Наша скамейка

«Нет-нет-нет-нет-нет», — повторял про себя Шиюн, прижимая руку к груди. Сердце колотилось как бешеное, словно внутри бушевал настоящий ураган. (Как мы до такого дошли? Разве это нормально? Мы же друзья...) Где-то в тёмной комнате Аяка мирно храпела, хихикая во сне. Шиюн тихо вздохнул. (Ах, вот бы она сейчас помогла мне... Мне так неловко находиться рядом с Сухо.) Когда он услышал приближающиеся шаги с улицы, Шиюн быстро юркнул к Аяке и притворился спящим. Сухо зашёл в комнату, долго смотрел на него, а потом тяжело вздохнул. Решив, что сейчас не время выяснять отношения, он молча выбрал диван своим местом для сна. -----------🍞 - - - - - - - - 🍳 - - - - На уроке биологии Шиюн подпер щёку рукой и пытался читать раздел про генетические переключатели у бактерий. Глаза предательски слипались, голова то и дело падала вперёд. Ручка едва держалась в пальцах. (Какая скукота... Зачем мне изучать человеческую биологию? Блин, и вчерашнее признание не отпускает меня...) Под глазами уже появились тёмные круги, живот немного крутило. Сегодня он даже не успел нормально причесаться — спешил выйти из дома пораньше, чтобы не столкнуться с Сухо. По рядам ходила Квон Сэри, проверяя, пишут ли ученики. Её острые глаза и синие тени на веках придавали ей строгую, почти морскую эстетику. Увидев, что Шиюн вот-вот рухнет лицом в парту, она остановилась перед ним. Цоканье каблуков отдалось в его ушах. — Ён Шиюн. Иди умой лицо, — прогремела учительница, похлопав его по плечу. Шиюн сонно моргнул, медленно встал и направился в туалет. Пока класс продолжал урок, он был единственным, кто чувствовал себя отвратительно. Вчерашняя еда всё ещё давала о себе знать. Зайдя в кабинку, он застыл на месте. Рядом стояла знакомая фигура. Сердце Шиюна пропустило удар. (Что делать? Бежать? Или сделать вид, что ничего не произошло?) Ноги сами понесли его вперёд. Он быстро зашёл в соседнюю кабинку. И тут его накрыло... по-большому. К ужасу, туалетной бумаги рядом не оказалось. (Проклятье! Просто идеальное время застрять...) Вдруг сверху прилетел рулон бумаги. Шиюн ловко схватил его. — Спасибо... — тихо пробормотал он. Выйдя из кабинки, он огляделся. Сухо уже не было. К счастью. Весь день прошёл как мутный сон, словно Шиюн плыл в глубокой воде. Он держал в руках фиолетовый зонт с изображением Сейлор Мун и шёл домой, стараясь не попасть ни в одно происшествие. Когда он завернул за угол, то увидел знакомую фигуру у магазина. Там стоял Сухо — с каменным выражением лица, руки в карманах чёрно-красной спортивки. Тень падала на него, делая взгляд ещё более тяжёлым. Напротив стояла девчонка из другого класса — она теребила край юбки, одетая в красный пиджак. Внешне она напоминала греческую богиню Геру — роскошные шелковистые локоны, мягкая кожа без единого изъяна. Шиюн невольно сморщился. (Видать, признаться хочет...) — Давай… — Нет. — Но я не договорила. — Не хочу слышать. Всё? — Мистер Ким — мой дядя. Я могу помочь тебе встретиться с ним. — Серьёзно? — Сухо заметно оживился, его настроение мгновенно изменилось. Шиюн отвернулся и пошёл своей дорогой. Дойдя до скамейки, он поставил зонт и зашёл в магазин за снэками. Когда вернулся — зонта на месте не было. Сначала он просто моргал в недоумении. Потом начал искать под скамейкой, вокруг, на траве. — Где мой зонтик??? — его глаза растерянно бегали по сторонам. Мама точно убьёт. Даже нога его не ступит за порог дома. Из него сделают потроха и подадут на ужин. Отец, конечно, молча пожалеет, а мама будет ворчать до утра. — My umbrella! Кто украл его?! В разгаре паники Шиюн обошёл всю улицу, спрашивая у прохожих. Но никто ничего не видел. В конце концов он вернулся на ту же скамейку. И как назло, боги погоды решили добавить драмы — пошёл дождь. Капли стекали по его лицу, смешиваясь с отчаянием. (Это карма за то, что я не ответил Сухо? Прекрасно... Теперь я как герой из манхвы после расставания.) С опущенной головой, в промокшей форме, Шиюн сидел на скамейке. Его взгляд упал на мокрую землю. Он провёл пальцем по луже, оставляя след. Последняя стадия отрицания. Издалека, пошатываясь, шёл мужчина с неопрятной бородой, на которой виднелись остатки еды. Одежда на нём давно выцвела и износилась. Шиюн, сидевший на скамейке, поднял голову именно в тот момент, когда незнакомец проходил мимо, держа в руках его фиолетовый зонт. Глаза Шиюна округлились. Он вскочил и побежал за ним, пока тот совсем не скрылся. Схватился за край зонта, но мужчина резко потянул его на себя. — Отдайте, это моё! — запротестовал Шиюн в гневе. Мужчина был сильнее. Он ударил Шиюна зонтом по лицу, отчего тот плюхнулся на мокрую землю. — Вы что творите?! Мужчина продолжал отбиваться, хлеща зонтом. Не выдержав, Шиюн толкнул его в ответ и начал тянуть свою вещь. В итоге они сцепились в настоящей драке под проливным дождём. Оба стали совершенно мокрыми, как тряпичные куклы. Воротник порвался, рубашка и пиджак испачкались в грязи, волосы растрепались, на лице появились синяки. Но Шиюн в какой-то момент чудом вырвал зонт и бросился бежать домой. Мама на кухне нарезала лук для кимчи чиге. В доме было тепло и вкусно пахло — полная противоположность улице. Шиюн, прихрамывая, обнимал свой фиолетовый зонт и тихо зашёл внутрь. Принюхавшись к запаху, который лечил все раны, он аккуратно снял обувь. Ён Джиу повернулась и, увидев побитого сына, ахнула. Она сразу начала осматривать его лицо и одежду. — Вот же негодник! Ты что, опять подрался?! — Бомж украл мой зонт... — Ну-ну, так я и поверила. Садись кушай, айгуу... — рявкнула мама, двигая для него стул. Когда-нибудь её нервы точно не выдержат. Вечно он приносит неприятности. В нём словно сидит какой-то неугомонный червь, который постоянно ввязывается в очередную драку. — Чхеоль, неужели ты и дня не можешь прожить без приключений? — Прости... Вскоре пришёл отец, вернувшийся из-за резкой смены погоды. Увидев сына, он поморщился. — Бедненький, кто тебя так обидел... — Бомж. После ужина, чувствуя себя немного легче и замазав царапины на щеке, Шиюн лежал в своей комнате в одной зелёной футболке с принтом из аниме «Так сложно любить отаку». Интерес к романтическим аниме у него никуда не пропал. Он смотрел в потолок тёмной комнаты, и в голову то и дело возвращались сцены сегодняшнего дня — особенно то, как Сухо разговаривал со старшеклассницей. (Если подумать, я даже не так хорошо его знаю… Может, у него есть девушка? И те слова, сказанные вчера, были произнесены по ошибке? Такое ведь не исключено...) Нос зачесался, и он невольно чихнул. После дождя простуда прилипла к нему, как жвачка. В комнате было слышно только тихое тиканье часов. Шиюн завернулся в одеяло, полностью растерянный. Его мучил один вопрос: что делать дальше? Вдруг телефон зазвонил. Рингтон — мягкое пианино. Шиюн поднёс трубку к уху и услышал спокойный, бархатный голос. — Не спишь? — Ты действительно любишь меня? — выпалил Шиюн, проглатывая страх. Он лежал на боку, сжимая телефон, и ждал ответа, который мог стать концом его вечных размышлений. — Да. Выходя из дома тайком, пока все спали, Шиюн брёл по тёмной дороге, ведущей к скамейке под старым деревом — их обычному месту встреч. Его окутывала густая тишина, нарушаемая лишь стрекотом сверчков и кваканьем жаб у озера. Трава тихо шелестела под лёгким ветерком. Подойдя ближе, он увидел Сухо. Тот сидел в тени дерева и слабо улыбался. Его глаза засверкали, когда он заметил Шиюна. Сухо встал и неуверенно шагнул навстречу. — Это тебе, — Сухо протянул Шиюну шоколад, завёрнутый в синий пакетик. Шиюн посмотрел на него озадаченно, но всё же взял. Они сели на скамейку и некоторое время молчали. Тишина нарушилась голосом Шиюна: — Я сегодня подрался с бомжом из-за зонтика. — О, так вот почему у тебя лицо побитое… — Сухо повернулся к нему, внимательно рассматривая царапины при свете луны. Шиюн в этот момент казался особенно очаровательным — его глаза слабо отражали лунный свет. — Надо было меня позвать на помощь. — Брось, это слишком позорно. Да и ты был занят с той девчонкой, — Шиюн отвёл взгляд, в голосе сквозила лёгкая обида. Он пытался казаться равнодушным. — Я случайно услышал. — Оо, ты ревнуешь? — поддразнил Сухо, не скрывая озорной улыбки. — Вовсе нет. Просто странно это. — Что? — Ты не говорил, что у тебя есть девушка, — остановился Шиюн и бросил быстрый взгляд на друга. Брови его были нахмурены. — Мог бы сказать. Я же твой лучший друг. Сухо посмотрел на него серьёзно и тихо произнёс: — Мне нравишься только ты. Шиюн замер. Сухо медленно приблизился, заставляя его сильно смущаться. — Ээ… я не думаю, что это взаимно, — запротестовал Шиюн, отодвигаясь. — А что если… — Сухо остановил взгляд на губах Шиюна. Он был невероятно близко — так близко, что было слышно дыхание и чувствовался лёгкий запах еды. Шиюн тоже смотрел на его губы и сглотнул. Но Сухо вдруг ухмыльнулся и отвёл взгляд. — Я шучу. Не переживай так. Шиюн не был готов так всё оставить. Внутри у него вскипел настоящий чайник. Он хотел отрицать всё, бросить это и вообще прекратить общение с лучшим другом… Но как можно избегать того, что копилось годами? Не контролируя себя, Шиюн схватил Сухо за шиворот футболки и притянул к себе. Первый поцелуй вышел неловким и торопливым. Сухо округлил глаза, совершенно не ожидая такого поворота. Но уже через секунду он начал мягко направлять Шиюна, и всё закончилось коротко, но очень запоминающеся. Шиюн неловко поднял глаза на него, всё ещё держась за воротник. — Это… короче… ты мне тоже нравишься… типа, — промямлил он, глядя под ноги и избегая прямого взгляда. Сухо откинулся на спинку скамейки и начал тихо смеяться. В нём словно что-то освободилось — тяжёлый камень, который он таскал на душе долгие годы. — Вау, Шиюн… А ты очень смелый.

(🥕)

Настали итоговые экзамены. Вся школа Андона была под огромным давлением. Родители требовали от детей максимума, и Шиюн не стал исключением. Он был ярым противником учёбы, считая её пустой тратой времени. Между ним и Сухо отношения развивались медленно, но хорошо. Хотя они были ещё совсем молодыми и мало что понимали в подобных вещах, держать друг друга за руки уже было настоящим испытанием. Когда они шли домой одной дорогой, Шиюн осторожно держал Сухо за мизинец. Аяка шла чуть позади, чувствуя себя третьей лишней. — Бесстыжие. Я для чего вам? — шутливо проворчала она. Аяке не всегда удавалось быть с ними — из-за плотного графика съёмок. В деревне снимали документальный сериал о повседневной жизни местных жителей. Все старались сохранять дружелюбие перед камерой. Часто снимали ферму Шиюна. Отец активно поддакивал и даже ругал сына, если тот копал «не так» — нужно было показывать мышцы, чтобы привлечь зрителей, демонстрируя, какими усердными и сильными могут быть фермеры. Шиюн тяжело вздыхал от усталости. Ему пришлось заняться упражнениями с тяжёлыми гантелями, чтобы накачать мышцы. Хотя сам он предпочёл бы сесть перед телевизором и посмотреть новую серию «Так сложно любить отаку». — Папа, я не могу так больше! Зачем мне вообще это надо? Нельзя просто жить и смотреть аниме?! — Завали хлебало, недоносок! Что будешь делать, когда меня не будет?! — в ярости гремел отец, пытаясь воспитать в сыне будущего фермера. — Специально вызываешь во мне чувство совести! Так говорил Шиюн... пока не настал момент похорон отца. Так всегда бывает — старший в семье уходит первым. У него давно пошатнулось здоровье, появилась аритмия. Лёжа в больнице, он часто просил сына присматривать за фермой и скотом, повторяя, что учёба — не самое важное. В пустой комнате, глядя на фотографию улыбающегося под солнцем отца, Шиюн стоял неподвижно. А потом повернулся и уткнулся лицом в чужой пиджак, чтобы зарыдать. — Почему он ушёл так рано... Сухо стоял рядом, крепко обнимая его и пытаясь утешить в этот тяжёлый момент. Не менее шокированной была мама Шиюна. Она знала мужа дольше всех, но не проронила ни слезинки — просто смотрела в одну точку пустым взглядом. После смерти отца Шиюн сильно изменился. Он словно погрузился в вечную апатию. Видеться с друзьями стало невыносимо. Он почти перестал ходить в школу — мама буквально тащила его за одежду. — Кончай сидеть дома. Экзамены сами себя не сдадут. — Вы не видите? Я грущу! Зерно, которое цвело весной, перестало расти, отравляя всё вокруг. Его духовное состояние чернело, оставляя лишь гниль и пустоту. В один день, после последнего экзамена, Шиюн и Сухо стояли под тем самым старым деревом. Искра, которая раньше кружилась при их взглядах, начала тускнеть. Шиюн смотрел на Сухо со злобой в глазах. — Не вижу смысла в твоих мечтах, — ядовито бросил он, пытаясь задеть друга. — Плевать я хотел. — Ты собираешься всю жизнь здесь оставаться? — прошипел Сухо, сжимая кулак. Ему хотелось ударить его и доказать, что он не отступит. — Кому ты нужен? Ну давай, сбегай. — Можешь и дальше копать свою картошку. Сухо прошёл мимо, специально задев Шиюна плечом, и исчез из виду.