Не ураган

      Миссия пришла рано утром - с гонцом, а не с птицей, что означало срочность.       Юкими как раз заканчивала завтрак, когда в дверь постучали. Мать открыла, и на пороге возник молодой чунин с запечатанным свитком. Печать была красной - приказ Цунаде-самы. Юкими развернула свиток, пробежала глазами по строкам и почувствовала, как внутри всё подбирается, готовясь к прыжку. Страна Рек. Разведка. Двое суток на всё. Состав: Инузука Киба, Накано Юкими. Командир - Инузука.       - Что там? - спросил отец, отрываясь от учётной книги.       - Миссия, - коротко ответила она, уже поднимаясь из-за стола. - Срочная. Я вернусь через пару дней.       Мать молча подала ей собранную сумку - кажется, она держала её наготове с самого утра, предчувствуя. Юкими поцеловала её в щёку, кивнула отцу и вышла за дверь.       Ветер на улице был прохладным и влажным - ночью прошёл дождь, и мостовые ещё блестели. Она вдохнула его полной грудью и побежала к воротам.       Киба уже ждал.       Он стоял у восточного выхода, закинув на плечо походный рюкзак, и о чём-то переговаривался с Акамару. Завидев Юкими, он оборвал разговор на полуслове и выпрямился.       - Накано. Ты вовремя.       - Стараюсь, - она поправила лямку сумки. - Что за миссия?       - Разведка, - Киба развернул свой экземпляр свитка. - В Стране Рек, у восточной излучины, заметили подозрительную активность. Может, остатки Звука, может, бандиты. Наша задача - пройти вдоль берега, зафиксировать все точки и вернуться. В бой не вступать без крайней необходимости. Командую я.       Он произнёс последнюю фразу с особенной, чуть нарочитой гордостью. Юкими подавила улыбку.       - Поняла. Командуй.       Киба хмыкнул, явно довольный, и махнул рукой.       - Тогда выдвигаемся.

---

      Дорога до Страны Рек заняла полдня.       Они шли быстро, но не бежали - Киба задал хороший, ровный темп, который позволял беречь силы. Акамару то трусил рядом, то убегал вперёд, проверяя дорогу, то возвращался и докладывал хозяину коротким тявканьем. Юкими держалась чуть позади, прислушиваясь к ветру. Он был спокоен - ни следа чужой чакры, ни намёка на опасность. Хороший знак. Или плохой - в зависимости от того, что они найдут впереди.       К полудню сделали привал у излучины - той самой, что значилась в свитке как первая точка наблюдения. Место было красивое: река делала крутой поворот, огибая скалистый выступ, и вода здесь была тёмной, почти чёрной от глубины. На берегу росли плакучие ивы, и их ветви свисали до самой воды.       Киба ушёл вперёд - осматривать скалы, а Юкими осталась на берегу. Она сидела на поваленном стволе, сняв сандалии и опустив ноги в прохладную воду, и смотрела, как Акамару гоняет лягушек у кромки воды.       Тишина. Покой. И мысли, которые в Конохе всегда приходили только на крыше лавки, здесь, у реки, текли свободно и легко.       Она думала о матери. О том, как та молча подала ей сумку - без лишних слов, без тревоги в глазах. Когда это изменилось? Когда мать перестала бояться за неё? Может быть, после вторжения. Может быть, раньше - когда она впервые вернулась с миссии с победой, а не с оправданиями. А может, дело было не в миссиях, а в чём-то более простом: мать просто увидела, что дочь стала взрослой. Не идеальной, не всесильной - но взрослой. Достаточно взрослой, чтобы принимать свои решения и отвечать за них.       Юкими сорвала травинку и покрутила в пальцах. Интересно, что мать думает о её будущем? Видит ли её замужем, с детьми, с собственной лавкой? Или представляет кого-то вроде Куренай-сенсей - сильную куноичи, которая не оставляет службу даже после создания семьи? Юкими никогда не спрашивала. Может быть, стоило. Может быть, спросит, когда вернётся.       - Ты чего тут сидишь?       Голос Кибы раздался неожиданно близко. Она подняла голову - он стоял в нескольких шагах, заслоняя солнце, и смотрел на неё с каким-то странным выражением. Не насмешливым. Скорее, задумчивым.       - Отдыхаю, - сказала она.       - Вижу, - Киба плюхнулся рядом, вытянул ноги. Акамару тут же подбежал и устроился у его коленей. - Там в скалах чисто. Пара старых следов, но недельной давности. Можно двигаться дальше.       - Хорошо.       Повисла пауза. Не неловкая - скорее, спокойная. Река шумела внизу, ветер шелестел в ивах, Акамару посапывал, уткнувшись носом в хозяйский рюкзак.        А ты изменилась, - вдруг сказал Киба. - Я уже говорил это, да?       - Говорил.       - Ну так вот, говорю ещё раз. - Он хрустнул пальцами и уставился на реку. - Раньше ты была как... не знаю... как будто боишься занять лишнего места. А теперь нет. Теперь ты просто сидишь, и всё нормально.       - Это ты так комплименты делаешь? - спросила Юкими, и в её голосе проскользнула лёгкая усмешка.       Киба поперхнулся.       - Я не... это не комплимент! Просто констатация факта!       - Хорошо. Принято.       Она снова улыбнулась - на этот раз шире, не пряча улыбку. Киба заметил это и осёкся. Несколько секунд он смотрел на неё, потом резко отвернулся и начал рыться в рюкзаке.       - Короче! - его голос прозвучал громче, чем нужно. - Через пять минут выдвигаемся. Так что... готовься.       - Я готова.       Она действительно была готова.

---

      Вторую точку осмотрели к вечеру. Третью - на следующее утро.       Никаких следов противника они не нашли, но миссия есть миссия: Юкими тщательно заносила в свиток всё, что видела, - координаты, описание местности, возможные пути подхода. Киба командовал, и командовал, надо признать, неплохо. Он не лез на рожон, не принимал поспешных решений, а когда сомневался - спрашивал её мнение. Юкими это оценила.       К вечеру второго дня они разбили лагерь у небольшого водопада. Река здесь сужалась и падала с трёхметрового уступа, разбиваясь о камни в белую пену. Шум стоял такой, что приходилось повышать голос. Акамару, набегавшийся за день, спал без задних ног у костра. Киба сидел напротив, помешивая веткой угли.       - Завтра возвращаемся, - сказал он. - Если на последней точке ничего не найдём, доложим - и всё. Скучная миссия.       - Скучная миссия - хорошая миссия, - отозвалась Юкими.       - Это да. - Он покрутил ветку в пальцах. - Слушай, а можно вопрос? Ну, личный.       Юкими напряглась. Личный вопрос от Кибы - это могло быть что угодно: от «как ты тренируешь ветер» до «почему у тебя глаза такие». Второе было бы некстати.       - Спрашивай.       - Ты когда-нибудь думала, что не хочешь быть шиноби? - Киба посмотрел на неё поверх костра, и в его глазах плясали огоньки. - Ну, типа... бросить всё и заняться лавкой? Или ещё чем-нибудь?       Юкими не ожидала такого вопроса. Она задумалась.       - Было время, - сказала она наконец. - До экзамена на чунина. Я думала, что я недостаточно сильная, и что родители были правы, когда сомневались во мне. Но потом... - она помолчала, подбирая слова, - потом я поняла, что дело не в силе. То есть не только в силе. Я могу быть полезной. И это важно для меня.       - Полезной, - повторил Киба. - Ага. Я понимаю. Мы с Акамару... ну, мы тоже. Я не то чтобы мечтал стать шиноби, просто в клане все ими становятся. А потом, когда начались настоящие миссии, я понял: это моё. Не потому, что клан. А потому, что я могу защищать. Тех, кто слабее. Тех, кто не может сам.       Он замолчал. Юкими смотрела на него и думала, что никогда раньше не слышала от Кибы таких слов. Он всегда был громким, порывистым, насмешливым - а сейчас сидел у костра и говорил о защите. И это было... неожиданно. И хорошо.       - Ты хороший командир, - сказала она.       Киба поперхнулся.       - Чего?!       - Хороший командир, - повторила Юкими спокойно. - Ты слушаешь. Думаешь, прежде чем действовать. Это важно.       - Я... ну... - он явно не знал, куда девать руки. Акамару проснулся и удивлённо тявкнул, глядя на хозяина. - Спасибо, наверное. Только давай без этого. А то неловко.       -Без «спасибо»?       - Без... - он махнул рукой, не закончив. - Ладно, давай спать. Завтра последняя точка.       - Давай.       Юкими легла на расстеленный плащ и закрыла глаза. Костер потрескивал. Водопад шумел. Где-то над головой ветер играл с кронами деревьев, и его голос был похож на колыбельную.       Она думала о том, что сказал Киба. О защите. О тех, кто слабее. И о том, что он говорил это, глядя на неё, - и в его глазах было что-то, чему она пока не могла дать названия.

---

      Это случилось на втором году Академии.       Юкими тогда было восемь, и она была ещё меньше, чем сейчас, - худая, угловатая, с торчащими в разные стороны волосами, которые мать заплетала в две смешные косички. Она не была слабой, нет. Просто не умела давать сдачи. Не физически - словами. Когда на неё кричали, она замирала. Когда дразнили - молчала. Когда отбирали вещи - не знала, что делать.       В тот день у неё отобрали книгу.       Это был старый, потрёпанный справочник по целебным травам - не учебник, не библиотечный экземпляр, а её собственная книга, подаренная отцом на день рождения. Она принесла её в Академию, потому что на перемене хотела перечитать главу о свойствах лаванды. Глупо, конечно. Но ей нравилось.       Мальчишка был из параллельного класса. Крупный, на голову выше неё, с вечно сбитыми костяшками и противным смехом. Его имени Юкими не запомнила - только лицо, круглое и самодовольное, и то, как он выхватил книгу у неё из рук и поднял над головой.       - Что тут у нас? - протянул он, листая страницы. - «Целебные травы и их применение». Фу, скукота. Ты что, ботаник?       - Отдай, - тихо сказала Юкими.       -А то что? Пожалуешься Ируке-сенсею? - мальчишка засмеялся. Вокруг уже собиралась небольшая толпа - кто-то смотрел с любопытством, кто-то отводил глаза. Никто не вмешивался.       Юкими сжала кулаки. Она могла бы ударить. Могла бы использовать ветер - совсем чуть-чуть, просто чтобы выбить книгу из его рук. Но тогда, восемь лет назад, её ветер был ещё совсем слабым, почти неуправляемым. И она боялась. Не мальчишки - себя. Боялась, что если выпустит ветер, он снова сделает что-то не то, и все опять будут смеяться, как тогда, на тренировке с Наруто.       - Отдай, - повторила она, и голос дрогнул.       Мальчишка оскаблился и уже открыл рот, чтобы сказать что-то ещё, но не успел.       Чей-то кулак - небольшой, но крепкий - врезался ему в ухо с такой силой, что он отлетел на шаг и выронил книгу. Юкими замерла. Толпа ахнула.       - Ты чего к маленьким пристаёшь? - раздался возмущённый голос.       Киба Инузука стоял между Юкими и обидчиком, потирая костяшки. Он был ниже мальчишки, но смотрел на него так, словно это он был здесь главным. Акамару, тогда ещё совсем щенок, сидел у его ног и рычал - точнее, пытался рычать, но получалось скорее смешно.       - Инузука, ты чего лезешь? - мальчишка потёр ухо. - Она тебе кто, сестра?       - Не твоё дело, - отрезал Киба. - Ещё раз увижу, что ты к ней пристаёшь, - получишь в другое ухо. Понял?       Мальчишка что-то буркнул, но связываться с кланом Инузука не захотел. Развернулся и ушёл, растеряв по дороге остатки своей бравады. Толпа рассосалась. Юкими осталась стоять, глядя то на Кибу, то на свою книгу, валявшуюся на земле.       Киба поднял книгу, отряхнул от пыли и протянул ей.       - Держи. Целая.       - Спасибо, - прошептала Юкими. Она хотела сказать что-то ещё, но слова застряли в горле.       Киба пожал плечами. - Не люблю, когда к маленьким пристают. - Он уже развернулся, чтобы уйти, но на полпути обернулся. - Эй, Накано. Ты бы научилась давать сдачи. А то так и будут отбирать.       И ушёл. Акамару потрусил за ним, на прощание тявкнув.       Юкими осталась стоять с книгой в руках. Ей было стыдно. И странно. И тепло. Она не знала, что делать с этим чувством, - просто запомнила его. Как запоминают хороший сон. Как запоминают первый порыв настоящего ветра.       А Кибу она с тех пор почему-то всегда замечала в толпе. Даже когда они не разговаривали. Даже когда он её не замечал. Особенно тогда.

---

      На следующее утро они осмотрели последнюю точку - старую сторожевую башню на границе - и повернули домой. К полудню небо затянуло тучами, и к вечеру, когда ворота Конохи показались впереди, начал накрапывать дождь.       - Вовремя, - сказал Киба, подставляя лицо каплям. - Не хотелось бы мокнуть в лесу.       Они сдали отчёт в штаб - дежурный чунин пробежал глазами по свитку, кивнул и отпустил их. На пороге Киба вдруг остановился.       - Слушай, Накано... то есть Юкими.       Она обернулась.       - Было... ну... - он замялся. - Хорошо сработались. Скажу Цунаде-саме, чтобы нас ещё ставили в пару. Если ты не против.       - Я не против, - сказала она.       Киба кивнул - резко, отрывисто - и зашагал прочь. Акамару на прощание лизнул Юкими руку и потрусил за хозяином.       Юкими постояла ещё несколько секунд под моросящим дождём, глядя им вслед. Потом поправила сумку и пошла домой - в лавку, где пахло сушёными травами, где мать напевала на кухне, а отец, наверное, снова ворчал над учётной книгой.       И всю дорогу домой она думала о том, что Киба назвал её по имени. Впервые. Не «Накано» - «Юкими».       Это было странно. И приятно. И она не знала, что с этим делать.       Но, может быть, пока и не нужно было ничего делать. Может быть, достаточно было просто запомнить. И улыбнуться. И войти в дом, где её ждали.       Дождь усиливался, и ветер - её старый друг, её верный спутник - пел в проводах свою бесконечную песню. Юкими подняла лицо к небу и позволила себе просто стоять под дождём ещё минуту.       А потом открыла дверь и вошла в тепло.