Подари мне свое сердце

Тэхен любил балы, если на них не собиралось более трехсот человек, как было в тот вечер. Танцы доставляли молодому альфе огромное удовольствие. Кроме того, на балу всегда удается перекинуться в вист и поиграть на бильярде. Ну и, конечно, на хорошей вечеринке неизбежно увидишь свежее личико, а то и два, чтобы закрутить новую любовную историю. Как правило, подобные интрижки заканчивались довольно быстро. Большинство юных омег, столь смело флиртующих на светских раутах, преследовали единственную цель — замужество. Как только их намерения окончательно прояснялись, Тэхен поспешно прощался, поскольку меньше всего на свете его интересовала женитьба. Из правила хотя и редко, но бывали исключения. Если сама омега не торопилась замуж, ей приходилось выдерживать давление со стороны родни, стремящейся поскорее устроить нужное дело. И уж совсем не часто попадались молодые омеги, способные этому давлению противостоять и выделить время просто для развлечения. Именно такие независимо мыслящие омеги и нравились Тэхену больше всего. С некоторыми из них ему удавалось познакомиться довольно близко. До интимных отношений дело обычно не доходило. Тэхен соблюдал правила приличия; ему доставляли удовольствие интересные беседы и возможность на время расслабиться. Последнее отнюдь не означало, что он хотя бы на минуту прекращал поиск нового объекта увлечения. Другое дело, что он не стремился найти нового приятеля среди невинных овечек, которые каждый сезон прибывали в Лэнджон. Сексуальные интересы Тэхена ограничивались главным образом молодыми мужьями и вдовцами. Среди первых он выискивал неудовлетворенных семейной жизнью, а среди вторых — свободных искателей любовных приключений. При этом, как уже говорилось, он старался не нарушать приличий. Балы редко заканчивались без того, чтобы он не назначил свидания. Как бы то ни было, нынешний бал не обещал ничего интересного. Тэхен немного потанцевал, скорее чтобы не обидеть хозяина. Присутствующие на балу омеги его не интересовали; с трудом подавляя зевоту, молодой человек с облегчением передавал их следующему в списке партнеру. Затем он сыграл несколько партий в вист, но игра тоже не смогла его увлечь, хотя ставки порой поднимались угрожающе высоко. Два бывших любовника попытались назначить ему свидание. Обычно он отделывался обещаниями, теперь же попросту заявил, что уже занят. Между тем он был абсолютно свободен. Оставленный дома омега не мог считаться даже увлечением. Пока. Не говоря уже о том, что по отношению к любовнику не может быть никаких обязательств, во всяком случае, серьезных. Любовник считался красивым и дорогим… удобством. К тому же Тэхен до сих пор не мог поверить, что он у него есть. Единственный случай в его жизни, когда он согласился содержать омегу в обмен на ласки, закончился полным провалом. Того омегу звали Со Чанбин. Молодой вдовец едва сводил концы с концами, но не хотел отказываться от привычного образа жизни. Тэхен рассчитался за долги его покойного мужа, по-новому обставил доставшийся ему по наследству дом и потакал его мелким, но дорогим капризам. Нередко он соглашался сопровождать Чанбина на всевозможные вечеринки, хотя самому ему совершенно не хотелось туда тащиться. При этом Тэхену приходилось соблюдать все правила приличия, высаживать его у ворот, а потом часами дожидаться, когда можно будет незаметно проскользнуть в дом и насладиться наконец положенными знаками внимания… в которых в половине случаев ему все равно отказывали по причине усталости. Отношения продлились шесть месяцев. Все это время, прекрасно зная, что женитьба его не интересует, Чанбин упорно старался притащить любовника к алтарю. Тэхен мог согласиться на длительные отношения только при одном условии: если омега очень ему нравился. В случае с Чанбином этого не произошло. Более того, вскоре выяснилось, что он хитрит и лжет ему. Вначале Чанбин объявил о своей беременности. Затем сделал все, чтобы об их отношениях стало широко известно, и распустил слух, будто бы Тэхен обещал на нем жениться. При этом он постарался, чтобы разговоры дошли до его отца, а под конец лично явился в дом Джихана. Это была капля, переполнившая чашу. Чанбин недооценил семью Ким. В их ряды невозможно пробиться при помощи лжи. Отец Тэхена достаточно хорошо знал своего сына, чтобы поверить, будто он мог дать подобное обещание. Джихан прекрасно понимал, что его единственный сынок не собирается в ближайшее время угомоняться, поэтому и не пытался его переубедить. Хотя Тэхен отдавал себе отчет в том, что рано или поздно наступит день, когда на него начнут давить — ответственность за продолжение рода, титул, который он должен унаследовать… Аргументы достаточно весомые. Но Чанбин не учёл, что Джихан не терпел лгунов. Он был человеком твердых принципов и с шестнадцати лет являлся главой семьи. Ему не раз приходилось вызывать на ковер своих младших братьев, а также Тэхена и Ушика, воспитание которых тоже лежало на нем. Граф Хвантэрс обожал выводить обманщиков на чистую воду и достиг в этом деле настоящего искусства. Не следовало забывать и о его горячем нраве. Только самые невинные люди могли выдержать яростные проповеди Джихана. Виновные же не знали, куда деваться от стыда, а омеги начинали обливаться слезами, когда, как любил говаривать дядюшка Даниэль, крыша рушилась на их бедные головы. Опозоренный Чанбин покинул дом Джихана в слезах и с тех пор Тэхена не беспокоил. За короткое время он успел выманить у него немало денег, так что молодой человек не чувствовал за собой особой вины. Кроме того, он вынес из этой истории полезный урок… во всяком случае, так ему казалось. Тэхен не сомневался, что приобретённый им накануне омега не будет… по крайней мере не должен… ни в чем походить на Чанбина. Чон Чонгук не принадлежал к благородному сословию, пусть даже и говорил как настоящий леди. Он лишен всяческих прав от рождения и потому должен быть благодарен за все, что он для него сделает, в то время как Чанбин воспринимал его старания как должное. К тому же он буквально купил Чонгука. Как доказательство в кармане его смокинга лежал подписанный договор. При этом Тэхен по-прежнему не знал, как ко всему этому относиться. Он сам выставил себя на продажу. Все произошло по его воле и с его согласия… И все-таки мысль о сделке ему претила. Да, он приобрел любовника, но лишь ради того, чтобы лишить лорда Пака удовольствия помучить очередную беспомощную жертву. Тэхен надеялся, что, избив Пака до полусмерти, ему удастся отвадить его от порока. Как оказалось, не тут-то было. Напротив, Пак стал действовать более осмотрительно, выискивая несчастных омег на аукционах в заведениях, подобных дому Лонни. Раньше Пак Чимин покупал дешевых проститутов на одну ночь. Бедные омеги не могли противиться могущественному лорду, а несколько фунтов стерлингов являлись для них достаточной компенсацией за полученные шрамы. Даже если бы Тэхен подал на него в суд, ни один из пострадавших не согласился бы выступить в роли свидетеля. Омег либо подкупили бы, либо запугали задолго до начала процесса. Узнав, что Пак взялся за прежнее, Тэхен завелся не на шутку. Он не мог скупить всех приглянувшихся Паку омег, даже если бы его заранее извещали об аукционах подобного рода. Запас денег не безграничен. Сегодняшний поступок он совершил, повинуясь импульсу. Возможно, надо было посоветоваться с дядей Соном. За годы пиратства Сон хорошо изучил темные стороны жизни и, пожалуй, лучше других знал, как следует поступать с подонками типа Пака. Но это завтра. Сегодня же Тэхену никак не удавалось хоть чем-то увлечься. Наконец, поймав себя на том, что, глядя в голубые глазки танцующего с ним омеги, он видит серые глаза оставленного дома наложника, Тэхен подумал, что Юнги и Богом были, пожалуй, правы. Какого черта он поперся на дурацкий бал, когда под его собственной крышей томится молодой, очаровательный парень! Может быть, именно сейчас он укладывается в постель, недоумевая, почему его нет рядом. Фраза «под его собственной крышей» несколько охладила пыл Тэхена. Причина хороших отношений с отцом заключалась в следующем. Тэхен понимал, что отец не станет осложнять ему жизнь до тех пор, пока он будет соблюдать приличия. До сих пор все так и было. Другими словами, он никогда не приводил омег ни в лэджинский дом, ни в два доставшихся ему по наследству поместья. Худший вид сплетен — это сплетни прислуги. Все дома связаны между собой через дворецких, кучеров, горничных, швейцаров и так далее. Последнее означало, что сегодня вечером ему не придется иметь дело со своим новым любовником. Наконец Тэхен решил не притворяться, будто ему здесь нравится, и сообщил Богому и Юнги о своем отъезде. В ответ, разумеется, молодые люди принялись подмигивать, уверенные, что он намерен развлечься со "свежим лакомым кусочком" . Они просто не представляли, каково это — иметь такого отца, как Ким Джихан. Последнее, конечно, не означало, что по дороге домой Тэхен не мог думать о Чонгуке. В конце концов этот омега не являлся его слугой. К тому же он завтра уедет и просто не успеет познакомиться с остальными слугами. А значит, ничто не мешает ему тихонечко навестить своего гостя, а к утру перебраться в собственную постель. Дворецкий ничего бы и не заметил, поскольку Тэхен никогда не заставлял его дожидаться своего возвращения. Как выяснилось, уговорить себя нанести короткий визит Чонгуку оказалось совсем не трудно. Поэтому Тэхен был страшно разочарован, когда двери, несмотря на поздний час, снова отворил Хэнли. Пронырливый старый койот!.. Если бы он сразу ушел к себе, Тэхен еще мог бы развернуться и спуститься вниз, где располагались комнаты прислуги. Но Хэнли будто специально топтался в фойе, поглядывая, куда направится молодой хозяин. Рисковать было нельзя. Менее чем через неделю все дойдет до ушей отца. Последует неприятный разговор о долге, чести, порядочности и о том, что он не намерен более выслушивать сплетни прислуги. И все это — за короткое свидание с омегой, которого начиная с завтрашнего дня он сможет заполучить в любую минуту! Не умно, черт побери. В ту ночь Тэхен заснул с огромным трудом.