Шепот старого города

      Шины наезжают на большой булыжник и старый потрепанный автобус подпрыгивает. Девушка испуганно прижимает к груди чехол с ноутбуком, и в этот момент с ее плеча спадает ручка сумки, с грохотом укатываясь в сторону соседнего сиденья. — Вот же черт, — Вивьен подскакивает с места и резко наклоняется за сумкой, тут же ударяясь лбом о спинку кресла. — Если это окажется самым интересным моментом за всю мою поездку, я сойду с ума. Клермонт устало потирает ушиб и плюхается обратно, направляя взгляд в окно. За шесть часов пути на автобусе это стало самым интересным занятием: наушники сели, а заниматься больше нечем. В долгой поездке, в первые дни лета, природа превращается в бесконечную движущуюся картину. Пейзаж сменяется плавно, а солнце еще не совсем обжигает и заливает окрестности теплым светом. По обочинам дороги выстроились яркие деревья. Их листья тихо шелестят на теплом ветру, напоминая о том, что впереди еще несколько месяцев спокойствия и умиротворения. — Извините, а нам еще долго ехать? — интересуется Вивьен у водителя, переводя взгляд на него. — Мне, конечно, нравится царственная обстановка, что еду одна и все такое. Но так долго сидеть в одной позе, к тому же на жутко неудобном сиденье, очень сильно выматывает. — Мисс, осталось совсем немного. Впереди уже можно увидеть табличку с названием... — не успевает мужчина договорить, как автобус резко начинает издавать странные звуки и резко тормозит. — Или не совсем. В голове Вивьен пролетает много нелестных слов. Усталость, раздражение и недосып складываются в большую пороховую бочку, которая готовится взорваться в любой момент. — Не переживайте, сейчас я позвоню местному шерифу, он со всем разберется. Дайте мне пару минут. Водитель берет телефон в руки и выходит из автобуса, раздраженно хлопая дверью. Судя по его реакции, —такое случается не впервые. И это не странно, учитывая состояние транспорта. — В этом автобусе даже призраков нет, я уже разочарована. Может, не стоило тратить свое время? Вивьен прикрыла глаза, и в памяти тут же всплыли лица родителей. Они, как всегда, уговаривали ее остаться, забыть хотя бы немного о работе и провести лето в тиши их уютного загородного дома. В саду, полном цветущих роз и жужжания пчел, на веранде с видом на реку, где время течет медленнее и все проблемы кажутся далекими и незначительными. И каждый раз она чувствует вину перед родными и тихую тоску по беззаботному детству. Работа — вот что определяет ее жизнь и позволяет ей чувствовать себя независимой и давало смысл каждому прожитому дню. И дело не только в деньгах, которые она получает с блога, гораздо сильнее ее влекло необъяснимое желание разгадать тайны, развеять напыщенную мистику и показать всем мир таким, какой он есть — логичным, объяснимым и без всяких чудес. И это стремление оказалось настолько всепоглощающим, что не оставляет ей выбора. Отступить было равносильно предательству самой себя. Это не позволяет сделать шаг назад, даже когда сердце тоскует по тишине и спокойствию родительского дома. — Мисс, собирайте вещи, дальше не едем, — водитель заглянул в салон автобуса, неловко почесывая макушку, где уже проступала лысина. — Сам не понимаю, что стряслось. Шериф Пейн вызвал эвакуатор и предложил вас подвести. Я помогу перенести оставшийся багаж в его машину. Вивьен вздохнула и поднялась, ища опору в сумке и чехле с ноутбуком. Выйдя из автобуса, она ощутила жаркий порыв ветра, который немного обжег кожу. Клермонт вглядывается в начало города, и в ее голове проносится: Вот же дыра. Она окидывает взглядом унылый вид, ища того, кто вырвал ее из привычного маршрута — шерифа Пейна. Она ожидала встретить сурового старика, лицо которого изрезано морщинами, а одежда пропитана запахом пыли и безысходности. Но вместо бесформенной фигуры в ее поле зрения появляется силуэт, притягивающий взгляд. Высокий мужчина, непринужденно облокотившийся на капот черного внедорожника, излучает волну уверенности. В его расслабленной позе чувствуется скрытая сила, а взгляд, которым он ее сканирует, пронзительный и изучающий, будоражит кровь. На нем выглаженная рубашка цвета хаки, идеально облегающая широкие плечи, и безупречно сидящие темные джинсы. Светлые волосы, чуть длиннее положенного, небрежно зачесаны назад, открывая высокий лоб и прямой нос. Четко очерченная челюсть подчеркнута легкой щетиной, добавляющей ему брутальности. Это не тот измученный жизнью шериф, которого она ожидала. Это словно сошедшая с обложки журнала модель. Усталость или скука, промелькнувшая в нем, лишь добавляет его образу особого шарма. Вивьен инстинктивно опустила взгляд на себя. На ней была простая хлопковая футболка, уже помятая после долгой поездки, и удобные, но явно не новые джинсы. Русые волосы, собранные в небрежный пучок, наверняка растрепались за время пути. Все в ней кричало о долгой дороге и усталости. Впрочем, какая разница? Я здесь не для того, чтобы красоваться перед мужчинами, а чтобы покопаться в местных мифах и развеять их в своем блоге. Не гостеприимный Лонсестон, значит, интересно. А сломанный автобус — неплохое начало истории. Вивьен, отбросив сомнения, уверенно направилась к мужчине. Сократив расстояние, она заговорила первой, не дожидаясь приветствия. — Шериф, поломка транспорта на въезде в город — ваша местная традиция? Может это какое-нибудь проклятье, которое добралось до автобусов? — спрашивает она. — Мисс...? — шериф удивленно взглянул на нее. — Клермонт. Вивьен Клермонт, журналист. Приехала писать о вашем городе. И о всех его... так скажем, особенностях. Без прикрас. — Мисс Клермонт, сомневаюсь, что поломка автобуса имеет какое-то отношение к городским легендам. Это просто случайность. Я могу быстро довезти вас в город, в мотель или в другое место. А затем вернусь к своим делам, — в тоне шерифа чувствовалась легкая насмешка. Она выдержала его взгляд, слегка улыбаясь: — Мне нужно в мотель. Но, шериф, я уверена, что вы можете поделиться со мной очень занимательными историями. Материал о Лонсестоне будет интересным. Водитель автобуса сгрузил чемодан девушки в багажник черного внедорожника. Он что-то невнятно пробормотал насчет поломки, извинился за доставленные неудобства и, поджав губы, пожелал ей удачи. Вивьен едва кивнула в ответ, уже предвкушая комфорт частного транспорта. Она быстро забралась на переднее сиденье, приятно удивившись прохладе, исходящей от кондиционера. Шериф Пейн плавно тронулся с места. Машина свернула на узкую дорогу, уводящую вглубь Лонсестона. Вскоре асфальт сменился гравием, и началась настоящая экскурсия по городу. В первые секунды Лонсестон казался вполне обычным сонным городком. Аккуратные домики с геранью на подоконниках, зеленые лужайки перед ними. Но по мере того, как они углублялись внутрь, атмосфера менялась: дома становились все более старыми и обветшалыми, иногда — откровенно заброшенными. Словно город, как старая картина, начал выцветать и покрываться трещинами. Над ним витала странная тишина. Не та, которая успокаивает, а какая-то настороженная, будто город затаил дыхание, ожидая чего-то. Определенно, Лонсестон обещал быть местом, полным тайн и загадок. И — да, немного жутких. Вивьен прикусила губу, разглядывая проносящийся мимо пейзаж. Идеальное место для истории, которую она хочет рассказать. Она намеревалась развеять все местные легенды, которые разлетелись по захолустному Лонсестону. Разоблачать мифы о призраках, проклятиях здешних домов и прочих жутких сказках, которыми наверняка пугают детей. Она собирается высмеять их, разложить по полочкам и доказать, что за каждым «сверхъестественным» явлением кроется обычное человеческое объяснение. — Что скажете о легенде об особняке Блэквуд? Вы верите в проклятье? — Вивьен прерывает тишину. — Я верю в здравый смысл и закон. В Лонсестоне хватает реальных проблем: вандализм, мелкое хулиганство... А особняк — просто старый дом. Опасный, конечно, но не проклятый, — осторожно ответил шериф, не отвлекаясь от дороги. — А как насчет странных происшествий? Исчезновение людей, странные звуки. Неужели это просто вандалы? — Мы все расследуем. Но большинство этих историй сильно преувеличены. Слухи, знаете ли, — шериф резко затормозил у входа в мотель. — Вот мы и приехали. Мотель «Закат» тяжело навис над дорогой. Облупившаяся краска некогда ярко-голубого цвета теперь висела клочьями, обнажая древесину, изъеденную временем. Неоновая вывеска моргает с перебоями и отбрасывает неровный, дрожащий свет на крыльцо, где запыленные деревянные кресла-качалки одиноко скрипели на ветру. Окна, почти полностью закрытые выцветшими жалюзи, казались пустыми глазницами, уставившимися на проезжающих в надежде высмотреть что-то знакомое или, может быть, предупредить о надвигающейся опасности. — Если вам понадобится помощь, мисс Клермонт, звоните. Мой телефон можно взять у администратора. И, пожалуйста, постарайтесь не создавать проблем. — Обещаю быть образцовой туристкой. Хотя... где тут можно найти хороший бар? — Попробуйте «Тайны Лонсестона». Он недалеко отсюда. Там всегда интересно, — шериф достает чемодан из багажника, подносит его ко входу и быстрым шагом возвращается к машине. — Хорошего вам вечера, мисс Клермонт. Черная машина растворилась за переулком, оставляя Вивьен наедине с обветшалым «Закатом». Улыбка коснулась ее губ — смесь предвкушения и легкой нервозности. Окинув быстрым взглядом мотель, словно проверяя, не передумал ли он принимать ее, она решительно перехватила ручку чемодана и, полная решимости, направилась к призрачному свету вывески, где начнется ее история.