Fall Vibes: Magic edition

За окнами старого коттеджа в лесу вовсю хлещет ливень, ветер треплет верхушки деревьев, срывая раскрашенные листья, где-то вдалеке слышится гром. Внутри, у камина, тепло и сухо, но Салазар всё равно чувствует себя не в своей тарелке. Гроза постепенно стихает, и сквозь расступающиеся облака проступает осеннее солнце, уже не такое греющее, как летом, но дающее свет. Стоит тяжелой шторе колыхнуться от сквозняка, как по паркету режет слепящий луч. Салазар сидит в самом тёмном углу дивана, напряженно скрестив руки на груди. Он недовольно следит за игрой света и тени, и его клыки сжимают нижнюю губу от раздражения. — О-о, великий правитель ночи прячется от пары солнечных зайчиков? Джек вальяжно расположился на ковре у камина, перебирая охапку разноцветных листьев и сухих веток. Его эльфийские уши забавно дёргаются, когда он оборачивается. — Какое трагическое зрелище. — Избавь меня от своего скудоумия, эльф, — говорит Салазар, даже не поворачивая головы. — Для меня этот «зайчик» — ожоги третьей степени. Сиди там и занимайся своим… гербарием. Джек хмыкает, поднимается и подходит ближе, останавливаясь на границе тени и света. В его глазах мелькает, помимо обычного озорства, что-то, похожее на заботу. — Нам, эльфам, положено заботиться о балансе природы. А ты, граф, нарушаешь баланс этого дивана своим хмурым видом, — говорит Джек, и хитро улыбается. — Позволь мне побыть твоим щитом. Прежде чем Салазар успевает начать говорить, Джек вскидывает руки. Из его пальцев протягиваются тонкие светло-зелёные нити, он шепчет слова на своём языке, и листья, лозы и ветки взмывают в воздух. Они послушно тянутся к окну, переплетаясь поверх штор в живой каркас. Листья разных деревьев красно-золотистых оттенков ложатся мозаикой, утяжеляя ткань. Ветер пробивается сквозь заставы, но на этот раз шторы не пропускают солнечные лучи, и комната может погрузиться в полумрак. Салазар замирает, глядя на это произведение. Опасный свет больше не угрожает ему. Он переводит взгляд на Джека, тот стоит, чуть тяжело дыша, и победно улыбается. Этот жест, вроде бы такой обычный, пробирается в самое сердце. Вампир не помнит, когда в последний раз он видел такое. От него обычно все убегают, но чтобы кто-то остался и помог, защитил от солнца? Он не уверен, что такое когда-либо происходило. Он медленно выдыхает, пододвигается к краю дивана. — Не стой там, присаживайся. Я тебя не укушу, — говорит он. Уши Джека приподнимаются в удивлении: такого тона от графа он ещё не слышал. Предложение есть предложение, и он с кошачьей грацией забирается на диван, поджимая под себя ногу. А потом чуть придвигается к Салазару. Вампир на это никак не реагирует, и магией притягивает глиняный кувшин и парочку кубков. В них льётся тёмный напиток, и по комнате разносится аромат корицы и лесных ягод. — Безалкогольный глинтвейн, — Салазар протягивает кубок Джеку. — Кровь я тебе не предложу, а этот напиток хорошо согревает, как раз на такую погоду. Джек принимает кубок, его пальцы на секунду касаются холодной ладони вампира, и по телу эльфа пробегает лёгкая дрожь. Он делает глоток и блаженно жмурится. — М-м-м, божественно, Армандо. Не ожидал, что ты знаешь такие рецепты. Они сидят в тишине. Слышно только, как потрескивают дрова в камине, и шумит за окном уходящий дождь. Солнечные лучи попадают на окно, но уже не проникают в помещение. Салазар ловит себя на мысли, что эту вечную осень, которую он терпеть не может, рядом с одним невыносимым эльфом вдруг становится легче выносить. Он делает глоток, искоса поглядывая на Джека, и тот, перехватив взгляд, хитро улыбается. Салазар не говорит об этом, но думает, что в следующий раз тоже оставит место на диване.