Сборник драблов по ван пису

Ло встречался с ней семь лет. Они познакомились, когда ему только-только исполнилось двадцать, а у неё пробило совершеннолетие. Он считал, что самое возбуждающее в ней – это губы, которыми девушка могла творить всё что угодно. Она говорила, что её заводят его длинные пальцы и утончённые кисти, покрытые татуировками. Её имя означало демон ночи. Лилит. Девушка, которая заводит с полуоборота. Которой, как дорогого алкоголя, не может быть много. Она знала все его слабости и похабные желания. Она ублажала, а потом легко и весело танцевала на палубе вместе с Бепо, словно пару минут назад не делала ему минет в одном из тёмных коридоров Полярного Тана. Она была пошлой и неудержимой только с ним. Для всех остальных она просто Лилит, которая нежно обнимает Ло, когда он подходит к товарищам корректировать курс. Но как только они вместе уходили, она превращалась в его Лилит. Которая притягивала к себе и страстно целовала, заставляя шептать проклятия, пока он брал её в случайной каюте, даже не закрыв дверь на защёлку. Она ненавидела терять контроль. Она была той, кого все желали. И когда Ло наказывал её за похабные выходки, она наказывала его в ответ.

***

– хватит издеваться, Лилит.. Трафальгар откинулся на подушки, наблюдая за фигурой, оседлавшей его бёдра. Сама виновата, что он её тогда так отодрал. Нечего было ходить в короткой юбке и пить с теми пиратами. – я два дня не могла ходить, Ло.. Два. Дня. – её руки прижали её кисти к кровати. Как будто она сможет его удержать, если он попытается воспротивиться грязным дразнилкам.. Не доросла ещё.. – не боишься, что я поменяю нас местами? – капитан создал в руках маленькую сферу. Лилит усмехнулась. В комнате раздался щелчок. – ты серьёзно? – врач смотрел на то, как она издевательски медленно покачивает ключом над его головой. – кайросеки? Ты свихнулась.. – он попытался встать, но привычная слабость от проклятого металла вернула тело на подушки. – дьявол! Серьёзно, дорогая, это уже не смешно.. Выпусти сейчас же! – двинул руками, прикованными к изголовью, покачал головой и снова посмотрел в лицо его дьяволицы. – а вот и не пущу. Сам виноват, нужно было быть нежнее со мной.. – ключ с издевательским звяканьем полетел куда-то вглубь комнаты, а сама Лилит медленно начала снимать рубашку, скользя пальцами по пуговицам.

***

– дьявол... Как же я тебя ненавижу. –Ло, чудом сдерживающий стоны, смотрел, как она опускается на него, задавая медленный темп, из-за которого сводило мышцы на животе. – когда выпустишь меня, я устрою тебе незабываемое наказание, будешь потом неделю ползать, ых.. – да-да.. Переживи сначала, – Лилит прижалась к белой коже губами, оставляя багровые засосы. Которые Трафальгар так ненавидел. Чертовски ненавидел. И чертовских засосов на его шее было слишком много. По ощущениям прошли часы. Она всё дразнилась и дразнилась, заставляя смотреть на длину, которая исчезала в глубине мягкого тела, и всё-таки стонать. Когда она чувствовала, что он вот-вот кончит, то остановливалась. И так десятки раз. Под конец Ло уже казалось, что он сходит с ума под натиском бесконечных ласок, которые останавливались на самом краю, не позволяя желанно содрогнуться. – понял, кто главный? – выдохнула ему в ухо девушка, медленно отстёгивая наручники после бесконечной пытки. Это она зря. Ой как зря.

***

Всю следующую неделю команда не видела капитана вообще. Подходя к его каюте, они замирали, вслушиваясь в звуки, но, из-за двери ничего не доносилось. Звукоизоляция была слишком хорошей. – Ло, прошу, прекрати.. – Лилит опять содрогнулась, когда длинные пальцы издевательски медленно потёрли её изнутри. Вся кровать была мокрой от пота и бесконечно текущей из неё смазки. Он издевался над ней бесконечно. Не давая спать и разрешая только стонать, пока вбивался внутрь. – я ещё не наигрался.. – тонкие пальцы сменились на член, потом на язык, потом опять на пальцы. Из Лилит вырывался теперь только жалкий скулёж, когда она, прикованая теми самыми наручниками, в которых некогда красовался Ло, содрогнулась, кажется, раз в сотый за этот день. – ненавижу тебя~ Её возглас должен был быть полным ненависти, но именно в этот момент Трафальгар прижался к истекающему лону языком, дразняще проводя по истерзанному клитеру кончиком. Его ненаглядная девочка опять потекла, издав до безумия заводящий всхлип. – ты наказана, – он почувствовал, как её тело под рукой при его словах завибрировало, – о, кому-то всё-таки нравится грубость? Что ж, всегда было интересно проверить человеческие пределы.. – из Лилит донёсся полный мольбы стон – хватит, Ло, отпусти~

***

Пытка закончилась день на восьмой, когда Трафальгар всё же выпустил свою мокрую насквозь девочку из оков, методично растирая запястья, чтобы к рукам прилила кровь. Лилит не могла сдвинуться с места от изнеможения. Так что мужчина милостиво потащил её в ванную, помыл, высушил (конечно же, трахнув ещё и возле раковины. Ей полезно..) и понёс спать. Девушка восстановилась быстро. После четырнадцатичасового сна она вновь скакала по палубе с Бепо, который уже успел соскучиться по милой девочке, которая любила обниматься. Знал бы Бепо чем эта милая девочка занималась с его капитаном целую неделю.. – мм.. – Лилит замерла посреди палубы, прикусив губу – всё в порядке? – уточнил белый мишка, смотря, как на её лице появляются красные пятна. – Д-да.. Я это.. Я сейчас.. Как только она заползла в какую-то комнатку, то из груди полились потоком не держиваемые стоны. Чёртов Ло, неужели он.. – ублюдок.. – встать получилось не сразу. Чувствительное после стольких оргазмов не держало вес, но кое-как удалось дойти до каюты капитана и толкнуть дверь плечом. – что за шутки, Трафи? – Лилит согнулась пополам, когда он с силой провёл языком по маленькому кубику, вырезанному очевидно из её тела. – когда ты вообще успел.. Пха~ Гадина.. Капитан пиратов сердца неспеша встал из-за стола, на секунду положив кубик на деревянную поверхность. Он присел перед ней на корточки, проводя по румяному лицу рукой и стёр слезинку с щеки. – ты же не думала, что мы тогда закончили? – Трафальгар без труда бросил лёгкое тело на кровать, возвращая кубик в её тело. Но это не спасло её от трения крохотной горошенки клитера, над которой он всё это время издевался, пока она шла сюда. – моя милая, твоё наказание начнётся только сейчас.. И каюта опять потонула в громких стонах и мольбе остановиться