Идеальный мир

Дверь захлопнулась. Блейз так и держался рукой за челюсть, словно пытался скрыть пятно хотя бы так. — Они... Они могли рассеяться пять минут назад, — тихо и собранно проговорила Гермиона и покосилась в сторону спальни Данте. — Или пару часов... — Не нагнетай! Пойдём, — она на цыпочках двинулась по коридору. Блейз послушно поплёлся за ней. Сердце слишком быстро колотилось в груди. Он на всякий случай обновил злосчастные чары, проклиная себя за беспечность. Гермиона приоткрыла дверь спальни Данте и проскользнула внутрь. Блейз вошёл следом за ней. Их сын спал, раскинув руки в стороны. Его грудь размеренно вздымалась и опадала, веки оставались неподвижными. Выдохнули от облегчения оба уже в своей спальне, прижавшись друг к другу под тонким одеялом. — Он бы отреагировал сразу, если бы увидел и что-то понял, — рассуждала Гермиона, водя кончиком пальца по ключице Блейза. — Да... Думаю, да, — рассеянно произнёс Забини, поглаживая поясницу девушки. — Скорее всего, чары рассеялись после того, как я уложил его спать. — Да, — подхватила Гермиона, — они вполне могли слететь, когда родители уходили. Я бы точно заметила, ты весь вечер был у меня на виду! — Да и твои родители сказали бы сразу. — Точно. Давай спать. Ты же знаешь, Данте утром нас не пощадит, поднимет как обычно рано, — Гермиона развернулась к нему спиной, и Блейз прижался к ней сзади, положив ладонь на её живот. Очень скоро они погрузились в тревожный сон. *** Есть несколько прекрасных мгновений сразу после пробуждения, когда веки ещё прикрыты, а мысли не успели добраться до событий, произошедших накануне. Несколько секунд спокойствия... Они проходят слишком близко. Блейз лежал, не открывая глаз, не двигаясь, но он уже не спал. Что-то было не так, чего-то не хватало... Он чувствовал тепло тела Гермионы рядом. Хорошо. Уже привычно. Чего-то всё равно не хватало. — Блейз, ты спишь? — его плеча коснулась рука Гермионы. — Нет. — Наш будильник взял себе выходной, видимо. Он распахнул веки и столкнулся с тревожным взглядом Гермионы. Сон тут же сняло как рукой. Блейз вскочил с кровати и чуть ли не бегом бросился в спальню сына, Гермиона едва поспевала за ним. В квартире стояла гнетущая тишина, словно над ней угрожающе зависло грозовое облако, готовое вот-вот пролиться ледяным дождём. Блейз замешкался на секунду у двери в спальню Данте, остановился, прислушиваясь... Тишина. — Может, он до сих пор спит... — раздался за его спиной взволнованный голос, и Блейз осторожно открыл дверь. Небо в него выстрелило холодный дождь... По крайней мере, именно такими были ощущения от увиденного. На идеально заправленной кровати лежала горстка обрывков бумаги и сломанное пополам перо по-слизерински зелёного цвета. — Данте... — оглушило как раскат грома. Её крик был похож на вой раненой волчицы. Гермиона оттолкнула Блейза, замершего в дверях, и бросилась к кровати, схватив в руки обрывки бумаги. Что это было? Наверное, рисунок... Тот самый рисунок, в котором хранилась детская мечта о настоящей семье. Блейз кинулся к шкафу, распахнул его, наивно полагая, что мальчик мог спрятаться там, но... Ничего, кроме аккуратно сложенной одежды. Гостиная, балкон, их спальня, кухня, подъезд: Блейз метался, выкрикивая имя сына, но никто не откликался. Данте не было. Нужно было что-то делать. Срочно что-то делать. Чувство вины топило, мешало дышать и трезво мыслить. Когда первый шок прошёл, а Блейз обнаружил себя на улице в одних пижамных штанах, отчаянно выкрикивающего имя сына, в голове возникло второе имя: Гермиона. Забини стремглав бросился обратно в квартиру, и нашёл её, рыдающую навзрыд, сидящей на полу прихожей. Блейз рухнул перед ней на колени и обхватил заплаканное лицо руками. — Тише, милая, мы его найдём, он, наверное, ушёл к твоим родителям, — Блейз прижал её дрожащее тело к себе, — он совершенно точно ушёл к ним, ему просто больше некуда, так? Есть другие родственники? — Он мог уйти к Джинни и Гарри... Они живут на площади Гриммо, — слабо отозвалась девушка, всхлипывая, — Мерлин, только бы с ним ничего не случилось. — Не случится... — Блейз бросил взгляд на распахнутую входную дверь, и внутренности будто обдало кипятком: они запирали дверь на ночь магией. Всегда. Вчера тоже. Он лично наложил заклинание, прежде чем пойти спать. Похожие были на окнах и балконе. Данте не мог трансгрессировать, ещё не умел. Не мог же он просто раствориться в воздухе! Стало по-настоящему страшно... — Гермиона, пойдём, нужно умыться и успокоиться, — Блейз поднялся на ноги и потянул её вверх, заставляя встать. — Давай, милая, мы найдём его, обязательно найдём, — он повёл всхлипывающую девушку в ванную. Она смочила лицо водой и снова заплакала, согнувшись. Блейз тоже умылся и взял Гермиону за плечи, заставив посмотреть на него. — Гермиона, нужно вызывать авроров. Он не смог бы просто уйти, двери и окна на ночь закрыты магией. — Куда он тогда делся... — прошептала девушка дрожащими губами, а потом посмотрела на него слишком осознанно. — Стихийная магия. Блейз обречённо кивнул. — Его могло перенести куда угодно. Гермиона замотала головой, теребя край своей пижамы. — Только в место, где он уже бывал. Здесь работает как с трансгрессией... Ты прав. Нужны авроры, — она начала мерить ванную шагами, — это же не первый случай, наверняка не первый, наверняка у них есть алгоритм поиска детей-волшебников, — тараторила Гермиона, потирая ключицы. — Где моя палочка? Она выскочила из ванной, Блейз — следом за ней. Палочка нашлась в спальне, только вот у убитой горем Гермионы никак не получалось сотворить патронус, а время шло... — Давай вызовем через камин, не мучайся, — Блейз осторожно вытащил палочку из её дрожащих рук. — Я никудышная мать, — прошептала Гермиона, вновь утопая в рыданиях. — Ты самая лучшая мама, — Блейз обнял её, поцеловал в висок, — пойдём, попробуем связаться с Поттером через камин. *** Гостиная в квартире на Шафтсберри-авеню заполнилась людьми в строгих аврорских мантиях. По стенам ползли диагностические чары, скрипели зачарованные перья. Гермиона сидела на диване, пряча слезы в кардигане Джинни, а вот Блейзу достался её супруг... Гарри Поттер собственной персоной выглядел заспанным, удивлённым и взвинченным одновременно. Он смотрел на Блейза немного осуждающе из-за стёкол неизменных круглых очков. — Значит, ты — отец Данте, — произнёс Гарри. Блейз кивнул. — И вы, — Гарри кивнул сначала на него, затем — на Гермиону, — теперь вместе. Забини снова кивнул. — И ваш мирок был бы идеален, не исчезни Данте. — Поттер... — Не переживай, папаша, мы его найдём, — Гарри ловко прикурил сигарету от кончика палочки, не спрашивая разрешения. Поймав недовольный взгляд Джинни, он демонстративно затянулся, — жена, у меня стресс! Джинни в ответ на это фыркнула и отвернулась, не прекращая поглаживать Гермиону по плечам. — Ситуация рядовая, детей часто уносит стихийная магия от переживаний. Мы попробуем отследить магический след, если не выйдет — проверим места, где он чаще всего бывал, места отдыха... Гермиона, — она медленно повернула в его сторогу заплаканное лицо. — Нам нужен список мест, где вы бывали с Данте примерно с его пятилетнего возраста. Хотя лучше — с возраста, в котором он себя помнит, — Гарри говорил чётко и ровно, как и полагается профессионалу своего дела. — А нам что делать? — потухшим голосом спросил Блейз, тоже потянувшись к сигаретам. — Не мешать, не паниковать, с ума не сходить. Я скажу, когда всё это можно будет начать, но, уверен, мы найдём Данте гораздо раньше. — Я присоединюсь к поискам, — с нажимом произнёс Блейз. — Нет, ты будешь с Гермионой. — Я тоже буду искать своего сына! — взвизгнула Гермиона, вырываясь из объятий Джинни. — Я должна, это моя вина! — По протоколу не положено! — Гарри вскочил на ноги и навис над Гермионой. — Мы свою работу знаем! — Не ори на мою женщину, — Блейз вырос за его спиной, пытаясь сохранить остатки самообладания. — А где тут твоя женщина, Забини? — Гарри развернулся к нему лицом, одарил снисходительным взглядом. — Я тут вижу только испуганную мать-одиночку, что потеряла своего ребёнка, а ты им кто? Может, ты в этом как-то замешан? — Гарри наступал, сверкая глазами. — Может, ты решил так избавиться от проблемы? Перед глазами всё поплыло. Он сам понял, что именно произошло, когда кулак отозвался тупой болью от удара о челюсть Поттера. В следующую секунду тело одеревенело: к нему явно применили обездвиживающее. Блейз упал лицом вниз, под отчаянный крик Гермионы. Нос сломался с влажным хрустом, и на губах осел металлический привкус крови. Блейз устало прикрыл глаза.