Первая любовь, Любовь последняя.

Драко вернулся в Хогвартс уже за полночь. Замок спал, только редкие факелы мерцали в коридорах. Он знал, что сейчас не время будить Мелиссу — но он не мог ждать до утра. Он написал ей короткую записку: «Мелисса, я должен поговорить с тобой. Завтра на рассвете, у Чёрного озера. Пожалуйста, приди. Я расскажу тебе всё. – Драко» Он подсунул записку под дверь её спальни в башне Пуффендуя и ушёл, чувствуя, как сердце колотится где-то в горле. Утром он стоял у озера, глядя на гладкую воду, и ждал. В груди бушевала буря. Он боялся, что она не придёт. Но она пришла. Мелисса появилась на рассвете, закутанная в тёплую мантию, волосы растрёпаны, глаза сонные, но насторожённые. Она остановилась в нескольких шагах от него, скрестив руки на груди. – Ты хотел поговорить, – сказала она ровно. – Я здесь. Говори. Драко повернулся к ней. Он был бледен, под глазами залегли тени, но взгляд его был твёрдым. – Я солгал тебе, – начал он без предисловий. – В тот день, когда ты пришла ко мне в аудиторию. Я сказал, что у меня дела, что я не могу ответить. Это была ложь. Мелисса вздрогнула, но промолчала. – Моя мать получила письмо от отца, – продолжал Драко. – Он объявил, что я обручён с Асторией. Свадьба назначена на июнь. Он решил за меня, как всегда. Он никогда не спрашивал, чего хочу я. И я испугался. Я испугался, что если скажу тебе правду, ты уйдёшь. И я сбежал, как трус. Он замолчал, ожидая её реакции. Мелисса смотрела на него, и лицо её оставалось непроницаемым, но в глазах мелькала боль. – Ты обручён, – повторила она тихо. – И поэтому ты убежал? – Я не хочу этой свадьбы, Мелисса. Я никогда не хотел Асторию. Я хочу тебя. Я люблю тебя. Он шагнул к ней, но она отступила. – Любишь? – переспросила она, и голос её дрогнул. – Ты любишь меня, но готов был жениться на другой, потому что боишься отца? – Я был растерян! – выпалил он. – Я не знал, как сказать тебе правду, потому что боялся потерять тебя! – А теперь ты говоришь, потому что потерять уже нечего? – горько усмехнулась Мелисса. – Или потому что мама разрешила? – Потому что я понял, что без тебя мне не нужны ни деньги, ни имя, ни титулы! – Драко почти кричал. – Я ездил к матери вчера. Я рассказал ей всё. И знаешь, что она сказала? Что я должен быть честен с тобой. Что выбор, сделанный сердцем, никогда не бывает ошибкой. И я делаю этот выбор сейчас. Я выбираю тебя. Мелисса смотрела на него. В её глазах боролись недоверие, боль и надежда. – А что насчёт твоего отца? – спросила она. – Что насчёт твоей семьи, состояния, будущего? – Отец может отречься от меня, – сказал Драко ровно. – Я готов к этому. Я потеряю состояние, имя, положение. Но я сохраню себя. И тебя, если ты захочешь остаться. Она молчала так долго, что Драко начал терять надежду. – Ты был готов жениться на ней, – наконец сказала Мелисса. – Ты почти согласился. Ты сбежал от меня, потому что боялся. Как я могу тебе верить? – Я знаю, что подвёл тебя, – ответил он, и в его голосе прозвучала такая боль, что она вздрогнула. – Я сделал ошибку. Но я здесь, я перед тобой, и я говорю правду. Если ты дашь мне шанс, я докажу, что ты можешь мне верить. Я буду доказывать тебе это каждый день, каждый месяц, каждый год. Я не прошу прощения прямо сейчас — я знаю, что не заслужил его. Я прошу просто подождать. Дай мне время. Мелисса прикусила губу. Она смотрела на него — на его бледное лицо, дрожащие руки, на его отчаянные серые глаза. И внутри неё что-то сломалось. Она не хотела верить. Она была слишком напугана, слишком ранена. Но она видела, что он борется. Что он выбрал её, даже зная, что может потерять всё. – Ты дурак, Малфой, – сказала она тихо, и в голосе её прозвучала едва заметная улыбка. – Ты мог бы жить в золоте, в роскоши, с идеальной женой. А ты выбрал нищую, злую пуффендуйку с кучей проблем. – Я знаю, – кивнул он, и в его глазах блеснула надежда. – И я ни о чём не жалею. Она шагнула к нему. Один шаг. Второй. А потом её руки обвились вокруг его шеи, и она прижалась к нему, спрятав лицо у него на груди. – Если ты снова сбежишь, – прошептала она, – я лично превращу тебя в жабу и скормлю гиппогрифу. Он обнял её, прижимая к себе так крепко, будто боялся, что она исчезнет. – Не сбегу, – сказал он в её волосы. – Никогда больше. Они стояли так у озера, на рассвете, и мир вокруг переставал существовать. Были только они — Драко и Мелисса, два человека, которые прошли через ненависть, боль, ложь и потери, чтобы оказаться здесь. *** Спустя пять лет. Драко стоял у окна своего кабинета в Лондоне, глядя на вечерний город. Его компания по производству зельеварческих ингредиентов процветала. Он начал с малого — с маленькой лаборатории и трёх сотрудников — но упорство и талант сделали своё дело. Теперь он был уважаемым бизнесменом, и его имя снова звучало в высших кругах. Не как наследника Малфоев, а как человека, который построил всё сам. Отец так и не простил его. Люциус Малфой отрёкся от сына официально, лишив его наследства и фамильного состояния. Но мать, как и обещала, сделала всё возможное: она тайно перевела на его имя часть своих личных сбережений, которые Драко использовал как стартовый капитал. Они поддерживали связь, хотя встречались редко. Нарцисса приезжала в Лондон каждые несколько месяцев, чтобы увидеть сына и его жену. Да, Мелисса стала его женой. Они поженились через год после окончания Хогвартса — тихо, без помпезности, в небольшом саду, свидетелями были только Седрик Диггори и, как ни странно, Блейз Забини, который через долгие месяцы наконец извинился и признал, что был неправ. Драко повернулся к двери, услышав шаги. Мелисса вошла в кабинет, держась за живот. Она была на восьмом месяце беременности, и её округлившийся животик уже заметно выделялся под лёгким платьем. Волосы её стали чуть длиннее, а глаза — мягче, хотя прежняя искра никуда не делась. – Ты опять работаешь, – сказала она с укоризной, но в голосе слышалась любовь. – Я же говорила, тебе нужен отдых. – Я отдыхаю, – улыбнулся он, подходя к ней. – Я просто смотрю на город. – На город он смотрит, – фыркнула Мелисса. – Иди сюда, хорек. Она обняла его, прижимаясь. Драко обнял её в ответ, чувствуя, как внутри разливается такое тепло, какое он никогда не испытывал в Малфой-мэноре. – Ты не представляешь, как я тебя люблю, – сказал он тихо. – Представляю, – ответила она, улыбаясь. – Ты мне это доказываешь каждый день. Даже когда бесишь меня. – И ты меня бесишь, – усмехнулся он. – Но я всё равно люблю. Она рассмеялась — тем самым смехом, который он полюбил ещё тогда, на стадионе. И в этом смехе было всё: их прошлое, настоящее и будущее. Скоро у них родится ребёнок. Драко уже знал, что назовёт его в честь матери, если будет девочка — Нарцисса. Или в честь брата Мелиссы, если мальчик — Томас. Он хотел, чтобы их ребёнок знал, что любовь может победить любые преграды. Что семья — это не имя и состояние, а те, кто готов быть рядом в самые трудные моменты. – Драко, – сказала Мелисса, прерывая его мысли. – Я хочу, чтобы ты знал: я ни о чём не жалею. Даже о том лете, когда мы не разговаривали. Потому что это сделало нас сильнее. – Я тоже, – ответил он. – И я обещаю тебе: мы будем счастливы. Она подняла голову и поцеловала его — мягко, нежно, обещая всё, что он уже знал. За окном зажигались огни Лондона, а в маленьком доме на окраине города жили два человека, которые когда-то ненавидели друг друга, а теперь любили так сильно, что это чувство казалось бесконечным. И оно действительно было бесконечным.