якорь на дне

тяжёлый чемодан оттягивал руку, но предвкушение встречи заставляло меня шагать быстрее по заснеженным улицам. спустя семь лет учёбы в другом городе я наконец-то вернулась в родные края. и главное — абсолютно сюрпризом, не предупредив братьев.   дома меня встретили оглушительным визгом мамы и крепкими, надёжными объятиями отца. но за праздничным столом не хватало главных лиц.   — а вова и марат где? — улыбнулась я, снимая свой плащ и шарф. — да где им ещё быть, на коробке или в своей качалке пропадают, — вздохнула мама.   не выдержав, я решила пойти искать их сама. район почти не изменился, только сугробы казались больше, чем в детстве. на полпути к качалке я заметила пару — парень в тёмной куртке что-то эмоционально рассказывал симпатичной девушке.    это были лиля и турбо. валера за эти годы раздался в плечах, возмужал и совершенно не обратил на меня внимания, пройдя мимо как мимо незнакомки. семь лет разлуки стёрли мой детский образ из его памяти. я лишь усмехнулась и зашагала дальше. вот и знакомая дверь в подвал.    переведя дух, я толкнула её и вошла внутрь. в качалке остро пахло железом и потом. парни замерли. ералаш выронил из рук эспандер, зима удивлённо приподнял бровь, а кощей с лампой переглянулись, не понимая, откуда здесь взялась порядочная девчонка. — э, ты к кому, куколка? — ухмыльнулся кощей.     но договорить он не успел. из глубины помещения с криком: «сеструха?!» вылетел марат. он буквально снёс меня с ног, крепко зажимая в объятиях и кружа по комнате. универмаговские пацаны так и сели от шока — гроза района маратик прыгал от радости как ребёнок.   в этот момент дверь снова скрипнула, и в качалку вошёл вова адидас. он только вернулся с улицы. увидев меня, брат замер, его глаза округлились, а на лице расплылась широкая улыбка. вова тут же прижал нас обоих к себе. — ну и сюрприз, мелкая! какими судьбами? — смеялся он.   когда первые эмоции утихли, марат гордо приобнял меня за плечи и повернулся к парню в аккуратной куртке, который скромно стоял у стены. — знакомься, это андрей, пальто наш, — представил брат.   андрей вежливо кивнул и улыбнулся: «очень приятно». и тут в качалку, тяжело дыша с мороза, зашёл турбо. он обвёл взглядом собравшихся, наткнулся на меня, стоящую в окружении адидаса и марата, и нахмурился. — вов, марат, это чё за краля у нас тут трётся? — грубовато спросил валера, снимая шапку. марат прыснул от смеха, а вова хитро прищурился: — турбо, ты её реально не узнал? семь лет назад ты у неё куклы отбирал, а теперь «краля»? валера застыл на месте. он внимательно вгляделся в моё лицо, и в его глазах промелькнуло озарение. шапка чуть не выпала у него из рук. — да ладно... — протянул турбо, и вся его бандитская спесь вмиг испарилась. — суворова? ты, что ли? парни вокруг зашептались, понимая, что в качалке появилась не просто гостья, а полноправная часть их большой и опасной семьи. зима первым отставил в сторону гирю, подошёл поближе и хмыкнул, разглядывая меня с ног до головы. — ни фига себе, мелкая выросла, — улыбнулся он, протягивая руку для приветствия.  — помню, как ты у маратика машинки отбирала, а теперь вон какая барышня. уцик, ну ты даёшь, хоть бы предупредил. кощей лениво затянулся сигаретой, выпустил дым к потолку и ухмыльнулся, но уже без прежней наглости: — ну раз сестра самого адидаса, тогда ладно. добро пожаловать в универсам, девчонка. пацаны тебя в обиду не дадут, поняла? ералаш с лампой просто молча и уважительно закивали, всё ещё пребывая в лёгком шоке от того, что у их авторитетных братьев суворовых нашлась такая сестра. турбо наконец отвис, подошёл ближе и неловко почесал затылок. — ты извини, суворова, реально не признал, — буркнул он, пряча глаза. — богатой будешь. мы ж тебя на полпути с лилькой встретили, я ещё подумал — чё за фифа чужая по нашему району вышивает. — фифа? — я приподняла бровь и рассмеялась. — ладно, валера, прощаю. семь лет всё-таки прошло. вова по-хозяйски приобнял меня за плечи и обвёл взглядом качалку, громко объявив всем присутствующим: — так, пацаны. сеструха моя приехала насовсем. чтоб никто в её сторону даже дышать не смел без её разрешения. марат, забирай её вещи, погнали домой, а то мама там уже, небось, весь пирог испекла. мы весело попрощались со всеми. андрей пальто вежливо помахал мне рукой на прощание, а турбо напоследок подмигнул, мол, ещё увидимся на районе.   прошло две недели. я постепенно привыкала к новой жизни в городе, общалась с братьями и иногда пересекалась на улице с универсамовскими. всё было спокойно, пока в один из вечеров, когда вовы и марата не было дома, в мою дверь не раздался тихий, настойчивый стук. на пороге стоял турбо. он тяжело дышал, а из рассечённой брови на куртку капала свежая кровь. я молча отступила в сторону, пропуская турбо в коридор, и быстро заперла дверь. вид у него был паршивый — куртка в грязи, на лице свежие ссадины, а из разбитой брови всё ещё сочилась кровь. — проходи на кухню, сейчас аптечку принесу, — тихо сказала я, стараясь не шуметь. пока валера устраивался на табуретке, я притащила коробку с медикаментами. смочила ватку перекисью и аккуратно прижала к его ране. турбо резко зашипел от боли и дёрнулся, но я строго шикнула на него: — сиди смирно, а то хуже сделаю. где тебя так разукрасили?- спросила ты. — да так, с разъездовскими за коробкой пересеклись, — неохотно буркнул он, зажмурившись, пока я промывала рассечение.  — суворова, ты только это... адидасу с маратиком не говори. и лиле особенно не болтай, поняла? она и так из-за каждой ерунды пилит, а тут ещё это. не хочу лишних разборок. я наклеила пластырь на его бровь и отошла, убирая бинты обратно в коробку. — ладно, партизан, не скажу никому. но в следующий раз сам со своими ранами разбираться будешь. — спасибо мелкая, выручила, — турбо заметно расслабился и поднялся со стула.     он натянул шапку поглубже, стараясь прикрыть пластырь, и направился к выходу.  — ладно, я погнал, пока твои не вернулись. пока, мелкая. дверь за ним тихо захлопнулась. на часах было уже за полночь. вова и марат где-то задерживались на пацанских делах, и сил ждать их у меня совсем не осталось. я выключила свет на кухне, дошла до своей комнаты и, как была в уютной домашней одежде, забралась под одеяло. усталость за день навалилась мгновенно, и я заснула под далёкий гул проезжающих за окном машин.