Сборник драблов по ван пису

Бенн Бекман любил сигареты. Сигареты, свою кремниевую винтовку и хороший алкоголь. А ещё море. Море он тоже любил.. Как и команду, в которой пробыл почти пятнадцать лет. Среди Рыжеволосых он был самым спокойным и уравновешенным, Шанкс сам так говорил, в очередной раз заводя разговоры о любви и женской руке, в наклюкавшись вдрызг, ежеминутно рискуя блевануть за борт. Шанкс базарил от нечего делать, а Бекман сидел и слушал. Тоже от балды. И в какой-то момент поймал себя на мысли, что хочет семью. Семья.. У него не было примера, как надо, он рос один, пока Красноволосый не потащил его на маленьком кораблике навстречу приключениям. По рассказам брюзжащих стариков, брак – одни неприятности. Ссоры, крики, скандалы. Но у старпома семья не была равна браку. Он хотел, чтобы кто-то ждал его из долгих плаваний, будил по утрам поцелуями и, танцуя, на кухне, жарил блинчики. Вот этого хотел Бенн. Но женщины не любят ждать. Они, как капризные декоративные цветы, засыхают при недостатке тепла и внимания, а он не мог бросить друга на произвол судьбы и свалить в закат. Поэтому отмахивался от своих мыслей и шёл зажигать пятую за час сигарету и чистить и так сверкающую винтовку тряпочкой. Всё изменилось в один момент, когда на одном из островов, где логпос настраивался непозволительно долгие две недели, он забрёл в маленький бар. И влюбился. С первого взгляда влюбился. В девушку со звонким именем, которая, кружась за стойкой в платье с пышной юбкой, наливала пиратам алкоголь, сверкая лиловыми радужками глаз. Диана любила свободу, танцы и хорошую музыку. И Бекмана. Бекмана она тоже любила. И, вытягивая у него изо рта сигарету, прижималась к губам в поцелуях, о которых он так мечтал. Красноволосые простояли в порту на неделю больше. Бенн пропадал днями и ночами напролёт. И Шанкс вообще думал, что друг не вернётся. Но тот вернулся, и, бросив короткое: – поплыли, – не оборачиваясь взошёл на палубу. Его совесть не была так чиста. Он готов был бросить команду к чертям собачьим, сплетаясь с Дианой в страстных поцелуях на маленькой кухне, если бы она, в перерывах между громкими стонами, которые он из неё вырывал, не прошептала: – Ты нужен своему капитану, Бенн. Я подожду Он готов был ради неё оставить море, бросить курить и стать примерным семьянином, но девушка не позволила и легонько подтолкнула его в спину, когда он выходил из бара, оставив на столе пачку любимых сигарет. – я подожду И она действительно ждала. Долгие, долгие годы. Казалось, он забыл, что её имя выветрелость из головы под натиском северных ветров, но Бекман помнил. Слыша в ушах её стоны каждый раз, когда поджигал сигарету. Семь лет Семь лет сражений, пьянок, и опасностей. Когда Шанкс наконец подтолкнул Луффи к заветному титулу короля пиратов, перед этим впервые сразившись с малым в полную силу, он бросил: – иди. Мы своё дело сделали И Бенн действительно пошёл, перекинув любимую винтовку через повязку на поясе. Туда, где он встретил её впервые. Глубоко вздохнув, прежде чем толкнуть дверь. Она действительно ждала. И он, сжимая драгоценное тело в объятиях, жалел, что отобрал у неё эти долгие семь лет, которые она могла потратить на что-то большее, чем просто ожидание. Вокруг неё вилось столько мужчин. Самых разных. Но она ждала его. Грубого, пропахшего солью, потом и порохом. С любимой винтовкой на поясе. И готовила ему по утрам блинчики, пританцовывая со скородкой в руках. А потом будила страстными поцелуями У кого-то в сорок жизнь заканчивается, а у Бена Бекмана она только-только началась...