Помощь

Солнце пробивалось сквозь пыльные жалюзи, рисуя полосатые тени на стене комнаты Эбби. Он лежал на кровати, уткнувшись носом в потрепанный томик «Повелителя мух», но буквы расплывались перед глазами — мысли всё ещё возвращались к вчерашнему. К тому, как щупальца Алисы обвивали его ноги. К тому, как пахло серой. К тому, как дрожали губы Баббл, когда он сжимал её ладонь. Эбби перевернул страницу, не прочитав ни слова. Утка на полке — старая, резиновая, один в один как у Баббл — смотрела на него пустыми глазами. Он купил вернее взял её вчера по пути обратно. Глупо. По-детски. Но когда увидел её в витрине магазина игрушек, почему-то не смог пройти мимо. Она напоминала ему о том, что в этом мире ещё есть что-то смешное. Наивное. Доброе. Дверь скрипнула, впуская ещё больше света. — Ты не спишь? — голос мисс Грейс звучал мягко, но с той усталой хрипотцой, что появлялась у неё после очередного родительского собрания. Эбби приподнялся на локтях. Мать стояла в дверном проёме, всё ещё в рабочем костюме — строгий пиджак, юбка-карандаш, волосы собраны в тугой пучок, из которого выбивались непослушные пряди. За вчерашний день она, казалось, постарела лет на пять. Должность директрисы никогда не была лёгкой, но в школе, где одна дочь — монстр из другого измерения, а сын начинает светиться в бою, она превращалась в каторгу. — Не спал, — честно ответил Эбби, закрывая книгу. — Тебе налить кофе? Мисс Грейс кивнула, и он услышал, как она облегчённо вздохнула, садясь на край кровати. В комнате повисла тишина, нарушаемая лишь тихим шипением кофеварки. Мисс Грейс вошла, присаживаясь на край кровати. Матрас прогнулся под её весом, через пару минут Эбби протянул ей блюдце с небольшой чашкой кофе и ложкой. — Эбби, можешь рассказать, — сказала она просто, глядя на сына теми же глазами, которыми смотрела на него в детстве, когда он прибегал к ней с разбитой коленкой. — Про вчера ты вступил в схватку с Алисой. Этого никогда не было. Эбби вздохнул. Он знал, что этот разговор неизбежен. Мисс Грейс не торопила. Она просто сидела, поглаживая большим пальцем край пиджака, и ждала. Эбби знал этот взгляд — не требовательный, не давящий, а тот, что говорил: «Я здесь. Я никуда не уйду. Расскажи, когда будешь готов». — Она странная, мам, — наконец выдавил Эбби, теребя уголок страницы. — Баббл. Мисс Грейс едва заметно улыбнулась. — Я заметила. — Нет, ты не понимаешь. Она… — Эбби замолчал, подбирая слова, которые не звучали бы как бред сумасшедшего. — Когда Алиса начала превращаться, когда эти щупальца полезли из стен, я… я запаниковал. Я всегда паникую. А она смотрела на меня. Не на Алису, не на монстра. На меня. И её глаза говорили: "Эй, ты справишься." — Ты знаешь, что я всю жизнь боюсь Алисы? — вдруг спросил Эбби, глядя в стену. — Когда я закрываю глаза, я вижу её лицо — лицо Алисы до того, как… ну, ты знаешь. До превращения. И мне кажется, что я тоже могу стать таким. Пустым. Хищным. Он перевёл взгляд на мать. В её глазах стояли слёзы, но она не моргала, боясь спугнуть его откровение. — Баббл… — Эбби запнулся, подбирая слова. — Она не знает обо мне ничего. Она единственная, кто заговорил со мной, когда я заперся в комнате. Никто раньше не говорил со мной. Но она — первая, кто рискнул начать диалог, и не остановилась. Баббл даже познакомила меня со своими друзьями. — Она просто увидела человека, Эбби, — тихо сказала мисс Грейс. — Человека, которому нужна помощь. И она не испугалась. Эбби поднял голову, впервые за весь разговор посмотрев матери в глаза. В них не было ни удивления, ни осуждения – лишь глубокое понимание — Ты думаешь, она вернется? – спросил Эбби, его голос стал едва слышным. — Ну, если она уже дважды приходила и даже познакомила с людьми, которыми дорожит, ответ должен быть очевиден, — она посмотрела на него тёплым материнским взглядом. Грейс ласково сжала его руку, и Эбби почувствовал, как ледяной страх, поселившийся в его сердце, немного отступает. — Это просто… много всего, — пробормотал Эбби, чувствуя, как легкая улыбка трогает губы. — Мне просто нужно время. Мисс Грейс мягко рассмеялась, её смех, казалось, наполнял комнату светом. Она встала, поправляя свой строгий пиджак. — Время у тебя есть, дорогой. А что до утки… я думаю, мы сможем найти что-нибудь подходящее. Главное, чтобы ты знал, что я верю в тебя. — Спасибо, мам, — сказал он, и на этот раз его голос звучал увереннее. — Всегда, дорогой, — ответила мисс Грейс, мягко улыбнувшись. — А теперь, может, ты хочешь позавтракать? Не здесь, а, скажем, во дворе, всё равно ещё до приезда учителей не скоро и тем более учеников. Эбби кивнул и встал с кровати, чувствуя, как напряжение постепенно уходит из плеч. Он последовал за матерью в кухню, где солнечный свет уже наполнял пространство теплом и уютом. За окном слышался щебет птиц, и казалось, что мир вокруг продолжает жить своей обычной жизнью, несмотря на все странности, что происходили в их доме. — Ты знаешь, — начала мисс Грейс, наливая в кружки горячий чай, — иногда самые страшные вещи оказываются не такими уж и страшными, если смотреть на них с другой стороны. Алиса — часть нашей жизни, и, возможно, она тоже ищет что-то, чего не может найти. Эбби задумался. Он вспомнил, как Баббл рассказывала о своих друзьях, о том, что даже в самых темных уголках можно найти свет. Может, и он сможет научиться видеть этот свет, а не только тени. — Я хочу попробовать, — тихо сказал он, — не убегать от всего этого. Не прятаться. Мисс Грейс улыбнулась, и в её взгляде было столько тепла, что Эбби почувствовал, как внутри что-то меняется. — Вот и хорошо, — сказала она.

***

Они вышли на улицу, где лёгкий ветерок играл с листьями деревьев, а утро обещало новый день — полный надежд и возможностей. Эбби глубоко вдохнул, чувствуя, что, несмотря на все страхи, он не один. И это было самое главное. Они сели на старую скамейку во дворе, где ещё не успели разойтись утренние тени. Мисс Грейс опустила взгляд на свои руки, сложенные на коленях, и на мгновение замолчала. — Знаешь, — начала она тихо, — я часто думала, что должна быть сильнее. Для тебя, и для Алисы. Мне жаль что я не смогла быть лучший матерью для вас. Эбби посмотрел на мать, видя в её глазах не только усталость, но и искреннюю боль. — Я понимаю, — ответил он, — никто не может быть идеальным. И ты всегда была рядом, когда это действительно важно. Она улыбнулась, но улыбка была немного грустной. — Спасибо, что понимаешь. Иногда я боюсь, что не справлюсь, что не смогу защитить вас от всего этого… странного и страшного. Но ты — ты уже сделал больше, чем я могла ожидать. Ветер тихо шуршал в ветвях, и на мгновение казалось, что время замедлило бег. — Мы вместе, — сказал Эбби, — и это главное. Даже если я боюсь, я не один. Мисс Грейс кивнула, и в её глазах заблестели слёзы, которые она быстро смахнула. — Я горжусь тобой, Эбби. И обещаю, что буду стараться быть рядом, насколько смогу. Они сидели так ещё несколько минут, позволяя тишине наполнить пространство между ними. В этом молчании не было пустоты — было понимание, поддержка и тихая надежда на то, что завтра будет легче.