Ваше Величество, я грешен

Джордж спокойно смотрел на то, как его отец с хмурым видом мерил шагами свой роскошный кабинет, оформленный в лучших традициях британских замков. Может, кому-то жизнь в широких палатах и казалась привлекательной, но только не ему. Претила эта роскошь и напыщенность. - Ты же понимаешь, что это решение тебе аукнется? – Джордж лишь кивнул, минимально задействуя любые мышцы лица. «Выдержка и стать, вот что отличает род Виндзоров», так ему всегда говорили нянечки. – Я не буду бесконечно идти у тебя на поводу. - Разумеется, отец, и я беру на себя всю ответственность за любые последствия. Ты знаешь, мне можно доверять. Джордж Рассел с детства был окружен любовью и заботой. Но только от бесконечных нянечек, гувернанток, сиделок и приставленников. Быть сыном британского герцога – та же работа, только неоплачиваемая. Отца в твоей жизни фактически нет, есть только его грозная фигура, мать же занята исключительно тем, чтобы плести подковёрные интриги и вести кулуарные игры, а твоя задача состоит в том, чтобы учиться, учиться и ещё раз учиться. Широкий спектр языков разных групп, основы этикета, история Великобритании, мира и королевской семьи, политика, риторика, логика, софистика, философия, математика, физика, литература и всё-всё -всё, что ты должен знать в абсолютном совершенстве. «Ты не как все дети, Джордж, ты член королевской семьи, это большая ответственность» - отец бесконечно повторял это в те редкие минуты, когда уделял ему время. И вот сейчас сын стоял перед ним и не просил, нет, требовал – отпустить его на свободу, дать ему жить. Никаких отречений от семьи, никаких сжиганий мостов – простая и понятная просьба определить его в самый обыкновенный пансион на старшие курсы, чтобы Джордж мог быть поближе к людям, посмотреть как они живут, прочувствовать это на себе. «Нонсенс! Это совершенно невозможно!» - это, ожидаемо, была первая реакция отца на его слова. «Не может член королевской семьи, сын герцога, учиться в общеобразовательном пансионе с какими-то отбросами! Ты выше их всех на пять, а то и десять голов, сын! Очнись!» - а это уже вторая. Но Рассел-младший всегда получал то, что хотел, и пока никто не смог поставить его на место. - Ты же знаешь, что я могу сделать твоё положение хуже, чем есть, отец.– Они оба знали, что эти угрозы вовсе не пустые. Ножки трона под Тото были заметно подточены уже долгие годы, и его сын, как солнце и надежда будущего их герцогства, светлый ум, способный спасти их положение, каким бы оно не было, держал авторитет отца на своих крепких и широко расправленных плечах. - Так к чему этот риск? Если я захочу исчезнуть – я исчезну, а ты будешь по крупицам собирать осколки былой власти. Смирись, тебе легче дать мне то, чего я хочу, чем подставляться из-за своих глупых капризов, не так ли? Высший пилотаж игры словами, давления на болевые точки и пощипывания самых тонких и хрупких струн души, одновременно с щекотанием эго. Сейчас он говорил со своим отцом, будто с подчинённым, давил на эмоциональные гематомы, задевал за живое и вытягивал из него то, что хочется, не давая тому понять, что из него вьют верёвки. Он заставлял думать, что у человека напротив него нет иного выбора и это работало. - Будь по-твоему. Ступай, собери вещи, на следующей неделе распоряжусь отправить тебя в этот несчастный пансион. Посмотрим, продержишься ли ты там хотя бы месяц, особенно при условии, что забирать тебя оттуда никто не будет.