Private Premiere

Это хорошо. Это ощущается хорошо, выглядит хорошо, значит, наверное, все действительно хорошо. По крайней мере, его невероятно гениальный план сработал, какой же он все таки молодец, как же он хорошо все продумал, а? Да, возможно, изначальный план пригласить-соблазнить-выбить признание слегка провалился, когда он чертовски сильно запаниковал, впал во внутреннюю истерику, успел оспорить все предыдущие решения в его жизни, которые привели к этому моменту, после чего пошел в лоб максимально грязным способом, после которого в целом удивительно что Грейс не сбежал с его дома сверкая пятками и жалуясь своему ненаглядному брату на его ужасного коллегу и, вероятно, дяде полицейскому на попытки домогательств, но какая разница, если по итогу все вышло удачно? Он проделал блестящую работу, значит он молодец, и значит спорить тут уже не о чем. Все стало гораздо легче. Та самая необычная легкость, которая внезапно охватывала его после коротких телефонных разговоров и ночных встреч, стала... вездесущей. Райдер не знает, как это описать, не хочет думать, что когда-то это может закончится, и боится давать этому имя. В общем, стандартная реакция на что-то хорошее в его жизни, так что он не жалуется.  Не то, чтобы у него были с этим проблемы, правда ведь? Он отлично справляется со всем, что с ним происходит, и совсем не думает о высокой лохматой фигуре в мягком вязанном кардигане каждый раз, когда слышит звонок телефона, и все его внутренности совсем не переворачиваются в приступе покалывающего предвкушения каждый раз, когда на экране высвечивается абонент "R.", он ведь больше не сопливый школьник с дрожащими коленками и школьной влюбленностью, так? Как и прямо сейчас он совсем не собирается оставаться после тяжелых съемок на скучное, жалкое и не стоящее ни секунды его времени Mid-Wrap Party просто для того, чтобы у него был повод встретить Грейс на нейтральной территории. Потому что этому самому Грейс совсем не обязательно знать, что Райдер по первому же требованию мужчины вполне охотно упадет к его ногам и будет завязывать шнурки его ботинок языком. Не зря же когда-то в колледже научился. Ближе к концу съемочного дня вечереет, солнце теряется за горизонтом, унося с собой знойную жару. Дышать становится проще, когда легкий ветер уносит в океан пыльную крошку, которая стояла в воздухе весь день, поднимаемая многотонными машинами и постоянными пересъемками сражений и массовых экшн-сцен. К небольшой поляне для празднования постепенно подтягиваются киноделы всех сортов: звуковики и операторы в темных рабочих робах первыми тянут руки к просекко в дешевых пластиковых стаканчиках, расставленных вдоль всей поляны на заранее расставленных складных столиках. С другого конца съемочного поля плетутся небольшие группки массовки и каскадеров, и в глазах у них плещется простое, почти примитивное желание наконец набить животы чем-то калорийным и как можно скорее. Гирлянды на жилых трейлерах загораются разноцветными гирляндами, и Райдер благодарит судьбу, что его трейлер поставили чуть дальше остальных, в уютном отдалении от шумной толпы.  Если не знать наверняка, какого рода мероприятие отмечают все это сборище, можно подумать, что на встречу собралась толпа гиков-фанатиков полицейской драмы в потертых костюмах и с толстым слоем грима на уставших лицах. И Том Райдер вместе с ними - потому что грех не знать его лицо, в какой бы отвратительной полицейской одежке он не стоял. Он демонстративно проходит мимо стаканов с шампанским, всем видом показывая, что даже под гомоном общего веселья опускаться до такого уровня он не собирается, и устало трет шею, от чего на ладони остается красный след от кровавого грима. Черт, ведь и об одежду не вытрешь. Режиссеры и сценаристы кучкуются около заказных фудтраков с тако и хотдогами, устало, но все еще приветливо болтая об окончании первой половины съемок. Райдер не желает принимать участия в пустой болтовне, проходя мимо для того, чтобы схватить разложенные у края стола салфетки и наконец стереть въевшуюся краску с ладоней, но невольно подслушивает перешептывания: - ...чти второй Сиверс, а? - Если сумеет так же на капоте летать, сможет составить ему серьезную конкуренцию. - А может они уже по очереди на съем... Приглушенные голоса смешались с фоновой музыкой веселенького фудтрака, когда Том поспешно двинулся в другой конец поляны, лишь бы избавиться поскорее от надоедливой пустой болтовни. Именно так. Совсем не потому, что, проследив за взглядом перешептывающегося режиссера, он смог различить до боли знакомый и, вообще-то, долгожданный силуэт Райланда, следующий за значительно повеселевшим Кольтом и любопытно оглядывающийся по сторонам.  Том останавливается у широко стола с пластиковыми стаканчиками, и, за неимением других вариантов, хватает один, скептически принюхиваясь к пузырящемуся пойлу. По рецепторам моментально бьет острый запах едкого спирта, и на секунду Райдеру кажется, словно его огрели по затылку тупым предметом, потому что в глазах на добрые пару секунд неприятно белеет. Наверное, думает он, если люди действительно решаются глотать такие напитки, им в этой жизни страшно не будет уже никогда.  Пробовать его он так и не решается, да и это уже не требуется, потому что рядом с ним оказывается Райланд, пытающийся подражать уверенной непринужденности Тома. Он оглядывается по сторонам, поправляет белый кардиган, зарывается в непослушную копну волос и усиленно делает вид, словно абсолютно не замечает Райдера в метре от него.  - Ты собираешься предложить мне травку? - Вся невероятная маскировка Грейс в момент пропадает, когда он вопросительно смотрит на мужчину, так что Тому приходится пояснять, - выглядишь очень подозрительно.  Уголки его губ приподнимаются, и, кажется, он только сейчас позволяет себе расслабиться. Взгляд с хитрым прищуром скользит по фигуре Райдера, прежде чем он слышит притворно-робкое: - Арестуешь меня? Райдеру нужна секунда, чтобы собраться с мыслями и вспомнить, в какой одежде он прямо сейчас находится. Он тянет руку к широкому поясу, и легонько трясет бутафорскими полицейскими наручниками. - Сколько фраз мне нужно сказать про личный досмотр, чтобы ты дал мне себя облапать?  Улыбается, зараза, пусть и пытается скрыть это, поворачивая голову к столику и выбирая напиток среди пятнадцати одинаковых стаканчиков с одинаковым содержимым. - Такими темпами, думаю, не так много, - он наконец берет один и задумчиво оглядывает праздничную площадку. Райдер терпеливо ждет, наученный опытом и готовый к потоку сознания, - Никогда не думал, что на съемках проводят столько разных мероприятий. Хотя, понимаю, да, работа наверное не сильно отличается от какого-нибудь офисного штаба, и там весь этот корпоративный дух, и празднование каждого дня рождения... боже, надеюсь у вас не проводят такие же ужасающие конкурсы с имитацией эротических поз, - он прочищает горло, прекращая неловко бормотать, - из того что я помню это уже четвертый раз, и тут даже нет Джоди, - Райдер выжидающе поднимает брови, подначивая пояснить, и Райланд заканчивает мысль, - она... переняла привычку Кольта тягать меня на каждый праздник.  - Помяни черта, - на лице Тома расползается острая улыбка, когда он замечает на другой стороне площадки, как пристально и, кажется, уже продолжительное время Сиверс наблюдает за их разговором. С такого расстояния, будь это кто угодно другой, можно было бы спутать, за чем конкретно следит человек вдалеке, но в случае Кольта, боже, неужели у кого-то оставались сомнения? - твой любимый братик сейчас во мне дыру прожжет. Райланд тоже замечает вдалеке силуэт Сиверса, и отмахивается от него каким-то особенным жестом, после которого Кольт магическим образом переключается на небольшую группу каскадеров рядом с ним, кажется, убежденный, что с Райландом все нормально. Райдер гадает, какой страшной силой обладает Грейс, заставляющей людей вот так беспрекословно его слушаться. Точнее как, в случае Тома долго можно было, конечно, не гадать, но вот как ему удается совладать с неиссякаемым запасом энергии Кольта, у него заканчивались идеи. Палку что ли кидает ему, как собаке, чтобы спал хорошо, поди еще разберись в их семейке. - Ему не настолько интересно, о чем мы разговариваем.  Том не совсем согласен, учитывая, что он до сих пор ловит на себе короткие взгляды, брошенные почти вскользь откуда-то со стороны "ему не настолько интересно", и понимает, что в эту игру могут играть двое. Кажется, к величайшему сожалению, даже невероятному Грейс не под силу приструнить этого идиота.  - Твоему благородному брату совсем не хочется бросить все и побежать спасать бедного тебя от злобного меня?  - Первые пятнадцать лет жизни, возможно, хотелось, - Грейс смачивает губы шампанским, кажется, делая это больше для ритуала, и продолжает. - Точнее, очень хотелось, я бы сказал, у нас было куча книг и кассет про прекрасных принцев и... великие подвиги, и все это, но у Кольта гораздо больше моего хватало сил и фантазии подражать кодексу чести... много лет, на самом деле. А потом... - он многозначительно промолчал, и Райдер подхватил волну его мыслей: - Счастливые девяностые? - Счастливые девяностые, - на выдохе подтвердил Грейс, в конце концов отпивая из пластикового стаканчика, - в какой-то момент из нашей комнаты начали пропадать кассеты и вся квартира забивалась старыми поломанными скейтбордами.  - Естественно он был из скейтеров, - что ж, по крайней мере теперь Райдер удостоверился, что таким же невыносимым он был с самого детства. Вспоминая собственный подростковый бум, Том примерно понимал, что даже способ его самовыражения был предопределен его статусом, потому что учась в элитной школе, общаясь с такими же бездарями, у каждого из которых по четыре золотых ложки во рту, у него не было шанса свернуть с пути самодовольного Richie с дизайнерскими шмотками и презрением ко всем, кто был ступенью ниже. Особенно к скейтерам, боже, аж дрожь берет, - не говори, что ты был таким же. - Меня это обошло, - он посмеивается, глядя куда-то перед собой, и его пальцы беспокойно начинают тарабанить по стаканчику, - вообще-то, меня много чего обошло, не то чтобы у меня получалось пристроиться к кому-то, но я же, знаешь, смотрел на Кольта и тоже хотел похожего опыта. В смысле, все же подростки хотят, - он бросает короткий взгляд на Райдера, почти в желании удостовериться, что он слушает, как будто мужчина вообще может нормально функционировать под гипнозом этого мягкого мурлыкающего голоса, -  но все зашло как-то слишком далеко, и я словил себя уже в старых Кольтовских вансах, тренерской куртке и с крестом на руке, - он чуть поднимает руку, занятую напитком, и указательным пальцем другой руки вычерчивает крест на тыльной стороне ладони.  - Святой Райланд Грейс отдал свои лучшие годы хардкор-панку? Среди нас двоих ближе всего к кровавым рейвам оказался далеко не я, - рано или поздно Райдер все равно бы это узнал, и по Грейс заметно, что он уже жалеет о сказанном, поэтому пытается выкрутиться: - Не смотри так на меня, у меня больше не было вариантов! - Он вскидывает свободную руку, как будто активным жестикулированием придаст своим словам больший вес, - я не хотел отставать от Кольта, представь каким крутым он выглядел на моем фоне в то время? У меня тоже были зачатки гордости. - Ты завидовал, что все девчонки крутятся вокруг крутого брата-скейтера, поэтому решил удариться в стрейтэдж? - ироничным тоном уточняет Том, давая понять, что не сильно верит в эту версию, на что получает тяжелый и усталый вздох. - Это было единственным вариантом, где мне не нужно было или вливать в себя алкоголь, или, не знаю, бегать по заброшенным больницам, или выполнять пируэты в воздухе... - под скептическим взглядом Райдера он тихо продолжает, - или, возможно, там я наконец узнал, почему я никогда не завидовал Кольту, когда вокруг него крутились девчонки. Ну конечно, первая запретная любовь в сеттинге подростковых восьмидесятых. Райдер спешит закрыть свернувшую в неправильное русло тему, одергивая себя от колючего ощущения где-то под ребрами. - Вау, уверен Сиверс был в восторге. Кстати, - он кладет руку между ним и Райландом на раздвижной стол, пару раз приветственно хлопая по нему ладонью, и склоняет голову в сторону мужчины, сохраняя настолько ровный и будничный голос, насколько могла позволить его выдержка, - как думаешь, он сильно удивится, если я разложу тебя прямо на этом столе? Сначала кажется, словно Грейс пропустил фразу мимо себя, и только через пару мгновений, когда он слегка опускает голову, кажется, переставая бороться с собой, кончили его ушей предательски розоверют. - Это... определенно удивит не только Кольта. Я бы, знаешь, предложил не делать ничего поспешного, тебе же еще с ними работать, - тихо убеждает он, кратко оглядывается по сторонам, проверяя, чтобы никто не мог подслушать их разговор, после чего начинает усердно разглядывать подмятую траву под своими ногами, словно без его внимания она то ли завянет, то ли убежит. - Да брось, - он склоняется в сторону Райланда, ставя нетронутый стаканчик в самый дальний угол, и даже под таким простым движением Райдер видит, как все тело мужчины напрягается, почти как в боевой готовности, - они все обзавидуются, если меня поцелует такой красивый мужчина. Райланд качает головой, так сильно стараясь перебороть себя, что Райдер невольно улыбается, принимая прежнее положение с прежней невозмутимостью. Грейс одним глотком осушает свой стакан - черт, у него точно было много практики в колледже - и поворачивается к столику, опираясь на его край так, словно иначе вполне вероятно потеряет равновесие и упадет на траву. Которая, кстати, все еще никуда не убежала. - Боже, я сильно красный? - тихо смеется он, стараясь незаметно потрогать порозовевшие щеки, - надеюсь, никто не смотрит. - Как по мне, недостаточно, - внезапно для самого себя, голос Райдера становится мягче, и он, тушуясь, торопится перевести тему, - с каких пор ты вообще стал фанатом таких сборищ? Удивлен, что ты решил прийти. Райланд поправляет очки, формируя ответ, и усердно смахивает невидимые крошки со столика, имитируя бурную деятельность. - Кольт тоже удивился. Просто... - он берет один из стаканов в руки, вглядываясь и слегка прокручивая его, словно там написаны все ответы, которые он ищет, - просто подумал, что нужно узнать чуть больше про всю эту, - он едва заметно обрисовывает в воздухе круг, - сферу. Все таки два важных мне человека в ней крутятся. Что ж, теперь пришло время Райдера тушеваться. Он отворачивает голову от Райланда и скрывает лицо за стаканом дешевого шампанского, но вездесущий запах едкого спирта приводит его в чувства достаточно быстро. - Как романтично, я почти повелся. - Я знаю. Ты горишь, - он хихикает над импульсивной попыткой Тома коснуться своего лица, на что получает недовольный взгляд застигнутого врасплох человека. - Я шучу, ты выглядишь хорошо. То есть, в смысле, ты не красный, но и выглядишь тоже хорошо, я не отрицаю, в плане... Господи, - он пристыженно жмурится, путаясь в собственном языке. Райдер мог бы списать это на смущение, но в голове оставалось стойкое ощущение, что это его обычная манера речи. Если Грейс хочет играть, Райдер будет играть по крупному. - Ты слишком напряжен. Я могу помочь тебе расслабиться, - он отставляет, наконец, свой побитый жизнью стаканчик, и делает шаг к Райланду, кладя ладонь ему на плечо и слегка сжимая его. Со стороны в таком дружеском жесте легко можно спрятать, как Том тянется к уху мужчины, продолжая нарочито тихим голосом, - жду тебя в трейлере. Он не видит реакции Грейс, когда неспешным шагом направляется в сторону своего перевозного дома, но почти может представить, и это доставляет ему гораздо большее удовольствие.  В трейлере тихо. Тягучий аромат киви и розового перца мягко обрамляет просторную комнатку, а на одном из вколоченных в стену тумбочек уже подготовлены два бокала с темной янтарной жидкостью, один из который отпит уже почти наполовину. Ему просто скучно ждать, вот и все, и он совсем не плавится в томящем предвкушении, пока ожидает мужчину в своей обители, и он совсем не подскакивает со своего кожаного диванчика, того самого, что у окна, когда слышит едва ощутимый звук приближающихся шагов спустя невозможно долгие пятнадцать минут. Когда фигура Грейс осторожно, почти крадучись появляется на пороге, рука Райдера тут же в нетерпении цепляет его за талию и втягивает глубже в трейлер, свободной рукой захлопывая входную дверь. Мужчина впечатывает Райланда в противоположную от входа стену, не имея больше ни капли желания сдерживаться, и впивается ему в губы жадным поцелуем, обхватывая второй рукой его затылок и прижимая еще ближе к себе. Грейс нужно пару мгновений, чтобы осознать, в каком положении он находится, прежде чем с той же отдачей ответить на поцелуй, обхватывая лицо Райдера руками. Мало, мало, мало, стучит в голове Тома, и его движения совсем теряют свою четкость. Он лихорадочно, словно мужчина прямо сейчас испарится из его объятий, оттягивает смятый край чужой рубашки, запуская руки под мягкую ткань, и Райланд тихо стонет в поцелуй, на секунду прикрывая глаза. Хорошо, это хорошо, Том не может сформировать ни единой четкой мысли, особенно когда Грейс мягко обхватывает его талию двумя руками и меняет их положения, теперь уже вжимая Райдера в стенку трейлера. Он давит с идеальной силой, от которой у Райдера начинает кружиться голова, и для удобства ставит колено между бедер мужчины, требовательно оглаживая одно из них. Кажется, думает Том, это будет его концом, потому что он не может держаться стойко, когда Райланд, в контраст быстрым поцелуям мучительно медленно, пуговица за пуговицей, расстегивает его полицейскую рубашку, и не может не расплавиться окончательно, когда губы Грейс смыкаются на покрасневшей - кто теперь смущен, Райдер? - мочке его уха, проходясь языком по золотой серьге, и спускаются ниже смазанными поцелуями. Руки Райдера отчаянно пытаются успевать за этим диким темпом, но все что он может сделать, чтобы не опозориться окончательно, это прижаться затылком к холодной стене, блаженно прикрыть глаза и покорно подставить оголенную шею на растерзание Грейс. Растерзания, кстати, так и не происходит, мужчина ощущает неприятный холод там, где недавно были чужие губы, и недовольно разлепляет глаза.  - Наелся? - с ухмылкой бросает Том, пытаясь отдышаться и наблюдая, как Райланд отплевывается от остатков грима, слизанных с его шеи. Он не глядя тянется в сторону гримировочного стола, цепляет бутылку с водой между пальцев и протягивает ее мужчине. Единственный плюс этих отвратительно узких трейлеров - все всегда под рукой. - Очень вкусно, - хриплым голосом отвечает Райланд, вытирая красный след от бутафорской крови тыльной стороной ладони. В его голову внезапно стреляет какое-то осознание, и Том может предположить какое, когда мужчина беспокойно оглядывается в сторону входной двери. - Эй, - Райдер берет Грейс за подбородок, разворачивая его обратно к себе, и кладет вторую руку на его бедро, мягко подталкивая в сторону дивана, - я отдал пятьдесят штук на звукоизоляцию именно на тот случай, если ты захочешь сорвать свое горло, так что даже не думай о том, о чем сейчас подумал. - И много кто срывал здесь свое горло? - в помутневших глазах пляшут озорные огоньки, и Райдеру приходится толкнуть мужчину на мягкие декоративные подушки, чтобы не раствориться в этом полном вожделения взгляде. Он следует за Райландом, вклинивая колено между его ног, слегка раздвигая их в стороны, дрожащие от нетерпения пальцы в момент расправляются с пуговицами потрепанной рубашки, оголяя тяжело вздымающуюся грудь. Он тянет время, пытаясь придумать остроумный ответ, вот только в пустой голове все еще не образовывается ничего, кроме стремительно разрастающегося желания, и вид плотно сложенного тела перед ним вот совсем не помогает ситуации. - Тебе лучше заткнуться и снять свои штаны, потому что если ты не позволишь мне отсосать тебе я блять взорвусь в ближайшие пять минут. - Мы... определенно не можем этого допустить, - в голосе Грейс появляется особо глубокая хрипотца, когда он пытается подавить тихий стон от нарастающего коленом давления на его пах. - Класс, уже люблю этот разговор, - вскользь бросает Райдер, не желая больше тратить ни секунды на любого рода разговоры. Он падает на колени перед Райландом, опираясь на широко расставленные бедра мужчины, и, поймав его томный взгляд, хватает зубами - эй, не зря же в колледже научился, а? - выступающий бугорок ленты ремня, высвобождая его из под железной пряжки и с силой натягивая его в сторону. Показуха никогда не сможет ему надоесть, особенно когда на Райдера направлен настолько опьяненный взгляд, полный самых низменных желаний. Том убеждается, что готов удовлетворить каждое из них. Он помогает себе руками - не так много он в колледже и выучил, ладно - в нетерпении опуская язычок ширинки. Возбуждение Грейс, как ни странно, видно невооруженным взглядом, Том не может отказать себе в удовольствии максимально порнографично провести шершавым языком по всей длине прямо через тонкую ткань боксеров. Он получает то, чего добивался - Райланд то ли от переизбытка ощущений, то ли от нетерпения измученно стонет и неосознанно зарывается в непослушные кудри мужчины, сжимая их в кулак и вжимая лицо Райдера ближе в горячей плоти. - Прости, - шепчет мужчина на выдохе, тут же ослабляя хватку, и у Тома отлично получается делать вид, словно от одного только этого движения его член только что не встал как каменный.  - Не так много в тебе выдержки для учителя, - ехидно подмечает Том, стягивая боксеры ниже на бедра и пару раз на пробу проведя вверх и вниз по всей длине возбужденного члена. - Меньше слов, больше... - учительский тон Райланд вполне вероятно выдавливает из последний сил, прежде чем фраза утонет в протяжном хриплом стоне, когда Райдер обхватывает губами влажную головку, проводя языком по уздечке и собирая выделившуюся влагу. Колени Грейс съезжаются друг к другу, плотнее фиксируя Тома на своем месте, и он нетерпеливо начинает двигаться, с каждым толчком пробуя вобрать все больше и больше длины в рот. Райланд стискивает зубы, словно это может спасти его от безудержного чередования шипений, стонов, неразборчивого ропота и вожделенного "Райдер", "Том", "Иисус", "Боже мой" друг за другом. Райдер расслабляет горло сильнее, намереваясь толкнуться по взрослому и до самого основания, но может только раздраженно промычать, когда рука, покоящаяся на его макушке, мягко но надежно удерживает его за волосы. - Тише, тише, - Райланд тепло улыбается, разглядывая острый взгляд Райдера, и плавно надавливает на его макушку, заставляя опуститься ниже в новом темпе. Вероятно, он и сам мог предположить, что могло крутиться на языке у заведенного во всех смыслах Тома, поэтому решил не испытывать судьбу, - не торопись, тише... В невозможности высказаться, Тому приходиться сдаться и подчиниться более медленному и размеренному темпу. Он из вредности сжимает внутреннюю сторону бедра мужчины, однако тот, кажется, едва может это заметить, прикрывая глаза от неподдельного восторга и прикусывая тыльную сторону своей ладони. Ладно, вероятно он согласен на такие условия. В тишине роскошного трейлера раздаются только неразборчивые бормотания и грязные хлюпающие шлепки. Райдер втягивает щеки, чем заслуживает непреднамеренно громкие стоны, и глубоко вдыхает через нос, опускаясь на полную длину. В нос бьет стойкий телесный запах, лицо царапают жесткие волоски, и Том прикрывает глаза, растворяясь в такой концентрации ощущений. Колени начинают покалывать от неудобной позиции, но он лучше сдохнет к чертям, чем двинется хоть на сантиметр. Райланд беспокойно мечется, не зная, куда себя деть, и, господи боже, если этот мужчина еще пару раз произнесет его имя таким нуждающимся, дрожащим низким голосом он определенно кончит прямо в свои узкие сценические брюки и уже никогда не отмоется от такого позора. Но пока он держится. Старается, по крайней мере. Старается, когда дрожащие пальцы оглаживают его плечи, старается, когда горячий шепот бесконечно повторяет "я близко, я так близко, Том, прошу", старается изо всех сил, когда при особенно глубоком толчке Райланд с тихим рычанием кончает, сгибаясь над Райдером. Теплая жидкость течет по его горлу, он делает два смелых глотка, и наконец высвобождается из удерживающих объятий.  - Господи. - Ты большой фанат этого парня, - ответить удается не сразу, колючий ком застревает в горле, потому Райдер морщится и тянется к отпитой бутылке с водой, которую Райланд очень удобно оставил около себя на диване. Мужчина пытается подняться, и колени предательски сводит тупой болью, отчего он едва не падает на пол. Кажется, столько прыгает перед камерой, а тело все равно равно или поздно начнет подводить. Вода приятно увлажняет горло, и разум наконец проясняется. - Тебе не говорили что смотреть на чужие промежности является харрасментом? Он ловит затуманенный взгляд Грейс на своем достаточно бодром стояке, и отворачивается в другую сторону, отставляя бутылку. После дня съемок он почти физически ощущает всю грязь и запах, облепившие его кожу, и он справедливо предполагает, что это будет не самым лучшим первым впечатлением от его члена. Что, кстати, никак не останавливает Райланда: раздается тихий шорох ткани, и уже через мгновение мужчина оказывается совсем близко к Райдеру, мягко подталкивая его за плечи к стене. - Я не люблю быть в долгу. - И твоим решением стало домогаться до меня? - голос предательски дрожит, когда Грейс надавливает на пах мужчины через сценические брюки, он втягивает воздух через стиснутые зубы и запрокидывает голову к стене, - Ладно, возможно это работает. - Отлично, - кратко резюмирует Райланд, с гораздо большей инициативностью расстегивая пуговицы брюк и массируя возбужденный член. Том мало что может, потому что он кажется сейчас всего-то сойдет к ебучей матери с ума от внимательного взгляда Грейс, следящего за каждой его реакцией после каждого нового движения. Ноги начинает подкашивать, когда мужчина надавливает на головку большим пальцем, и Райдеру ничего не остается, кроме как схватиться за плечи мужчины в последней попытке удержаться на месте. Какой позор, Райланд же даже не начал нормально двигаться. А нет, вот сейчас начал. Вот теперь точно позор.  Райдер не помнил, когда в последний раз получал такие ощущения от простой дрочки, неужели именно большая сила любви заставляет его сейчас изо всех сил кусать губы и сжимать челюсти, лишь бы не начать скулить, как сопливая девственница в свой первый раз? Он опускает голову на плечо Райланда, чтобы спрятать хоть где-нибудь тот спектр эмоций, который он может непреднамеренно выдать, растворившись в ощущениях мягких поглаживаний, смазанных поцелуев и идеального темпа, черт, как Грейс вообще это делает, сколько членов он передрочил чтобы настолько хорошо понимать идеальный ритм? Поэтому он его останавливал, чтобы Том не торопился? Да если он попросил Райдер будет хоть сутки сидеть с членом в глотке без единого движения, только бы мужчина еще хоть раз к нему прикоснулся так хорошо. Райдер сильный, конечно сильный, он старается держаться, когда мужчина оглаживает линию его челюсти ладонью, старается, когда его лицо мягко приподнимают, чтобы он мог встретить улыбающиеся глаза Грейс. Он старается, старается изо всех сил, но когда Райланд шепчет ему в губы: - Ты такой красивый. Он больше не может выдержать, с хриплым стоном кончая в руку Грейс и сильнее стискивая плечи белого кардигана.  Позор, позор, позор, Райдер может представить, как жалко он выглядел, когда смотрел на Райланда секунду назад, позор, позор, он же поэтому был таким веселым, правда? Позорище, тебя один раз тронули, а ты уже ластишься, как дворовая псина, позорище, позор... Райланд цепляет несколько салфеток с гримерного стола, и начисто вытирает руки от липкой жидкости. Райдер молча наблюдает за мужчиной, словно, если он прямо сейчас заткнется, то Райланд забудет все, что только что увидел перед собой. Однако Грейс, даже если и заметил его слабость, очень уверенно не подал виду, падая обратно на широкий диван и пару раз хлопая на место рядом с собой. Улыбается, зараза. Что Райдеру остается? Он делает два широких шага, и через мгновение его голова оказывается на бедрах Райланда, когда он растягивается вдоль дивана и закидывает ноги на дальний от себя подлокотник. Помещение погружается в приятную тишину. Ладонь Райланда уже привычно зарывается в непослушные кудри Тома, задумчиво оглаживая кожу и пропуская пряди сквозь пальцы. Райдер не знает, хочет ли узнавать, о чем он мог сейчас задуматься. - Ты можешь остаться здесь, - Райланд вопросительно смотрит на него сверху, и Том спешит себя поправить, - на ночь. Чтобы не сбегать, как крыса. На кровать я потратил еще больше, чем на стены, - он доволен, насколько равнодушным голосом получилось это сказать. Кажется, он все еще не бесполезен. - Может сработать. Правда, Кольт меня обыщется, - он оглядывает небольшую комнатку, словно увидел ее в первый раз, - нужно набрать ему, а то... - Почему ты думаешь что скрываться это хорошая идея? - слова вылетел из его рта быстрее, чем он успел их осмыслить, - ты отбираешь у меня возможность посмеяться над Сиверсом, насколько еще жестоким ты можешь быть? - Я... я не скрываюсь, с чего ты... - он хмурится и тяжело вздыхает, - возможно.... я боюсь его реакции. - Что, прости? - от искреннего недоумения Райдер поднимает себя на локтях, чтобы лучше разглядеть лицо Грейс в надежде найти признаки иронии. Что ж, не находит, кисло.  - Не смотри на меня так, ты знаешь о чем я, - тише обычного тараторит Райланд, - первое, что он скажет, будет 'из всех людей - мужчина, из всех мужчин - этот придурок' Учитывая, что они с Сиверсом, кстати, близнецы, у него отлично получается пародировать его голос. - Как... оригинально - Он говорит это с самой школы. Примерно с того же времени пытается убедить меня, что у меня ужасный вкус. Это не страшно, я не боюсь, это просто... предсказуемо, и немного надоедливо. Никто не может быть идеальным. Глядя на задумчивое лицо Грейс, Райдер понимает, что и в нем тоже не может быть недостатков, как бы он того не желал. Например его семья, и к сожалению самая ближайшая. Насколько много Сиверса должно стать в его жизни, прежде чем он слетит с катушек? - Вы всю жизнь ходили под ручку и он до сих пор не может нормально отреагировать на твою личную жизнь? - В идеальном мире мой идеальный брат с честью принимает мои идеальные отношения с его нелюбимым коллегой и смиряется с твоим присутствием на каждом семейном празднике, подает тебе солонку на праздничном столе и присылает открытки на рождество, но я не совсем уверен что мы живем именно в таком идеальном мире, какой бы мне хотелось представлять. Райдер на секунду задумывается, отбрасывая варианты ответа один за одним. - То есть сейчас моя очередь играть идеального бойфренда и сказать, что все будет хорошо? - Я просто... я хочу сделать все правильно. В правильной обстановке, чтобы минимизировать ущерб. - Господи, - Райдер устало рычит куда-то в сторону, - ты относишься к этому так, словно он должен узнать что тебе остался месяц жизни. Я могу сказать это за тебя, ты будешь доволен? - Нет, - выпаливает он резко, даже не задумываясь, - нет, даже не думай об этом. В лучшем случае, и это в лучшем, вы используете это как повод чтобы подраться. - И где ты видишь минусы? - протягивает Том, вскидывая руки в непонимании. Неужели они должны настолько много времени уделять абсолютно необязательному третьему лицу? - У тебя вся семья так любит паниковать на пустом месте? - Не считая Кольта, мама в свое время отреагировала достаточно спокойно, - он закидывает голову на спинку дивана, выцепливая из памяти смазанные картинки прошлого. - Как мило. Даже не плакалась, как сильно хочет внуков? Грейс требуется некоторое время, пока он блуждает в своих мыслях. Райдер почти решается закрыть тему, когда мужчина все таки продолжает: - Первые пару месяцев. Потом... потом просто перестала спрашивать. Наверное, это был лучший исход. - Все лучше, чем сын-скейтер, - едко подмечает Том, как можно быстрее переводя тему, пока такой же вопрос не задали уже ему. Что он скажет? Что мать так и не узнала, а отец так и не узнает? Скукотища, никакой драмы, - ну что, второй раунд? Райланд усмехается - Том, вообще-то, не шутил, но возразить уже не успевает - и слегка приподнимается над диваном, чтобы вытащить из кармана брюк телефон.  - Легок на помине, - Грейс переворачивает экран в сторону Райдера, чтобы показать два пропущенных от Сиверса, и Том, разморенный приятным времяпровождением в приятной компании, может только лениво закатить глаза, - дай мне минуту. Райдер устало закрывает глаза и начинает мерно мотать головой от скуки, когда Грейс перенабирает номер. В тишине комнаты он отчетливо слышит телефонные гудки, прежде чем шипящий голос на том конце провода взревет: "Ты жив вообще? Где тебя носит?" - Все нормально, я отошел... "Тащись сюда, режиссер собирает всех для... я не знаю, эй, а что мы вообще..." - следующие слова Кольт кричит кому-то вдалеке, отрывая телефон дальше от себя, так что разобрать его выкрики практически невозможно.  Райдер не глядя мотает рукой в жесте "просто забей", примерно понимая, что ничего дельного изрядно пьяный режиссер сегодня уже не выдаст. - Кольт? "В общем, я не знаю что здесь будет, ты вообще где?" - Я... сейчас занят, Кольт. "Где ты стоишь, я не вижу тебя. Мы можем встретиться около фудтраков, тут не так много..." - Кольт, - ему еще не надоело выживать из себя этот учительский голос? Том справедливо опасается, что совсем скоро его это начнет возбуждать, - я не приду. "Что ты вообще делаешь?" Он взвешивает что-то в своей голове, после чего долго вглядывается в Тома, когда наконец произносит: - Я не один. Сиверсу, кажется, тоже нужна секунда на размышления. "Чег... что? Когда ты успел?" Действительно, когда он вообще успел, ну настоящий казанова, ничего не скажешь. - Я не могу сейчас... "Как это вообще случилось? Кто она?" - интересно, ему жизненно необходимо постоянно балаболить? - Это... Это коллега. Я расскажу позже, ладно?  А ведь и не поспоришь, он же не уточнял, чей именно коллега. "Жду самые сочные подробности" - Да, да, я помню. Райланд сбрасывает звонок и глубоко вздыхает, побежденно смотря на Райдера, и тот может только усмехнуться. - Какие мы стали смелые. Обязательно расскажешь потом, как глупо он будет выглядеть, когда узнает. - Не расскажу, - он выдерживает паузу, чтобы до Райдера точно дошло, - ты сам все увидишь. Ему нужны добрые пару секунд для осознания. - Нет. - Ты будешь со мной. - Нет. - Райдер, это важно для... - Нет. - Вы оба должны быть в моем поле зрения, это мое условие. - Нам что, пятнадцать? - он неосознанно повышает голос от искреннего недоумения. - Ты думаешь мы разнесем площадку пока будем это обсуждать? - Пожалуйста, Райдер, это важно для меня. - Дай мужчине один раз подержать твой член, и он начинает думать, что может тобой манипулировать. - А я могу? - черт, почему он смотрит своим этим противным проницательным взглядом? Райдер ощущает себя полностью обнаженным, не только телом, но и теми остатками души, которые могут валяться где-то глубоко в закромах его существа. Конечно ты, блять, можешь. Райдер ничего не отвечает, уводя взгляд куда-то в сторону, и Грейс, кажется, удовлетворен таким ответом. Умный, черт бы его побрал, надо же было наткнуться на такого. Тишина не давит, она мягко обволакивает мужчин, когда каждый из них погружается в собственные мысли.  Хотя, возможно, у Райдера остается последний вопрос. - А мы прям обязаны ходить на каждый семейный праздник? - Господи, я надеюсь нет  -------------------------------------------------------------------------------------------------------------- Вечереет на удивление долго, июльское солнце неприятно бьет по глазам, на секунду ослепляя неосторожного наблюдателя. Съемочная площадка в самом разгаре работ, вокруг бегают люди, со временем совсем перестав обращать на него, Райланда, какое либо внимание. Он не хочет думать, что стал появляться здесь настолько часто. Они суетятся над съемочным оборудованием, переставляют камеры под нужный ракурс и бесконечно гоняют актеров в забавных костюмах туда сюда по кадру, бесконечно прогоняя один и тот же момент, доводя все до идеала. Правда, это перестает быть настолько забавным, когда около Райланда стоит точно такой же костюм, в дополнение к которому идет недовольное лицо и жалобное нытье: - Ты же знаешь что можешь просто поцеловать меня прямо сейчас и у всех отпадут любые вопросы? - Мы не будем прилюдно целоваться. - Вот и прошла любовь, - он произносит это настолько печальным голосом, что Райланд неосознанно поворачивается взглянуть на мужчину. Благо, ничего, кроме снисходительной улыбки, черт, какой же он красивый, не находит.  Грейс оглядывает съемочную площадку, включая и выключая экран телефона то ли из-за нервов, то ли чтобы проверить наличие новый сообщений, и желательно от Кольта. Где же его носит? Когда он нужен больше всего, то так и норовит испариться. - Ты хорошо вписываешься сюда, - Райдер оценивающе окидывает мужчину взглядом, хитро улыбаясь, - такой же нервный.  - В таком случае я рад, что среди нас двоих хотя бы ты не переживаешь. - О, я просто в восторге. Твой план в том, чтобы мы, как собаки, принюхались друг к другу под чутким наблюдением хозяина? Райланд не ожидал сравнений... подобного рода, но не мог отрицать, что, вообще-то, оно достаточно точное. - Ты можешь это... назвать и так, да. - Класс, всегда любил пет-плей. План был до ужаса прост: они встретятся, они поругаются, поострят, и, Райланд очень надеется, успокоятся. Он даже не уверен, стоит ли вообще иметь голос в этом разговоре, потому что, во первых, у него вряд ли будет возможность высказаться, а во вторых встревать между двумя движущемися фурами очень не хотелось. И да, да, возможно они оба пугали Райланда, но страх этот конкретно сейчас был вполне обоснован, учитывая, что должно произойти нечто... большое. В конце концов, это же должно было случиться, правда? Как бы Грейс ни хотел продолжить жить в своем маленьком и уютном мире без семейной драмы и конфликтов, он самостоятельно выбрал идти по этому пути, и теперь, как ответственный взрослый, он был обязан встретить последствия. В конце концов, это же просто его ожидания, да? Здесь соберутся близкие ему люди, которые трезво оценят ситуацию и разрешат конфликт как взрослые, так ведь? Так ведь, правда? Он мог говорить себе, и активно это делал, что совсем ничего эта встреча для него не значит, и что это обычная формальность, чтобы ему стало легче, но он боится. Он так боится, что вновь станет камнем преткновения в собственной семье, что просто не может трезво соображать, и закручивающиеся в тугой узел мысли постепенно сводили его с ума. Пора уже с этим кончать. Откуда-то сзади раздается шаркающий топот, и уже через пару мгновений перед Райландом образовывается мокрый и пытающийся отдышаться Сиверс, глотающий воздух через каждое слово. - Скучаешь? У меня есть около пятнадцати минут, я весь внимание, - он, кажется, только сейчас обращает внимание на Райдера чуть дальше от него. Внезапно он перестает так тяжело дышать и выпрямляется, подозрительно вглядываясь в Тома, - а ты что здесь забыл? У нас семейное собрание. - Кольт... насчет этого. Сиверс в непонимании смотрит на Райлада, его скулы становятся острее, когда до него доходит, что что бы не происходило сейчас между ними троими, это происходит... собственно, между ними троими, и почему во всем этом в теории может быть замешан Райдер, он совсем не может понять. Грейс отчаянно пытается подобрать слова, но Том, кажется, устав ждать, приходит на помощь: - Мы трахаемся. ... В своем стиле, безусловно, и то, как сейчас меняется лицо Кольта, а именно абсолютно никак, пугает Райланда еще больше. - Уморительно. Кольт даже не удостаивает вниманием Тома, продолжая испытующе смотреть на Грейс. Райдер раздражен, Райланд это знает. У Райдера на языке точно крутится какой-нибудь язвительный ответ, Райланд готов смириться, что это с самого начал было плохой идеей. Однако Том останавливает себя, бросая один мимолетный взгляд на Грейс, и, кажется, раздумывает над чем-то. Он выглядит сердитым, почти злым, но в конце концов не решается съехать с темы. - Ты хочешь, чтобы я подрочил ему на твоих глазах для убедительности? Взгляд Сиверса теряет прежнюю уверенность, и он в последней надежде устремляет взгляд к брату, пытаясь найти хоть какие-то признаки того, что это все глупая, неуместная шутка. Не находит, Райланд напряженно тупит взгляд, терпеливо выжидая, когда неизбежный поток осознания рухнет на Кольта. К его чести, это происходит достаточно быстро. - Господи. - Я хотел познакомить тебя... с коллегой, - осторожно добавляет Райланд, словно общается к маленьким ребенком. Райдер вытягивает лицо в фальшивом удивлении, поочередно указывая пальцем то на Грейс, то на Сиверса. - Смотри-ка, вы уже знакомы. - Как ты... когда ты вообще... - Кольт игнорирует Райдера и пытается подобрать слова, отчаянно, изо всех сил старается держать лицо, но в конце концов взрывается, обвинительно тыкая в сторону Райдера, - вот с кем ты вечно общаешься по телефону с этой своей тупой улыбочкой! - Ты следил за мной? Если хотел попытать удачу то уже поздно, я занят. У Кольта получается выдать эмоцию настолько искреннего и неподдельного отвращения, что Райланд начинает сомневаться в лимитах человеческих эмоций. Сиверс вжимает ладони в лицо, и, этим они с Райландом очень похожи, пытается вдавить свои глаза подальше в череп. - Могу поспорить, это временное недоразумение. Ты вообще... господи, - он словно смакует слова прежде, чем они будут озвучены, и из его уст они действительно звучат несколько непривычно, - ты вообще его любишь? Не совсем понятно, к кому конкретно обращается Сиверс, и этого мгновения хватает, чтобы Райланд словил на себе серьезный задумчивый взгляд Тома, прежде чем он ответит первым: - Конечно нет, я собираюсь бросить его с двумя детьми и долгом по кредиту, - он говорит это серьезнее обычного, и Грейс чувствует, что он хотел сказать что-то другое. Что-то, что Райдер не осмелится озвучить при посторонних, и уж тем более при Сиверсе. - Я не тебя спрашиваю, Райдер, - устало тянет Кольт, зарываясь рукой в залаченные для съемок волосы, - замолчи хоть на секунду. Он в надежде смотрит на Райланда, но тому остается только добавить: - Ну... я не могу так жестоко поступить, так что... могу бросить на ранней беременности. - Договор. - такая извращенная поддержка от Райдера была почти спасительной, потому что, по объективным ощущениям Грейс, он начинает постепенно сходить с ума. Сиверс устало всплескивает руками, нервно оглядываясь по сторонам и пару раз оценивающе проходится по фигуре Райдера. Он хочет сказать, Райланд отлично знает когда Кольт хочет что-то сказать, но отчаянно сдерживается. Кажется, это становится очевидным не только для Грейс, потому что Райдер задумывается о чем-то на мгновение, прежде чем отрезать: - Как хорошо, что у меня заканчивается перерыв, потому что я не хочу тратить больше не секунды на этот цирк. - У тебя еще добрые полчаса в кармане, - Кольт, вроде, пытается его уязвить, но делает это настолько вяло, словно и сам хочет, чтобы Райдер поскорее убрался с поля зрения. - Что ж, я решил, что хочу поработать, - Том кратко хлопает Райланда по плечу в ободрительном жесте, отчего на душе по странному становится легче, и шествует в сторону съемочных шатров, оставляя братьев наедине. С его стороны это выглядит почти милосердно. Кольт не заставляет себя долго ждать. - У тебя отвратительный вкус. - Ты говорил, да. - Из всех людей... - Это ты тоже говорил, да. - Как это вышло? - Кольт понижает голос, но в нем чувствуется налет спадающей паники, - как тебя вообще угораздило? Если ты чувствуешь себя одиноко я могу предложить варианты, тебя нужно обнять? У меня есть друг из массовки, если тебя заводит... - Пожалуйста, не продолжай. - У меня есть много вариантов, которые не предоставят тебе столько же проблем, сколько... - ему словно физически больно выговаривать имя Райдера, - может этот. Он же сумасшедший, Райланд. - Забавно, что я слышал тоже самое в твой адрес.  - О, значит теперь мы выбираем какого-то мужика вместо семьи, - он вытирает ладонью воображаемые слезы, выдавливая жалобный голос, - все вы одинаковые. - Даже не будешь предлагать деньги, чтобы я его бросил? - с усмешкой предлагает Райланд, заглядывая в глаза Сиверсу. - Клише, - он морщится, но зерно надежды уже поселилось в его голове, - а если предложу, ты бросишь? Грейс удостаивает брата взглядом, который тот правильно считывает как "даже не надейся". Кольт обреченно откидывает голову назад, словно где-то под облаками и палящим солнцем сможет найти ответ, что ему делать. Кажется, ничего не находит, поэтому устало продолжает: - В нашей семье ты всегда отвечал за плохие решения. - В таком случае, у меня хорошо получается, - Райланд не уверен, отшучивается ли он, потому что звучит его голос чересчур изнеженно. Кольт, кажется, считывает эту перемену, потому что перестает придумать новые альтернативы, и молча тупит взгляд куда-то перед собой, задумываясь о чем-то фундаментальном. Райланд не может назвать этот день серьезной проверкой семейных уз - при всем уважении, у них точно были дни тяжелее. Но сейчас, глядя, как Сиверс стоит совсем рядом, пинает мелкие камешки под ногами и прикусывает губы, Грейс ощущает, как что-то особенно важное в его мире переворачивается, если не делает полный кульбит вокруг своей оси. Надо же, вроде взрослый мужчина, а трясется над мнением брата, совсем как в школе. Наверное, что-то не поменяется никогда. - Ты счастлив? Райланд с облегчением выдыхает, даже не осознавая, что все это время, кажется, почти не дышал. Он мельком оглядывает свои руки, и замечает что, вопреки своим ожиданиям, они не трясутся. Приятно. Это приятное чувство, и Грейс не хочет его отпускать. - Абсолютно. Сиверс всегда знает ответ, но каждый раз хочет услышать его вслух, прежде чем начать утвердительно мотать головой, словно бы соглашаясь с чем-то в своих мыслях. - Тогда переживем. Это хорошо. Райланд улыбается Сиверсу, легко расплавляя плечи и хлопая его по спине в привычном жесте, отработанном за многие годы. Это хорошо, и Райланд не переживает, что дальше будет лучше. Время начинает лететь практически молниеносно. День сменяется ночью, ночь перетекает в утро, жаркий июль уничтожает на корню любые попытки выглядеть продуктивным человеком в глазах общественности. В конце концов, школьных занятий сейчас все равно нет, неужели он не может позволить себе немного отдохнуть?  В квартире стоит знойная жара, от которой Райланд, кажется, совсем скоро увидит бога, если не предпримет каких-нибудь мер. Каждое окно его больших апартаментов оказывается чуть ли не замурованным шторами, мокрыми полотенцами и тонкими хлопковыми тряпками, погружая в приятный полумрак комнату за комнатой. Кубики льда скользят по бледному паркету, и как бы Райланд не делал вид, что это его гениальная задумка по охлаждению квартиры, добрые десять минут он тратит на то, чтобы собрать рассыпанный лед по всей кухне.  Закончив, наконец, спасать свою квартиру от замедленного затопления, он валится на диванчик гостиной, устало роняя голову на подушки и вглядываясь в небольшие трещинки на потолке. И давно они там? По крайней мере, в дождь отсюда ничего не капает, а значит, еще некоторое время прослужит. Райланд не любит это говорить, но единственная мысль, дающая ему успокоение - "это проблемы будущего меня" - звучала в его голове перманентно. Он мог с этим справиться, в конце концов, если он дожил до своих лет, значит стратегия вполне себе работала.  Правда, со временем часть его проблем, без согласования с самим Райландом, легла на плечи Райдера, который справлялся с ними словно бы по щелчку пальца. Это было странно, необычно, и иногда сильно настораживало, однако до причины этого чувства докопаться никак не получалось. Единственное, что он знал наверняка, так это то что отрабатывать за всю помощь Райдера он будет с десяток лет подряд, либо пока Тому не надоест мучать его, и Райланд боится даже предполагать, как именно. Возможно, отвыкнув от отношений, Грейс совсем забыл, какого это - справляться с трудностями не в одиночку. Он методично перестраивал свое бытовое поведение, сам того не осознавая, оставлял на кухонном столе две кружки вместо одной, раскошеливался на дорогой кофе и бережно собирал все забытые случайно и оставленные намеренно вещи в отдельной полке, освободив место в шкафу. Это происходило само собой, без намеренного решения, и наградой за это служил задумчивый, осторожный взгляд Райдера, переосмысливающий что-то в своей голове каждый раз когда он видел, что в квартире Грейс для него теперь появилось вакантное место. Это было забавно, в какой-то степени трогательно, и отчасти неожиданно. Потому что, как оказалось, Райдер просто обожал неожиданности.  - Соскучился? - входная дверь со скрипом распахивается и так же быстро захлопывается, не давая раскаленному уличному воздуху пробраться в дом. Райдер расслабленно выдыхает, сбрасывая головной убор и солнцезащитные очки куда-то в сторону, и шествует в сторону развалившегося в гостиной Грейс, хитро улыбаясь. Врываться в чужие дома без приглашения и домогаться до жильцов, а точнее, одного конкретного жильца, стало его регулярным хобби. Не то, чтобы Райланд сильно протестовал. Мужчина предпринимает попытки подняться, чтобы по человечески поприветствовать Тома, но его толкают обратно на подушки, нависая сверху и втягивая в голодный поцелуй. Ладно, возможно такое приветствие ему тоже по душе, особенно когда длинные пальцы настойчиво оглаживают его шею, а густая борода царапает нежную кожу. Да, он точно соскучился. Райланд аккуратно выпутывается из прикосновений, заглядывая в голубые глаза, потемневшие от полумрака квартиры, и, наконец, шепчет: - И тебе привет, - он глупо улыбается, и совсем ничего не может с собой поделать, когда видит перед собой лицо Райдера, так же глупо улыбающегося ему в ответ.  Том неспеша поднимается, оставляя мужчину на своем месте, и оглядывает квартиру так, словно видел ее впервые. - Ну и дыра. Как ты вообще здесь живешь? - Что тебе не нравится? Это обычная... - Архитектурная трагедия, несколько поколений дизайнеров умылись бы слезами, - он продолжает свою тираду, совсем не обращая внимания на возражения. - Ты здесь не впервые, с каких пор у тебя появились вопросы? Райдер делает вид, что не замечает вопроса, и спешит добавить к своей очень важной рецензии дополняющие детали, обходя гостиную по периметру и вваливаясь на кухню. - Что у тебя с окнами? - Здесь просто жарко, Райдер, с ними все... -  Как ты людям в глаза смотришь без системы охлаждения? Райланд следует за Томом, который без особого страха стучит по поверхностям, проверяя на прочность, заглядывает в кухонные шкафчики, словно бы ищет, за что зацепиться, и абсолютно точно не хочет дать Райланду даже шанса высказаться. - Какое это вообще... - Представляешь себя потерянной в джунглях обезьянкой? В такой пещере другим и не займешься. - Это по твоей части, - настороженно парирует Грейс, понимая, что свое жилище ему уже не оправдать. Но с чего вообще это началось? - Я понимаю, что времена тяжелые, но мне было бы стыдно здесь жить - Райдер, в чем проблема? - он говорит это, отбросив наконец дружелюбный тон, и видит, как моментально меняется и сам Райдер. Райланд знает Тома достаточно хорошо, чтобы понять, что он никогда не грубит просто так. Райланд научился считывать тайный смысл в язвительных комментариях и колких шутках, хорошо понимая момент, когда Райдер пытается скрыть свою уязвимость. Это было по странному приятно - чем больше Том пытался закрыться, тем четче Грейс видел его обнаженную душу, спрятанную за фасадом пустых эмоций. Как и сейчас, глядя в его лицо, на губы, стиснутые в тонкую полоску, на отстукивающие какой-то свой ритм пальцы, на хмурый взгляд из под густых бровей, до Райланда постепенно начинало доходить, что простая тема с таким набором сейчас подниматься не будет. - В твоей хате, это же просто... - Ты хочешь съехаться? - Райланд идет ва-банк, доверяя своему чутью, и что-то внутри него взрывается праздным ликованием, когда ответом на вопрос становится напряженное молчание. Райдер может пытаться обмануть себя, говоря, что ему все равно, но Грейс слишком приноровился, чтобы повестись на это. - Это слово подразумевает, что мы будем жить вместе, - Райдер лениво поднимает руки, тут же продолжая, - что очень смело с твоей стороны, - он видит, как Райланд делает неспешные шаги в его сторону, и инстинктивно жмется плотнее к кухонному столу, спеша объясниться, - Я все равно буду в разъездах большую часть времени, для тебя это просто переезд в адекватную человеческую квартиру. Считай, ничего не поменяется, по крайней мере я буду знать, что тебя не снесет вместе с домом в один счастливый день, - он в пол силы бьет кулаком по стене, как бы демонстративно проверяя ее на прочность, - тем более... - он нарочно уводит взгляд, чтобы случайно не встретиться с глазами Грейс, но это становится тяжелее, когда Райланд приближается почти вплотную, кладя руки на кухонный стол по обе стороны от его тела, - у меня в простое целый ебаный штат кого ты только можешь себе представить. Пусть хоть раз поработают по человечески. - Ты хочешь, чтобы я переехал к тебе? - Я знаю, что ты делаешь, твои учительские штуки на мне не действуют, - он смотрит на Райланда в ответ, отчаянно душа в себе любые признаки неуверенности, но сам не замечает, как где-то в глубине его зрачков вырисовывается настолько отчаянно нуждающийся взгляд, что Грейс совсем теряет связь с реальностью. Благо, не проходит и десятка секунд, когда он сдается, - да, блять, да я хочу. И Райланд рад. В первую очередь потому, что если на него еще раз посмотрят такими глазами, спорить он точно уже не сможет. - Тогда мы можем что-нибудь придумать, - он улыбается, поощрительно оглаживая колючую щетину Райдера ладонью, и отлично делает вид, что его сердце прямо сейчас совсем не остановится от внезапного предложения Тома. Приятные мурашки пробежали по спине, когда Райдер жмется ближе к его ладони, но тут же одергивает себя, словно бы просыпается ото сна. - В следующий раз точно не подействует, понятно? - с наигранной серьезностью говорит Райдер, обвинительно тыкая пальцем в солнечное сплетение Грейс, и его взгляд быстро пробегается по всей фигуре мужчины, оценивающе проходясь по домашним плавательным шортам и темной хлопковой футболке, - и для кого ты носишь такие короткие шорты? - Сегодня очень жар... - он глотает реплику, задыхаясь от ощущений, когда Райдер нарочито медленно проводит ногтями по внутренней стороне его бедра, оставляя красные полосы. От неожиданности Райланду приходится сжать кухонный стол почти до побелевших костяшек, - боже мой. Райдер хитро ухмыляется, видимо, абсолютно довольный реакцией Райланда, потому выше по бедру ведет уже мягкими подушечками пальцев, заходя на опасную территорию и требовательно сжимая кожу. Райланду нужна всего секунда, всего пару мгновений отдышаться и сообразить, потому что с этим мужчиной сделать это удавалось далеко не всегда, но кажется Том отчаянно хочет отыграться, потому заводит вторую руку под футболку мужчины, оглаживая живот и проходясь пальцами по ребрам. Перед глазами все идет кругом, колени предательски дрожат, особенно когда Райдер впивается зубами в бледную шею, оставляя ощутимый укус чуть ниже мочки уха. Это отчасти приводит Райланда в себя. По крайней мере, теперь он может подхватить Райдера за запястья, мягко тормозя его натиск, и наконец выдохнуть. Торопится ведь специально, чтобы раззадорить, и улыбается сейчас так бесстыдно, словно именно этого и ждал. Грейс позволяет себе полюбоваться этой картиной еще некоторое время, прежде чем Райдер первый не бросит игры и не потянет мужчину в сторону спальни. Он чуть не наворачивается на скольком от воды полу, но вовремя находит равновесие, не смея терять ни секунды лишнего времени. Райланд покорно идет за ним, и каждый шаг до самой спальни раздается глухим стуком в висках. Райдер падает на кровать, тут же схватив мужчину за плечи и утягивая за собой. Он терзает губы Райланда, уже слегка припухшие от поцелуев, и невольно улыбается, когда пальцы Грейс скользят по его брюкам, ища пряжку ремня. Он в нетерпении расстегивает его, опуская язычок ширинки и слегка приспуская брюки на бедра Тома. Райдер не теряет времени, берясь за края футболки Райланда и стягивая ее через верх, и громко шипит, когда Райланд пробирается под боксеры мужчины и обхватывает возбужденный член, дразняще поглаживая чувствительную головку. В отместку Том скидывает с себя Грейс, меняя их местами и нависая над его телом. Он прижимает колено ближе к паху Райланда, и тот, засмотревшись на такой соблазнительный ракурс, не успевает сдержать тихий стон. Райдер, удовлетворенный шалостью, ведет языком влажную дорожку от ключиц до груди мужчины, обхватывая губами сосок, и Грейс скорее всего потерял бы равновесие, если бы прямо сейчас стоял на ногах. Он не представляет, кто и где в теории мог научить Райдера подобному, но нужно отдать ему должное за то, чтобы он испытывает прямо сейчас. Мужчине приходится сильно прикусить губу, лишь бы не издать чересчур громкий и непристойный стон. Его шорты исчезают так же быстро, как дорогая брендированная футболка Райдера. Мужчина кидает на него короткий взгляд, и Райланд хорошо его понимает, поднимаясь на локтях и вслепую копошась в прикроватной тумбочке. Райланд обзавелся этим набором - тюбиком смазки и упаковкой презервативов - сразу после того, как Райдер оседлал его, чтобы впервые поцеловать. Грейс, возможно, плохо понимал намеки, но в том что этот набор понадобится ему достаточно скоро он не сомневался. - Мы можем посадить цветочный сад, если ты из этих, - мечтательно предлагает Райдер, и сквозящая в его голосе ирония заставляет Грейс улыбнуться. - Из каких? - Райланд разрывает упаковку с презервативом, с интересом поглядывая на томящегося в ожидании Райдера. - Из примерных и дружелюбных домохозяинов, - Том надавливает пятерней на грудь мужчины, опуская его на спину, и седлает его талию так, что Райланд возбужденным членом чувствует, как нетерпеливо трется о него Райдер, - будешь поливать всякую зелень, говорить привет соседям... - У тебя есть соседи? - хриплым голосом уточняет Райланд, просовывая смоченные смазкой пальцы между их телами, надавливая на вход Райдера. Ему нужно мгновение, чтобы насадить себя, шикнув от неожиданности, и слегка подвигаться, прежде чем он продолжит: - Подселим, если сильно надо, - он глотает стон, когда Грейс добавляет третий палец и погружает их еще глубже, растягивая напряженные мышцы, - что там еще... готовить, стирать.... бляха... Слова становятся смазанными, почти неразличимыми, когда Райланд ускоряет движение, приподнимая себя над кроватью для поиска более удачного угла. Когда пальцы бьют по нужной точке, Том роняет голову на плечо Грейс, с силой прикусывая его, чтобы сдержать стон. - Стирка тоже на мне? - с усмешкой шепчет Райланд на ухо мужчине, не останавливая движения, и Том кусает мужчину еще сильнее, но уже, кажется, из вредности. Все тело Райдера дрожит от каждого нового толчка. Плечо, кстати, болит как проклятое, но Райланд никогда не позволит себе сдвинуться хоть на сантиметр. Руки Тома пытаются найти место, скользят по телу Грейс, словно бы он пытается за что-то ухватиться, но так ничего и не находит, хватаясь за все подряд. Грейс подхватывает Райдера за талию, снова меняясь местами для большего удобства, и приставляет наконец влажную головку к горячему входу. Райдер, теряя любые зачатки гордости, начинает откровенно скулить, чтобы мужчина наконец ускорился. - Терпение, Райдер, - сильные слова от человека, который сдерживается на самом пике своих возможностей. - Ты собираешь дрессировать меня?  - Заимствую методику обучения для средних классов, - вообще-то, он просто не хочет торопиться, потому что впереди еще полдня и целая ночь, но Том слишком забавно реагирует, чтобы говорить правду. - Не ты ли сейчас думаешь о детях, когда суешь член мне в очко, - Райдер с силой сминает покрывало под ним и откидывает голову назад, когда Грейс входит в него почти на треть, останавливаясь, чтобы проверить, все ли с ним в порядке, - всегда бы так. Грейс отсчитывает в голове от десяти, чтобы позорно не кончить прямо сейчас, потому что внутри Райдера он ощущает такое восхитительное давление, что в целом не уверен, могут ли такие ощущения быть в реальности. Он улыбается, кратко целуя открывшуюся шею, и двигается дальше, постепенно раскачиваясь вперед-назад под ужасно соблазнительные стоны. Он чувствует руки на своей шее, нежно поглаживающие, на спине, впивающиеся острыми ногтями, особенно когда Грейс входит до самого конца, продолжая размашисто двигаться внутри Тома. Он метается под Райландом, словно не зная, куда себя деть от нахлынувших ощущений, с силой сжимает ткань мягких подушек и прикрывает рот тыльной стороной ладони, плохо скрывая всхлипы вперемешку с тихими стонами. Райланд хочет расцеловать каждый сантиметр его обнаженного тела, когда он вот так ерзает по взмокшим простыням, хватается за Грейса, как за последнюю надежду, и скулит как ужасно сладко, почти и не скажешь, что это тот же самый эгоцентричный и самодовольный Том Райдер с больших экранов. Райланд готов хранить эту картину в своей голове до самой своей кончины. Грейс не может перестать смотреть. Как Райдер извивается, как запрокидывает голову, жадно глотая воздух, как бессвязно шепчет то ли проклятия, то ли мольбы, как пристально и умоляюще смотрит на него, закусывая нижнюю губу - ну точно специально, видит же, как Райланд смотрит - это больше, чем мужчина может вынести. Райланд чувствует, как стремительно приближается к финишу. Он подхватывает ногу Райдера под коленом, приподнимая его для лучшего угла, за что награждается грязными и громкими стонами, и обхватывает член Тома, влажный от предэякулята. Рука свободно скользит по всей длине в такт расмашистым толчкам, и Райдер реагирует на каждое прикосновение по особенному остро. Райланд неосознанно замедляется, когда сгибается над Томом в сталкивается с ним лбами, и перед его глазами появляются звезды, когда он кончает, утопив стон в поцелуе. Ему нужна всего секунда, чтобы опомниться, он ускоряет движение рукой, заставляя Тома начать дышать чаще, и через пару мгновений Райдер кончает вслед за мужчиной. В спальне тихо. В спальне раздается только тяжелое дыхание и неспешное шуршание ткани, когда Райланд перекатывается с тела Райдера и валится рядом с ним. Настенные часы мерно отбивают свой ритм, Грейс едва хватает сил придвинуться ближе к Тому, укладывая голову на его плечо. - Я умею готовить яичницу, но с переменным успехом. - Просто заткнись, я и близко не подпущу тебя к кухне.