Разлом времени

Они всё обговорили. План был готов. Каждая деталь была выверена, каждый риск просчитан. Ошибки быть не могло. — Ты справишься, Грейнджер. Кто, если не ты? Дотошная до мелочей, всезнайка и немного зубрила, — сказал Драко, пытаясь разрядить обстановку. Он криво ухмыльнулся. На самом деле внутри всё сжималось от страха, но показывать свою неуверенность Гермионе он не собирался. После смерти Гарри Поттера — Мальчика-Который-Выжил, ставшего Мальчиком-Который-Умер, — начался новый порядок. Правление Волан-де-Морта оказалось губительным даже для чистокровных. Упивающийся собственной властью змей-убийца не остановился на пытках и убийствах магглорождённых. Следующими стали полукровки. Их обложили непомерными налогами, которые зачастую превышали доходы целых семей. Но и чистокровные недолго пользовались благосклонностью своего Лорда. Волан-де-Морт объявил, что половина каждого родового поместья отныне принадлежит ему. Однако самым жестоким оказался другой указ: каждый первенец, рождённый в семье его последователей, должен был быть передан под его покровительство. Драко Малфой и Астория Гринграсс оказались среди тех, кого это коснулось напрямую. Бывшая Гринграсс, ныне миссис Малфой, находилась на четвёртой неделе беременности, и перспектива отдать своего первого ребёнка в лапы этой зажравшейся ящерицы приводила её в ярость. Именно тогда всё и началось. Началось сотрудничество между Малфоями и Грейнджер. Астория отбросила все замашки чистокровной аристократки и с радостью приняла Гермиону в своём доме, лишь бы та помогла им изменить будущее. Судьба Рона сложилась иначе. После смерти Гарри семья Уизли покинула страну, пока власть Реддла только набирала силу. Гермиона не винила их. Будь у неё семья, которую можно было спасти, она поступила бы так же. — Главное, чтобы я не попала в эпоху динозавров. Спасибо, — усмехнулась Гермиона, принимая чашку чая от эльфа. — Вроде не должна. Ты попадёшь в то время, когда Реддл ещё не стал могущественным, но уже создал два крестража, — ответил Драко. — Да, но в это время ещё жив Грин-де-Вальд, — с опаской заметила Астория. Так они просидели до самого вечера. Гермиона тщательно записывала все детали в свой блокнот. — Ладно, мне пора. Штаб закрывается ровно в одиннадцать, так что я должна успеть до закрытия. Постарайтесь закрыть свой разум. Не хочу, чтобы из-за меня у вас появились проблемы. — Не беспокойся, — хмыкнул Драко. — Проблемы здесь явно не из-за тебя. Они попрощались, и Гермиона аппарировала в тёмный переулок неподалёку от штаба Ордена. «Нужно ещё раз всё проверить. Ошибки быть не должно. Если что-то пойдёт не так, следующей дорогой для меня станет эшафот». Каждый раз, приближаясь к штабу, она мысленно повторяла одну и ту же клятву: во что бы то ни стало всё исправить. Она устала скрываться. Устала жить в тени. Устала натягивать капюшон на лицо всякий раз, когда отправлялась к Малфоям. Полгода спустя. — Она не дышит! Начинайте реанимацию! Где медиведьма? Чары не показывают её состояние полностью! — кричала сестра Сара. Гермиону доставили к дверям Мунго без сознания. Мужчины, сопровождавшие её, пытались прорваться в отделение, но охрана не позволила. Даже левитировать её они побоялись, поэтому везли на каталке. — Пульс слабый! Срочно кровь на анализ! Почему диагностические чары нестабильны? Лора! — Да, мэм! Сделав небольшой надрез на ладони пациентки, сестра Лора собрала кровь в склянку и поспешила в лабораторию. Тем временем у ворот больницы двое мужчин едва не переходили на крик. — Это ты виноват, щенок! Гермиона говорила мне, что ты законченный псих, но я даже представить не мог, насколько. Даже у меня нет таких извращённых методов воспитания. Как ты мог подвергнуть её такой опасности?! — Мы просто устроили дуэль! Я хотел проучить её! Она постоянно ставила мне палки в колёса! И вообще, что такого могло случиться после двух Круциатусов? — Так ты действительно не знаешь? — Не знаю чего? В этот момент сестра Лора вбежала в реанимационное отделение и протянула пергамент с результатами анализа. Сара выхватила лист и замерла. На её лице не отразилось ни единой эмоции. Секунда. Другая. А затем смысл прочитанного наконец дошёл до неё. Гермиона Дагворт-Грейнджер. Гермиона Грейнджер. Была… — Она беременна… Голос Сары прозвучал почти шёпотом. — Мерлин всемогущий… Лора, зови всех. Немедленно. Нужно спасать ребёнка. У ворот больницы. — Ты врёшь, старик… Нет… Реддл недоверчиво запустил пальцы в волосы. — Запомни, щенок, — холодно произнёс Геллерт. — Если с ними что-нибудь случится, ты не успеешь стать ни Волан-де-Мортом, ни даже Томом Реддлом.