Не ураган

      Их стало больше.       Не в смысле «их стало много» - скорее, их стало чаще. Совместные миссии, совместные тренировки, совместные отчёты в штабе. Цунаде-сама, похоже, и правда решила, что команда 8 с добавлением Юкими - удачная комбинация. Или, может быть, просто совпадало: когда требовались следопыт и сенсор, Киба и Юкими оказывались ближайшими доступными шиноби нужного профиля.       Так или иначе, к концу месяца Юкими поймала себя на мысли, что знает расписание тренировок Кибы лучше, чем расписание собственной матери. Это было... странно. Не плохо. Просто странно.       Новая миссия пришла в середине недели.       На этот раз их было четверо: Киба, Юкими, Хината и Шино. Полный состав команды 8 плюс она - уже не как временная замена, а как постоянный элемент. Задача: патрулирование северных границ. Разведка донесла о перемещениях неизвестных шиноби в спорной зоне между Страной Огня и Страной Звука. Никаких подтверждённых угроз, но Цунаде не любила оставлять такие вещи без присмотра.       - Четверо, - сказал Киба, когда они собрались у ворот. - Как в старые времена. Ну, почти.       - Почти, - согласилась Юкими.       Шино ничего не сказал - он просто стоял и ждал, когда все закончат разговоры. Хината вежливо и тихо спросила, все ли проверили снаряжение. Киба закатил глаза, но сумку проверил.       До границы шли полдня. Лес здесь был гуще, чем у Конохи, - старые ели смыкали кроны над головой, и солнечный свет пробивался только редкими пятнами. Пахло хвоей, сырой землёй и чем-то ещё - сладковатым, как гниющие яблоки. Акамару, бежавший впереди, чихнул и неодобрительно фыркнул.       К вечеру вышли к старому мосту через ущелье. Мост был деревянный, с прогнившими перилами и отсутствующими досками в нескольких местах. Внизу, метрах в тридцати, шумела река - та самая, что отделяла спорную территорию от основной.       - Здесь заночуем, - решил Киба, оглядев мост. - На ту сторону утром. Не хочу переходить в темноте, тут одна ошибка - и костей не соберёшь.       Лагерь разбили прямо у моста, под прикрытием скального выступа. Шино, как обычно, взял на себя охрану периметра - его насекомые патрулировали окрестности лучше любой сигнальной системы. Хината время от времени активировала бьякуган, проверяя, нет ли кого на той стороне ущелья. Киба разводил костёр. Юкими нарезала овощи для похлёбки - не самое героическое занятие, но кто-то должен был это делать.       Акамару сидел рядом и внимательно следил за каждым движением её ножа, словно надеялся, что она случайно уронит кусочек моркови.       - Не смотри на меня так, - сказала она псу. - Ты уже ужинал.       Акамару склонил голову набок и тихо заскулил.       - Врёт, - бросил Киба через плечо. - Он всегда голодный. Не поддавайся.       - Я и не поддаюсь.       Она поддалась. Маленький кусочек моркови исчез в пасти Акамару быстрее, чем Киба успел обернуться. Пёс вильнул хвостом и посмотрел на неё с выражением абсолютного обожания.       - Я всё вижу, - сказал Киба мрачно.       - Ничего ты не видишь. Ты костёр разводишь.       - Я спиной чувствую.       Юкими хмыкнула. Хината, сидевшая неподалёку, тихо рассмеялась - и тут же прикрыла рот ладонью, словно удивившись собственному смеху.       Ужин прошёл спокойно. Разговаривали о пустяках: о том, что в этом году поздно цветёт сакура, о новом раменном ларьке у южных ворот, о том, что Шикамару опять выиграл в сёги у Асумы-сенсея. Шино, как обычно, молчал. Хината больше слушала. Киба рассказывал какую-то историю о том, как они с Акамару провалились в реку во время прошлого патруля, и Юкими поймала себя на том, что смеётся - легко, искренне, не сдерживаясь.       Когда костёр прогорел до углей, Шино объявил смену дежурств. Первая смена - Киба. Вторая - Юкими. Третья - Шино. Четвёртая - Хината.       - Почему мне последняя? - тихо спросила Хината.       - Потому что ты лучше всех высыпаешься, - ответил Шино, и в его голосе не было ни намёка на шутку.       Хината кивнула, принимая объяснение, и пошла устраиваться на ночлег.       Юкими устроилась у скалы, завернувшись в плащ. Сон не шёл. Она смотрела на угли, на звёзды, на тёмную громаду моста, и думала о том, как странно устроена жизнь. Ещё два года назад она даже представить не могла, что будет сидеть у костра с командой 8, есть похлёбку и смеяться над историями Кибы. И что это будет казаться... правильным.       - Не спится?       Она повернула голову. Киба сидел на краю скального выступа, свесив ноги над пропастью, и смотрел куда-то в темноту. Акамару лежал рядом, положив голову на хозяйские колени.       - Не спится, - признала она, поднимаясь и подходя ближе. - Можно?       - Садись.       Она села рядом. Внизу шумела река. Звёзды над головой были чужими - не коноховскими, яркими и холодными. Где-то вдалеке ухала сова.       - О чём думаешь? - спросил Киба.       - О том, что два года назад я даже представить не могла, что буду здесь, - честно ответила она.       - В смысле - на границе?       - В смысле - с вами. С тобой. С Хинатой, с Шино. Что я вообще буду чунином. Что я буду... - она запнулась. - Не знаю. Что я буду той, кто я есть.       Киба помолчал. Потом сказал, глядя не на неё, а на реку внизу:       - Я тоже не мог представить. Ну, что мы будем... вот так. - Он неопределённо повёл рукой. - Вместе. На миссиях. И что ты будешь... не знаю. Частью команды.       - Я не часть команды 8. Я прикомандированная.       - Да какая разница. - Он фыркнул. - Ты всё равно уже наша. Ну, в смысле, мы к тебе привыкли. Акамару тебя вообще обожает. Шино терпит - а это, знаешь, дорогого стоит.       Юкими улыбнулась. Ей хотелось сказать что-то в ответ - что-то такое же простое и настоящее. Но слова не шли. Вместо этого она просто сидела рядом, чувствуя плечом тепло его плеча, и смотрела на звёзды.       - Знаешь, что я ещё думаю? - вдруг сказал Киба, и его голос стал тише.       - Что?       - Что я рад, что ты тогда не испугалась. Ну, на экзамене. Когда всё началось. Если бы ты испугалась и ушла - мы бы, наверное, так и не... - Он осёкся и резко замолчал.       Юкими повернула голову. Киба смотрел прямо перед собой, и в темноте она не могла разглядеть выражение его лица. Но что-то в его позе - напряжённые плечи, сжатые челюсти - говорило о том, что он сказал больше, чем собирался.       - Так и не что? - спросила она.       - Не знаю, - буркнул он. - Забудь. Глупость сказал.       Она не стала настаивать. Просто продолжила сидеть рядом, и ей казалось, что воздух между ними стал теплее на несколько градусов.       Акамару поднял голову, посмотрел на обоих и снова улёгся, довольно фыркнув.

---

      На следующее утро они перешли мост.       Двигались осторожно, прощупывая каждый шаг. Киба шёл первым, за ним - Хината с активированным бьякуганом, потом Юкими, замыкал Шино. Мост скрипел и раскачивался, но держал. Акамару перебежал на ту сторону первым и теперь ждал их, нетерпеливо перебирая лапами.       На той стороне ущелья лес был другим - более мрачным, более тихим. Птицы здесь не пели, и ветер пах не хвоей, а чем-то затхлым, как в погребе. Юкими насторожилась. Её ветер - её невидимые уши - улавливал в воздухе что-то чужое, но не мог определить источник.       - Чувствуешь? - тихо спросила она.       - Ага, - Киба принюхался. - Что-то есть. Но далеко. Может, зверьё.       - Не похоже, - сказала Хината, и её голос дрогнул. - Я вижу чакру. Слабую, но... это не звери. Это люди. Трое. В полукилометре к северу.       Шино молча кивнул, и его насекомые бесшумно рассыпались в воздухе.       - Обходим или вступаем в бой? - спросила Юкими.       Киба на мгновение задумался.       - Обходим, - решил он. - Наша задача - разведка, а не бой. Если они нас не заметили, пусть так и остаётся. Зафиксируем местоположение и доложим Цунаде-саме. Пусть решает.       Они обошли неизвестных по широкой дуге. Юкими, сама не заметив, всё это время держалась в нескольких шагах от Кибы - достаточно близко, чтобы прикрыть в случае атаки, но не настолько, чтобы мешать. Один раз, когда под ногой Хинаты хрустнула ветка, и все на мгновение замерли, Киба оглянулся - не на Хинату, а на Юкими. Проверил, что она в порядке. Она кивнула. Он кивнул в ответ. И они двинулись дальше.       Остаток миссии прошёл без происшествий. Они зафиксировали три точки, не вступая в контакт, и к вечеру вернулись на коноховскую сторону границы. Когда вдали показались знакомые ворота, Юкими почувствовала, как с плеч сваливается невидимый груз.       В штабе их ждал сюрприз.       - Хорошая работа, - сказал дежурный чунин, принимая свиток. - Кстати, слышали? Наруто и команда вернулись из Суны. Казекаге спасли, Гаара который. Говорят, там настоящий ад был - Акацуки, битва, старейшина у суновцев погибла.       Юкими переглянулась с Кибой. Так вот что происходило, пока они патрулировали границу. Пока они сидели у костра, ели похлёбку и смотрели на звёзды, в Суне решались судьбы мира.       - Акацуки, - медленно произнёс Киба. - Значит, это правда. Они охотятся на джинчуурики.       - Похоже на то, - мрачно подтвердил чунин.       Юкими ничего не сказала. Она думала о Гааре - о мальчике с пустыми глазами, который сидел в углу перед финальным турниром. О том, как его песок клубился, когда он уходил с арены. О том, что он был джинчуурики, как Наруто, и что кто-то пытался его убить.       Война, которая закончилась два года назад, была только началом. Теперь она это чувствовала - кожей, ветром, тем самым чутьём, которое выработалось за годы миссий. Что-то надвигалось. Что-то большее, чем все они.       Когда она вышла из штаба, на улице уже темнело. Киба ждал у входа - Акамару сидел у его ног и вилял хвостом при виде Юкими.       - Проводить тебя? - спросил Киба.       - Тут пять минут идти.       - Ну и что. Вдруг нападёт кто. Сумка у тебя тяжёлая.       Юкими посмотрела на свою сумку - полупустую, с остатками сухого пайка и флягой для воды. Потом на Кибу, который стоял, засунув руки в карманы, и старательно смотрел куда-то в сторону. И улыбнулась.       - Хорошо. Проводи.       Они шли по вечерней Конохе молча. Улицы были полупустыми — гражданские уже разошлись по домам, только редкие шиноби спешили по своим делам. В окнах зажигались огни. Пахло жасмином и свежим хлебом. Где-то лаяла собака.       У дверей лавки Киба остановился.       - Ну, вот. Дошли.       - Дошли. Спасибо.       - Да не за что. - Он помялся. - Слушай, Юкими...       Она ждала. Киба открыл рот, закрыл, потом взъерошил волосы - привычный жест, означавший, что он нервничает.       - Ладно, ничего. Завтра тренировка в десять. Не опаздывай.       - Я никогда не опаздываю.       - Знаю. - Он вдруг ухмыльнулся - широко, по-своему, по-кибовски. - Это я так, для порядка. Спокойной ночи.       - Спокойной ночи.       Он ушёл. Акамару на прощание лизнул ей руку. Юкими постояла ещё несколько секунд у двери, глядя в темноту, где скрылись силуэты человека и пса. Потом толкнула дверь и вошла в дом.       Мать уже спала. Отец сидел на кухне, читая какой-то старый свиток. Он поднял глаза, кивнул и вернулся к чтению. Никаких вопросов. Никаких тревог. Просто дом.       Юкими поднялась в свою комнату, села на футон и долго смотрела в стену. Она думала о войне, которая приближалась. О том, что где-то там, за горизонтом, зреет новая гроза. О том, что завтра - тренировка в десять.       И о том, что Киба чуть не сказал что-то важное.       «Ладно, ничего». Она повторила эти слова про себя и улыбнулась. Ничего. Пока ничего. Но что-то уже начиналось - тихо, робко, как ветер перед рассветом.       Юкими легла и закрыла глаза. Завтра будет новый день. А с ним - новые слова. Возможно, те самые, которые сегодня остались несказанными.