Единственный человек, который лжет Леви

      Июнь 846 — До Исхода       Daihaminkay — Fool's Garden              Леви, едва хмельной, театрально поклонился, старательно не падая с раскачиваемого им стула.       Солнце било в глаза. Какое редкое и адски дорогое приглашение.       Эрвин засмеялся так, что у Ханджи по спине поползли сосульки. Она отхлебнула из стакана и поморщилась.        — …чего вы туда засунули?       Командующий удивленно вперился в нее взглядом. Леви проследил за его взглядом и с усмешкой кинул:        — Это всего лишь можжевельник. Получился джин.       Она выслушала его реплику и недоверчиво отхлебнула еще раз. На вкус это было действительно… не отвратительно. Не вино, но крепкий алкоголь. Кустарного производства, которое курировал никто иной как Моблит. Разумеется, маленький сговор Леви и Моблита оставался за спиной его начальницы, но и Эрвин не знал, откуда растут ноги местного алкогольного производства. Как она могла не знать, что делает Бернер?       Леви присматривался к новой игрушке. Моблит — подчинённый Ханджи, с которым она максимально долго не хотела работать. Он был едва старше сопливых нулевых кадетов, что раздражало ее, но разница в возрасте между ней и ним раздражала больше. Ему едва исполнилось 19. Пришел с одной из мануфактур к ней в подчиненные, практически минуя учебное поле. То, что он был едва ли на десять лет младше, бесило ее адски, о чем она порой напрямую ему говорила.       Несмотря на свою эксцентричность и открытость, ей, безумной, было довольно сложно с кем-то сплетничать, поэтому нечаянно получилось так, что главной подушкой для всех сплетен стал Леви сам по себе. Но при всем при этом, он откровенно был не удивлен, почему Шаддис напоследок сбагрил Моблита к Ханджи, а саму Ханджи засунул в Исследовательский отряд руководителем. Предыдущий командир отряда погиб в вылазке уже давно, но никто не стремился заниматься делами технически-биологического характера. По словам Эрвина, Ханджи попала с ним в один отряд абсолютно случайно и после первой вылазки… мягко говоря отличалась… реакцией.       Моблит же был хладнокровен и спокоен в вопросах тактических, но абсолютно терял голову, когда в дело включался партнеринг — любое взаимодействие, а не битва за самого себя. Сложно инженеру внезапно стать бойцом Разведкорпуса, но, наверно, у него были свои причины на то. Зое, на свою беду, не расспрашивала, хотя даже Леви было любопытно, зачем нужно было бросать стабильную жизнь и работу и мчаться в абсолютно другой мир с другими ценностями и другими целями.       Поэтому проще всего было свести Моблита, который в силу звания, должен был пыхтеть над поведением Ханджи, и Ханджи, которую сложно было остановить в творческом порыве. Это было не обращение с человеком. Это было обращение с огнем.       Теперь Моблит, случайно ставший «звездой праздника», прикинулся ветошью и усиленно делал вид, что существует только как еще один элемент мебели. Комнате Эрвина это излишество было бы не к месту, но он очень старался…        — Кстати… — Леви перевел взгляд на Майка, — Как тебе?       От тона голоса, Ханджи прочувствовала, как сосульки поползли дальше вниз по спине и уперлись куда-то в район копчика. Эти двое могли расстрелять друг друга из УПМ прямо в длинном коридоре казармы. Леви был здесь только приглашенной звездой, поэтому почему он так хорохорился? Майк держал в руках стакан, но так и не попробовал его содержимое. Кажется, это и выбесило Леви. По его лицу знать было ничего не положено, однако неприятное предчувствие вряд ли бы ее обманывало.        — Я не разбираюсь.        — Редко какой мужчина в этом признается.       Моблит уперся спиной в стену так, что под ним заскрипели половицы. Он был еще одним случайным приглашенным и одновременно звездой этого вечера. Однако…        — Лучше я не буду разбираться в алкоголе, чем буду разбираться в чае…       Майк, потянувшись, поставил стакан на стол и вернулся обратно на кровать к Эрвину и Ханджи. Холодный взгляд Леви, как клинок, проскользил по всем трем сидевшим напротив. За два глотка он опустошил стакан и поставил его рядом с наполовину наполненным стаканом Захариуса. Стук стекла по тяжелому дереву столешницы разнесся по внезапно замолкшей комнате. Эрвин тяжело вздохнул. Эти двое не могли ужиться на одной территории.       Ханджи метнулась к Мобу, который старательно вжимал старый деревянный стул спинкой в стену.        — Ты! Чертов предатель! Не мог сказать, что учинил в лаборатории перегонный куб?       Леви стало даже жалко Моблита. Он поник еще больше, сотрясаясь под каждым словом своей начальницы. Она стояла над ним, оперевшись на спинку стула. Но даже он, высокий и куда больше шкафообразный, чем Леви, казался беззащитным.        — Поправка! В МОЕЙ лаборатории!       Моблит окончательно сник, поэтому выступить пришлось уже Эрвину:        — Зое, не хами нашему мастеру. Он старался, между прочим, и для тебя тоже. — Эрвин протянул опрометчиво оставленный на кровати стакан, чудом не перевернувшийся.       Леви посмотрел на пунцовую Ханджи, которую неясно что смущало больше — самоуправство Моба или то, что он ей ничего не сказал в попытке оправдаться?       Джин, кстати, действительно выдался отменным. Идея порадовать своих людей вкусным алкоголем пришла к нему совсем недавно. Леви был слишком злорадно рад провернутой операцией по абсурдному противодействию приехавшей из Митры инспекции, которая застигла их врасплох в собственном Штабе. Поэтому игнорировать этот факт он не мог и не хотел. А дурное дело — не хитрое… Ради этого ему даже пришлось основательно заговорить с Моблитом. Оба не особо были рады самому факту взаимодействия, но у Леви не было лучшей кандидатуры, а у Моба не было должного рецепта и фантазии. И… ради этого пришлось подрядить пару исследователей на поиск хорошего можжевельника в пределах Стены Роза… но об этом Ханджи, занятой усовершенствованием УПМ, было совершенно не обязательно знать…       Она отпрянула от Моблита и плюхнулась обратно на кровать, едва не промахнувшись и не усевшись на Эрвина.              Майк, зажатый в углу между кроватью и стеной, недовольно поглядывал то на Леви, то на Моблита, удачно занявших стулья.        — Нет, ну гляньте какой наглец! — Ханджи фырчала, хотя и была на приличном расстоянии от Бернера. Тот, к собственному удивлению, даже немного воспрял духом и выпрямился на стуле, скрестив руки.        — Между прочим, поручение было от Эрвина дано, я ничего не знаю!       Эрвин удивленно воззрился на Леви. Леви внимательно рассматривал свои поцарапанные руки…       — Кажется пришла моя очередь отчитывать подчиненного, Ханджи, — замогильный гулкий голос словно начал отсчет до смерти капрала. — Смотрю, тут целая группировка нарисовалась!       Леви промолчал и потянулся за прозрачной бутылкой, наполненной на три четверти.       — Крышку надо будет сделать другую, а не винную… — словно ничего не произошло, он налил в свою пустующий стакан еще порцию прозрачного напитка. Моблит краем глаза смотрел за его действиями, опасаясь реакции Ханджи на реплику. Она гневно сопела, но молчала.       Манерно, за тонкое горлышко, поставил бутылку на стол и взялся двумя пальцами за края стакана.        — Ты же сдохнешь тут. — Равнодушное фырчание Майка пресекло тишину. Леви и бровью не повел, делая небольшой глоток. Пыхтящая от ярости Зое повторила за ним, но закашлялась.        — Сколько там градусов? — ее хриплый голос звучал как наждак. Эрвин тоже сделал глоток. По шее прокатилась волна, спрятавшаяся в расстегнутом вороте рубашки. Леви поймал себя на мысли, что очень… акцентированно на него смотрит. Интересно, видел ли Майк…       — Я там не чувствую можжевельника.       — Ты ж наш нюхачик! — Ханджи раздраженно воззрилась на Захариуса через спину Эрвина. Тот отклонился назад, чтобы она не вцепилась ему в глаза.        — Там не должно его чувствоваться прямо вот… так. — Моблит робко, но довольно громко вбросил информацию в воздух, однако тот, казалось, кипел в районе кровати. Ханджи резким движением оперлась на плечо препятствовавшего ей Эрвина и откинулась еще больше к стене, чтобы видеть Майка. Тот же, польщенный ее вниманием, нарывался если не на драку, то на скандал.        — Ханджи, перестань.       Голос Леви почему-то достиг не цели, а Захариуса, который обернулся к нему в облаке раздражения. Тот только открыл рот, чтобы сформулировать что-то очередное и, вероятно, едкое, как Эрвин хватанул и Майка, и Ханджи, в объятья, прижав за шеи к себе. Наверно, немного переборщил…       Ханджи шипела как змея, пытаясь оторвать плотные руки от своей шеи. Нюхач же наоборот расслабился и стал податливым как глина. Эрвина это нечаянно позабавило.       Моблит впервые за пребывание в этой комнате улыбнулся.        — Командир, вы удушите нам главу Исследовательского отряда!       Леви подавил невольную улыбку. Да уж, удушишь эту мерзавку. Эрвин поднял руки в сдающемся жесте. Шипение справа от него так и не прекратилось, но уже по другому поводу: она пролила на себя часть содержимого стакана. Майк же, слева, самодовольно откинулся на подушку, лежавшую у изголовья. Ему Эрвин был как мертвому удар в челюсть. То есть весомо, но все же достаточно бесполезно.       Леви померещилось, что это призрак его неудавшегося детства.