Идеальный мир

Смех Гектора Грейнджера преследовал. Парочку дней Блейз прибывал в состоянии жгучего стыда, ведь тысячу раз представил, как нелепо выглядела его просьба со стороны. В то же время... Он просто выполнял условие Гермионы. Разве это не достойно уважения? Не характеризует его как человека с серьёзными намерениями? Стал бы он унижаться перед её отцом, не будь она ему нужна... Тут-то и щёлкнуло в очередной раз — нужна, и внутри ничего не протестует. Предстоял разговор с Данте. *** Второй раз он посетил игру собственного сына уже не прячась за спортивной формой и не выдумывая историй про чисто случайное совпадение. Блейз быстро нашёл на трибунах Гермиону и присел на место рядом с ней, когда она убрала с него свою сумочку. Солнце припекало, и на пару мгновений он задержал взгляд на её тронутых лёгким загаром плечах, а затем протянул ей банку холодного лимонада. Принимая её, Гермиона чуть дольше, чем необходимо, задержала свои пальцы на его руке. Их взгляды встретились, и Блейз был готов поклясться, что видит в её глазах искорки веселья. — Привет. — Привет. — Папа рассказал мне про ваш разговор, — она поддела было металлический ключ ногтем, чтобы открыть банку, но Блейз забрал её из рук Гермионы, — эй, ты чего? — Ноготь сломаешь, — объяснил Блейз, открыв банку и вернув её девушке, — значит, папа рассказал. — Угу, — она сделала глоток воды и прикрыла глаза, — то, что нужно... В общем, да, рассказал. Если честно, ты его приятно удивил, да и меня, признаться, тоже. — Чем же? — Блейз приставил ладонь ребром ко лбу, прячась от солнца, и посмотрел на поле. Данте следил за борьбой за мяч у ворот противника. — Другой бы назвал эти условия глупыми и детскими, — постукивая по банке кончиками пальцев, сказала Гермиона. — Возможно... — пробормотал Блейз, переводя взгляд на неё, — но я не назвал бы их детскими и уж точно глупыми. По сути это сделка. Я хочу провести время с тобой, но у тебя есть определённые обязанности, делегировать которые ты можешь очень ограниченному кругу лиц. Ты, заинтересованная в моей компании, просишь провести переговоры с этими самыми обязанностями и тем, кому планируешь их делегировать. В положительном исходе заинтересованы как я, так и ты. Грубо говоря, я договорился с твоим отцом, чтобы он присмотрел за Данте, пока мы будем на свидании, — Блейз покосился на неё, улыбающуюся, — бредово звучит? — Звучит неплохо. Ты так обычно свои сделки закрываешь? — Ага, использую свой величайший дар владения языком... — он осторожно поправил немного сползшую лямку её сарафана. Хотелось касаться... Заметил, как она слегка прикусила нижнюю губу. — Я про переговоры, Гермиона. — Да... Да, конечно. Осталось провести переговоры с Данте, — хихикнула Гермиона, снова сделав глоток. — Это, кстати, моя любимая газировка, спасибо. — Наслаждайся, — Блейз снова обратил внимание на поле, где шла относительно спокойная игра. — Сегодня обойдёмся без конфундуса? — Надеюсь. Того мальчика в команде нет. Они замолчали, погрузившись в игру. В какой-то момент Данте пристально посмотрел в их сторону и, подпрыгивая, замахал руками. — Похоже, он тебя увидел, — Гермиона улыбнулась и положила ладони на скамью по обе стороны от своих бёдер. Блейз помахал рукой в ответ Данте, а когда повторил её движение и тоже положил ладони на прогретое солнцем дерево, почувствовал, как её мизинец осторожно укладывается на его. Приятное тепло разлилось в груди. Он искоса посмотрел на Гермиону и встретил такой же её взгляд. — Когда ты собираешься отпросить меня у нашего сына? Вопрос звучал абсурдно. Блейз шевельнул рукой, и теперь его палец лежал поверх её. — Не терпится? — к его удивлению, она активно закивала головой. — Сегодня, если он засейвит пару мячей. — Тогда не будем отвлекаться. *** Когда прозвучал финальный свисток, на поле и трибунах началась суматоха. Блейз взял Гермиону за запястье, лавируя между спешащих к выдохам маглов, и через пару минут они вышли на залитое солнцем поле. Данте бежал к ним со всех ног, счастливый и буквально сияющий. Чего Блейз не ожидал, так это того, что метеор, в который превратился его сын, с восторженными воплями врежется в его тело. Детские руки крепко обхватили Блейза за торс, и он несколько шокированно посмотрел на Гермиону. — Ты видел? Видел?! — задрав голову, щурясь, спрашивал Данте. — Видел, как я вытащил тот мяч? — Это было блестяще, — Блейз улыбнулся и похлопал ребёнка по плечу. — Данте, ты ему всю рубашку испачкаешь! — воскликнула Гермиона, глядя на перепачканные травой и грязью вратарские перчатки, на что Блейз просто махнул рукой. — Пустяки, почистим, не ругай его, — он взъерошил чуть влажные от пота волосы Данте. Тот, обрадованный поддержкой и защитой, показал любимой мамуленьке язык и звонко рассмеялся. — Ну, чемпион, как насчет перекусить? Данте радостно закивал головой и наконец-то выпустил Блейза из объятий. *** Они отыскали небольшое детское кафе. Место оказалось кричаще ярким и шумным, но глаза у Данте заблестели от вида одной только вывески заведения, не оставив им шанса выбрать что-то ещё. — А Курт говорил, что я дырка в воротах, — развалившись в кресле, смеялся Данте, — ой, вы бы видели его лицо, когда я первый мяч поймал! Как будто бы он проглотил жука! Как я его! — Я в тебе даже не сомневался, Данте, — Блейз улыбнулся ему. Как раз в этот момент принесли вазочки с мороженым. — Мам, мам, ну ты видела? Мам, я молодец? — Данте потянулся было к мороженому, но Гермиона его остановила. — Молодец... Срочно вымыть руки, — назидательным тоном произнесла Гермиона, — это, кстати, касается всех. Марш в уборную! — Пойдём, чемпион, — Блейз поймал странный взгляд Гермионы. Словно она хотела ему на что-то намекнуть... — А ты, мам? — Я пока посторожу мороженое. — Могла бы просто применить магию, — пробубнил Данте, шагая перед Блейзом. — Твоя мама старается не привлекать внимание маглов. Я, кстати, тоже, — Блейз распахнул перед ребёнком дверь уборной. — По тебе всё равно заметно, что ты не такой какой-то, — со знающим видом произнёс Данте, намыливая руки, — ты как иностранец, если честно. — Так я и есть иностранец, — Блейз тоже намылил руки, глядя на себя в зеркало, — я итальянец. — А почему тогда у тебя нет акцента? — Потому что я много времени проводил среди англичан и хорошо знаю английский, — он смыл пену с рук. — Тебе помочь? Данте бросил на Блейза снисходительный взгляд и отмотал себе примерно половину рулона бумажных полотенец, чем вызвал у Забини улыбку. — Я всё умею сам! — целый ком использованных полотенец полетел в мусорное ведро, моментально его заполнив. — Блейз! Ты пришёл посмотреть как я играю или хотел увидеть мою маму? Забини медленно выдохнул. Похоже, это подходящий момент. Он тоже вытер руки о бумажный полотенец и присел перед Данте на корточки. — Я хотел увидеть вас обоих. На самом деле, Данте, у меня к тебе серьёзный мужской разговор. Мне нужно твоё разрешение. Я хотел бы пригласить твою маму куда-нибудь, но если ты будешь против, я не стану этого делать, — заглядывая в глаза ребёнка, проговорил Блейз. Почему-то реакции и ответа маленького мальчика он боялся гораздо сильнее, чем цепкого взгляда взрослого мужчины. — Ты что, хочешь позвать мою маму на свидание? — прищурившись, спросил Данте, сложив руки на груди и отступив на шаг назад от Блейза. — И вы там будете держаться за ручки и целоваться? От неожиданности у Блейза на секундочку пропал дар речи. — А откуда ты знаешь, что делают на свиданиях? — осторожно спросил Забини. — В фильмах видел. Ты подаришь маме цветы и поведёшь её в ресторан, а потом вы будете целоваться, — отрапортовал Данте, гляда прямо на Блейза. — Так в фильмах делают, когда ходят на свидания. — Ну... Вроде того. Так ты не против? — осторожно спросил Забини. От неудобного положения мышцы начали ныть. — Почему взрослым обязательно нужно целоваться? — чуть поморщившись, спросил Данте. — Ртом же едят, там слюни, фу! Блейз поджал губы, чтобы не рассмеяться. — Ты станешь взрослым и тоже захочешь поцеловать понравившуюся девочку, я даже не сомневаюсь. — А ты уже целовал мою маму? — Данте пронзительно посмотрел на Блейза. Забини глубоко вдохнул, собираясь с мыслями. Почему-то сказать отцу Гермионы, что именно он отец Данте, фактически прямо сообщить этому мужчине, что он спал с его дочерью, оказалось проще, чем просто кивнуть головой в ответ на вопрос маленького Грейнджера. — Да, целовал, — наконец, выдохнул Блейз, — твоя мама очень сильно мне нравится. И ты мне очень сильно нравишься, Данте. Я бы хотел... Хотел, чтобы у меня был такой сын, как ты. Слова сами сорвались с языка. Блейз с трудом удержал равновесие, потому что Данте буквально бросился на него и обнял за шею. — Хочешь, расскажу секрет? — прошептал он Блейзу на ухо. — Только обещай, что никому-никому никогда не расскажешь! — Конечно, говори. — Я бы очень хотел, чтобы ты стал моим папой. Ты добрый, крутой, сильный... Данте продолжал перечислять все самые хорошие качества, которые его детский мозг успел приписать Блейзу, но тот его уже не слушал. В голове Забини бегущей строкой шло: «хотел, чтобы ты стал моим папой». — ... Блейз? Ты что, плачешь? Он с удивлением обнаружил, что в уголках глаз стоят слёзы, и смутился. Быстро промакнув их кончиками пальцев, он, наконец, выпрямился и протянул Данте руку. — Не говори об этом маме, — Блейз сконфуженно указал на свои глаза. — И ты не говори! И... И я разрешаю. Но только чтобы как в кино! Я слышал, как мама говорила тете Джинни, что мечтает о свидании как в кино!