Лучший круг для тебя

Прошла неделя с тех пор, как Эйла уехала из Монако. Всего неделя. Ландо сидел в своей квартире в Лондоне, глядя на дождь, который барабанил по окну, и чувствовал, как время тянется мучительно медленно. Капли стекали по стеклу, оставляя мокрые дорожки, и он следил за ними, как за движением секундной стрелки, которая никак не хотела ускоряться. Они переписывались каждый день. Короткие сообщения, в которых она рассказывала о своей новой жизни. О том, как устроилась в маленькой квартире в Клэпхэме. О том, как нашла работу в книжном магазине. О том, как впервые за долгие годы проснулась без чувства страха. Но он чувствовал в её словах неуверенность. Она писала, что всё хорошо, но он знал, что это не совсем так. Она привыкала к свободе. Она училась дышать без него. Это было медленно и тяжело. Ландо взял телефон и написал ей: «Как ты? Всё хорошо?» Ответ пришёл через несколько минут: «Всё хорошо. Сегодня первый день на работе. Немного страшно, но интересно. Хозяин магазина очень милый. Показал мне, как работать с кассой. Я чуть не сломала её». Он улыбнулся, чувствуя, как внутри разливается тепло. «Уверен, ты справишься. Ты вообще быстро учишься». «Спасибо. А как ты? Как тренировки?» «Нормально. Завтра выезжаю на трассу. Надо готовиться к следующему этапу». «Удачи тебе. Я буду за тебя болеть». Он смотрел на экран и не знал, что ответить. Он хотел сказать что-то важное. Что-то, что показало бы ей, что она не одна. Но он не мог. Не сейчас. Она нуждалась в друге. Только в друге. «Спасибо. Береги себя». Прошло ещё несколько дней. Ландо тренировался, ездил на трассу, встречался с командой. Жизнь шла своим чередом, но он чувствовал, что внутри что-то изменилось. Он думал о ней чаще, чем хотел бы. Каждый раз, когда он видел что-то, что могло бы ей понравиться, он хотел написать ей. Каждый раз, когда он слышал песню, которая напоминала о ней, он чувствовал, как сердце сжимается. Он не знал, что это было. Он не хотел знать. Он просто был рядом. Он был её другом. Однажды вечером она написала ему: «Мне страшно. Он звонил мне сегодня. Я не ответила, но он оставил голосовое сообщение. Он угрожал мне. Сказал, что найдёт меня. Что я пожалею о том, что ушла». Ландо почувствовал, как его сердце сжалось. Он знал, что Оскар не оставит её в покое. Он знал, что он попытается вернуть её. Он знал, что она в опасности. «Не отвечай ему. Игнорируй его. Если он продолжит звонить, заблокируй номер. И если что-то случится, позвони мне. Я приеду». «Спасибо. Я не знаю, что бы я делала без тебя». «Ты справишься. Ты сильная». Ландо получил приглашение на благотворительный вечер в Лондоне. Команда организовала мероприятие, и он должен был присутствовать. Обычно он ненавидел такие вечера, но в этот раз он почувствовал странное волнение. Он знал, что на вечере будет Оскар. Он стоял перед зеркалом, поправляя галстук, и чувствовал, как внутри нарастает напряжение. Его руки слегка дрожали, когда он застёгивал пуговицы пиджака. Он не знал, что скажет Оскару. Не знал, как будет себя вести. Но он знал, что должен пойти. Должен посмотреть ему в глаза. Должен понять, что тот чувствует. Он взял ключи от машины и вышел из квартиры. Дождь всё ещё шёл, и он чувствовал, как капли стекают по его лицу, когда он шёл к машине. Он не знал, что ждёт его на этом вечере. Но он знал, что должен быть там. Вечер начался, как всегда, с шума и суеты. Ландо вошёл в зал и сразу почувствовал знакомую волну фальши. Здесь всё было выстроено для фотографий: идеально накрытые столы, идеально одетые люди, идеальные улыбки. Шампанское лилось рекой, официанты скользили между гостями с подносами, воздух вибрировал от смеха и звона бокалов. Ландо взял у официанта бокал с водой и встал у одной из высоких стоек, наблюдая за происходящим. Он не хотел ни с кем говорить. Не хотел улыбаться. Не хотел притворяться. — Ты тоже ищешь способ сбежать? — раздался голос рядом. Ландо повернулся и увидел Карлоса Сайнса, который стоял рядом с ним с бокалом шампанского. — Всегда, — ответил Ландо, позволяя себе улыбнуться. — Я тоже, — сказал Карлос, делая глоток. — Знаешь, кто здесь сегодня? Ландо почувствовал, как сердце забилось быстрее. — Оскар, — сказал Карлос, понижая голос. — Он выглядит не лучшим образом. Говорят, его жена ушла от него. Он злой, как никогда. Ландо сглотнул. Он знал почему. Он был причиной. — Он здесь? — спросил он, стараясь, чтобы голос звучал ровно. — Вон там, — Карлос кивнул в сторону дальнего угла зала. Ландо посмотрел туда и увидел Оскара. Он стоял у стены, сжимая в руках бокал с виски, и смотрел на толпу с холодным выражением лица. Он выглядел уставшим, осунувшимся, и в его глазах была такая пустота, что у Ландо перехватило дыхание. Он почувствовал, как по спине пробежал холодок. Он помнил голос Оскара за стеной в Монако. Помнил звук пощёчины. Помнил крики и слёзы. Он знал, на что способен этот человек. — Мне нужно... кое-что проверить, — сказал Ландо, чувствуя, как внутри нарастает паника. Он вышел из зала, стараясь, чтобы никто не заметил его ухода. Он нашёл тихий угол в коридоре и достал телефон. Его пальцы дрожали, когда он набирал сообщение: «Оскар в Лондоне. На благотворительном вечере. Он выглядит злым. Будь осторожна. Не отвечай на его звонки. Если он придёт к тебе — не открывай дверь». Ответ пришёл почти сразу: «Я знаю. Он звонил мне вчера. Я не ответила. Он оставил голосовое сообщение. Он угрожал мне. Сказал, что найдёт меня. Что заставит меня пожалеть о том, что я ушла. Я боюсь, Ландо. Что мне делать?» Ландо чувствовал, как его сердце колотится в груди. Она боялась. Она была в опасности. «Я еду к тебе. Жди меня. Не открывай никому дверь. Я буду через час». Он убрал телефон и направился к выходу. — Ландо. Он обернулся. Оскар стоял в нескольких метрах от него. Его лицо было бледным, глаза ввалились, и он держал бокал с виски так сильно, что костяшки побелели. — Оскар, — сказал Ландо, стараясь, чтобы голос звучал ровно. — Я слышал, ты виделся с Эйлой после её отъезда, — сказал Оскар, и в его голосе появилась угроза. — Ты знаешь, где она? Ландо сглотнул. Он должен был врать. — Нет, — сказал он, стараясь, чтобы голос звучал убедительно. — Я не знаю, где она. Оскар усмехнулся. — Ты лжёшь. Я знаю, что ты лжёшь. Я видел ваши сообщения. Ты думаешь, я идиот? Ландо молчал, чувствуя, как внутри нарастает паника. — Она моя жена, — сказал Оскар, и его голос стал почти шёпотом. — Она моя. Ты понял? Она принадлежит мне. — Она не твоя вещь, — сказал Ландо, чувствуя, как слова вырываются сами собой. — Она человек. Она имеет право быть счастливой. Оскар замер. Его лицо стало белым, и он смотрел на Ландо с такой ненавистью, что у того перехватило дыхание. — Ты ещё пожалеешь о своих словах, — сказал Оскар, разворачиваясь и уходя. — Ты ещё пожалеешь о том, что вмешался в мою жизнь. Ландо стоял в коридоре, чувствуя, как его сердце колотится в груди. Он не знал, что сделает Оскар. Но он знал одно: он должен защитить её. Ландо приехал к ней через час. Дождь всё ещё шёл, и он промок до нитки, когда поднимался по лестнице к её квартире. Он постучал в дверь, и она открыла почти сразу. Она была бледной, её глаза были красными от слёз, и она дрожала. — Ты пришёл, — прошептала она. — Я боялась, что ты не придёшь. — Я пришёл, — сказал он, чувствуя, как его сердце разрывается при виде её страданий. — Он угрожал тебе? — Да, — она кивнула, отступая в комнату. — Он звонил мне снова. Он сказал, что знает, где я живу. Он сказал, что придёт сегодня. Он сказал, что я пожалею о том, что ушла. Ландо вошёл в квартиру и закрыл за собой дверь. Он посмотрел на неё и почувствовал, как внутри поднимается волна гнева. — Он не придёт, — сказал Ландо, сжимая её руки. — Я не позволю ему прийти. — Ты не можешь быть уверен в этом, — сказала она, и в её голосе была такая боль, что у него перехватило дыхание. — Он всегда делает то, что говорит. Он всегда находит меня. — Не сегодня, — сказал Ландо. — Я здесь. Она смотрела на него, и в её глазах была такая благодарность, что он почувствовал, как его сердце наполняется теплом. — Почему ты делаешь это? — спросила она. — Почему ты помогаешь мне? Ты рискуешь своей карьерой ради меня. Почему? Он не знал, что ответить. Он не знал, как объяснить ей то, что чувствовал. — Потому что я хочу, чтобы ты была в безопасности, — сказал он, стараясь, чтобы голос звучал ровно. — Потому что ты заслуживаешь быть счастливой. Она смотрела на него, и слёзы текли по её щекам. — Спасибо, — прошептала она. — Спасибо, что ты есть. Он не знал, что сказать. Он просто стоял рядом, держа её за руки, и чувствовал, как её пальцы сжимают его ладонь. Ночь прошла в напряжении. Ландо не спал, прислушиваясь к каждому звуку за окном. Он слышал, как она плачет в соседней комнате. Он слышал, как она боится. Он сидел на диване, глядя на дверь, и чувствовал, как внутри нарастает напряжение. Когда наступило утро, она вышла из комнаты с улыбкой на лице. Она выглядела уставшей, но её глаза были спокойными. — Ты ещё здесь, — сказала она. — Я не мог уйти, — сказал он, вставая с дивана. — Я хотел убедиться, что всё в порядке. Она улыбнулась, и в её улыбке была такая нежность, что он почувствовал, как его сердце забилось быстрее. — Спасибо, — сказала она. — Спасибо за всё. Он просто улыбнулся в ответ и сказал: — Я рад, что смог помочь. День прошёл в напряжённом ожидании. Ландо остался у неё, чтобы убедиться, что Оскар не появится. Они сидели в её маленькой гостиной, пили чай и говорили о жизни. Она рассказывала о своей работе, о своих планах. Он слушал, кивал, задавал вопросы. — Я так боялась, что он найдёт меня, — сказала она, глядя в чашку с чаем. — Каждый день я просыпаюсь и боюсь, что он будет ждать меня за дверью. Я не могу жить в этом страхе. — Ты не будешь жить в этом страхе, — сказал Ландо, сжимая её руку. — Я помогу тебе избавиться от него. Но это займёт время. — Как я могу перестать бояться? — спросила она. — Он всё время угрожает мне. Он всё время говорит, что я его вещь. — Ты не его вещь, — сказал Ландо, чувствуя, как внутри поднимается волна гнева. — Ты человек. Ты имеешь право быть счастливой. Ты имеешь право быть свободной. Она смотрела на него, и в её глазах была такая благодарность, что он почувствовал, как его сердце наполняется теплом. — Ты прав, — сказала она. — Я не должна позволять ему контролировать мою жизнь. Ландо вернулся к обычной жизни — тренировки, встречи с командой, подготовка к следующему этапу чемпионата. Он старался не думать о ней, но это было невозможно. Каждое свободное мгновение он ловил себя на том, что смотрит на телефон в ожидании её сообщения. Она писала реже. Короткие фразы, без эмоций. «Всё хорошо». «Работаю». «Не беспокойся». Он чувствовал, что что-то не так, но не решался спросить. Она имела право на личное пространство. Она имела право на тишину. Но однажды вечером его телефон завибрировал. Сообщение от неё было длиннее обычного: «Я не знаю, как сказать тебе это. Я не знаю, что делать. Он пришёл сегодня. Я не открыла дверь, но он стоял под окном и кричал. Он сказал, что не уйдёт, пока я не выйду. Я вызвала полицию, но они приехали только через час. Он ушёл до их приезда. Они сказали, что не могут ничего сделать, потому что он не угрожал мне напрямую и не проник в квартиру. Я боюсь, Ландо. Я не знаю, что делать. Я не могу так жить». Ландо почувствовал, как его сердце сжалось. Он перечитал сообщение несколько раз, пытаясь осознать, что она пережила. Оскар пришёл к ней. Он стоял под её окнами. Он кричал. Она была одна. Она была напугана. Он набрал её номер. Она ответила после второго гудка. Её голос дрожал. — Я знаю, что ты не хочешь, чтобы я вмешивался, но я должен тебя спросить: ты в порядке? Ты уверена, что не хочешь, чтобы я приехал? — Я не знаю, — сказала она, и в её голосе слышалась такая усталость, что у него перехватило дыхание. — Я не знаю, что делать. Я не знаю, как быть. Я не могу жить в этом страхе. Я не могу постоянно ждать, что он появится. — Ты не должна жить в этом страхе, — сказал он, стараясь, чтобы голос звучал спокойно. — Мы найдём способ защитить тебя. Мы найдём способ остановить его. — Как? — спросила она, и в её голосе была такая боль, что он почувствовал, как его сердце разрывается. — Как я могу остановить его? Он не слушает меня. Он не слушает никого. Он одержим. Он думает, что я его вещь. Ландо молчал. Он не знал, что сказать. Он не знал, как защитить её. Но он знал одно: он должен быть рядом. Он должен помочь ей. — Я приеду, — сказал он. — Я не буду навязываться, но я приеду. Я хочу убедиться, что ты в безопасности. Она не ответила. В трубке было тихо, и он слышал только её дыхание. Потом она сказала: — Хорошо. Приезжай. Он положил трубку и почувствовал, как внутри нарастает напряжение. Он не знал, что скажет ей. Не знал, что сделает. Но он знал, что должен быть рядом. Ландо приехал к ней через час. Дождь всё ещё шёл, и он промок до нитки, когда поднимался по лестнице к её квартире. Она открыла дверь, и он увидел её бледное лицо, красные глаза, дрожащие руки. Она выглядела так, будто не спала несколько дней. — Ты пришёл, — сказала она, и голос её был тихим и уставшим. — Я обещал, — сказал он, входя в квартиру. — Что случилось? Расскажи всё. Она села на диван, обхватив колени руками, и начала говорить. Она рассказывала о том, как Оскар пришёл к ней. Как он стоял под окном и кричал. Как он угрожал ей. Как он говорил, что она никогда не будет свободной. Как он говорил, что она всегда будет его. — Я не знаю, что делать, — сказала она, и слёзы текли по её щекам. — Я не знаю, как остановить его. Я не знаю, как защитить себя. Ландо сел рядом с ней. Он не знал, что сказать. Он не знал, как помочь ей. Но он знал, что должен быть рядом. — Мы найдём способ, — сказал он, сжимая её руку. — Мы найдём способ остановить его. Ты не должна бояться. Ты не одна. Она смотрела на него, и в её глазах была такая благодарность, что он почувствовал, как его сердце наполняется теплом. — Спасибо, — прошептала она. — Спасибо, что ты есть. Они сидели в тишине, и эта тишина была не неловкой — она была понятной. Как будто они оба знали, что слова сейчас не нужны. — Ты можешь подать заявление в полицию, — сказал он. — Ты можешь получить защитный ордер. Ты можешь сменить номер телефона, переехать, найти новую работу. Ты можешь сделать всё, чтобы он не мог найти тебя. Она смотрела на него, и в её глазах была такая надежда, что он почувствовал, как его сердце наполняется теплом. — Ты прав, — сказала она. — Я могу сделать это. Я могу защитить себя. Это было медленно и тяжело. Она боялась, что Оскар узнает. Боялась, что он найдёт её. Боялась, что он сделает ей больно. Но Ландо был рядом. Он поддерживал её. Он помогал ей. Он был её опорой. Через несколько дней она получила уведомление о том, что защитный ордер был одобрен. Она не могла поверить, что это правда. Она смотрела на бумагу, держа её в дрожащих руках, и слёзы текли по её щекам. — Я сделала это, — сказала она, и в её голосе была такая гордость, что у него перехватило дыхание. — Я сделала это. Я защитила себя. — Ты сделала это, — сказал он, улыбаясь. — Ты справилась. Она смотрела на него, и в её глазах была такая благодарность, что он почувствовал, как его сердце наполняется теплом. — Я не знаю, что бы я делала без тебя, — сказала она, и в её голосе была такая искренность, что у него перехватило дыхание. — Ты бы справилась, — сказал он. — Ты сильная. Ты всегда была сильной. Ты просто забыла об этом. Ландо сидел в своей квартире, глядя на дождь за окном, когда его телефон зазвонил. Это был неизвестный номер. Он ответил, и голос на том конце заставил его замереть. — Ландо, это Оскар. Ландо почувствовал, как его сердце сжалось. Он не знал, что сказать. Не знал, что делать. Он просто сидел и слушал. — Я знаю, что ты помог ей, — сказал Оскар, и голос его был холодным и зловещим. — Я знаю, что ты был у неё. Я знаю, что ты помог ей подать заявление в полицию. Ты думаешь, что защитил её. Но ты ошибаешься. Ты только разозлил меня. Ты только сделал хуже. Я найду её. И когда я найду её, я сделаю так, что она пожалеет о том, что ушла. А ты — ты пожалеешь о том, что вмешался. Ландо молчал, чувствуя, как внутри поднимается волна страха. Он не знал, что сделать. Не знал, что сказать. Он знал только одно: Оскар не шутит. — Ты не тронешь её, — сказал он, стараясь, чтобы голос звучал ровно. — Ты не тронешь её. Я не позволю тебе. Оскар усмехнулся. — Ты не сможешь остановить меня, — сказал он и положил трубку. Ландо сидел в тишине, чувствуя, как его сердце колотится в груди. Он не знал, что сделает Оскар. Не знал, что скажет. Но он знал одно: он должен защитить её. Он взял телефон и набрал её номер. Она ответила почти сразу. — Ландо, что случилось? — Он звонил мне, — сказал он, чувствуя, как его голос дрожит. — Он угрожал мне. Он сказал, что найдёт тебя. Он сказал, что сделает тебе больно. Она замолчала, и он слышал её дыхание. Потом она сказала: — Я знаю. Он звонил мне тоже. Он сказал, что не остановится. Он сказал, что уничтожит меня. Ландо почувствовал, как внутри поднимается волна гнева. Он не мог позволить этому случиться. Он не мог позволить Оскару причинить ей боль. — Ты должна быть осторожна, — сказал он. — Ты должна быть готова к тому, что он попытается что-то сделать. — Я знаю, — сказала она, и в её голосе была такая уверенность, что он почувствовал, как его сердце наполняется теплом. — Я готова. Я сильная. — Я знаю, что ты сильная, — сказал он. — Но ты не должна быть одна. Я буду рядом. Они говорили ещё несколько минут, и он чувствовал, как она становится увереннее. Она не боялась. Она была готова к тому, что Оскар попытается сделать что-то. Она была сильной. Она была свободной. Когда они закончили разговор, Ландо положил телефон и почувствовал, как внутри разливается странное чувство. Он не знал, что будет завтра. Не знал, что принесёт будущее. Но он знал одно: он поможет ей. Что бы ни случилось. А пока он просто ждал. И верил. Оскар не звонил. Не приходил. Не угрожал. Ландо начал думать, что, может быть, он оставил её в покое. Может быть, он понял, что ничего не сможет сделать. Может быть, он сдался. Но однажды вечером он получил от неё сообщение. Оно было коротким, но в нём было столько боли, что у него перехватило дыхание: «Он здесь. Он стоит под моим окном. Он кричит. Он говорит, что убьёт меня. Я вызвала полицию, но они не приехали. Мне страшно, Ландо. Мне очень страшно. Что мне делать?» Ландо почувствовал, как его сердце сжалось. Он не знал, что сказать. Не знал, что сделать. Он знал только одно: он должен быть рядом. «Я еду к тебе. Жди меня. Не открывай дверь. Не выходи на улицу. Я буду через полчаса». Он встал, схватил ключи от машины и выбежал из квартиры. Дождь всё ещё шёл, и он чувствовал, как капли стекают по его лицу, когда он сел в машину. Он не знал, что сделает, когда приедет. Не знал, что скажет Оскару. Но он знал, что должен защитить её. Он приехал через полчаса. Оскар стоял под её окнами, сжимая в руках бутылку виски, и кричал. Его голос был хриплым и злым. — Выходи, Эйла! — кричал он. — Ты не спрячешься от меня! Ты всегда будешь моей! Ты всегда будешь принадлежать мне! Ландо вышел из машины и подошёл к нему. Он чувствовал, как внутри поднимается волна гнева. — Оскар, — сказал он, стараясь, чтобы голос звучал ровно. — Уходи. Ты не имеешь права быть здесь. Ты не имеешь права угрожать ей. Оскар повернулся к нему, и в его глазах была такая ненависть, что у Ландо перехватило дыхание. — Ты, — сказал он, и его голос был холодным и злым. — Ты сделал это. Ты разрушил мою жизнь. Ты забрал её у меня. — Я не забирал её, — сказал Ландо, чувствуя, как его голос дрожит. — Она ушла сама. Она ушла, потому что ты делал ей больно. Она ушла, потому что она не хотела быть с тобой. Оскар замахнулся, и Ландо почувствовал, как кулак ударил его в лицо. Он упал, чувствуя, как кровь течёт по его губе. Он смотрел на Оскара, и в его глазах была такая пустота, что у него перехватило дыхание. — Ты ещё пожалеешь о том, что вмешался, — сказал Оскар, разворачиваясь и уходя. Ландо лежал на мокром асфальте, чувствуя, как дождь смешивается с кровью. Он смотрел, как Оскар уходит, и чувствовал, как внутри поднимается волна страха. Он не знал, что сделает Оскар. Не знал, что скажет. Но он знал одно: он должен защитить её. Он встал, вытер кровь с лица и подошёл к её подъезду. Он постучал в дверь, и она открыла почти сразу. Она была бледной, её глаза были красными от слёз, и она дрожала. — Он ударил тебя, — сказала она, и в её голосе была такая боль, что у него перехватило дыхание. — Всё в порядке, — сказал он, стараясь, чтобы голос звучал ровно. — Я в порядке. — Ты не в порядке, — сказала она, и слёзы текли по её щекам. — Ты весь в крови. Он чувствовал, как его лицо пульсирует от боли. — Всё будет хорошо