my freezing breath, frozen memories | моё ледяное дыхание, застывшие воспоминания

Трибуны были заполнены настолько, что Деннис едва смог найти свободное место. Он и представить не мог, как можно потратить столько денег, чтобы просидеть несколько часов на холодных жёстких сиденьях, не говоря уже о расходах на проезд и проживание. Поэтому отчасти был благодарен судьбе. Так много людей жаждало посмотреть на их соревнования, что они тратили деньги, о которых Деннис мог только мечтать. Ему приходилось голодать месяцами, чтобы просто позволить себе коньки. Он наблюдал за тем, как игроки кружат по катку, разминаясь, прежде чем разойтись по своим скамейкам. Там и стоял Робби — в костюме, воротник которого он одёргивал каждую минуту. Деннис усмехнулся при виде этого; он понимал, что мужчине было жутко неудобно и тот предпочёл бы карго и толстовку. Он плотнее запахнул куртку Робби, от которой почти не осталось его запаха, просто потому, что надевал её парень слишком уж часто. Как только прозвучал первый свисток, толпа разразилась криками и фанфарами, чем немного напугала его. Болельщики фигурного катания вели себя гораздо спокойнее, разве что иногда хлопали в такт музыке, но ничего подобного этому. Честно говоря, это немного ошеломило. Деннис выровнял дыхание, не отрывая взгляда от шайбы. Было гораздо интереснее наблюдать за тем, как лучшие из лучших делают своё дело, чем ждать на замёрзшем пруду, пока братья играли друг с другом и постоянно промахивались при пасах и бросках. Это было похоже на танец, на отточенную последовательность движений, в которой игроки взаимодействовали друг с другом, а шайба плавно переходила от одного к другому. Какой бы захватывающей ни была сама игра, Деннис не мог удержаться от того, чтобы время от времени не поглядывать на Робби. Тот был собран, полностью сосредоточен и сконцентрирован на льду. Деннис наблюдал, как менялось его настроение на протяжении всей игры в зависимости от счёта. В целом, сборная США играла хорошо, то лидируя, то играя вничью. Игра закончилась тем, что Лэнгдон забросил решающую шайбу на последних минутах, обеспечив команде победу. Отлично, только об этом сегодня и будут гудеть в олимпийской деревне. Возможно, Деннису стоит просто держаться подальше от сборища, заперевшись в своей комнате, как обычно. Он быстро выбрался с трибун, проскочил мимо охраны, махнув бейджем, и направился к раздевалкам. Он остановился в начале коридора, ожидая, пока все игроки и тренеры не зайдут внутрь, после чего примостился у двери. Сквозь стену до него доносился едва различимый голос Робби, произносящий что-то ободряющее, а после переходящий к разбору полётов. Деннис мог с уверенностью заявить, что тот был отличным тренером. — Ладно, молодчики! Отдыхайте — чтобы завтра все были в лучшей форме! Деннис выпрямился, чувствуя, как от волнения сводит живот. Что он делает? Пытается удивить Робби? А вдруг он покажется навязчивым? А вдруг он выглядит нелепо, стоя здесь в чужой куртке и просто слоняясь без дела? Не успел он решить, стоит ли поспешно ретироваться, дверь открылась и из раздевалки вышли тренеры, оставив игроков переодеваться. Робби сразу же заметил Уитакера, и широкая улыбка расплылась на его лице, отчего плечи фигуриста расслабились. — Деннис! Что ты здесь делаешь? Смотрел игру? — Робби жестом отмахнулся от коллег, чтобы остановиться и поболтать; те, не обратив внимания, продолжили идти по коридору. — Да, решил прийти. Поздравляю, вы и ребята отлично справились, — Деннис не смог сдержать улыбку, заметив, как обрадовался его приходу мужчина. Сердце забилось чаще. — У тебя сегодня разве не соревновательный день? — Нет, короткая программа завтра, так что мне просто нечем было заняться. — Ну, спасибо, что пришёл. Вот почему чувствовал, что сегодня мне повезёт. Деннис покраснел и, облизнув губы, посмотрел на него снизу вверх сквозь ресницы. В тесном коридоре они стояли довольно близко друг к другу; спина прижалась к стене, а Робби буквально загонял его в угол. Было бы так легко протянуть руку и схватить его за шею, притянуть к себе ближе и ближе, пока… Робби потянул Денниса за рукав и усмехнулся, прищурившись. Другой рукой он опёрся на стену. Теперь он действительно загнал Уитакера в угол. — Я думал, что потерял её, рад видеть в целости и сохранности. В животе у Денниса запорхали бабочки, трепещущие крылышки которых щекотали изнутри. — Эм, да, она тёплая и удобная. И подходит — ну, немного великовата для меня, конечно, — но для Олимпиады подходит в самый раз, — беспорядочно выдавил он, нервно заикаясь. Он посмотрел на красно-бело-синюю спортивную куртку. На спине была надпись «США», а на груди — аккуратно вышитая фамилия мужчины. Робби рассмеялся над этим потоком слов, отчего морщинки вокруг глаз забавно задрожали. — Она с моих первых Олимпийских игр. Девяносто восьмой год, Япония. Мы сыграли не слишком удачно, но в следующий раз в Солт-Лейк-Сити взяли серебро. — Боже мой, — выдохнул Деннис. — Что? — Вы участвовали в Олимпийских играх ещё до того, как я родился. Робби издал тихий удивлённый звук, а потом хрипло рассмеялся. — Только не говори, что моя медаль старше тебя, — пошутил он, но Деннис услышал в его голосе скрытую мольбу. — Нет, нет. Вы участвовали в играх после этого? В каких? В две тысячи шестом? Тогда они тоже были в Италии, да? Это была первая Олимпиада, которую я посмотрел и влюбился в фигурное катание. Было бы забавно, смотри я тогда на вас, да? — Да, да, — голос Робби прозвучал отстранённо, будто он был где-то глубоко в своих мыслях. Он замолчал, облизнув губы, прежде чем продолжить. — Нет, тогда я не играл. Я, эм, готовился к соревнованиям, когда, кхм, получил травму. Не успел восстановиться. Так и не восстановился до конца, — он не мог смотреть Деннису в глаза, его тело по-прежнему нависало над парнем, но взгляд был устремлён в сторону. — Ох, простите, должно быть, это… — Эй, Робби! — окликнул его другой тренер из конца коридора, и мужчина отступил на шаг, кивнув в сторону голоса. По коже пробежал холодок, когда они отошли друг от друга на достаточное расстояние. — Ещё раз спасибо, что пришёл. Увидимся как-нибудь? — Робби начал отступать по коридору, ожидая ответа Денниса, который с энтузиазмом кивнул и упёрся плечом в стену. — Эй, вы же придёте завтра на мой прокат? — крикнул он вслед, прежде чем мужчина успел развернуться. — Да, постараюсь, малыш, — он сверкнул широкой улыбкой и лёгкой трусцой побежал по коридору. Деннис тоже расплылся в улыбке, прислонившись головой к прохладной стене. Внезапно дверь раздевалки с грохотом распахнулась, и весёлые голоса нарушили уединение парня. — О-хо-хо, посмотрите-ка, кто тут у нас. Наш местный хоккейный кролик! Игроки уже здесь, милый, — из-за спины раздался скрипучий голос Лэнгдона, его насмешливый тон заставил фигуриста крепко стиснуть челюсти. — Заткнись, Лэнгдон, — пробормотал он, не оборачиваясь, и оттолкнулся от стены, пытаясь сбежать. К его огромному разочарованию, Фрэнк быстро его догнал, шурша сумкой в такт торопливым шагам. — О, так у кролика есть зубки. Интересно, нравятся ли Робби такие дерзкие. — Может, тебе не стоит так говорить о своём тренере? — Не, мы с Робби дружны. Он рассказывал нам обо всём, чем они с приятелями занимались во время своих похождений по олимпийской деревне. Деннису пришлось взять себя в руки, чтобы не замереть на месте. Он искренне желал, чтобы Лэнгдон провалился в бездонную яму, как в мультике, но вместо этого хоккеист снова открыл свой грязный рот. — Знаешь ведь, почему у нас такие дерьмовые кровати? Деннис продолжал игнорировать его, возможно, в какой-то момент это действительно сработает. Они уже почти дошли до конца коридора, и теперь Уитакеру было гораздо проще проскользнуть в толпу и затеряться. — Мужчина его возраста и до сих пор одинок? Должно быть, он закоренелый холостяк. Деннис почувствовал, как закипает кровь, и сжал кулаки в карманах. Он хотел избавиться от голоса Лэнгдона, неумолимо отдающего в ушах и звучащего в мыслях. — А может просто не встаёт. До конца коридора было рукой подать, и Деннис изо всех сил старался не сорваться на бег, чтобы не показать Фрэнку, как сильно его слова действуют на нервы. Он сталкивался с хулиганами всю свою жизнь и знал, что нельзя реагировать на их выпады — именно этого они добиваются своими провокациями. Ему хватило подобного от братьев и одноклассников. Но, чёрт возьми, Лэнгдон оказался настоящим испытанием. — Эй, почему бы тебе не заглянуть ко мне в комнату позже? Могу показать, на что способен настоящий победитель. Коридор, наконец, закончился, и Уитакер с облегчением выдохнул. — Придурок, — бросил он через плечо, скользнув в толпу и, к счастью, теряя из виду своего раздражителя. Пробираясь сквозь толпу, он не мог отделаться от мыслей о словах Лэнгдона. Деннис понимал, что он молод, а у Робби была своя история, большая часть которой произошла ещё до его рождения. Вероятно, он выглядел как какой-то сталкер, преследующий недосягаемое, — но ему было всё равно. А так ли это?