Связаны во сне

Гарри сел на кровати, пока Букля начала пить воду из миски, и потянулся за пером. Первым делом нужно написать письмо Гермионе. Она точно знает всё, что можно узнать о соулмейтах, и наверняка уже прошерстила половину библиотеки Хогвартса. Дорогая Гермиона, Мне нужно тебе ТАКОЕ рассказать. Я... кажется, встретил своего соулмейта. Это произошло во сне, но всё было таким реальным, что я до сих пор чувствую его прикосновение. Я знаю, как это странно звучит, но магия была слишком сильной, чтобы быть просто сном. Ты когда‑нибудь читала о таких случаях? Может ли связь проявляться так рано? Гарри отложил письмо и взял новый лист пергамента. Теперь — Рону. Он, конечно, не эксперт, но друг есть друг. Рон, Ты не поверишь, что со мной сегодня ночью произошло. Я встретил своего соулмейта. И это было так… странно. И немного пугающе. Мы не видели друг друга, и я даже не знаю, кто это мог быть. Напиши, что ты об этом думаешь. Букля на подоконнике ухнула, словно подбадривая его. —Да ты моя умница, — улыбнулся Гарри. — Хорошо поохотилась этой ночью? Оставалось последнее письмо — самое важное. Крестному. Гарри глубоко вздохнул и начал писать медленнее, осторожнее, будто каждое слово имело вес. Сириус, Я не знаю, как тебе это объяснить, но… кажется, я встретил своего соулмейта. Это было сегодня во сне, но всё происходило так реально, что я проснулся с ощущением, будто кто‑то по-настоящему держал меня за руку. Он… взрослый. И очень сильный. Я не видел его лица, но чувствовал магию. Она мне показалась… тёмной. Но не злой. Просто мощной. Я не знаю, что это значит. И я не знаю, должен ли я бояться. Скоро мой день рождения. Ты сможешь забрать меня? Я… не хочу оставаться здесь с Дурслями. Они запрещают мне всё. Гарри перечитал написанное, чувствуя, как внутри поднимается тревога, смешанная с надеждой. Он аккуратно свернул письма, привязал их к лапам Букли и погладил её по перьям. —Лети, девочка. Пожалуйста, вернись скорее. Белоснежная сова мягко ухнула и выскользнула через окно в утреннее небо. Нужно было вставать и начинать новый день. Всё как всегда: в очередной раз приготовить завтрак на всех Дурслей, потом помыть посуду, подмести кухню и полить во дворе цветы под палящим солнцем … Гарри тяжело вздохнул. После такого сна возвращаться к привычной рутине казалось особенно мучительно. Будто он снова натягивал на себя старую, тесную кожу, которая давно ему не подходит. Он спустил ноги с кровати, чувствуя под пальцами холодный пол, и на мгновение задержался, глядя на дверь. Сон ещё не отпустил его — тёплая рука, голос, магия, что будто обвивала его изнутри… А теперь — сковородки, жареный бекон, тётя Петуния, вопли Дадли и недовольное сопение дяди Вернона. К вечеру Гарри чувствовал себя так, будто прошёл марафон. Голова гудела, тело ныло, а в груди неприятно тянуло — смесь тревоги и усталости. Он толкнул дверь в свою комнату плечом, даже не глядя внутрь — просто мечтая упасть на кровать и отключиться. Он рухнул на кровать и бросил взгляд на подоконник… там лежало три письма. Сердце Гарри забилось быстрее. Он схватил первое письмо и разорвал конверт дрожащими пальцами. Он даже не заметил, что сел на кровать. Он просто читал, впитывая каждое слово, будто боялся, что письмо исчезнет, если он моргнёт. Сначало он прочитал письмо Гермионы. Она, как всегда, писала аккуратно, ровно, будто каждое слово проходило проверку от преподователя. Гермиона поздравляла его и одновременно предостерегала: «Пожалуйста, Гарри, не говори незнакомцу ничего лишнего, даже если он твой соулмейт. Магия связи сильна, но это не отменяет осторожности». Дальше она объясняла, что всё происходящее — нормально. Ему скоро исполняется пятнадцать, а значит, связь могла проявиться именно сейчас. И да — его соулмейт, скорее всего, старше. Гарри облегченно выдохнул. От Гермионы он и ждал чего‑то подобного: здравого смысла, фактов и лёгкой паники между строк. Потом было письмо Рона, где тот радостно поздравлял его, спрашивал кто его соулмейт, где учится, как выглядит. Он взял последнее письмо — от Сириуса. Почерк был быстрым, чуть неровным, будто его крестный писал в спешке, но каждое слово было наполнено заботой. Каждое новое слово будто возвращало ему дыхание, уверенность, ощущение, что он не один в этом странном, пугающем мире. Сириус писал, что нет ничего странного в том, что его соулмейт старше. Что такое случается довольно часто. И что он обязательно будет рядом, что бы ни случилось. И что он постарается забрать Гарри на день рождения, во что бы то ни стало. Гарри перечитал эти строки дважды. И вдруг, не сдержавшись, прижал письмо к груди и откинулся на спину, глядя в потолок с широкой, почти детской улыбкой. —ДА! Наконец-то! — выдохнул он, едва не рассмеявшись от облегчения. Он аккуратно положил письма на тумбочку, погладил Буклю по голове, поблагодарил её за работу… и почувствовал, как усталость накрывает его, тёплая и мягкая, как одеяло. Гарри не заметил, как закрыл глаза. Мысли о прошедшем дне, таком утомительным смешались вихрем в голове. Он мгновенно заснул. Когда Гарри открыл глаза, то сразу понял, что это не его комната. Он стоял в просторном помещении, освещённом мягким зелёным светом. Вокруг были книжные шкафы, а у окна стоял массивный стол — аккуратные стопки пергаментов, чернильница, перо, несколько странных артефактов, которые тихо мерцали. И он не был один. Темная фигура подняла голову, словно почувствовала Гарри ещё до того, как тот появился. —Ты снова здесь, — сказал мужчина тихо, но в голосе явно звучало удовлетворение. — Ты исчез так внезапно. Я испугался, что потерял тебя. Гарри растерялся: —Это был сон… я не контролировал… Мужчина засмеялся, и от неожиданости Гарри взрогнул. Его смех был такой искренний, заразительный, заставляя его неловко тоже улыбнуться в ответ. —Как успехи в Зельеварение? —Ох, черт, — выдохнул он, чувствуя, как уши предательски краснеют. —Я… вымотался за этот день и совсем забыл об этом. Мужчина приподнял бровь, и в его голосе прозвучала мягкая насмешка: —Забыл? Гарри почесал затылок, чувствуя себя так, будто его поймали на месте преступления. —Ну… да. Были некоторые дела... Он не хотел говорить о Дурслях. Не здесь. Не с ним. —Всё нормально, — тихо сказал парень. — Я просто… устал. —Ты не должен уставать так сильно, — мужчина подошёл ближе, но не слишком — будто уважал границы, которых Гарри сам ещё не понимал. В груди что‑то дрогнуло — странное, тёплое, пугающее и притягательное одновременно. —Это временно, — пробормотал он. — Скоро мой день рождения. Крестный обещал меня забрать. Я ему рассказал и ещё своим друзьям. Они… они поддерживают меня. — Хорошо, — произнёс тот ровно. — Но пока ты здесь… — он сделал ещё один шаг, и воздух между ними стал плотнее, теплее, насыщеннее магией. — Я хочу, чтобы ты приходил ко мне. Чтобы ты не забывал о себе. И о нашей связи. Гарри сглотнул. —Я и не забываю. Мужчина улыбнулся — едва заметно, но от этого улыбка стала ещё опаснее. —Тогда расскажи мне, — сказал он мягко. — Что именно ты забыл в Зельеварении? Гарри закатил глаза, но улыбнулся шире: —Всё. Абсолютно всё. Мужчина снова тихо рассмеялся — и Гарри поймал себя на том, что хочет слышать этот смех ещё. Это было приятно. —Значит, всё? — уточнил он мягко. — Абсолютно? —Абсолютно, — подтвердил Гарри, уже почти смеясь. — Я даже не помню, как называются те дурацкие зелья, которое нам задали на пятый курс. —Если мне память не изменяет, то вы будете изучать приготовление Умиротворяющего бальзама, — подсказал мужчина. — Оно сложное по составу. Если переусердствовать с ингредиентами, то тот, кто выпьет это зелье может погрузится в необратимый сон. Я могу тебе объяснить, — сказал он спокойно. — Если хочешь. —Ты… хочешь помочь мне с домашним заданием? — спросил он, не скрывая удивления. —Почему бы и нет? — мужчина чуть улыбнулся. — Соулмейты должны помогать друг другу. Даже в мелочах. Гарри почувствовал, как внутри что‑то тёплое расправляет крылья. Он не привык, что кто‑то хочет помогать ему просто так. Седрик рассказал ему про драконов, Невилл — про жаброводоросли, даже Снейп дал подсказку про зелье только потому, что вмешался Барти Крауч-младший который хотел довести его к финалу прям в лапы Волдеморта. —Спасибо, — прошептал парень. —Ты даже не представляешь, насколько важен для меня твой успех, — сказал его соулмейт тихо. — И насколько далеко я готов зайти, чтобы помочь тебе. Прежде чем Гарри успел спросить, что он имеет в виду, сон дрогнул и оборвался, оставив его с бешено колотящимся сердцем и странным ощущением, что он услышал не всё.