Охота на дьявола

      Вернувшись в постель к Яну, я прислушалась к его размеренному дыханию. В приглушённом свете спальни его близость дарила ощущение безмятежности, и мои мысли унеслись к предстоящим переменам. План казался кристально ясным: этим вечером меня ждёт рейс в Лос-Анджелес, где я намерена найти Донован и объявить об увольнении. После этого сразу же приобрету билет и вернусь обратно к Яну. Он встретит меня в аэропорту, отвезёт домой, и мы устроим романтический ужин при свечах. Именно тогда я открою ему то, что пока держу в секрете, и знаю — он примет мои слова с пониманием.       А что, если всё пойдёт не по плану? Что, если надежды разобьются о реальность?       В таком случае у меня хватит сбережений на скромное жилище у моря, на сеансы с психотерапевтом и на размеренную жизнь в маленьком прибрежном городке, где горизонт сливается с водной гладью, а рокот волн помогает обрести внутренний покой.       Меня разбудил приглушённый лай Рея, который становился всё более настойчивым. Протирая сонные глаза, я бросила взгляд на часы — выяснилось, что проспала лишь сорок минут.       Ян лежал рядом, повернувшись ко мне, и нежно держал за руку, не отрывая пристального взгляда.       — Привет, — прошептала я.       — Ты всё ещё здесь. Не сбежала, — улыбнулся он.       Я помотала головой, чувствуя, как страх парализует мысли. Пальцы машинально теребили край одеяла, выдавая волнение. В голове была лишь пустота, сопротивляющаяся любым попыткам сформулировать предложения. Предстояло сообщить ему о моём скором отъезде, но слова застряли под рёбрами, превратившись в тяжёлый ком.       Ян коснулся моих волос и спросил:       — Что случилось?       Солнечный свет, проникающий сквозь занавески, создавал причудливые тени на лице мужчины, делая черты ещё более выразительными. Пылинки танцевали в золотистых лучах, а тиканье часов казалось оглушительным в этой тишине. В воздухе висело напряжение, почти осязаемое, как невидимая пелена, становясь с каждой секундой всё плотнее.       — Мне… мне нужно тебе кое-что сказать, — наконец выдавила я, с трудом разжимая пересохшие губы.       — Слушаю, — сказал Ян. Прикоснулся к моей щеке и кончиками пальцев очертил скулу, словно хотел удержать рядом с собой.       — Я должна уехать сегодня. Уже забронировала билет. Вечером самолёт, — быстро проговорила я, не в силах смотреть ему в глаза.       Ян нахмурился и резко сел в постели, отнимая руки.       — Нет, — отрезал он, сжимая кулаки.       — Я вернусь сразу же, как только улажу кое-какие дела. Пару дней не больше. Даже вещи забирать не буду, поеду налегке, — торопливо добавила я, стараясь смягчить удар.       Он молчал, отвернувшись к окну. Лучи играли на его волосах, создавая золотистый ореол. А я осторожно приобняла за плечи и уткнулась носом в шею, вдыхая знакомый аромат кожи, который, казалось, навсегда отпечатался в моей памяти.       — Прошу, останься, — процедил он сквозь стиснутые зубы. В его голосе проскользнула такая боль, что сердце моё сжалось, а по щеке скатилась слеза, падая на мужское предплечье.       — Не люблю твои слёзы, — пробормотал Ян.       — Это не слёзы, — улыбнулась я дрожащими губами. — Просто свет слишком яркий.       Ян повернулся и обхватил моё лицо ладонями, бережно стерев влагу с щёк.       — Клянись, что вернёшься, — прошептал он, всматриваясь в глаза.       — Клянусь, — быстро ответила я, стараясь звучать уверенно, хотя сердце сжималось от тревоги.       — Ладно, — наконец проговорил Ян, притягивая меня к себе. — Расскажешь зачем?       — Да. Как только вернусь.       — У тебя там где-то бывший, которому ты хочешь в лицо объявить, что выходишь замуж? — рассмеялся Ян, но в его смехе проскользнули нотки беспокойства.       — Нет. Это связано с работой, — улыбнулась я. Внезапно смысл его последней фразы дошёл до меня, и улыбка медленно сползла с лица. — Стоп, что ты сказал?       — А что я сказал? — хитро усмехаясь и прищурившись, переспросил он, не сводя с меня пристального взгляда.       В комнате повисла тишина, прерываемая лишь нашим дыханием. И моё сердце забилось так быстро, будто сквозь меня пробежала молния, заставляя каждую клеточку тела трепетать.       — Я не выхожу замуж.       — Это пока…       Его лицо — красивое, мужественное и… такое уверенное. Он не шутил и не издевался, а говорил серьёзно. За эти дни я быстро научилась понимать его эмоции, потому что все они отпечатывались в его глазах. Сейчас он был взволнован: на губах играла дерзкая ухмылка, но во взгляде горела непоколебимость.       Может, он бредит?       Я недоверчиво посмотрела на Яна, пытаясь разгадать, что скрывается за этой внезапной вдумчивостью. Его глаза, обычно искрящиеся весельем, сейчас были полны какой-то новой, незнакомой мне глубины.       — Ты не в себе. Наверное, опять поднялась температура.       Я коснулась его лба — жара не было.       — О, я очень даже в себе, — возразил он, поймав мою руку и удерживая её в своей.       Его прикосновение словно обожгло меня, и я замерла, не в силах отвести взгляд от его глаз. В их глубине таилась какая-то тайна, что-то, что заставляло моё сердце биться чаще.       — Ян, что происходит? — прошептала я, пытаясь собраться с мыслями.       — То, что должно было произойти давно…       Он поднялся с постели и встал напротив меня. Я смотрела на него снизу вверх, и сердце трепетало в груди. В обычных спортивных штанах и с голым торсом мужчина выглядел таким домашним и до невозможности привлекательным. В этот момент я завидовала самой себе, не веря, что этот сильный, красивый мужчина хочет быть со мной.       Ян протянул руку, помогая мне подняться, затем крепко обхватил за талию. Его голос звучал уверенно и твёрдо:       — Эн, я хочу, чтобы ты стала моей женой.       Эти слова словно ударили меня наотмашь. Пламя в глазах Яна больше не оставляло сомнений — это была любовь. Ноги подкосились, дыхание перехватило, и я не могла выдавить ни звука.       — Нет! — едва слышно прошептала я. Но это был не отказ, а скорее вздох изумления перед происходящим.       Ян нахмурился:       — Ты не любишь меня? Чёрт, я должен был догадаться… Не стоило пугать тебя так…       — Да я схожу с ума по тебе!       — Тогда что тебя пугает? Серьёзные отношения? — Он присел рядом со мной и посмотрел в глаза. — Хорошо, давай всё сделаем по правилам: свидания на нейтральной территории, конфеты-букеты, статус в соцсетях и общее фото на аватарке?       — Только не это! — я не смогла сдержать смех.       — Если тебе это важно, я готов, — улыбнулся Ян.       — Ян, единственная причина, по которой я не могу сказать «да» — это то, что ты совсем меня не знаешь, — не унималась я.       — Да плевать мне, — парировал он. — Это неважно. Ничего не важно.       — Ты меня с ума сведёшь.       — Надеюсь, уже свёл, — произнёс он, крепко сжимая мою руку, словно это прикосновение могло повлиять на мой ответ.       — Свёл, — согласилась я. — Надеюсь, ты знаешь, что делаешь…       И ответила «да»

***

      Кухня встретила нас ароматом свежеприготовленной еды. Анна хлопотала у стола, где уже всё было готово: поблёскивала начищенная посуда, две бутылки красного вина ждали своего часа на белоснежной скатерти.       В углу, на высоком табурете, вольготно расположился незнакомый парень с бутылкой пива, его небрежная поза и пристальный взгляд создавали неприятное ощущение вторжения в наше личное пространство. Теперь понятно, почему так громко лаял Рейвен.       Заметив нас с Яном, парень натянуто улыбнулся и помахал рукой. Ян слегка напрягся, и его пальцы крепче сжали мою талию.       — Это Каин, — небрежно обронил Ян, прижимая меня к себе, но в его голосе проскользнули холодные нотки.       Мой вежливый приветственный жест повис в воздухе, а когда я взглянула на Яна, в его глазах промелькнула едва заметная тень недовольства при виде гостя. Анна, уловив возникшее напряжение, попыталась заполнить тишину потоком новостей, но её энтузиазм казался вымученным. Незнакомец хранил молчание, а его присутствие вызывало у меня необъяснимое чувство тревоги.       Его пристальный взгляд то и дело возвращался ко мне, а кривая улыбка становилась всё более натянутой. Каин не произнёс ни слова, только смотрел так, будто видел насквозь. Мне даже показалось, что мы могли встречаться раньше в каком-то другом месте, но память упорно отказывалась подсказывать ответ.       Я бы точно запомнила мужчину с такой необычной внешностью: белые волосы оттеняли аристократически бледную кожу, что наводило на мысль о его недавнем прибытии. Высокий, статный, с острыми чертами лица — он походил на падшего ангела с полотен Босха, а в глазах тлело нечто демоническое.       Его красота была пугающей — той самой убийственной красотой, которой природа иногда наделяет существ, способных очаровать до смерти. И Каин был именно таким — прекрасным и опасным, словно ядовитый цветок. Стоило лишь поддаться его очарованию, и ты уже не жилец. И даже имя мужчины говорило само за себя.       Я попыталась отвернуться, но его глаза цвета ясного неба словно магнитом притягивали моё внимание. В них читалась целая гамма эмоций: от холодной надменности до едва уловимой насмешки. Этот человек явно привык играть с людьми, как кошка с мышью.       Молчание Каина становилось всё более гнетущим. Казалось, он наслаждался моим смущением. За этой загадочной улыбкой, несомненно, скрывалось множество секретов, и один из них — наша возможная встреча в прошлом.       Покончив с ужином, Ян и Каин, обменялись короткими взглядами, синхронно встали и вышли на просторный задний двор. А я осталась помогать Анне убирать посуду.       — Кто этот парень? — спросила я, стараясь скрыть тревогу в голосе.       — Каин? — переспросила она. — Не переживай, Эн. Он друг. Хоть и выглядит так, будто хочет тебя расчленить. Можешь считать, что это просто такая манера общения. Каин не очень компанейский.       — И правда. Не очень.       Анна улыбнулась, и я немного успокоилась. Всё-таки все люди разные.       — И ещё кое-что. Я должна срочно уехать. Решить проблемы с работой. Через три часа самолёт.       — Что? — удивилась девушка. — Ян знает?       Я кивнула, и моё сердце замерло в груди.       — И так просто тебя отпускает?       «Не просто. Совсем-совсем не просто».       — Отпускает, но с большой неохотой, — ответила я, стараясь сохранять спокойствие.       — Что ж, тогда я могу пожелать тебе только удачи и скорее возвращайся, — весело сказала Анна и приобняла меня за плечи.       Время до моего вылета утекало сквозь пальцы, и необходимо было ещё собрать кое-какие мелочи и добраться до аэропорта. Но каждый момент с Яном становился драгоценным, и я хотела провести последние часы вместе с ним, поэтому Анна буквально выпихнула меня с кухни.       Я направилась через полутёмный холл, где падали лучи солнца через витражные окна, на улицу, но оцепенела на месте, словно статуя, когда услышала мужские голоса. Уже второй раз за последние сутки оказываюсь в подобной ситуации — подслушиваю чужой разговор.       Ян и Каин говорили негромко, но в тоне обоих слышалось взаимное раздражение.       — Контролировать? И кого ты собрался контролировать? Меня что ли? — Ян нервно щёлкнул зажигалкой, его взгляд был направлен куда-то вдаль, и я почувствовала запах сигаретного дыма.       — Не моя инициатива, — холодно отвечал Каин, оставаясь непроницаемым, как скала.       — Как обычно. — Ян затянулся и выдохнул, и дым медленно растворился в вечернем воздухе. — Будет намного лучше, если ты останешься сторонним наблюдателем. До сих пор ничего не ясно.       — Не горю желанием лезть. — Каин говорил коротко и отстранённо, его голос резал воздух, как лезвие.       — Просто узнай, кто внёс этот грёбанный залог.       — Договорились.       Я не успела среагировать, через секунду мужчины зашли в дом, их шаги гулко отдавались в тишине, и оба уставились на меня.       — Эн, — удивился Ян, его взгляд казался растерянным, несмотря на внешнюю невозмутимость. — Давно тут стоишь?       — Нет, подошла минуту назад, — ответила я, чувствуя, как сердце колотится в груди. А Каин и Ян будто расслабились.       — Ладно, идём, — произнёс Ян, и в его голосе проскользнула нотка облегчения.       Я последовала за ними внутрь дома. Тёплый свет озарил просторную гостиную, и я заметила, как Каин, не говоря ни слова, направился наверх.       — Что-то случилось? — спросила я Яна, когда мы остались наедине.       Он медленно опустился в кожаное кресло и устало потёр переносицу.       — Ничего такого, о чём тебе стоило бы беспокоиться. Просто рабочие моменты.       Я внимательно посмотрела на него. Ян точно что-то скрывал. Его поведение было неестественным, и эта беседа с Каином только усилила моё беспокойство. Он поднял взгляд, и в его глазах я увидела борьбу. Он явно не хотел делиться проблемами, но и лгать мне напрямую не мог.       — Есть кое-что, о чём я пока не могу рассказать, — наконец произнёс он. — Но обещаю, как только появится возможность, ты будешь первой, кто узнает.       Его слова звучали искренне, но тревога не покидала меня. Что-то серьёзное происходило между Яном и Каином, и этот загадочный «залог» явно был ключом к разгадке.

***

      Я прижалась лбом к холодному стеклу иллюминатора, наблюдая, как земля становится всё меньше и меньше. Где-то там, среди миллиона сияющих огоньков, стояла машина Яна. Возможно, он сейчас смотрел на исчезающую точку в тёмном небе и думал обо мне…       Мои губы всё ещё хранили тепло его поцелуев. Мы провели в машине полчаса, прежде чем смогли расстаться. Я попросила его не провожать меня, и Ян, хоть и неохотно, согласился. Не хотела, чтобы он узнал моё настоящее имя. Не желала плакать на людях, прощаясь с ним.       «Больше никаких слёз, Лэйн», — убеждала я себя. — «Уеду с улыбкой и с улыбкой вернусь».       Но глаза всё равно предательски защипало, когда Ян снял с мизинца своё серебряное кольцо и надел мне на безымянный палец. Хоть оно и было великовато, я не смогла сдержать слёз.       — Совсем забыл, что когда делают предложение, дарят кольцо, — тихо сказал он. — Подходящего пока нет, но пусть оно будет с тобой, как талисман.       Ох.       — Я люблю тебя, ты знаешь это?       Я втянула голову в плечи и прижалась лбом к его лбу. Он ещё не говорил мне таких слов. Я точно помнила. «И я тебя», — должна была ответить я, но не смогла. Побоялась спугнуть счастье.       А вдруг это всего лишь сон?       — Теперь знаю, — ответила я, сжимая в руке кольцо.       Стюардесса предложила мне меню, но усталость была настолько сильной, что я не дождалась ужина и мгновенно уснула. Проснулась от того, что в иллюминатор уже вовсю бил солнечный свет.       Подключив бортовой Wi-Fi, я отправила Яну сообщение о благополучном прибытии. Он ответил мгновенно. Затем я проверила электронную почту, ожидая увидеть множество сообщений от Донован, но ничего не обнаружила. И слава Богу.       Вскоре я перестану быть частью её команды.

***

      Я безуспешно искала Донован весь день. Сначала обзвонила все места, где она могла быть, затем заехала в офис. Её секретарша Вики встретила меня хмурым взглядом.       — Ни вчера, ни сегодня она не появлялась, — сухо сообщила девушка.       Я устало опустилась в кресло. Донован славилась своими загадочными исчезновениями — раз-два в месяц она словно растворялась в воздухе, а возвращалась с явными признаками усталости. Обычно я не придавала этому значения, но сейчас, когда её присутствие критически важно, пропажа особенно некстати.       Вики протянула мне стакан с кофе и откинулась на спинку стула.       — Слушай, а чего ты вообще тут забыла? — игриво улыбнулась она. — Ты же должна сейчас нежиться на пляже Кейптауна, намазывая лосьоном для загара… э-э… свои прелести. Я уже год пытаюсь выбить отпуск, а тебя, можно сказать, пинками гнали отдыхать.       — Вот именно что должна, — вздохнула я. — Как только Донован появится, дай знать, пожалуйста.       — Обязательно. Я тут случайно узнала, что Донован полностью поглощена операцией с Дмитрием. Говорят, она готовит на него облаву. Мой совет: если тебе что-то нужно от неё, лучше просить после того, как генерал окажется на крючке.       «Что?!»       Холодный пот выступил на лбу. Что значит «на крючке»? Какая ещё облава? Разве Дмитрий не был моей целью? Разве не я должна была поймать его? Теперь я точно была уверена: вокруг происходит нечто, о чём знают все, кроме меня.

***

      С тех пор как я покинула Яна, прошло три дня — три самых мучительных дня в моей жизни. Донован всё не появлялась. Я не находила себе места: моё сердце и мысли остались в Кейптауне.       Я разговаривала с Яном по телефону по десять раз на дню, стараясь скрыть своё отчаяние за шутками и подколками: «Ещё чуть-чуть… ещё немного… Пару дней максимум… Нет, бельё не покажу, мучайся!». Но по тому, как с каждым разом менялся его голос и настроение, понимала, что он и сам на грани. Мы были разделены тысячами километров, но он умудрялся поддерживать мой дух.       На четвёртый день я не выдержала. Когда сняла трубку, слёзы хлынули потоком.       — Я справлюсь, — шмыгая носом проговорила я. — Но когда между мной и тобой океан…       — Не думай об этом, — его голос звучал решительно. — В моей реальности существуют только мы. Слышишь? Если через два дня ничего не прояснится, я прилечу к тебе и заодно откручу голову твоей начальнице. А потом ты покажешь мне Лос-Анджелес — сто лет там не был.       Да, я покажу ему город. Все мои любимые места. Но перед этим затащу к себе и в квартиру, и мы проведём несколько дней в постели. Не отпуская друг друга — и пусть весь мир подождёт…