Бумажки

      «- Где же они? Я не вижу! Снежный Маг оглядывается по сторонам. Синяя с позолоченной нашивкой накидка тянется за движениями. Синий капюшон дёргается. Руку ко лбу тянет, пытается увидеть. Опускает руки вниз, протяжно вздыхает. Не нашёл. - Потерял снежинки я, потерял! Вот растяпа, что же делать? Загрустил окончательно Снежный Маг, уныло ладонями лицо закрывает. Вдруг из далёкого, долгого пути возвращается Звездочёт. В дороге был весь год! Вернулся домой, чтобы Новый Год встретить. Идёт Звездочёт, зелённая мантия за ним волочится, а широкая шляпа на глаза падает. Останавливается он около опечаленного Снежного Мага. - Какая встреча! Эй, приятель! Эй, Снежный Маг, почему нос повесил? Праздник на пороге, нет причин грустить. Так ведь? Снежный Маг голову поднимает, руками разводит в стороны. - Горе, Звездочёт, большое горе! Я снежинки растерял и все товары. Не знаю как же Новый Год теперь встречать. Я начальным классам чудо обещал, а средним - дипломы за конкурсы! - Ох уж невезенье, ох приятель!»       - «Не-ве-зе-нье»... А оно разве слитно пишется? Спрашивает Жираф, отвлекаясь от бумаг в руках. Смотрит на Джаста оценивающим взглядом, пока в классе нет никого, кроме них двоих. Джаст скрещивает руки на груди, уверенный в своей внимательности. - В этом случае пишется слитно. - М-м, ладно... Так уж и быть, поверю тебе. Жираф щурится, словно не полностью верит. Но потом возвращается к беглому чтению. Поверить пришлось. Перелистывает лист, второй. - Ну, интерактив не вырезал... Все фразы на месте... Не напиздел, хорошо. Ебать, даже кавычки поставил? - Жираф приподнимает густые брови, удивляясь тому, насколько Джасту было не лень делать качественно, хотя Жираф даже не просил. - И скока ты это печатал? - Часа четыре где-то. - Мать твою.       Жираф окончательно отрывается от исправленного сценария, кладёт его на парту. Снимает с петельки рюкзак, достаёт дневник и что-то ищет там. Берёт листочек и тянет Джасту. - Это что? - Задаёт, как казалось Джасту, соответствующий вопрос. - Как «что»? Тебе Алфёдов не рассказал про «награду» за редакцию? - Жираф глупо пару раз моргает, продолжая тянут листок. - Нет? Джаст не знал, как ответить точнее самому себе, не то что Жирафу. Алфёдов пытался что-то объяснить, когда упрашивал пару дней назад. Было ли это про условия? Вряд ли. Но Джаст сам взялся за редакцию, без какого-либо объяснения со стороны Алфёдова. - А нахуя ты согласился тогда? - Просто захотел помочь. - Сказал быстро Джаст, чтобы больше казаться уверенным. От части, Джаст говорит правду. - У-у-у, надеюсь, ты этого Алфёдову не говорил. - Протянул Жираф, слегка улыбаясь. - А то он потом от тебя не отстанет. - Нет, не говорил... - В отличие от Жирафа, у Джаста улыбки нет. - Ладно, хуй с ним. Пропуск брать будешь? Джаст обратил внимание на то, что написано на листке: «Я, преподаватель физики (Душенька) в средних и старших классах, разрешаю пропустить ученику официальное школьное мероприятие по состоянию здоровья. 30.12». До Джаста не сразу доходит, почему стоит такая дата, ведь сегодня двадцать третье декабря. Следом становится ясно - обманка. - Нет, спасибо, не надо. Я лучше приду. Джаст отрицательно качает головой и, в отличие от вчерашнего общения с БЛСом, сегодня в его голосе звучат нотки благодарности из уважения. Он всегда приходил на школьные мероприятия, независимо насколько они будут нудные. Раньше приходил, потому что его имя почти всегда светилось во время линейки: то озвучат как участника олимпиады, то озвучат как подобающего ученика. Такое всегда радовало эго. Сейчас пойдёт, потому что... Традиция.       - Блять, ну возьми, на всякий. Я чо, зря Душнилу заставлял эту хрень писать? - «Душ-»... Кого? - Джаст выгибает одну бровь, медленно беря листок в свои руки. Осматривает его. Внизу есть подпись физика - что-то похожее на мордашку зайчика. - Как же? «Душнила». Ай, забей, - Жираф отмахивается одной рукой и фыркает. В его движениях читалось, что в этой теме он не считает Джаста для себя равным, - ты у нас весь из себя паинька, клички учителям не придумываешь. В мыслях у Джаста промелькнула идея огрызнуться, намекнуть на своё «весёлое и озорное школьное время» в прошлом. Но, как и любая такая мысль, она была не сказана вслух. Вместо этого он проигнорировал слова Жирафа. - Так... Текст тебе отдал. Я пойду тогда. Джаст не задал вопрос, он сказал прямо. Посмотрел взглядом по сторонам - всё тот же пустой класс с коричневыми обоями, десятками парт и фикусом в углу, который спрятался за книжными шкафами. Кабинет «русского языка и литературы» как-никак. Тут всегда атмосфера огромной библиотеки из замка, которую показывают в старых фильмах. - О, подожди. Ща-ща-ща, я хотел ещё про Алфёдова кое-что спросить у тебя. Ты вчера...       Жираф не успевает договорить, как его перебивает звонок телефона. Парень быстро достаёт его из кармана красно-жёлтых штанов и хмурится, когда прочитал контакт. - Вспомнишь говно - вот и оно... Сразу видно, что Жираф с Алфёдовым знакомы - оба позволяют себе нелестные выражения без угрызения совести. А потом обращается к Джасту. В этот раз улыбки на его лице нет вовсе. В зелёных глазах читалось всё сразу: недопонимание, злость, настороженность. И эти глаза не хотели поделиться с Джастом своими эмоциями - весь диалог с Жирафом рано или поздно скатывался во что-то неловкое. Жираф просто сообщает, что чувствует. А что подумает или увидит Джаст, его не волнует. - Ты ведь вчера забрал у Алфёдова текст? - Да. - Косо смотрит он, пытаясь понять, что именно смутило Жирафа. - Ладно, похуй. Можешь идти. Приятно иметь с Вами дело, за помощь спасибо. Жираф махнул рукой, прогоняя Джаста тем самым, при этом довольно небезразлично кинул последние слова, хоть и протараторил их. Он взял трубку, развернулся и отошёл на несколько шагов назад от Джаста, полностью завершив разговор и не спрашивая мнение собеседника. - Алфёдов, алло? Ты каким образом мне звонишь из больницы? Джаст не особо быстро поправляет рюкзак на плечах. Листок складывает пополам, медлит когда суёт в карман кардигана. Не торопясь идёт к выходу из кабинета, тем самым успевая уловить суть диалога, хотя голос второго не слышит. По реакциям Жирафа можно догадаться о чём идёт речь. Подслушивать нехорошо, но и Джаст ведь нехороший. - Какой «сбежать»? Какие ключи те? Ты ещё не выписался даже и!.. - Жираф замолкает, выслушивает ответ по ту сторону. С каждой секундой он становился на вид опаснее. - Стопэ-э, нет! Ты остаёшься и лежишь до конца, а я... В смысле? Повтори. Куда ты собрался?! С кем?! Только посмей, я те таких пиздюлей нахуй...       Остального Джаст не слышит, вышел в коридор. Слушать матерную перепалку он не желает, а то нахватается плохих слов. Додумывать не всегда получается удачно, но, кажется, суть Джаст уловил. Трясёт головой, надеется на то, что мысли его самого обманывают. Не может же беловолосый и вправду собираться сбежать из больницы на третий день? Хотя, вспоминая, из-за чего он туда попал, у Джаста по спине мурашки проходят - он способен на всё. Джасту сильно не хочется, чтобы тот, кого он спасал в понедельник и тот, кому решил помочь и сидел ночью над текстом, сбежал. Как минимум, это будет означать, что все старания Джаста были бесполезны. А как максимум... Мимо пробегает Жираф, быстро забрасывая рюкзак на плечо и попутно гневно ворча себе что-то под нос. Тот чуть Джаста с ног не сбил. Как бы Джаст не хотел этого признавать, но поведение Жирафа он в силах понять и простить. Плюсом, Жираф более менее вменяемый, в отличие от тех, с кем Джасту удавалось поговорить - с БЛСом и Алфёдовым. Но помня предательский опыт с теми двумя, не сильно верится в надёжность юного творца. Что ж, вопросом про «возможный побег» есть кому заняться. Как хорошо, что в этот раз разбираться будет не Джаст.

***

      Пальцы медленно с непривычки набирают буквы на клавиатуре. «o-b-j»... В программном коде простое изображение привязывается к переменной. Джаст сворачивает вкладку, открывает браузер и перечитывает туториал. Открывает программу снова. Пару нажатий мышкой и начинает вводить свой первый скрипт в жизни. Первая попытка неудачная - не в то поле начал вводить. Со второй - начинает получаться. Каждая буква и каждое новое слово выглядит магическим. Лишь с помощью слова «var» Джасту удаётся назначить клавишу «A» на движение влево. Он прописывает такое ещё три раза, меняя клавишу и сторону движения. Каждое действие удивляет сильнее предыдущего. Заставляет улыбаться, когда получается что-то сделать без «errors» и «warnings» . Например, добавив парочку «event» и сверившись с туториалом, у Джаста получается запустить первый рабочий проект!       В центре экрана ноутбука размещён обычный серый квадрат. Джаст не силён в рисовании, чтобы нарисовать себе красивый спрайт, а тем более анимировать его. Нажимая на соответствующие кнопки, квадрат двигается в сторону. Из минусов, «Cерый» может уйти за экран и потом сложно вернуть его в поле зрения. Но Джаста радует то, что за полчаса у него получилось сделать хоть что-то! Не всё сразу и не весь прогресс за один вечер. Он прекрасно понимает, что если и вправду хочет начать увлекаться программированием, то на это уйдёт много времени. А Джаст хочет. Как оказалось, нажимать на кнопочки и вводить буковки на другом языке, довольно понравилось ему. Но это ещё не было сильных проблем... Решимости продолжать Джасту хватает где-то на две недели вперёд. - Джаст! - Слышится с кухни голос дяди Альцеста. Джаст отодвигается от экрана, снимает наушники. Пытается с небес вернуться на землю. А как хорошо было там... Бросает краткий взгляд на монитор. В нижнем углу светится: «18:56. 28.12. ....» - года не видно, какое-то странное пятно закрывает его. От газировки что ли капля? - Да, дядя Альцест? - Чуть прикрикивая, тянет Джаст. - Что орёшь через весь дом? Подойди сюда. Джаст вздыхает, но мягко. Родители тоже так часто делали, часто слышал Джаст «подойди сюда». Но от Альцеста эта фраза звучит гораздо правильнее, без высоких требований. Дядя у Джаста вообще хороший, особенно по характеру.        Джаст встаёт со стула и направляется на кухню. Подходя, чувствовался в воздухе лёгкий праздничный аромат из-за овощей и майонеза. До Нового Года ещё четыре дня, но сегодня утром дядя Альцест предложил Джасту завтра отметить праздник «скромно и заранее». Предложил, потому что тридцатого числа Альцест будет на работе - сидеть на космических станциях - до конца первой недели января. Дядя посчитал, что будет не «по-семейному» не отметить такой праздник. Джаст не смог отказать. Видя те глаза, немного скрытые за очками и желающие сделать всё «нормально» для одного лишь Джаста, у Джаста бы язык не повернулся сказать что-то отдалённо похожее на «нет». - Я тут. - Облокачиваясь о дверной проём, предупредил Джаст. - Быстро ты. - Альцест отвлекается от нарезки огурцов и поворачивается, чтобы посмотреть на некровного племянника. Видя спокойный и немного радостный настрой, Альцест сам слегка улыбается. - Воодушевлённый какой. Чего случилось, что аж светишься? - Кажется, нахожу что по душе. - Пожал плечами Джаст, не в силах не улыбнуться в ответ. В груди всё время смесь из чувств, что Джаст мешается и лишний в этот доме, но сейчас они заменились странным теплом. Словно он кому-то искренне нужен. Может, эйфория от успеха в компьютере начала временно распространяться на другие спектры... - Это хорошо, Джаст! - Одобрительно кивнул Альцест. - Пока ты весёлый такой, сходи в магазин и купи риса. А то у нас закончился. И укропа. - Хорошо, дядя Альцест. - Спасибо. Деньги на подоконнике! После Альцест вернулся к готовке. Джаст же пошёл обратно в комнату. Зимние штаны со свитером одеть стоит, не хочется биться в ознобе вечером. Нацепив на себя первую попавшуюся зимнюю одежду, Джаст пошёл в прихожую, перед этим посмотрев на себя в зеркало. Очки, белые волосы... Шрам, которого нет. Он скрыт под слоями косметики. Выглядит хорошо; по крайней мере, самого не тошнит. Укутывается под нужную температуру, берёт деньги и выходит из квартиры. Чем быстрее купить, тем быстрее вернётся к интересному занятию.       Выходит из подъезда и в лицо ударяет свет от фонарей. Снег медленно идёт, немного не повезло. Недолго думая, Джаст идёт к серому тротуару и держит путь в ближайший продуктовый магазин. Так странно, он за долгое время выходит на улицу дважды. Снег под ногами неизменно хрустит, снежинки кружатся над головой. А Джаст не идёт со школы домой. Будто что-то изменилось, а на самом деле просто отвык выходить из своей комнаты. В первые дни у дяди Альцеста Джаст всё время проводил на улице, не хотел находиться в его квартире без резкой причины - настолько считал себя чужим. С приходом осени и индивидуальной учёбы Джаст стал сидеть сутками в комнате. Но не переставал чувствовать себя гостем. Даже сейчас.       Джаст заворачивает в сторону. Знакомые улицы, хотя Джаст здесь никогда не гулял. В детстве отец иногда возил сына к дяде, от чего места Джаст помнит. С самого детства образ Альцеста закрепился в его голове как сильного и надёжного мужчины, который способен быть таким добрым и весёлым, что с него хочется брать пример. И сейчас Джаст считает, что его дядя - лучший. Маленький Джаст любил дни, проведённые с Альцестом: он про космос расскажет; свои фотографии из юности, когда увлекался политикой, покажет; даже байками про некий «вирус» и про лаборатории попугает.       Где-то за пятнадцать минут Джаст доходит до магазина. Когда заходит вовнутрь, то в глаза ударяет яркий свет и белые стены. Ненавидит яркие цвета... Магазин не особо большой, но чтобы понять, где какой отдел время требуется. Он проходит мимо полок и других людей. Час поздний, а народу много. Страшно представить, что будет тридцать первого числа. В основном, тут подростки, да взрослые люди.       Джаст находит всё нужное ему и идёт к кассе. Как обычно, открыта только одна. В какой бы магазин он не пошёл, в каком бы городе, история везде та же. Приходиться встать в образовавшуюся очередь и ждать, когда женщина средних лет решит работать чуть быстрее. Либо неминуемо ждать своего часа. Первый вариант никогда ни в одной вселенной не сбудется, поэтому приходиться смириться со вторым. На улице слышится звук мотора, а потом он стихает. Джаст от скуки смотрит по сторонам магазина, так как телефона с собой не взял. Много полок, некоторые из них полупустые. Будь Джаст агрессивным перфекционистом, его бы взбесило неравномерное количество. Яркий свет стал более терпимым. Какой бы было пыткой смотреть на белый цвет без цветных линз... Шум вокруг, хотя никто не пытается разговаривать. Со временем от такого голова может заболеть.       Очередь начинает смещаться, Джаст подходит ближе. Кто-то занимает место позади и Джаст по привычке краем глаза на секунду смотрит назад. Поворачивает головуполностью, когда замечает знакомые волосы. На его удивлённый и чуть хмурый взгляд отвечают усталым и озорным глаза ниже. Парень стоит в расстегнутой голубой куртке, в чёрной шапке и слабо качается из стороны в сторону, словно на месте не может ровно стоять. - Вот так встреча. - Хихикает без смеха беловолосый, убрав одну руку в карман куртки. - Ты какого хрена здесь делаешь? - Вырывается у Джаста в пылу замешательства. Не хочется верить в одну вещь. - Эй-эй, не груби в общественном месте, Жуст. Вперёд лучше иди, давай. - Алфёдов кивает головой, намекая, чтобы Джаст немного оставался в реальности и следил за происходящим вокруг. - «Жуст», серьёзно? Хмурится он, но идёт прямо. Его очередь подошла. Кладёт товар, бросает короткое «пакет надо», а сам деньги достаёт. - Ой, ну или как там тебя? Я забыл. - Прокручивает свободной ладонью Алфёдов пару раз, закатывая глаза. - А ты не должен быть ещё в больнице? Джаст игнорирует вопрос, берёт пакет и отходит от кассы. Продолжает смотреть на парня, ожидая ответа того. Алфёдов подходит к кассирше, достаёт паспорт и показывает ей. - Две пачки сигарет. - Говорит Алфёдов женщине, а после поворачивает голову в сторону Джаста. - Ну, ты видишь, чо я не в больнице? Значит, не должен. Мне казалось ты умный и поймёшь очевидное.       - Не знаю, как-то это странно, когда человек падал без сознания и потом выписывается меньше, чем за неделю. И тем более, что этот человек ещё и сигарету покупает. - В голове Джаста что-то щёлкает. - И вообще, как... - А-та-та, всё, замолчи. Я понял, ты всё-таки умный, понял. Алфёдов понял быстро о чём хочет спросить Джаст, потому поспешил его заткнуть. Оплачивая покупку, Алфёдов забирает пачки и идёт на выход. Джаст идёт за ним, ведь так или иначе придётся идти тоже к выходу. Отходя от кассы, Алфёдов продолжает: - У меня свои способы. - Ты паспорт подделал? - Спрашивает Джаст, понимая возможный ответ. У Джаста довольно много вопросов на разные темы. Все вопросы можно охарактеризовать как «какого хрена?!». - Ещё громче мог сказать? - Цокает Алфёдов, оглядываясь по сторонам. - Нет, конечно. - Сквозь зубы шипит он, показывая, что врёт. - Ты... Ладно. - Джасту приходиться принять тот факт, что разговаривает с нелегалом. Очень сильно хочется сдать полиции этого странного, да тратить ещё времени на него нет желания. - Ты так и не ответил мне каким чудом выписался. - Волшебным! - Широко улыбается Алфёдов, чуть задирая голову. - Ты просто будешь нести какой-то бред, реально? - Так в этом и суть. Веселее же. - Ты случаем не сбежал? - А те сё расскажи. Джаст замолкает. Косо смотрит на Алфёдова. Образ Алфёдова без сознания сильно отпечатался в его голове. И сейчас Алфёдов выглядит немного по-другому. Кожа не такая бледная, даже есть румянец - скорее всего, из-за холода. Глаза непотерянные, без мешков под ними. Вполне себе осознанный взгляд, хоть и уставший. А ещё идёт он странно как-то, медленно и шатается. Поверить в то, что он в норме, Джаст с натяжкой может, но в то, что его выписали - нет.       Парни выходят на улицу и Джаста ждёт сюрприз. В стороне от дверей стоит два мотоцикла. Один из них без водителя, а на втором сидят двое парней. Один из них - БЛС за рулём, а второй - незнакомец. У парня тёмная кожа, фиолетовые глаза и жёлтая маска на лице. Волосы длинные и чёрные, а вся одежда в чёрных и фиолетовых тонах. - Ну чо, затарился, Алф? - Спрашивает БЛС, отвлекаясь от диалога с товарищем. - Продали без вопросов, как всегда. Алфёдов отходит от Джаста, находу кидает одну пачку БЛСу, а тот ловко ловит её в полёте. Пока Алфёдов садится на свободный мотоцикл, БЛС замечает Джаста. - Опа-на, а этого по какой цене купил? - За такие слова БЛС получил по голове от рядом сидящего парня. - Ай, блять! Поставщик, я ж не про тя! Джаст разворачивает и спешными шагами уходит обратно домой. Всё прекрасное настроение ему перечеркнули парой слов. Даже не про БЛСа речь, а про то, что он и вправду помогал тому, кому эта помощь ничего не дала. Был Алфёдов мудаком, так и остался им. Не будет никогда больше Джаст ввязываться в какую-то бурду с неизвестными ему людьми. И с известными тоже. Ни с кем не будет, раз уж даже смелости ответить никому нормально не хватает. Джаст сжимает ручки пакета, понимая, что он позволил маленькому зародышу счастья в его груди сломать. И дал сломать именно тому, кто даже «спасибо» или «прости» не скажет.