Идеальный мир

Гермиона в третий раз взволнованно меняла положение подсвечников на столе, пока Блейз щёлкал крышкой зажигалки. Они оба нервничали: её родители должны были прийти с минуты на минуту. — Ты-то чего переживаешь, это же твои родители, — Блейз вопросительно взглянул на неё, устроившуюся на высоком стуле и принявшуюся заплетать волосы в косу. — Это первый раз, когда мои родители приходят в гости ко мне, — её пальцы немного небрежно перебирали пряди, отчего коса получалась неаккуратной, — я же всё время после школы жила с ними. Вдруг я что-то сделала не так? Вдруг дома недостаточно убрано, или стол плохо засервирован, или... — она взмахом палочки наполнила стакан воды и тут же осушила его. — В общем, ты понял, — Гермиона неопределённо взмахнула рукой. — Данте? Ну, Данте! Посчитав, что взрослые достаточно заняты разговором, мальчик попытался стащить со стола канапе, да так и замер с протянутой рукой. — Всего одну, — за него попросил Блейз, встав позади ребёнка и положив руки на его плечи, — уверен, твои родители даже не заметят эту шалость. — Ты ему потакаешь, а как же дисциплина! — Гермиона недовольно покачала головой. — Сынок, нужно дождаться бабушку с дедушкой, и тогда ты сможешь попробовать всё, что захочешь! — А Блейз мне разрешил! — показав Гермионе язык, Данте схватил канапе и, хохоча, рванул в угол гостиной, туда, где теперь стоял его компьютер. Очень непедагогично ему разрешили играть в своё удовольствие, когда любые попытки привлечь его к подготовке ужина провалились, и из-за обожаемого компьютера Данте вскакивал только за едой и по нужде. — Блейз! Блейз, подойди, что покажу! Под её укоряющим взглядом он подошёл к Данте, активно щелкающему по клавишам. Мальчик крайне ревностно относился к своей самой любимой игрушке, поэтому пропускать такой жест доброй воли было просто преступлением. — Что ты хочешь мне показать? — Вот! — Данте ткнул пальцем в экран, и Блейз удивленно присвистнул. — О, да это же Санта-Мария-дель-Фьоре![1] Как похоже... — Да не туда смотришь, вот же! — детский палец ткнул в экран, отчего по тому пошла лёгкая рябь. — На парня смотри, он на тебя похож! Блейз прищурился, разглядывая одетую в бело-красные одежды фигурку на экране. Его лицо было слабо различимо из-за масштаба и надвинутого на голову капюшона. — А кто это? — Это — Эцио, самый крутой ассасин! Я вырасту и стану как Эцио! — Данте даже заёрзал на стуле. В этот момент количество персонажей на экране увеличилось: на фигурку Эцио неслось сразу несколько человек с мечами. Данте, хихикая, принялся нажимать на клавиши; Эцио на экране виртуозно расправился со всеми нападавшими с помощью старого доброго насилия. — Жестоко... — протянул Блейз, поймав себя на мысли, что зрелище захватывает. Так и подмывало попросить Данте научить его точно так управлять человечком в белых одеждах. — Иначе нельзя! На него нападают тамплиеры! Они убили всю семью Эцио, он им мстит! Блейз покосился на Гермиону. И это она запрещала их сыну читать «Божественную комедию», потому что ещё рано? А играть в такие игрушки, видимо, самое время... — Тебе только из-за этого так нравится игра, Данте? — осторожно поинтересовался Блейз, и мальчик покачал головой, потянувшись за полупустым стаканом сока. Конечно же он чуть было не пролил его прямо на клавиатуру; ситуацию спас Блейз, удержав стакан. — Тут очень много рассказывают про все эти здания, — Данте ткнул в купол собора, — в школе не так. А ещё я читал, что здания в этой игре как настоящие. — Это правда, Данте. Очень похожи. Данте нажал на какую-то клавишу, и экран замер. Он резко развернулся к Блейзу лицом. — О, ты их видел? Круто! А ты мне покажешь? Блейз улыбнулся и потрепал ребёнка по волосам на макушке. — И тебе, и маме. Мы обязательно все вместе побываем там, да, Гермиона? — он с улыбкой посмотрел на неё, теперь уже сидевшую в кресле и наблюдающую за ними со странным выражением лица. Похожее Блейз видел во «Флориш и Блоттс», когда подаренное Данте перо окрасилось в слизеринский зелёный... — Побываем, — она кивнула, лучезарно улыбнувшись. Раздался звонок в дверь, и очарование момента пропало. Гермиона вскочила, направилась в сторону прихожей, но её опередил ураган по имени «Данте», едва не сбив с ног. Он сам распахнул дверь и бросился на родителей Гермионы. — Бабушка! Дедушка! — детский голос эхом раздался в подъезде. — Ура, вы приехали! Блейз стал свидетелем очередной милой картины: оба Грейнджера крепко обнимали своего единственного внука. Джин поцеловала его в щёку, но Данте поморщился и принялся выворачиваться из их объятий. — Фу, ба, я уже взрослый! Не целуй меня! — Ну как я могу не поцеловать такого сладкого мальчика! — проворковала Джин, потрепав его по щеке. — Всё, пустите! — Данте вырвался из их объятий и, поправив ярко-оранжевую футболку, ткнул пальцем в сторону Блейза. — Знаете, кто это? Это мамин жених! Блейз! Он крутой! Джин удивлённо посмотрела на него, Гектор же улыбнулся и, шагнув вперёд, пожал протянутую руку Забини. — Иногда устами младенца глаголет истина, а, Блейз? — Гектор подмигнул и отпустил его руку, а потом приобнял супругу за талию. — Блейз, с моим отцом ты уже знаком, — немного сконфуженно произнесла Гермиона, будто пропустив слово «жених» мимо ушей, — поэтому представляю тебе мою маму, Джин. — Вы очаровательны, — Блейз галантно прикоснулся губами к руке миссис Грейнджер, заслужив приветливую улыбку. — Мам, это Блейз, мой... — Жених! — закричал Данте и, засмеявшись, рванул в гостиную, оставив взрослых в неловкой тишине. — Пойдёмте, ужин стынет, — засуетилась Гермиона. Конечно же Данте уже сидел во главе стола, всем своим видом давая понять, что самая важная личность на этом ужине — он сам. — Присаживайтесь, дорогие гости, чувствуйте себя как дома, — повелительно и подчеркнуто спокойно сказал он. — Данте, — немного предостерегающе произнесла Гермиона, — не балуйся. Мам, пап, располагайтесь... Пап, выпьешь? — Если Блейз составит мне компанию, — Гектор занял свой стул и кивнул. — Тогда я бы предложил вам попробовать огневиски, — Забини взял в руки бутылку и вопросительно взглянул на Гектора. — Не откажусь, — мистер Грейнджер кивнул и подтолкнул Блейзу свой рокс. — Дочка, это всё приготовила ты? — Джин обводила стол удивлённым взглядом. — Не без помощи Блейза, — Гермиона ласково прикоснулась к его плечу. — Если честно, большую часть готовил он, я... — Морально поддерживала! — улыбнувшись, произнёс Блейз. — Миссис Грейнджер, вина? — Да, дорогой. И называй меня просто по имени. — Хорошо, Джин. И беседа полилась своим чередом, легко и непринуждённо. Разумеется Данте быстро заскучал за столом среди взрослых и их серьёзных разговоров: ему было интереснее с выдуманным Эцио в виртуальной Флоренции. — Это моя вина, — кивал Гектор, глядя на занятого игрой внука, — это я показал ему, что такое компьютер и все эти игры. Сам люблю шутеры, вот Данте и нахватался... — Шутеры? — переспросил Блейз, нахмурившись. Гектор кивнул, сделав глоток огневиски. — Похожая история, но там вид от первого лица и в качестве оружия пистолеты и автоматы... Как-нибудь покажу. Ну или Данте сделает это раньше. — Как будто колдография, которой можно управлять, — оглянувшись через плечо, произнёс Блейз, глядя на Данте, поглощенного процессом. — Это вроде ваши живые фотографии? — спросила Джин. — Боже, как вкусно. Блейз, вам нужно быть шеф-поваром, я никогда не пробовала лазаньи вкуснее! Кстати, чем вы занимаетесь, где работаете? — Бизнес, — Забини пожал плечами. — У меня несколько книжных магазинов в Европе, в основном в Италии... Магических, разумеется. — Блейз выкупил мой любимый «Флориш и Блоттс», — вздохнула Гермиона, — стоит сказать, что это пошло только на пользу магазину. — Вы не были женаты? Сколько вам лет, Блейз? — Мам... — Гермиона одарила Джин предупреждающим взглядом. — Нет, не был. Мне почти тридцать. — И чем вы занимались после Хогвартса? Джин смотрела на него с лёгким налётом осуждения. Неозвученные темы для разговоров вдруг сгустили воздух за столом. Блейз прекрасно понимал, на что она намекает: пока он жил в своё удовольствие, Гермиона оказалась скована неожиданными обязательствами. Захотелось сменить тему... — Так, я бы выкурил сигару, а, Блейз? — Гектор хлопнул его по плечу. — Это можно, но лучше на балконе. — Да, пап, давай на балкон, — поддакнула Гермиона. Оба мужчины вышли. Блейз уперся руками о поручень, глядя на лениво плывущие по позолоченному небу облака. — Я так понимаю, предложение ещё не сделано? — Гектор поднёс было к губам сигару, но вдруг спохватился. — Будешь? Блейз покачал головой, хотя курить очень хотелось. Вместо этого он просто задышал чуть глубже, насыщая кровь кислородом. — При Данте не курю. — Правильное решение, — Гектор кивнул и крепко затянулся, — жаль, не могу его с тобой разделить. Раб привычки. Блейз кивнул, проводя взглядом красную машину, что выехала с парковки театра Королевы. — Я не знаю, как его сделать. Точнее, не знал. Сейчас уже есть план. — Дочка догадывается, — Гектор усмехнулся. — Я много раз говорил, что хочу, чтобы мы были семьёй. — А о том, что ты её любишь?.. — Ни разу. Я скажу это только с кольцом в руке. Гектор бросил на него странный взгляд и покачал головой. Блейз вдруг понял, что это — очень удачный момент для того, чтобы попросить ещё разок побыть с Данте. — Гектор, мне снова нужно, чтобы вы с Джин забрали Данте на денёк. Я хочу познакомить Гермиону со своей матерью, для этого нам нужно отправиться в Италию, и я с удовольствием взял бы с собой сына, но... Боюсь, матушка расскажет ему правду раньше времени. Я не хочу так рисковать. Вряд ли она сделает это нарочно, но лучше перестраховаться. Краем глаза Блейз заметил какое-то движение у окна и повернул голову в его сторону, но ничего подозрительного не увидел. — Когда? — без лишних вопросов спросил Гектор. — Думаю, через недельку, нужно же заказать порт-ключ. И... Я планирую именно там сделать ей предложение. В Италии. Как думаете, согласится? Гектор снова затянулся, и они обменялись улыбками. *** Чай пили в гостиной, заняв кресла и диваны. Данте нехотя поковырялся вилкой в куске абрикосового пирога и сообщил, что хочет спать, и сдержанно кивнул, когда Блейз предложил ему что-нибудь почитать на ночь. Он как-то заторможенно чистил зубы и прятал взгляд, а на все вопросы о самочувствии просил поскорее его уложить. Блейз укрыл сына одеялом и прижал ладонь ко лбу. — Температуры вроде нет... — пробормотал он, — что-то болит, Данте? — Нет... Блейз, расскажи мне сказку, чтобы я побыстрее заснул, — мальчик перевернулся на бок и подложил под щёку сложенные руки. — Расскажи сказку про Пиноккио. — Хорошо... *** — Он уснул? — спросила Гермиона, стоило только Блейзу появиться в гостиной. — Да, — Забини рухнул на диван рядом с ней. — Думал, сам себя убаюкаю, — он улыбнулся и почесал лоб. — Он был какой-то притихший полвечера, — заметила Гермиона, — не жаловался на что-нибудь? Может, у него что-то болит? — Нет... — Гермиона, детка, ты сама говорила, что он весь день чуть ли не на ушах стоял с перерывами на компьютер, он просто устал, — Джин, сделала глоток чая. — Как будто ты не знаешь нашего Данте! Ох, Блейз, — она грустно улыбнулась и покачала головой, — как жаль, что мы с вами не познакомились раньше. Вы столько всего пропустили... Ему стало неуютно под взглядом этой похожей на Гермиону женщины. В её зрачках будто бы пряталось осуждение всего этого мира. — Надеюсь, наверстаю упущенное. Я всё для этого сделаю, — все замолчали, будит давая ему возможность высказаться, и Блейз решил её использовать. — Джин, Гектор, не думайте, что я не осознаю своей вины перед Гермионой... и Данте. Я рос без отца. Знаю, каково это... Просто в девятнадцать ты об этом не думаешь. Ты ищешь самый простой способ решения проблемы, надеешься, что оно как-то само, без твоей помощи... А потом жизнь даёт пощёчину. Ты оглядываешься назад и понимаешь, где именно совершил ошибку, но её уже не исправить, только принять последствия, только не наделать новых ошибок. По возможности, конечно. Джин, спасибо вам. Гермиона рассказала мне, что это вы отговорили её, — он обнял девушку за плечи, и её руки тут же легли поверх его кистей. — Спасибо вам обоим за вашу дочь... И за Данте. И за то, что даёте мне шанс. Все вы. Осуждения в глазах Джин больше не было, только слёзная плёнка. — Все имеют право на свой шанс. *** Ближе к полуночи они прощались в прихожей. Гектор в очередной раз пообещал Блейзу показать, что такое эти загадочные шутеры, а Джин приглашала с ответными визитом. Блейз расслабился... По-настоящему расслабился в компании этих приятных маглов, чья речь изобиловала странными словечками. — Всё-таки вы очень похожи, — Джин обняла Блейза на прощание, — даже родимое пятно на том же месте! Генетика — поразительная вещь. Блейза будто бы окатили колодезной водой. Он рассеянно коснулся пальцами челюсти. — Я всегда говорила Данте, что это — его изюминка, а не изъян, — продолжала щебетать Джин, но он её уже не слушал. Мозг лихорадочно соображал. Блейз поймал шокированный взгляд Гермионы и понял, что они прямо сейчас думают об одном и том же. Когда именно слетели маскировочные чары? _______________________________________ [1] Кафедральный собор во Флоренции.