Укус жизни: наследие крови

      Вечером, как только стемнело, Сухо в компании своего доброго друга Кая и полукровки Сехуна выбрали направление, как им казалось, наиболее верное. С острым ночным зрением и превосходным обонянием вампиры становились несравненными охотниками. Только касалось это чаще всего людей или животных, которыми они питались в зависимости от выбранной «диеты».       Сухо не отличался особой жестокостью, питался по необходимости и часто делился добычей с Каем, новичком в их клане, обращённым предыдущим главой, Минхо.       Какое-то время он наблюдал за своими путниками, но вскоре понял, что с ними есть кто-то ещё. И хлопанье крыльев его выдавало. Затаившись, он решил не обращать внимания. Может, ему показалось, и это просто какая-нибудь сова. Однако их неожиданного компаньона раскрыл дампир.       — Тебе здесь нечего бояться, Юна.       «Юна? Зачем она за нами увязалась?» — подумал Сухо.       — О, мышка! — радостно воскликнул Кай, задрав голову наверх. — И давно она тут?       — Достаточно, чтобы понять, что вам нужна помощь, — обернувшись девушкой, ответила она и скрылась за ближайшим деревом, поправляя наряд и волосы.       При виде нового компаньона Кай испуганно ойкнул.       Сехун тут же подскочил к ней, желая заключить в объятия от охватившей его радости при виде её человеческой формы, но решил, что это будет выглядеть глупо, и в последний момент остановился. Слишком близко. Мрачный взгляд Юны дал ему понять, что он нарушил границы личного пространства и позволил себе лишнее.       — Ох, извини, — мягко отстранился он, осознавая свою ошибку. — Не думал, что ты захочешь к нам присоединиться. Ты же ясно дала понять, что…       — Что тебе нужна моя защита, — поспешила она закончить его фразу.       — Но Юна, я ведь не маленький.       — Технически… я гораздо старше тебя. А в тебе ещё течёт человеческая кровь.       — Наравне с вампирской…       — С чем я бы поспорила. Как бы то ни было, я помогу вам.       — Чем же, юная леди? — с иронией поинтересовался из-за плеча Сехуна архивариус Сухо и незаметно подмигнул ей.       — Вы ведь знаете, что имеете дело с полукровкой? — уточнила девушка.       — Конечно, — с улыбкой подтвердил Кай.       — А на кого ведёте охоту? Про неё тоже знаете? По запаху идёте? Вы ведь уже однажды её поймали. Что мешает использовать подобного, чтобы облегчить себе задачу?       — Выражайся, пожалуйста, конкретнее, уважаемая летучая мышь, — произнёс Сухо, складывая руки на груди.       — Хорошо, я задам наводящие вопросы, а вы мне ответите, договорились?       — Ну давай, — согласился с ней архивариус.       — Когда вы обнаружили вторжение и пропажу вещей, что первым пришло на ум?       — Что она не такая, как мы.       — Что навело на эти мысли?       — Другой запах. И температура тела. Она и правда похожа на Сехуна.       — Ты хочешь сказать, что она тоже полукровка? — влез Кай.       — А тебе, молодой человек, можно ко мне обращаться только на Вы, — отметила Юна, окидывая его укоризненным взглядом, отчего тот зарёкся вообще с ней поддерживать диалог.       — Юна, помягче с ним, пожалуйста. Он ещё не силён в нашей иерархии, — попросил Сухо.       — А почему тебе разрешено обращаться на «ты»? — парировал Кай, строя обиженный вид и выпячивая губу, отчего Сухо рассмеялся и чуть не забыл ответить.       — Да, почему? — спросил Сехун. — Что вы скрываете?       — Ты скажешь или я? — выдохнула девушка.       Сухо взвесил, насколько безопасна эта информация и не повлечёт ли она за собой вереницу объяснений и открытие тайны, зачем на самом деле Сехуна держат в особняке, и признался:       — Мы с Юной давно знакомы. Ещё со времён правления Джихуна.       — Твоего сира? — поразился Кай, удивлённо распахнув глаза. — Ничего себе! И ты молчал?       — А что бы это тебе дало?       — Ну, ты же говорил, что нынешних вампиров, умеющих обращаться в летучих мышей, по пальцам рук пересчитать. Это такой шанс завести полезное знакомство и узнать о прошлом… Ух, голова кругом!       — Кай, держи себя в руках. Я тоже неплохой источник древних знаний, — напомнил его друг.       — Ты не понимаешь, это другое…       — Закроем тему. У нас сейчас другая цель, а обсудить это сможете, когда вернёмся домой. Если, конечно, Юна захочет. Такую панику навёл. Прости, пожалуйста, — обратился он уже к подруге.       — Всё в порядке. Ты разум этой команды.       — Спасибо за комплимент, — улыбнулся Сухо.       — Это факт. Итак…       — Да, насчёт полукровок.       — Стоп! — Сехун выставил перед собой руку ладонью вперёд. — Вы хотите сказать, что та девушка такая, как я? Рождена от вампира и человеческой женщины?       — Скорее всего, так и есть, — кивнул Сухо.       — Но я думал, я такой один, — голос Сехуна поник.       — Спешу тебя огорчить, это не так. Да, вас может быть мало, но ты не единственный дампир в мире.       — И где-то рядом бродит ещё один… Одна. С ума сойти. Я-то думал, что меня гипнотизировала обычная вампиресса, а тут вон оно что.       — Гипноз? — Сухо вопросительно посмотрел на озадаченную Юну. — Что ты об этом знаешь?       — Почти ничего. У полукровок при хорошем учителе вполне может развиться как способность к гипнозу, так и сопротивление к нему. С какой стороны посмотреть.       — То есть можно научиться? Ты же говорила, что можешь, только не любишь…       — Сех, я думаю, что сейчас не стоит обсуждать, что я люблю или не люблю, — мягко произнесла девушка, одаривая его многозначительным взглядом.       — Или кого, — еле слышно      пробормотал Кай, но все его проигнорировали.       — Пока мы здесь торчим, она всё дальше от нас, — вразумила их летучая мышь, готовясь продолжить путь.       — Каков план действий? — спросил предприимчивый Сухо и нетерпеливо похлопал себя по бокам. — Использовать способности Сехуна, о которых мы не знаем?       — Что если дампиры чуют друг друга? Он же говорил с ней, значит, сможет определить, в каком направлении она сбежала, — подсказала Юна.       — Ну… — с сомнением протянул дампир. — Как я это сделаю, если никогда не пробовал? Я не охотился ни на кого.       — Я слышал, что Бэк тебе иногда даёт кровь для поддержания сил наряду с человеческой пищей, — осторожно вклинился Кай.       — Да, это так.       — Ну вот, у крови каждого существа свой особый запах.       — Сейчас не об этом. Охота, — напомнил Сухо.       — А, я понял. Его разбаловали.       — Кай! — пожурил его Сухо.       — Против правды не попрёшь, — вздохнул Сехун, отводя взгляд.       — Но ещё не всё потеряно. Ты сможешь нам помочь. Сосредоточься. Закрой глаза и попробуй представить себя на её месте.       Юна подошла к Сехуну и, взяв его за плечи, повернула в направлении предполагаемого движения беглянки. Почувствовав через рубашку приятную прохладу её пальцев, он задрожал и едва не повернулся, чтобы посмотреть на неё, но взял себя в руки и послушно закрыл глаза. Не время сейчас о всяких глупостях думать.       Видя нетипичные для вампира и такие привычные для человека реакции, Кай ещё больше утвердился в своём мнении, сложившемся об отношениях «бэт-гёрл», как он назвал её про себя, и дампира. И даже немного им позавидовал. Ведь в их мире не всё так просто. К тому же Кай не успел ещё в полной мере насладиться прелестями бессмертия и немного скучал по человеческой жизни.       — Я… кажется, чувствую, — тихо сказал Сехун, не открывая глаз. — Там. — Он указал рукой в сторону леса.       — Отлично, — Сухо хлопнул его по плечу. — Веди.

***

      Они двинулись в указанном направлении. Сехун шёл первым, стараясь удерживать едва уловимое ощущение, похожее на тонкую нить, тянущую его вперёд. Юна держалась рядом, готовая в любой момент прийти на помощь, но не вмешиваясь. Кай и Сухо замыкали шествие, переговариваясь шёпотом.       Лес постепенно редел, и вскоре впереди показался дом. Сехун остановился.       — Она там, — сказал он. — Была. Запах свежий.       — Она уже ушла, — констатировал Сухо, оглядывая крыльцо. — Идём по следу.       Они обогнули дом и вскоре наткнулись на неё. Чорин вышла из-за деревьев, не заметив засады. Кай среагировал первым.       В лесу звуки разносятся быстро, но ещё быстрее пространство разрезают новообращённые вампиры. Когда Сехун и Юна добрались до источника криков, то увидели между деревьями две фигуры. В крепких руках Кая трепыхалась темноволосая девушка с маленьким лицом и очень недобрым взглядом. Сухо стоял в позе готовности к атаке. Однажды им уже удалось поймать её. На этот раз шансов сбежать у воровки не осталось.       — Отпусти!       Девушка шикнула, когда пальцы вампира до боли сдавили её предплечья, и дёрнулась в попытках освободиться. Земля зашуршала под её ногами, но Кай не дал ей сделать ни единого шага.       — Да успокойся ты! Если будешь сотрудничать, отпустим. Мы не собираемся тебя убивать, — прошипел Кай.       — Взяла и поверила, ха, — выдохнула она ему в лицо, и Кай от злости обнажил острые клыки и наклонился к её лицу, угрожая укусить.       — На вашем месте я бы нашёл более укромное место для переговоров. Солнце вот-вот взойдёт, — напомнил Сухо.       — Поскорей бы. Вы станете горсткой пепла, а я продолжу свой путь и сделаю то, что хотела, — огрызнулась Чорин.       — На твоём месте я бы не строил столь далеко идущих планов, — тихо сказал Сехун. Она обернулась к нему, и в её взгляде мелькнуло узнавание.       — Ты! — выплюнула Чорин.       — Я. Ты ответишь за то, что сделала.       Она снова попробовала освободиться, но Кай держал крепко.       — Поспешим, времени мало, — сказала Юна и потянула Сехуна за рукав в направлении тенистых земель.       Кай настойчиво толкал пленницу в сторону тёмных мест, которых ещё не успели коснуться первые солнечные лучи. Как бы он хотел сейчас оказаться в особняке, где проще скрыться от солнца, потому что во всех обжитых комнатах висели плотные шторы, а привычный в человеческой жизни свет заменяли лампы дневного света и восковые свечи.       На удачу путников по пути их следования оказалось что-то вроде землянки. Редкое явление в этих краях, но не воспользоваться им они не могли. Солнце буквально наступало им на пятки.       Спустившись в небольшое затемнённое помещение, они расположились недалеко друг от друга.

***

      Сехун не сводил глаз с пойманной полукровки, как и его спутники. Всё его тело было в напряжении, как свёрнутая пружина. Только дай нужный импульс.       Юна хоть и не подавала виду, но следила за его реакциями. Её глаза мерцали в полутьме, а кисти рук то и дело сжимались и расслаблялись. Стоило беглянке сделать хоть один шаг в сторону Сехуна, и Юна разорвала бы ей горло.       Пока другие были заняты мыслями о защите и нападении, Сухо просчитывал варианты, при которых никто не пострадает и они смогут провести мирные переговоры. Два дампира в одном месте — гремучая смесь. С одной стороны, у них много общего в плане природы, с другой — их интересы сейчас расходились диаметрально.       Стоило начать с поиска причин и корней ненависти к тем, у кого она украла реликвии.       Он кивнул сам себе и, обведя присутствующих взглядом, остановился на полукровке.       Она тоже вперила в него тяжёлый взгляд, в любую минуту готовая разразиться гневной тирадой в свою защиту, но лишённый эмоций взгляд архивариуса озадачил её, и гнев мгновенно потух, сменившись интересом. Почему он так на неё смотрит? Что он хочет?       — Как тебя зовут? — спокойно спросил Сухо.       — Чорин, — ответила девушка.       — Хорошо. Меня зовут Сухо, это Сехун и Юна, а рядом с тобой Кай. Если я попрошу Кая отпустить тебя, ты можешь мне пообещать не убегать и спокойно всё обсудить?       Дампир обернулась на парня и, увидев его дружелюбную улыбку, недоверчиво скривилась.       — Кай, пожалуйста, — тихо произнёс Сухо, и Кай ослабил хватку, так что Чорин могла свободно двигаться.       И если в первую секунду она сомневалась, стоит ли верить им, то потом решила довериться судьбе и выяснить, что они задумали и почему оказались здесь в таком составе. Ведь в прошлый раз в погоню за ней пустили только двоих. Кто же эти двое других? И почему его запах и цвет глаз кажутся ей такими притягательными? Наваждение какое-то.       — Скажи, пожалуйста, Чорин, зачем ты применила на нём гипноз? — спросил Сухо, кивнув на Сехуна.       — Очевидно, зачем. Я хотела на свободу.       — Почему не напала? Не применила силу?       — Я не хотела ничьих жертв. К тому же есть кое‑что, связанное с ним, что мешает навредить ему.       Почуяв неладное, Юна подобралась и заслонила собой Сехуна, будто он был её собственностью и она готова была отбить любых претендентов на него.       — Это связано с тем, что ты ищешь? — мягко сменил тему Сухо, смотря на то, как Чорин нервно потирает запястья и не сводит глаз с Сехуна.       — Опосредованно. Но раз уж вы живёте с ним в одном доме, то должны знать, кто он. Мы похожи.       — Похожи? Расскажи подробнее, пожалуйста. Что ты знаешь?       — Я знаю, кто его отец. Наши отцы знали друг друга.       — Не может быть.       — Ещё как может.       — А твой отец, он жив?       — Да.       — Ох.       — Что такое? — встрепенулся Кай, стараясь ничего не упустить из их разговора. — Что ты узнал?       — Это дочь Тэмина, — произнёс Сухо.       Юна тихо выругалась.       — Ну мы и влипли, — добавила она.       — О чём вы говорите? — непонимающе переспросил Сехун. Вместе с ним глазами хлопал Кай, который понимал ещё меньше, ведь он последним был принят в клан и не знал всей истории.       — С чего бы начать… — задумчиво протянул Сухо.       — Начни с того, кто такой ты сам, — с ехидной улыбкой произнесла Чорин, осторожно и максимально незаметно касаясь голенища сапожка, где лежал короткий нож, выданный ведьмой для защиты.       — Я хранитель украденных реликвий. Думаю, ты и сама знаешь, что имела неосторожность забрать. А уж как использовать… это другое дело. — Сухо помолчал. — Ты ищешь лекарство от вампиризма. Но того, что ты хочешь, не существует. Это врождённое свойство дампира, оно не лечится. А то, что пообещала ведьма… может тебя убить.       — Ты лжёшь! Отец сказал, что есть.       — Я ожидал от Тэмина чего угодно, но только не дачи ложных надежд.       — Откуда ты знаешь, что это пустая надежда?       — Я много знаю о дампирах, — ответил Сухо, не вдаваясь в подробности. — Достаточно, чтобы понять: Ен не сможет сделать то, что обещала.       — Твою ж… — с губ Чорин чуть не сорвалось ругательство. — Тогда всё, что я делаю, теряет смысл.       — Как шаток твой мир, если его можно так легко разрушить.       — Иди к чёрту! Как будто ты что-то знаешь обо мне.       — О тебе мало, ты права. Но я знаю твоего отца. И отца Сехуна. И то, какую кашу они заварили. Всё, что они оба сделали, привело нас к этому моменту.       — Ух ты! И что там за откровения, которыми ты готов с нами поделиться? Уверена, твои друзья и половины не знают.       — К сожалению. Иначе нашлось бы немало причин, чтобы вынести обвинение в адрес участников мероприятия по поиску сбежавшей воровки древних вампирских реликвий.       — Тебе бы с трибуны речи толкать, профессор, — иронично высказалась полукровка, ища удобную позицию подальше от Кая.       — А я тебе всегда это говорил. И другие кланы к тебе прислушались бы больше, чем к бестолковому Бэкхёну, — заметил Кай.       — Не спеши обвинять Бэка в глупости. Минхо не зря поставил его на это место.       — Ха, — выдохнул Кай.       — Хорошо. Скажи тогда, почему он не наказал нас за то, что мы упустили из виду реликвии, а потом позволили ей сбежать?       — Ну… потому что нас наказывать бессмысленно?.. — предположил Кай.       — Он сказал, что так будет проще найти их. Она сама нас к ним приведёт.       — Всё, конечно, замечательно. Только фокус в том, что ты по-прежнему не знаешь, где реликвии, — состроив хитрую гримасу, сообщила Чорин.       — Знаю. С вероятностью девяносто процентов ты отправилась на поиски ведьминой сестры налегке, значит, реликвии остались в доме ведьмы. И кулон с кровью, который тебе так дорог, и подвеска матери Сехуна, подаренная ей его отцом, и прекрасные фамильные клинки и украшения.       — Ох ё…       Чорин опустила глаза. Сухо оказался прав.       В этот момент Сехун, который всё это время молчал, вдруг побледнел. Юна первая заметила перемену.       — Сехун?       Он не ответил. Его глаза, обычно тёмно-карие, начали светлеть, становясь холодными, почти серыми. Дыхание участилось.       — Что с ним? — Чорин сделала шаг вперёд, но Юна резко загородила собой дампира.       — Не подходи!       — У него голод, — тихо сказал Сухо, оценивая ситуацию. — Давно ты не пил кровь?       Сехун мотнул головой, стараясь взять себя в руки. Серый цвет уже почти полностью вытеснил карий.       — Я… не хочу, — выдавил он. — Это ослабит меня.       — Но если ты не утолишь голод, то потеряешь контроль, — возразил Сухо. — А в таком состоянии ты можешь навредить не только нам.       — Я справлюсь, — прошептал Сехун, но его руки дрожали.       Чорин смотрела на него с каким-то странным выражением — не страхом, а скорее узнаванием. Она понимала, что он чувствует.       — Ему нужна кровь, — сказала она почти спокойно. — Человеческая или вампирская — без разницы. Но чем дольше он терпит, тем сложнее будет вернуть контроль.       — Откуда ты знаешь? — спросил Кай.       — Потому что я такая же. Я тоже не пью кровь, потому что не хочу становиться сильнее в своей тёмной половине. Но когда голод накрывает… — она замолчала, не договорив.       Юна сжала руку Сехуна, пытаясь передать ему спокойствие.       — У нас нет с собой крови, — сказал Сухо. — Придётся терпеть до вечера. А потом мы найдём что‑нибудь.       Сехун кивнул, всё ещё борясь с собой. Юна не отпускала его руки.

***

      Солнце медленно ползло к закату. Когда тени удлинились, Сухо поднялся.       — Пора выступать. До дома несколько часов. Бэкхён ждёт.       Чорин поднялась, отряхнула одежду. Взглянула на Сехуна — его глаза уже вернули свой тёмный цвет, но лицо оставалось бледным.       — Ты как? — тихо спросила она.       — Держусь, — ответил он.       Юна, наблюдавшая за этим коротким обменом, напряглась, но промолчала.       Они вышли из землянки. Ночной воздух был прохладен, над лесом поднималась луна — ещё не полная, но уже почти круглая. До Кровавой луны оставалось несколько дней.       — Впереди собрание кланов, — задумчиво сказал Сухо, когда они двинулись в путь. — И там, боюсь, мы узнаем больше, чем хотели бы.       — О чём ты? — спросил Кай.       — О прошлом. О том, что наши сиры скрывали. И о том, что теперь уже не скроешь.       Чорин шла рядом с Сехуном, чувствуя странное родство. Её отец, его отец… они были связаны. И эта связь, похоже, только начинала раскрываться.       Юна летела в ночном небе, не спуская глаз с идущего внизу дампира, и сердце её сжималось от предчувствия.       Впереди был особняк. И ночь, которая изменит всё.