именно её? — Вадим лениво приоткрыл глаза и бросив на парня испытующий взгляд начальника. ‎ ‎— У неё феноменальная исполнительность, Вадим Юрьевич, — Артём тут же уверенно постучал пальцем по второй папке. — Она два года вела закупки и сложнейшую отчётность в крупном холдинге. Характер спокойный, нормированный, её никакими завалами не испугаешь. Главное — она умеет намертво запечатывать любую бумажную рутину и выполнять поручения вообще без лишних вопросов. Если задачи связаны с жёстким графиком и тонной документов, она закроет эти хвосты идеально. ‎ ‎Казанцев прекрасно понимал, что амбициозный юрист или упрямый кадровик с Ольгой Сергеевной просто не сработаются и устроят конфликт на первом же совещании. А вот эта спокойная, профессиональная девушка, умеющая молча пахать на результат — это был стопроцентный, идеальный вариант. В голове Вадима промелькнула ещё одна очень чёткая, чисто мужская мысль: «И приставать точно не будет». ‎ ‎Вадим уверенно прихлопнул ладонью вторую папку, придвинул её к себе, а остальные три решительно отодвинул в сторону. ‎ ‎— Её и утверждаем, Артём, — весомо отчеканил Казанцев, поднимаясь со своего кресла. — Пригласи её... — Вадим запнулся и переформулировал: — Дай мне её контакт, я с ней свяжусь. ‎ ‎— Так я сам могу всё оформить, — быстро кивнул Артём, готовый сразу запустить привычный бюрократический процесс. ‎ ‎— Не надо, Артём, отдай резюме и свободен. Регламент по времени ты сегодня выдержал безупречно. Поезжай домой, отдыхай, — Вадим Юрьевич забрал нужный лист с контактами, давая понять, что этот вопрос закрыт. ‎ ‎Артём весело попрощался, собрал со стола оставшиеся три папки и ушёл. Вадим посмотрел контакты и позвонил кандидатке. Коротко и весомо пригласил её на собеседование к Ольге. ‎ ‎На его лице заиграли привычные азартные чёртики. Вчерашняя задача была решена со стопроцентным превосходством: база под перевод Саши готова, личный помощник для Ольги перехвачен, и теперь можно было со спокойной душой закрывать кабинет и ехать домой, чтобы устроить жене приятный вечерний сюрприз. ‎

***

‎Автомобиль мягко затормозил у главного входа в вуз, бесшумно шурша шинами по асфальту. На часах было начало седьмого вечера. Вадим откинулся на заднем сиденье, лениво наблюдая сквозь тонированное стекло, как из массивных дверей университета вышла Ольга. Она выглядела уставшей после целого дня, проведённого среди бесконечных папок, но её уверенная грация оставалась безупречной. ‎ ‎Степан мгновенно выскочил из-за руля, обошёл машину и предупредительно открыл перед ней дверь. Ольга ласково кивнула водителю, скользнула в прохладный салон и опустилась на мягкое сиденье рядом с мужем. Дверь захлопнулась, отсекая шум мегаполиса. ‎ ‎Вадим тепло улыбнулся, обнял её за талию, нежно притягивая к своему боку, и запечатлел мягкий поцелуй на её виске. ‎ ‎— Ну привет, — негромко, с бархатной хрипотцой произнёс Казанцев, ласково поглаживая её по плечу. — Как первый день? Сильно завалы из колеи выбили? ‎ ‎— Ох, Вадюш, не то слово, — Ольга вздохнула, полностью расслабляясь в его крепких объятиях и уютно укладывая голову ему на плечо. — Навалилось столько, что в какой-то момент показалось, будто голова лопнет от этих учебных планов и списков. Сама ведь согласилась, а теперь сижу по уши в бумагах. Но Лизин перевод я полностью подготовила, там всё чисто. И, кстати, сына твоего председателя, тоже устроила. Изучила его дело в базе — парень круглый отличник, он бы и без всяких просьб легко сам поступил. ‎ ‎— Да? Ну и отлично, одним делом меньше, — довольно заусмехался Вадим, зарываясь пальцами в её шелковистые волосы. — А насчёт завалов и бумаг — не переживай, Оль. Твоё желание исполнено. ‎ ‎Ольга дразняще приподняла бровь, с лёгким, кокетливым вызовом заглядывая в его голубые глаза: ‎ ‎— Неужели? И кого ты мне нашёл? ‎ ‎— Нашёл девушку. Личное дело изучил, очень даже подойдёт тебе. Завтра в 9:00 придёт на собеседование к тебе. ‎ ‎— Девушку значит, — кокетливо прищурилась Ольга, и в её глазах вспыхнули лукавые искорки. ‎ ‎— Вообще я выбирал не по этим критериям... — Вадим хитро заусмехался, увлечённо глядя на жену. — Но признаться конечно, я буду спокоен. ‎ ‎— Любимый, спасибо... И чего желает мой спаситель? — сладостно улыбнулась она мужу, ещё ближе прижимаясь к его широкой груди. ‎ ‎— Ну "твоя спасительница" придёт завтра, — Вадим продолжил шёпотом, плавно переходя на медленные, томящие поцелуи, обжигающие её кожу, — А вот твой муж... Очень соскучился... Безумно... Желает... Тебя... А потом... Ближе к ночи... Чего-нибудь поесть. ‎Они тихо рассмеялись, полностью растворяясь в этом уютном, запредельно тёплом полумраке салона. ‎ ‎— У меня самый лучший муж, — Ольга ласково провела прохладной ладонью по его щеке, заглядывая в любимые глаза. ‎ ‎Вадим поцеловал её в губы — долго, глубоко и собственнически. Степан, внимательно следя за дорогой, но видя их отражение в зеркале заднего вида, слегка улыбнулся. Машина плавно катилась по вечерним улицам Москвы, увозя супругов домой. ‎

***

‎Пока автомобиль резал столичный поток, Вадим лениво погладил Ольгу по плечу, но его весёлый настрой немного утих. Он замялся, чувствуя себя слегка виновато, так как прекрасно знал, что Ольге эта тема будет неприятна, но промолчать и утаить случившееся он просто не мог. ‎ ‎— Оль... тут такое дело, — негромко произнёс Вадим, подбирая слова. — В общем, ко мне Анна заходила. ‎ ‎Ольга мгновенно перестала улыбаться, её прохладная ладонь замерла на его щеке. Она слегка отстранилась и внимательно, строго посмотрела на мужа. Вадим вздохнул и продолжил тише обычного, открыто глядя ей в глаза: ‎ ‎— Пришла узнать насчёт Сашкиного перевода, я ей показал готовые документы. Но потом заговорила, что я весь такой недоступный, холодный. В общем, попыталась напроситься на потепление отношений. ‎ ‎Ольга опасно прищурилась, и в её взгляде на секунду промелькнула та самая прокурорская жёсткость. ‎ ‎— И что ты? — сухо спросила она. ‎ ‎— Оль, я её сразу на место поставил, — виновато, но твёрдо ответил Вадим, крепче сжимая её руку. — Правда перегнул немного, обидел сильно. Извинился... Отрезал, что всё в прошлом, мы взрослые люди, Саше я безусловно помогу, но в её двусмысленные игры играть не буду. Тема закрыта раз и навсегда... Мне важно, чтобы ты от меня это знала. ‎ ‎Ольга внимательно вглядывалась в его лицо, оценивая эту абсолютную, честную мужскую прямоту. Жёсткость в её глазах медленно растаяла. Она тихо, весомо произнесла: ‎ ‎— Спасибо за честность. ‎ ‎— Пожалуйста, Оль, — Вадим ласково прижал её к своему боку, целуя в макушку. — Твой покой для меня важнее всего. ‎ ‎— Вот и правильно, гроссмейстер, играй только по моим правилам, — кокетливо улыбнулась Ольга, укладывая голову обратно ему на плечо. ‎ ‎Вадим вкрадчиво, бархатным, глубоким и запредельно уверенным шёпотом произнёс ей прямо на ухо, отчего по телу Ольги лавиной мгновенно побежали крупные, сладкие мурашки: ‎ ‎— Я на другие правила даже не посмотрю, Оль. Ты же знаешь, я до безумия упрямый однолюб. Для меня во всём мире, есть только одна королева. Слышишь меня? ‎ ‎Вадим нежно коснулся ладонью её щеки, поворачивая к себе, и вовлёк Ольгу в глубокий, сокрушительный и обжигающе страстный поцелуй. Вся былая усталость сумасшедшего рабочего дня мгновенно сгорела в этом стихийном порыве чистой, неостановимой страсти. Электрический ток прошил их обоих, стирая весь остальной мир за тонированными стёклами. Ольга жадно подалась навстречу его напору, сминая пальцами ткань его пиджака, пока Вадим собственнически вжимал её хрупкое тело в своё плечо. ‎ ‎Когда они наконец отстранились, тяжело и прерывисто дыша, Казанцев довольно ухмыльнулся, возвращая себе идеальный мужской настрой. Все кадровые дела на сегодня были закрыты со стопроцентным превосходством. Машина плавно катилась дальше, увозя их к дому на Садовом кольце. ‎ ‎